Читаем Гармония игры онлайн бесплатно

— Вов, смотри же, не забудь разбудить меня завтра в полседьмого, — ложась спать, в очередной раз напомнил я старшему брату, пока тот наконец не вспылил:

— Еще раз скажешь, вообще не разбужу! Заладил: разбуди да разбуди… Спи лучше и ни о чем не думай.

Легко сказать: «не думай». А если завтра твоя судьба решается, как тут не будешь думать? Одно дело быть лидером во дворе или в классе, а другое — там, где все будут не хуже тебя. А надо сразу «показаться», иначе — пиши пропало, не возьмут…

Ранним утром, едва первые лучи ласкового майского солнца проникли в мою комнату, я вскочил с ужасным предчувствием: проспал. Растормошил спящего брата:

— Который час, Володя?

— Вот ненормальный, — проворчал тот, глядя на часы. — Только начало шестого. Спи еще!

Какое там спи! Наспех умывшись и выпив чашку чая, я помчался к Сашке Чайковскому. Тот уже ждал меня. Повесив на плечо спортивные сумки, в которых лежали видавшие виды потрепанные кеды и такая же спортивная форма, мы отправились на стадион, то и дело ускоряя шаг.

Шли записываться на футбол. В настоящую секцию при команде мастеров «Днепр».

На стадионе еще никого не было, кроме сторожа, который, увидев нас, проворчал, что, мол, ходят тут в такую рань вместо того, чтобы еще сны досматривать.

Ровно в восемь, когда собралась довольно большая группа кандидатов в футболисты, к нам подошел мужчина в спортивном костюме с секундомером на груди и с мячом в руках. Это был тренер Николай Федорович Коломеец. Он окинул нас взглядом, улыбнулся и спросил:

— Все на футбол? Тогда приступим.

В течение примерно часа мы соревновались в беге, прыжках в длину, и умении жонглировать мячом и точно бить по воротам, даже подтягивались на перекладине. Венчала экзамен двусторонняя игра, после которой тренер назвал фамилии тех, кого он зачислил в секцию.

Услышав: «Демьяненко», я был вне себя от счастья, но, важно укладывая спортивную форму в сумку, как можно спокойнее спросил:

— А тренировка когда первая?

Сашку тоже приняли, и домой мы неслись во весь дух, чтобы поскорее похвастаться во дворе, что теперь мы — футболисты группы подготовки при команде мастеров!

Этот эпизод из далекого детства, определивший мою судьбу на многие годы, я до сих пор помню до мельчайших подробностей. И теперь понимаю что иначе и быть не могло. Ведь старшие братья Владимир и Николай фанатично любили футбол и, отправляясь на матчи дворового ранга, всегда брали с собой и меня. Чаще всего мне отводилась роль зрителя, но иногда разрешали и поиграть. Правда, только в воротах, а в лучшем случае — в защите.

А когда старших на площадке сменяли мои сверстники, мне уже не грозила роль зрителя, хотя поначалу и лидером не был. Наши футбольные поединки длились по несколько часов подряд и, как правило, завершались с астрономическим счетом. Может, это и парадоксально, но многому, что умею в футболе сейчас, я научился там, на дворовой спортивной площадке родного Днепропетровска. Впрочем, многие мастера кожаного мяча свои «первые университеты» проходили так же. Например, мой сосед и друг Сергеи Мотуз. Он на полтора года старше, поэтому чуть раньше меня записался в футбольную секцию, раньше попал сначала в дублирующий, а затем и основной состав «Днепра». Я шел по его стопам, а по моим — Олег Протасов, который жил в соседнем доме. Уверен, что и Саша Чайковский, Виталий Лукомский, Саша Ефремов стали бы неплохими футболистами, не избери они другие дороги в жизни.

Однажды в нашем дворе появилась молодая подтянутая женщина. Она долго смотрела, как мы гоняем мяч, а потом подозвала всех к себе:

— Не желаете ли принять участие в настоящих соревнованиях? На приз клуба «Кожаный мяч». Слышали, наверное, про такие? Создадим свою команду, потренируемся… Меня зовут Галина Михайловна Гордеева, я физкультурный организатор вашего ЖЭКа.

Мы недоверчиво переглянулись: принять участив в популярных соревнованиях было заманчиво, но только вот почему предлагает это женщина? Не тренером ли нашим она собирается быть? Да нас же просто засмеют.

— Значит, согласны? Тогда встречаемся здесь завтра в четыре часа,— сказала с улыбкой Галина Михайловна и ушла.

Мы долго обсуждали новость, а назавтра все как один явились на тренировку. Занятие действительно провела Галина Михайловна. И получилось это у нее неплохо. Мяч она, конечно, с вами не гоняла, но несколько очень дельных советов дала, чем сразу же завоевала авторитет. Вот так мы и тренировались под руководством футбольного тренера-женщины. И в соревнованиях выступили неплохо. Но не это главное. Я с благодарностью вспоминаю уроки Галины Михайловны. Она учила нас справедливой, честной, спортивной борьбе.

Итак, летом был футбол, а зимой, разумеется, хоккей. Хотя Днепропетровск далеко не хоккейный центр, освоили мы эту игру довольно неплохо. А Сергей Мотуз играл настолько здорово, что, думаю, вполне мог бы стать хорошим хоккеистом. Если бы, конечно, не футбол… Кстати, хоккейным премудростям нас также обучала Гордеева.

В футбольной секции дела у меня шли неплохо. Играл я в нападении, много забивал. Тренироваться правилось, и на каждое занятие шел, как на праздник. Николай Федорович Коломеец, мой первый тренер, к сожалению, рано ушедший из жизни, был требовательным, но справедливым и добрым человеком, футбол он любил и считался хорошим специалистом.

Мне было жаль расставаться с Николаем Федоровичем, но попасть в футбольную школу «Днепр-75» мечтал каждый мальчишка. Я не был исключением. Когда меня зачислили в нее, пришел к своему первому тренеру и признался, что ухожу от пего. Коломеец, к моему удивлению, улыбнулся и сказал:

— Ты правильно поступил, Толя. Человек должен постоянно стремиться к большему. Ты можешь добиться многого в футболе, если только не разменяешь свои способности на мелкие житейские соблазны. Большой спорт требует полной самоотдачи…

В «Днепре-75» я занимался под руководством Владимира Николаевича Ануфриенко, который у нас, мальчишек, пользовался большим авторитетом. Еще бы! Ведь он был чемпионом Советского Союза 1961 года в составе киевского «Динамо».

Футбол заполнил мою жизнь настолько, что потеснил на второй план учебу в школе. Но тут вмешался старший брат:

— Больше на футбол ходить не будешь! Так и передай Владимиру Николаевичу. Думаю, двоечники ему не нужны…

— Так я же не двоечник… — попытался было возразить Володе, но спорить с братом, который старше на десять лот, не осмелился.

Пришлось подналечь на науки. Отстающим я никогда не был, но и в хорошисты выйти по удалось. А потому, когда я окончил восьмой класс, семейный совет в составе братьев Владимира и Николая и родителей Раисы Савельевны и Василия Логвиновича решил, что мне нужно поработать на заводе, дабы побыстрее, по словам Володи, стать человеком, а среднее образование можно и в вечерней школе завершить.

Так я стал слесарем-инструментальщиком Днепропетровского металлургического завода. И, конечно, продолжал тренироваться. Уставал неимоверно: после смены спешил на стадион, вечером сидел за учебниками. Случалось, что и засыпал, уронив голову на книгу.

Родители беспокоились, что их меньшенький, переутомится, а старший брат приговаривал:

— Вот и отлично! Надо привыкать к большим нагрузкам, если хочешь стать настоящим футболистом.

Володя не был жестоким или беспощадным по отношению ко мне. Напротив, брат меня очень любил и в душе гордился моими спортивными успехами. А его напускная строгость была продиктована одним обстоятельством. Дело в том, что наши родители глухонемые и воспитывать детей им было, попятно, нелегко. Старшие братья выросли, как говорится, вполне благополучными: честно работают, имеют хорошие семьи. Володя, который старше меня на десять лет, внимательно следил за тем, чтобы и я не сбился с пути праведного. Причем он так вошел в роль, что продолжал воспитывать меня, когда мне и самому было уже под тридцать…

Постепенно я втянулся в непривычный до того трудовой ритм, усталость прошла, зато появилась уверенность в себе, может быть, даже солидность. Во-первых, я был уже рабочим человеком и приносил в дом трудовые деньги, а во-вторых, значительно прибавил в игре и все чаще и чаще чувствовал повышенное внимание к себе тренера дублирующего состава «Днепра» В. А. Пестрикова, который часто приходил на наши занятия.

И вот наступил долгожданный момент. Осенью 1975 года после одной из тренировок Пестриков подошел ко мне.

— Давно слежу за тобой, неплохо смотришься. Попробуем в дубле. Завтра в восемь сбор на стадионе, едем на товарищеский матч в Одессу. С Владимиром Николаевичем я говорил, он рекомендовал тебя. Так что до встречи! — Вот такой состоялся разговор.

Я верил, что рано или поздно этот момент в моей жизни наступит. Но все же был потрясен: меня пригласили в «Днепр», пусть в дубль, но ведь в команду мастеров!

— Я же говорил, что сделаю из тебя человека, — с удовлетворением сказал дома брат, выслушав мой рассказ. — Но это только начало…

Тренеры дублирующего состава В. А. Пестриков и А. А. Биба везли резервных игроков на товарищеский матч с дублерами «Черноморца». Мне было неловко в компании хоть и немногим старше меня по возрасту, но уже официально зачисленных в состав «Днепра» футболистов. Поэтому войдя в автобус, я забился в угол на заднем сиденье и молча просидел всю дорогу.

Настраивался, что в лучшем случае выпустят на поле на несколько минут в конце матча, но Биба, объявляя стартовый состав, назвал и мою фамилию. Парень, сидевший рядом со мной (теперь уже не помню, кто именно) ободряюще подмигнул:

— Не дрейфь! Играть же умеешь, иначе не пригласили бы. Вот и покажи все на что способен.

Волнение прошло, едва я коснулся мяча. Играл на месте правого защитника, но, как всегда, при первой же возможности шел вперед, благо опыт игры в нападении у меня был. После матча тренеры ничего не сказали по поводу моих действий, а самому спросить было неудобно. Так в неведении я промучился до самого Днепропетровска. Лишь когда, выйдя из автобуса, я тихо произнес: «До свидания!», Андрей Андреевич Биба, спохватившись, вдруг сказал:

— Да, Толя, мы удовлетворены твоей игрой. Так что завтра, пожалуйста, на тренировку. И без опозданий, это уже не детский футбол.

Да, это был иной футбол. По иному руслу с того дня потекла и моя жизнь. Я тренировался с дублирующим составом «Днепра», иногда меня выпускали даже в матчах резервистов чемпионата страны. А в начале 1976 года официально зачислили в команду мастеров. Исполнилось мне тогда 17 лет.

В коллектив влился быстро во многом благодаря своему другу Мотузу. Сергей играл в «Днепре» уже два года, его сразу полюбили в команде за веселый прав, честность, трудолюбие. На тренировках мы, словно вспомнив свои дворовые поединки, очень хорошо взаимодействовали на фланге: я в защите, он — в средней линии. Постепенно наша связка стала ударной силой дубля «Днепра».

Почувствовав уверенность, я стал подумывать и об основном составе. Тем более что там уже стабильно выступал Мотуз. Но тренеры вполне справедливо не торопились бросать меня в горнило борьбы на высшем уровне. Я был еще слабоват физически, да и в психологическом плане семнадцатилетний футболист легко мог сломаться в случае неудачного дебюта.

Мой час пробил 18 мая 1978 года. Перед очередным матчем чемпионата страны в Алма-Ате с «Кайратом» меня вызвал к себе старший тренер команды Вадим Геннадиевич Иванов.

— Думаем поставить тебя сегодня в основной состав. Сыграешь в центре защиты. Не волнуйся, не суетись. Понимаю, что это будет нелегко, но тебе уже пора выходить на более высокий уровень.

К моему удовлетворению, в стартовом составе был и Мотуз. И хотя на этот раз нашей связки не получилось, поскольку я играл в центре и опекал опасного форварда соперников Анатолия Ионкина, но само присутствие Сергея на поле придавало мне уверенности.

Матч мы проиграли — 0:1, по, видно, моей вины в том тренеры не усмотрели. В следующей встрече меня вновь поставили в основной состав. Так до конца сезона, вернувшись, правда, на более привычный для себя левый фланг обороны, я неизменно играл за основной состав «Днепра». К сожалению, сезон был для команды неудачным. На финише чемпионата нам не хватило одного очка, чтобы сохранить за собой место в высшей лиге.

В конце сезона меня вдруг вызвали в областной спорткомитет.

Его председатель долго молча разглядывал меня, а потом сказал:

— Телеграмма тут пришла. Вызывают тебя, Толя, в сборную… — и, чуть помолчав, добавил: — В сборную Украины, на турнир «Переправа».

Не знаю, хотел ли председатель пошутить, делая паузу после слова «сборная», или его действительно удивил этот вызов. Меня этот вызов откровенно озадачил.

«Переправа» — это турнир, проводимый в межсезонье. По мнению его организаторов, он должен помочь тренерам найти молодых перспективных футболистов и переправить их в команды мастеров. Но, простите, куда мог «переправляться» я, будучи игроком основного состава «Днепра»?

Подобные сомнения, однако, исчезли, едва прибыл в сборную: здесь я встретил игроков, большинство из которых уже выступало за основные составы команд высшей лиги. Например, ворошиловградцы А. Полукаров, С. Журавлев, В. Зубенко, одессит А. Скрипник, львовянин А. Саулевич, довольно известными в футбольном мире были киевляне О. Таран, М. Олефиренко…

«В такой компании можно и в состав не попасть», — подумалось тогда. Но все же отыграл весь турнир неплохо. По его итогам попал в символическую сборную «Переправы». Было, конечно, приятно оказаться среди лауреатов турнира, который выиграла наша команда. Льстили самолюбию настойчивые атаки тренеров, приглашавших в команды высшей лиги, их заверения создать «все условия», в случае принятия их приглашения. И почему-то никто из них не принимал всерьез моих слов о том, что «Днепр» — моя любимая команда и что родной город я не променяю ни на какой другой.

Как-то в гостинице, где жили участники турнира, ко мне подошел незнакомый подтянутый мужчина и, улыбнувшись, представился:

— Анатолий Андреевич Сучков, тренер киевского «Динамо». Видел вашу игру: неплохо, совсем неплохо. Думаю, сможете закрепиться и в основном составе нашей команды. Заявление о переходе я продиктую…

О чем, о чем, но о приглашении в киевское «Динамо» я и думать никогда не смел. Шутка ли — в команде столько игроков сборной, половина состава заслуженные мастера спорта, и вдруг… я! Нет, нереально. Но, с другой стороны, разумно ли было не воспользоваться шансом, о котором мечтали и мечтают все молодые футболисты?

Мысли путались у меня в голове, и я не находил ответа. Словно в состоянии гипноза, я проследовал за Сучковым в его номер и написал заявление с просьбой разрешить мне переход из «Днепра» в киевское «Динамо». Вот и все.

Очнулся уже в своем номере. И стало мне не по себе. В «Днепре» я играл лишь два года, но с этой командой связана была вся моя сознательная жизнь: в детстве я спал и видел себя игроком «Днепра» и потому пошел записываться на футбол; став старше, до изнеможения работал на тренировках, мечтая попасть хотя бы в дубль этой команды, а попав в него, вскоре оказался в основном составе. И постоянно рядом со мной были мои тренеры, друзья, родные, наконец.