Читаем Генеральный Гад онлайн бесплатно

Проблемы появились там, где я их не ждала. Наш единственный на этаже офисный туалет был занят. А мне срочно, срочно нужно попасть туда!

Переминаюсь с ноги на ногу, прикидывая масштаб трагедии. Я в брюках, к счастью, не белых. Неожиданное начало менструального цикла – не самый идеальный старт дня. Но всё обойдется, если через минуту дверь отворится.

Гипнотизирую: «Сим-сим, откройся».

Открывается, и я подвисаю, подумав, что у меня начались глюки из-за отсутствия кофеина в крови.

Из туалета выходит молодой мужчина, выглядящий как сбежавшая с показа модель Хьюго Босс.

Белая рубашка, обтягивающая литые мускулы и расстегнутая на одну пуговичку вверху. Черные узкие брюки. Коротко подстриженные темные волосы и аккуратная небритость на лице.

И одеколон… от которого колени становятся мягкими, как желе.

Парень бросает на меня презрительный взгляд и отходит в сторону.

Я встряхиваюсь, сбрасывая с себя тупое оцепенение, и шагаю внутрь освободившегося туалета.

Торопливо достаю упаковку тампонов и… замечаю прозрачные капли на ободке унитаза.

Я никогда так не делала, но в этот раз вылетела из помещения и поискала глазами красавца.

Ага, вон он с телефоном у кадки с фикусом стоит.

Подлетаю к нему, упираю руки в боки и говорю:

– Вас не учили, что прежде чем делать свои мокрые дела, крышку унитаза надо поднять? А закончив – опустить обратно.

Парень отрывает взгляд от телефона и смотрит на меня, как на сумасшедшую:

– Чего?

– Того. Вернитесь и уберите за собой.

– Куда?

А мачо, оказывается, не из сообразительных. Так я и знала, что красивая внешность не равно высокий интеллект.

– В туалет! – указываю пальцем.

– Ты что, больная? – его взгляд тяжелеет.

– Я больная? – переспрашиваю злым шепотом.

– А я, понял – ты уборщица, – кивает с усмешкой. – Так иди и убирай, – указывает пальцем на открытую дверь.

Представляю, как смешно мы выглядим со стороны: жарко спорим и одновременно тычем пальцами в сторону клозета. Медленно опускаю руку.

Стою, как оплеванная. Я типа уборщица и должна убирать вот за этим козлом?!

– Кто накапал мимо, тот и убирает, – шиплю злобно.

– Никуда я не капал, ясно?! Я зашел руки помыть. Отвали от меня, идиотка! – раздраженно говорит павлин и уходит.

Не, нормально? Не капал он! А кто тогда это сделал? Барабашка? Он последний вышел, значит с него спрос!

– И да, – оборачивается незнакомец, – у вас там вместо нормального жидкого мыла лежит какой-то обмылок. Относитесь внимательнее к своим непосредственным обязанностям.

Выдав это, он сворачивает за угол.

Это что вообще было? Кто тут такой наглый раскомандовался в нашем офисе? Новый сотрудник? Интересно, на чье место он пришел и не много ли спеси для новичка? У нас ведь заняты все вакансии, никто не увольнялся и не собирается, насколько я знаю.

Но, черт возьми, я что правда похожа на уборщицу?!

Вспомнив, зачем вообще хотела попасть в туалет, возвращаюсь туда и делаю свои дела.

Благо мне не требуется облегчиться и садиться на залитый чужими биологическими жидкостями унитаз.

Все равно меня потряхивает от возмущения. Это стычка с павлином так на меня подействовала.

Ч-черт, в коридоре всё еще пахнет вкусным парфюмом этого типа! Может, пойти по запаху и выяснить, к кому он пошел?

Да больше делать мне нечего – выслеживать какого-то ненормального.

Возвращаюсь в свой кабинет. Моей начальницы Серафимы Ивановны нет на месте. С сегодняшнего дня она в отпуске. И мне придется начислять зарплату без её контроля, поэтому нервничаю с самого утра. Боюсь накосячить.

Еще и месячные некстати пошли, живот болит. И злая, как сорвавшаяся с цепи сучка. Хихикаю от сравнения, пришедшего в голову. Я вообще-то безобидная и кроткая, просто сегодня неудачный день.

Дался мне этот незнакомый тип и его безалаберность. Надо было промолчать, наверняка, он просто чей-то посетитель.

Но он назвал меня идиоткой!!

Сама напросилась, Огнева.

Всё так, но…

Из головы не выходит наглый тип, и я мысленно продолжаю с ним горячечный спор. И тоже называю его идиотом и триумфально посылаю нахрен. Так то лучше!

Через час нас всех срочно собирают в кабинете генерального. В голове возникает страшная картинка, что меня сейчас будут прилюдно казнить за какой-нибудь косяк, о котором я еще не знаю. Ну не дура ли?

А вдруг кому-нибудь зарплату не додала?

Просовываю голову в кабинет Богдана Александровича, чтобы считать его настроение и эмоции, но не вижу шефа.

Вместо него в кресле сидит напыщенный индюк, с которым я имела честь познакомиться возле туалета, и осматривает сотрудников строгим взглядом, как будто намерен сделать выговор каждому. Был бы человек, статья найдется.

Что здесь происходит?

Кто-то подталкивает меня в спину, и мне приходится шагнуть в просторный кабинет.

Индюк переводит на меня радиоактивный взгляд, пригвождая к месту. Нехорошие предчувствия усиливаются, и у меня с чего-то вдруг подкашиваются колени.

– Я Адам Богданович Годунов, ваш новый генеральный директор, – звучит негромкий властный голос.

– Ой, идиотка, – бурчу себе под нос и крепко-крепко зажмуриваюсь, как будто это меня спасет от его гнева.

– А Богдан Александрович? – кто-то спрашивает робко.

– Мой отец приболел. Я теперь вместо него.

Я обвинила сына начальника в невоспитанности. Ой, что теперь будет!

Он уже волком смотрит на меня.

Хоть увольняйся теперь.

– Я рад, что на мой зов откликнулись все, даже технический персонал, – красноречиво смотрит на меня. А потом и все остальные – с недоумением.

– Но я не… – краснею под насмешливым взглядом нового босса.

Хватаю себя в кулак и хорошенечко встряхиваю. Поднимаю подбородок и говорю с вызовом:

– Я старший бухгалтер.

Получается очень даже ничего. По крайней мере, начальничек стирает с лица унизительную усмешку.

Мстит! Как пить дай, мстит мне за подозрения в отсутствии рамок приличия.

Может, и вправду, кто-то другой полил ободок? Легко, я уже не раз вижу это непотребство. Поэтому и бомбануло меня так некстати.

И тут я вспоминаю, что у генерального директора есть свой личный клозет – чистенький, убранный и с сидушечкой от Армани! И Адаму Гадунову нет нужды шариться по общественным.

Ой, я сказала Гадунову, да?

А мне нравится. От слова Гад.

А я идиотка – да, что испортила отношения с главным в первый же день.

Адам

– Я Адам Богданович Годунов, ваш новый генеральный директор, – говорю собравшимся людям, которые смотрят на меня как на восьмое чудо света.

Особенно та воинственная особь, как там её? Мне еще предстоит пройтись по кабинетам и лично познакомиться с каждым подчиненным. Даже в подсобку зайду и проверю наличие средств для гигиены. Отец их всех явно расслабил.

Помыл руки, называется. Какая-то пискля наехала на меня и обвинила во всякой гадости. А сама даже мыло забывает класть. Полнейшая антисанитария.

– Я старший бухгалтер, – сообщает мелкая злючка.

Так она не уборщица?

Что ж, ошибся, бывает.

Молниеносно строю планы, как взъебу бухгалтерию, найду к чему прицепиться и вышвырну вон сучку, посмевшую меня прилюдно отчитать.

Или пусть живет пока?

Осматриваю ее грудь и всё, что ниже. Мелкий рост, но в целом хороша. Её бы на каблуки поставить. Что за унылые балетки? А, ну да, бухгалтерия. Что еще ожидать от серости?

Отпускаю персонал. Расходятся с тусклыми лицами. Да чо не так? Поняли, что я строг и суров? И наведу здесь свои порядки.

Тук-тук.

– Ну, входите, – милостиво разрешаю, не отрывая взгляда от бумаг.

– Адам Богданович, вот.

Поднимаю голову и вижу блондинку. На ней такая узкая юбка, что кажется, сейчас треснет по швам.

– Что это? И кто Вы?

– Я Ваш пиар-менеджер Оля Пегина. А это макеты Ваших визиток. Я обо всем позаботилась. Посмотрите, вот эти – золотые, выглядят солидно, – трещит, как сорока.

– Мне они пока не нужны, – режу, едва взглянув на бумажки.

– Но как же, – раскрывает пухлый рот.

– Идите, Пегина, работайте, – машу пальцами.

С оскорбленным видом блонда забирает бумаги и удаляется. Терпеть не могу чьи-то инициативы. Нужны будут визитки – скажу. Чего бежать впереди паровоза? У меня и без этого проблем хватает.

Надрывается телефон. Мама. Принимаю вызов и включаю громкую связь:

– Как он там? – спрашиваю.

– По-прежнему, – вздыхает мать. – Не говорит. Поврежден лицевой нерв.

– Так, ма, панику отставить, отец в хорошей клинике под присмотром лучших профессоров города. Всё будет хорошо.

– Да, будет, – хлюпая носом, соглашается маман и переводит тему, – Ну как ты там, справляешься на фирме?

– Работы много, – отвечаю уклончиво.

Тут её не просто много, тут полный абзац!

– Хорошо, сынок. Увидимся вечером у папы. Пока.

Кладу трубку, беру список фамилий подчиненных и иду на обход. Я должен посмотреть, кто где сидит и вообще. Чтоб не расслаблялись.

Бухгалтерия – первые в списке. Отлично!

Толкаю дверь и тотчас вижу перед собой большую аппетитную попу. Старший, стало быть, бухгалтер склонилась над кулером и ждет, пока чахлый ручеёк наполнит ее кружку.

На кружке нарисован доллар. Хм… значит, серость о деньгах мечтает, да еще и в иностранной валюте. Не хило так.

– Серафима Ивановна, это ты? – спрашиваю, сверившись с листком.

Коротышка с большой попой выпрямляется и стреляет в меня рассерженным взглядом:

– А что, я похожа на Серафиму Ивановну?

– Без понятия. Значит, Милана Павловна Огнева?

– Да, это я.

Хм… Красивое имя для такой серости. Не соответствует, машинально отмечаю.

Её взгляд опускается на мою грудь и куда-то плывет. Мм, любит мужские торсики? Это она меня без рубашки еще не видела. Три года тело «делал».

– Милана из Милана срочно подготовьте мне отсчет по доходам компании за последний год. Живо! – добавляю строгости в голос, чтобы не подумала, что шучу и флиртую с ней.

Зачем я сказал ей Милана из Милана? Так, просто к слову пришлась рифма. Какой ей Милан хоспади. Её максимум – Хургада, где живут бронзовые озабоченные египтяне.

Пална вздрагивает и бросается к монитору. Глаза круглые, испуганные. Так-так, неужели накосячила, и мне придется узнать о чем-то неприятном?

– Отчет принесете ко мне в кабинет, – демонстративно смотрю на наручные часы. – Через десять минут.

***

Милана

Десять минут! Да только принтер будет печать листы полчаса минимум. Он у нас тугодум, который давно пора заменить.

Вздыхаю, вот ведь дал бог нового начальника. Он не Богданович, он Бокомданнович.

– Давай же, печатай, – шлепаю по крышке принтера. – А то Бокомданный меня вздернет.

А каким ледяным взглядом он на меня глядел, словно подозревает в хищении в особо крупном размере!

Надо ж было такому случиться, что мой язык развязался именно сегодня. Шлепаю себя по лбу, как будто это поможет мне вернуться на машине времени назад и отменить встречу у туалета.

Еще и засмотрелась на него! Стыдобище.

Нет, ну а зачем с расстегнутой рубашкой по офису щеголять? Уже разделся бы тогда совсем!

Огнева, прекращай. Ты трусики свои проверь, не потекла случайно от горяченького Гада без пуговиц, мм?

А эта сильная рука с дорогими часами? Не зря же наша юридическая фирма называется «Право сильного». Похоже, Адам собрался держать нас в железном кулаке.

Каким-то чудом через пятнадцать минут приношу ему отчет. Робко стучу в дверь генерального:

– Можно?

– Вы опоздали, Огнева, – говорит он, сканируя меня своим горящим взглядом. – Могли бы попить кофе потом, после того, как отчет будет лежать на моем столе.

– Но я не пила кофе. Это принтер, он не фурычит.

В кабинете теперь пахнет по новому – кожей и стойким мужским ароматом.

– Ага, рассказывайте мне тут, – дерзко усмехается, обнажая идеальные зубы. – Я же чувствую, что от Вас кофе разит.

Упс, ну пила, пока принтер с чиханием и скрипом выплевывал из себя листы бумаги. Что тут такого?

– Принесите и мне кофе, а я пока почитаю, что Вы мне тут принесли.

– Но у Вас есть секретарь, попросите её, – выдыхаю возмущенно.

– Так, Пална, неси мне кофе или отправлю туалеты драить, – говорит на полном серьезе.

Милана

Вылетаю из кабинета генерального и чуть не сшибаю плечом начальника службы безопасности. А он, на минуточку, два метра ростом и центнер весом.

– Милка, куда летишь? – вскрикивает он.

– Кофе делать, – заносчиво отвечаю на бегу.

Вообще обнаглел! Меня и туалеты драить?! Да у меня высшее образование и красный диплом!

Просто скотина и гад.

Хотя не исключено, что этот тиран меня попросту троллит. Холодная месть за утреннее происшествие.

Так, надо держать себя в руках и не показывать ему, как меня уязвляет его отношение к подчиненным. Особенно лично ко мне!

С трудом удерживаюсь от того, чтобы плюнуть в чашку. Сколько сахара класть вообще? Не рискую, несу несладкий.

Секретарь Гадунова – Евгения провожает меня удивленным взглядом:

– Это ты типа обхаживаешь наше новое начальство?

– Попросил, – буркаю недовольно. – Видимо, ты плохо справляешься со своими обязанностями.

Я не язва и не хамка. Сегодня просто не мой день.

Ставлю чашку на стол Бокомданного и гордо собираюсь покинуть помещение.

– Стоять, Пална!

Останавливаюсь и замираю, испытывая нехорошие предчувствия.

Он, как волк, подкрадывается ко мне и как, мне кажется, обнюхивает.

– Признайся, честно, – говорит над моим ухом, – ты плюнула в эту кружку?

От его горячего ментолового дыхания у меня сводит колени.

Мои уши сигнализируют о том, что слушали бы его сексуальный хрип вечно – короче говоря, покраснели.

– Нет! – ахаю. – Как Вы могли подумать обо мне такое?

– Еще как могу, после того, как ты отчитала меня утром у туалетов. Говорят, у бухгалтеров склочный характер. Охотно верю.

Адам Бокомданный продолжает стоять у меня за спиной, и я чувствую, что сначала покрываюсь ледяной коркой, а потом всё это дело начинает таять. Ощущеньица – огонь!

Разворачиваюсь и несмело смотрю ему в глаза. Я должна признать свою ошибку вслух и извиниться перед ним, иначе он будет цепляться ко мне постоянно.

Набираю побольше воздуха в легкие и выпаливаю:

– Простите меня, Адам Богданович, за утренний выпад в вашу сторону. Я была не права.

Слава богу, не вырвалось Бокомданнович! А то взбесила бы его еще больше.

– То-то же, – ироничная усмешка, соблазнительная улыбочка генерального, и мою скованность, как рукой снимает.

– Если Вы и писаете мимо горшка, то я об этом не узнаю. У Вас же личный туалет.

Тсс… Огнева, ты что несешь??

Его глаза темнеют, и я чувствительно прикусываю себе язык. И-ди-от-ка!

– Пойдем, посмотришь, – говорит он и толкает меня в сторону личного клозета.

Нет-нет… я же пошутила, пожалуйста, не надоооо!

Сбежать никак не получится. Его монументальный торс перекрывает мне путь к отступлению.

Он оттесняет меня, всё ближе и ближе. Да не хочу я смотреть туда!

Глаза в глаза, словно игра в гляделки, кто первый моргнет. Спотыкаюсь на неровности и чуть не падаю. А этот гад даже руки не подал!

– Смотри, – властно командует он.

– Куда? – спрашиваю пересохшими от волнения губами.

Какого черта он творит? Как будто загоняет меня в ловушку! Это совсем не то, что должно происходить между начальником и подчиненной.

– На унитаз смотри.

– А я не хочу, – отвечаю полушепотом.

– А придется.

Адам хватает меня за подбородок и разворачивает лицом к сидению.

Шикарный черный стульчак с сенсорной панелью. Идеально чистый, благоухающий трон. Стены санузла отделаны темным мрамором. Даже ванна есть. Неужели Богдан Александрович здесь купался? Впечатляет.

– Всё рассмотрела?

– Да-а. Отпустите… пожалуйста.