Читаем ГЕНИЙ И ЗЛОДЕЙ онлайн бесплатно

Роман «ГЕНИЙ И ЗЛОДЕЙ».

(Историческая фантазия).

Карамов С.К.

Историю порой не отличишь от лжи, которую все знают и с которой все

согласны.

Сергей Карамов.

От автора.

Господа! Все имена и фамилии, факты, изложенные ниже, вымышлены. Не следует сравнивать имена и фамилии героев, факты, изложенные ниже, с нашей историей, считать их достоверными. Это просто вымысел автора, его фантазия. Да, это не явь, однако и не сказка. Фантазия, которая могла бы произойти в прошлом. Возможно, что-то подобное происходило, возможно, вы узнаете в описанных героях кого-то, тем не менее автор настаивает на своем праве на вымысел. По аналогии со сказкой, как говорили раньше, сказка – ложь, но в ней намек, добрым молодцам урок! Приятного чтения, господа!

Глава 1

Друзья детства.

По странной иронии судьбы давние друзья могут стать заклятыми врагами, и объяснений этой метаморфозе может быть великое множество: неожиданно проснувшаяся зависть к успеху друга, ревность, внезапная ссора или иная размолвка, непонимание, впоследствии перешедшее во вражду. Как вы поняли, господа и совки – сотоварищи, речь пойдет о друзьях детства. Итак, представим их нашему читателю.

Иван Дубин, высокий белобрысый мальчуган лет десяти, с прелестно – голубыми глазами,

весьма шустрый и очень любознательный, рос в богатой дворянской семье. Он жил в Воронеже в огромном особняке. Отец Ивана Дубина, помещик Алексей Николаевич Дубин, участвовал в Крымской военной кампании, в составе отдельной пехотной дружины. Алексей Николаевич отличался буйным нравом и большой склонностью к выпивке. После окончания Крымской кампании он женился на своей двоюродной племяннице Людмиле Александровне. В отличие от мужа Людмила Александровна была женщиной кроткой, мягкой и набожной. Ее очень тяготило поведение мужа, его постоянные запои и буйный нрав, однако ничего с этим поделать она не могла.

Алексей Николаевич уделял много времени воспитанию своего единственного сына Ивана, приставив к нему гувернером одного студента Николая. Николай, худой, бледный юноша, пристрастил Ивана к чтению, учил его иностранным языкам и рисованию. Уже в возрасте десяти лет Иван по рекомендации гувернера прочитал «Одиссею» Гомера и сборник английской поэзии.

А друг Ивана, Михаил Молохов, низенький мальчик, сероглазый шатен, жил со своими родителями в доме Дубиных. Отец Михаила, Александр Молохов, рослый мужчина с длинными усами, работал слугой у Дубиных, а мать Михаила, Марфа Молохова, тихая и низенькая женщина с постоянно заплаканным лицом, была поварихой. Михаил часто бегал во дворе, играл с маленьким Иваном, но родители Ивана не одобряли подобных игр. Дубин – старший строго-настрого говорил своему шустрому и единственному сыну не раз:

–Послушай, Ваня! Mon cher! Лучше ты сторонись этого мальчишки. Михаил – сын моего слуги, поэтому негоже с ним водиться! Холопы не должны водиться с господами.

–Но почему, papa?– удивленно спросил Иван.– Миша мой друг, я…

–3-

–Он не может быть тебе другом! Холоп нам не ровня!

–C’ bien, papa,– согласился Иван со строгим отцом, однако продолжал игры с Мишей, стараясь не попадаться на глаза отцу.

А Михаил, хотя и постоянно говорил Ивану, что он его друг и останется таковым до конца

своей жизни, завидовал Ивану, его дворянскому происхождению, богатству Дубина, укладу жизни. Михаил с трудом освоил грамоту, проучившись всего полгода. Ему был противен собственный отец, пьяница и сквернослов, постоянно ругавший и избивавший жену Марфу. Неграмотный Александр Молохов считал, что его сыну совсем не нужна грамота, не нужно получать образование, а нужно лишь угождать своим господам для ничтожных подачек, для получения большего жалования. Михаил мечтал стать похожим на своего друга Ивана, жить вольготно, как помещик, на широкую ногу в отдельном особняке и не тужить, однако не всегда мечты становятся реальностью. Михаил уже в раннем возрасте понял всю пагубность социального неравенства, унижающее человеческое достоинство.

Как-то Михаил, играя с Иваном во дворе, спросил его с интересом:

–Слушай, ты будешь моим другом всю жизнь?

Иван задумался на минуту, потом коротко ответил:

–Буду.

–А чего думал?

–Я ж ответил тебе.

Михаил засомневался:

–А не врешь?

–Чего ж мне врать, Миш? Не вру.

–Точно не врешь?

–Уф! Не вру.

Михаил благосклонно улыбнулся:

–Значит, до конца жизни будем друзьями?

–Будем! Я буду писателем.

Михаил тотчас горячо заявил:

–Я тоже стану писателем!

–Да ну?– удивился Иван.– Ты?

Михаил гордо поднял голову, повышая голос:

–Я! Я тоже буду писать!

Иван засмеялся:

–Ты же неграмотный! Ха-ха, холоп!

–Неграмотный? Я могу писать.

Иван вновь засмеялся, показывая указательным пальцем на Михаила:

–Ты писатель? Ха-ха! Да ты не прочитал ни одной книги!

Михаил не выдержал и толкнул Ивана. Иван не устоял на ногах и упал.

–Чего дерешься? Придурок! Холоп!– разозлился Иван, вставая.

–А ты не смейся,– сказал виновато Михаил.– И не зови меня холопом.

–Как же не звать, когда ты холоп?

Михаил насупился:

–Я не буду холопом! Я не буду слугой, как мой папа!

Иван удивился:

–Да ну? И кем же ты будешь?

Михаил твердо заявил:

–Я буду писателем!

Иван захохотал, показывая на друга указательным пальцем:

–Ой, насмешил меня! Ха-ха! А сколько книг ты прочитал?

Михаил потупился, смотря в сторону и ничего не говоря.

–Ой, Мишенька, молчишь, наш новый писатель? Ты даже одной книги не прочитал.

–4-

–Потом прочитаю!– пообещал Михаил, смотря в сторону.

–Когда потом?

–Когда стану большим! Когда буду грамотным.

–Неужто?– не поверил Иван, усмехаясь.– Холоп станет писателем?

Михаил насупился:

–Буду! Буду грамотным!

–Ты?

Михаил прочувственно воскликнул, сверкая глазами:

–Я такой же человек, как и ты! Я тоже хочу быть счастливым! Я тоже хочу быть грамотным!

Иван хихикнул:

–Я да я, поповая свинья. Papa не советует мне дружить с холопами.

–Опять? Опять ты говоришь, что я холоп?– вскричал Михаил.

–Ну, холоп, да… Сын лакея. Не всем же быть баринами,– ответил равнодушно Иван.

Михаил отошел от Ивана, затаив обиду. Он был злопамятным, очень завистливым и жадным. Впоследствии Михаил часто вспоминал детские годы, насмешки Ивана, ругань пьяного отца Александра и плачущую мать Марфу.

На следующий день Михаил попросил гувернера Николая немного поучить его грамоте, однако Николай отказался, объясняя свое нежелание учить Михаила тем, что он сын слуги и

таковым не нужно учиться.

–Вот как? – изумился Михаил, багровея от злости.– Я что, не человек?

Николай презрительно усмехнулся:

–Нет, ты, конечно, человек, но…

–И что же но? Низшего сорта?

Николай промолчал.

–Поучите меня французскому языку!– попросил Михаил.

–Что я слышу? Au serieux?

Михаил повысил голос:

–Николай, вы специально говорите по- французски, чтобы посмеяться надо мной?

–Что ты, Мишенька! – снова усмехнулся Николай.– Charmant! Сын лакея хочет учить французский язык!

–Ах, сын лакея? А я не буду лакеем!

Их беседу услышал Иван, выйдя во двор.

–Как трогательно, Николай! Ca a ete charmant!– подивился Иван, покачивая головой.– Лакеи хотят быть грамотными?

Николай отличался непомерным высокомерием и ехидством, поэтому он не преминул ответить в тон Ивану:

–Soyez tranquille, Иван! Холопа учить не буду. Des imbeciles не заменят господ!

Иван хихикнул:

–Дурни! Хорошо сказал.

Михаил вспыхнул, поняв, что над ним насмехаются:

–Ах, значит, я дурень?

–Мищенька, знай свое место,– строго произнес Николай, уводя Ивана в дом.

А Михаил повторил:

–Значит, я дурень?

Николай лишь погрозил Михаилу указательным пальцем, ничего не говоря.

А на следующий день Алексей Николаевич, узнав о просьбе Михаила от гувернера, вызвал в свой кабинет Александра Молохова и стал его ругать, говоря, чтобы тот занялся воспитанием своего сына.

–Негоже детям лакея дружить с господскими детьми!– недовольно воскликнул Алексей Николаевич.– Ты заруби это на носу, милейший, а то уволю к чертям собачьим!

Александр Молохов вытянулся, как солдат на плацу, пробормотав:

–5-

–Понял… Будьте спокойны, я…

–Чего спокойны? Я-то спокоен, а ты бы занялся воспитанием своего сынка! Выпори его, как следует!

–Не извольте беспокоиться. Обязательно выпорю!– пообещал Александр.

–И сильно выпори, чтобы вся его задница красной была!

–Слушаюсь!

–А то я могу приказать своему конюху, чтобы он твоего сынка выпорол на конюшне. И тебя тоже выпорю!

Александр негромко сказал, как бы про себя:

–Я сам… Сам выпорю…

–Сам? А сможешь сам?– усомнился Алексей Николаевич.

–Смогу, барин. Точно смогу.

–И накажи своему Мишке, чтобы он не водился с моим сыном. Он не ровня нам!

Александр тотчас кивнул:

–Уж обязательно, барин. Не извольте бес…

Алексей Николаевич перебил слугу:

–А теперь пошел вон! А то тебя прикажу выпороть!

–Меня – то за что, барин?

–Пшел вон, собака!

Через полчаса из комнатки, где жил Александр Молохов, раздались вопли Марфы, которая уговаривала мужа не пороть Михаила, и Михаила, который кричал от боли и унижения, когда

его порол отец. Порка продолжалась целый час. Александр бил сына нещадно ремнем, потом взял кнут и порол еще кнутом, приговаривая:

–Негоже дружить с господами, Мишка! Знай свое место!

Михаил простонал:

–Я тоже человек!

–Человек!.. Тьфу, ты сын лакея! Ты должен знать свое место!– закричал Александр.

Выпоров сына, Александр занялся свой женой, сначала ударив ее кулаком по лицу, а потом приказав раздеться.

Марфа покраснела и взмолилась:

–Успокойся, Сашенька! Я тебе не враг, я мать и жена, я…

–Заткнись, дура! – С этими словами Александр вытолкал плачущего Михаила во двор, запер дверь и раздел догола Марфу.

–Пощади, Сашенька!– рыдала Марфа, но Александр будто не слышал ее и порол ремнем, нецензурно ругаясь.

А после порки Александр изнасиловал жену, дергая ее за волосы и продолжая ругаться.

На следующий день Михаил бегал по двору один, не замечая Ивана, хотя тот несколько раз пытался заговорить с Михаилом. Через несколько дней Михаил подошел к Ивану, виновато говоря:

–Ну, что же со мной не говоришь? Чем я тебя обидел?

Иван нехотя ответил:

–Ничем.

–Тогда почему…

Иван перебил:

–Хватит тебе, Мишенька! Мне papa запретил с тобой водиться.

–Ах, запретил?– вспылил Михаил.– Не твоего поля ягода?

Иван отошел от Михаила, ничего не говоря.

–Значит, мы теперь не друзья, Иван?

Иван поморщился:

–Миш, не усложняй. Меня будет ругать papa!

–Ах, значит, ругать будет? Ты мне не друг?

–6-

Иван помолчал минуту, потом откровенно сказал:

–Друг тебе, друг. Но papa против нашей дружбы, неужели не понимаешь?

–Понимаю. Значит, ты врал мне?

–Ну, почему…

–Ты обещал, что будем друзьями на всю жизнь!

–Будем,– быстро ответил Иван.

–А не врешь?

–Не вру.

Через месяц Алексей Николаевич, будучи навеселе, обрадовал своих домашних неожиданной новостью:

–Мы переезжаем в Петербург!

Людмила Александровна вздрогнула:

–Mon cher…Как… как в Петербург?

–Ты ж хотела жить в столице, Людочка?

–Хотела, но где…

Алексей Николаевич перебил жену, гладя ее по щеке:

–В собственном доме будем жить, Людочка. Я покупаю в Петербурге доходный дом.

–Неужели?

Алексей Николаевич ответил с благостной улыбкой:

–Слушай внимательно, женушка! Четырехэтажный дом, на последнем этаже будем жить только мы, а остальные квартиры ниже буду сдавать.

–Вот как? C’est bien beau ce que vous venez de dire… но… но…

–C’ est arrete, ma chere!

–Решено? А как же Иван? Где он будет учиться?

Алексей Николаевич снисходительно усмехнулся:

–Мы отдадим его учиться в петербургскую гимназию.

–И потом ты хочешь, чтобы он стал офицером?

–А как же, ma cher! Soyez tranquille! Он продолжит нашу офицерскую династию. Дворянин обязан пройти воинскую подготовку.

После Алексей Николаевич уединился с сыном и повторил ему, что скоро вся семья Дубиных переезжает в Петербург.

Однако эта новость вовсе не обрадовала Ивана. Он стоял несколько удивленный и смущенный.

–Что такое, сын? Ты не рад?– удивился Алексей Николаевич.

–Уж не знаю… Я привык жить здесь…– откровенно сказал Иван.

–Ничего. Будем жить в столице! Станешь офицером.

Иван поморщился:

–Фу! Офицером?.. Я хочу быть писателем.

–Ни в коем случае, Иван!

–Нет, я хочу быть писателем!

–Ne me tourmentez pas!– повысил голос Алексей Николаевич.– Ты хочешь быть жалким писакой? Щелкопером?

Иван протяжно вздохнул, но ничего не ответил.

–Ну, что молчишь, Иван?

–Что там говорить… Сначала надо закончить гимназию.

Алексей Николаевич обрадовался:

–Правильно, Ванечка! Вот тут ты правильно говоришь.

Иван хотел выйти, но потом остановился у двери, будто что-то еще желая сказать.

–Ванечка, хочешь еще что-то спросить?

–Да, я… – замялся Иван.– А как же наша прислуга?

–Понятно… Думаешь опять о Мишке своем,– догадался Алексей Николаевич.– Нет,

–7-

Молоховых я не возьму с собой.

–Почему, papa?

–Нерасторопный он слуга, этот Сашка Молохов. Да и сынок его Мишка постоянно с тобой водится, что меня очень раздражает.

–Сашка Молохов мой друг!– признался Иван.

Алексей Николаевич брезгливо поморщился:

–Mon dieu! Что я слышу, Ванечка? Дворянин не может и не должен дружить с просто-людинами.

–Но, papa…

–Прекрати, Иван! Все, можешь идти. Тебя ждет Николай. Кажется, ты вчера не учил французский с ним, да?

–Сейчас наверстаю,– пообещал Иван.

Но выйдя из кабинета Алексея Николаевича, Иван не пошел к гувернеру, а выбежал во двор, где его ждал Михаил.

–Я тебя уже долго жду,– произнес со скрытой досадой Михаил.

–Papa задержал,– объяснил Иван.

–Papa, papa… А по-русски не можешь говорить?

Иван пожал плечами:

–Что мне делать, если дворяне должны говорить по- французски. – Он помолчал минуту, потом сообщил другу:– Скоро мы уезжаем.

–Уезжаете? Куда?

–А в Петербург!

–А я как же?

Иван снова пожал плечами, но ничего не ответил.

–Понятно… – пробормотал Михаил.– Значит, нас не берут. Молоховых не берут с собой.

–Я не решаю за отца.

–А как же наша дружба? Ты же обещал…

–Обещал, да… Мы друзья!

Михаил вновь повторил, как и раньше:

–А не врешь?

–Я уже устал говорить тебе, что…

Михаил перебил:

–Говоришь одно, а на деле получается совсем другое. Вроде друг, но сторонишься меня. Вроде друг, а теперь уезжаешь!

–Да я же не решаю… Papa сказал, что мы уезжаем.

Михаил махнул рукой и побежал в дом. Забежав в дом, он вытер рукавом слезу, постоял немного, снова всплакнул, сжимая пальцы рук в кулаки. Марфа заметила, что сын чем-то расстроен и поинтересовалась:

–Что случилось, сынок?

Михаил ничего не ответил, смотря в окно на бегающего во дворе Ивана.

–Понятно,– догадалась Марфа.– Детишки поругались.

–Поругались? Иван уезжает в Петербург, а меня не берут туда.

Марфа протяжно вздохнула:

–Что поделать… Такова наша участь – барин все решает…

–Но почему? Это несправедливо!– возмутился Михаил.

–Нас не спрашивают…

Через два дня семейство Дубиных уехало в Петербург. Михаил не вышел провожать их, покрасневший и злой. А вечером вышел во двор, став гонять голубей. Потом Михаил остановился, говоря сам себе:

–Ничего, Мишенька! Я найду Ивана! Обязательно найду.– Он помолчал минуту, потом продолжил:– И я стану писателем! И не буду лакеем!

–8-

Он не заметил подошедшего отца. Александр Молохов погрозил сыну указательным пальцем, говоря с обидой:

–Не будешь лакеем, да? Барином станешь?

–Пап, извини…– пробормотал Михаил.– Я не хотел тебя обидеть.

–Ладно… Значит, ты не хочешь служить лакеем?

–Не хочу.

–А как станешь писателем, если толком не учился? Надо учиться грамоте!

Михаил убежденно ответил:

–Буду. Буду учиться.

Александр обрадовался:

–Вот и хорошо, сынок! Сначала учись грамоте, а потом уж решай, кем будешь…

–Хорошо! Буду учиться.