Читаем Галатея онлайн бесплатно
Читателю, конечно, уже ясно,
Что перед ним лишь присказка-
не сказка,
Ведь в сказках все не так заведено!
В них надо, чтоб не здесь и чтоб давно
А это было нынче и вчера!
Как мир моя история стара,
В ней все давно Читателю известно,
И потоку, быть может, интересно…
Теперь представьте городской пейзаж:
Этаж, кряхтя, влезает на этаж,
Спустилось солнце к вечеру на запад,
Людей все меньше, и все реже транспорт
Ночную разрушает тишину
Часок-другой – и мир у сна в плену
Заглянем в гости к новой героине!
Она как раз рассматривает иней,
Украсивший узорами стекло.
Мороз трещит, а в комнате тепло,
Еще чуть слышно музыка играет -
Конечно, обстановка расслабляет!
Душа в мечту стремится воспарить
И мир в ней идеальный сотворить
Необъясним в словах полет души
Душа живет до мысли и до слова
Как музыка.
Свет в доме потушив,
Чтоб не слепил глаза ей бестолково
Она опять к окошку подошла.
Узор морозный призрачно светился,
И в дальний угол отступала мгла
Неторопливо, как большая птица…
"Какой ты, мой несуществующий?
Твоя улыбка голос, взгляд?
Моей мечте, тебя рисующей,
С кого твой образ рисовать?
Ищу тебя и между встречными,
И меж попутными прохожими,
Бегу по кругу бесконечному -
Мелькают лишь слегка похожие.
Кричу, как в детстве – обознатушки!
А перепрятаться куда?
Ложится память снегом на душу,
Укрывшись тонким слоем льда…
Какой ты, мой несуществующий -
Мираж души моей тоскующей,
Моей любви надежда тщетная,
Моя молитва безответная?
Пора попроще выбрать Идеал,
Чтоб невозможным быть он перестал.
Пора смирить полет своей мечты
С потоком ежедневной суеты.
Жить "как и все", видать, не так уж плохо -
Лик большинства берет себе эпоха.
Пора… Пора… Но все-таки противно
Довольствоваться счастьем примитивным.
Ведь человеку нужно очень много -
По крайней мере, быть до смерти богом…
И взмыв над бездною отчаянья,
Она подумала: случайно ли
Ее стремленье к невозможному,
К прекрасному и безнадежному?
Иль воля мировых законов
В ней проявилась непреклонно?
И мук причина непроста -
Так мир спасает красота?
0 господи! Причем тут Идеал?!
Да мало ли Прекрасного на свете?
Он занят делом, он меня не встретил,
А встретив, говорить со мной не стал.
Глупа! Уродлива! И всякого презренья
Достойна больше, чем любой другой!
Ошибка мироздания! Изгой!
Не женщина, а недоразуменье!
В момент, когда на свете жить противно,
Теряет бедный разум объективность,
И самобичевание вполне
Достойное занятье в тишине,
Когда душа, отчаявшись, готова
Судить себя пристрастно и сурово.
И так, сама себе противореча,
Она стояла у окна весь вечер,
Стремясь и не умея "отключиться" -.
В мечту, как птица в небо, погрузиться,
Мечта, взлетая, билась о стекло,
О потолок, о стены, о чело:
Хрустели крылья, иссякали силы.
А попросту – тоскливо очень было!
Бесцветно, беспросветно, безответно,
Обыденно, понятно и конкретно…
Она разделась и легла в кровать?
Уж третий час пора, пожалуй, спать.
Вдруг в комнату ворвался яркий свет,
И радуга на стенах заиграла.
Она, уже спросонья, испугалась:
Пожар?! Война?!.. Да мало ль в мире бед!"
Себя теплей закутав в одеяло,
Вскочила тут же,,. Правда? Или бред?
Окошко настежь! И- да будет свет!
И первый раз за тридцать с лишним лет
Она так близко чудо увидала
И как назвать, и думать что – не знала…
Снежинки кружились,
Пылая, как жаркие звезды,
И бредил оттенками цвета
Расплавленный воздух,
Как будто вселенский художник
Волшебною кистью
На холст мирозданья
Швырял откровения истин…
И расцветали над Землей цветы
Невиданной доныне красоты?
И
В чудесные дворцы и терема!
И каждая надежда и страданье
Вдруг обретали цель и содержанье.
И письмена отчаянья померкли,
И прежний смысл вдруг потеряли мерки,
В которых был давно измерен мир,
Поблек надежд затверженный кумир.
Забилось сердце радостно и жадно!
И стало ясно – перед ней Снежана -
Редчайшее явленье на Земле -
Открыла красоту свою во мгле.
Всемирные усилия ученых
Не объяснили суть ее законов.
И, словно им за это в наказанье,
Она не поддавалась предсказанью.
Однако полюбил ее народ,
Что ни Зима – ее прихода ждет.
Все говорят – она приносит счастье.
Да что там окна?! Сердце, душу настежь!
Пред красотою преклонив колени,
Внимать ее чудесному явленью!
А мир дремал, стонал, сопел, храпел -
Устал народ, и утром на работу.
Зрить красоту – тягчайшая забота,
Она для тех, кто сон прервать посмел.
И наша героиня у окна
Была пред чудом в городе одна.
Везенье в том ее иль невезенье?
Кто выбирает – случай иль судьба?
Ильи наше к Идеалу устремленье?
Покорность дарит счастье?
Иль борьба?..
Мороз крепчал. И даже одеяло
Ее уже нисколько не спасало,
А затворить окно – превыше сил!
Превыше сил – по собственной же воле
Вновь заковать саму себя в неволю
Привычных стен, где душен сон, как пыль,
Она скорее потеплей оделась -
Ей спать уже ни капли не хотелось -
Сапожки, шубка, шапочка и шарф!
Скорей! Скорей! На волю! Петь! Дышатъ!…
…Она танцевала под радужным снегом горящим,
Ловила губами снежинок летящие звезда,
В прекрасном мгновенье меж будущим и настоящим
Шептала, как пела: Не поздно, не поздно, не поздно!..
Не поздно вдыхать этот сказочный воздух морозный,
Не поздно влюбляться! И жить безоглядно не поздно!
Не поздно искать, находить и терять, и терзаться!
Не поздно душой и ладонями чуда касаться.
И как бы его ни назвать – без названия ясно -
Не поздно его разглядеть, прозевать его – страшно!
Она танцевала под радужным снегом горящим,
Ловила губами снежинок летящие звезды
Прекрасно мгновенье меж будущим и настоящим!
И в нем никогда раствориться не поздно, не поздно!
Вдруг жаром ее опалила идея!
Пигмалиона создай, Галатея!
Создай, Галатея, Пигмалиона -
Душой одинокой, на смерть обреченной!
Создай из любви, из молений бессонных,
Создай из надежд, в пустоту устремленных,
Из слез бесполезных, безудержных чаяний,
Создай из отчаянья и одичания,
Из страха, из страсти, из одиночества
Создай, как поэму, создай, как пророчество.
Из недостижимого идеала,
Который годами в себе создавала.
Из мрака и света души раскаленной
Создай, Галатея, Пигмалиона!
" 0, боже! Ведь я ничего не умею!
Я смертная женщина – не Галатея!"
Жизнь разделилась на две части -
И не поймешь, в которой счастье…
Прошла неделя… И вторая…
От нетерпении сгорая,
Она творила день за днем,
Все время думая о НЕМ:
Пусть только дух она создаст,
Но этот дух ей скажет: «Здравствуй!
Твоей любви святая власть
Мне жизнь дала. Спасибо! Властвуй!»
Не спросит глупо! « Как дела?»
А спросит чутко! «Чем жива?
Я ждал тебя… А ты ждала?"
И запоет в степях трава!
Зашелестит в лесах листва!
Как солнца свет, ее кумир
Собой заполнит целый мир!
Все в нем узнает, все поймет
И к счастью время повернет…
Пределов радужным мечтаньям,
Конечно, не было… Жар
Надеждой душу согревал,
Томил, обуревал и звал.
Вдруг жить ей стало хорошо!
Что нужно в жизни нам еще?.,,
Она давно не вспоминала
О грустной песне, что терзала
Ей душу холодом своим,
Вобравшим холод тысяч Зим…
Нельзя оказать, чтобы забыла
Она о том, что в жизни было -
О страсти, нежности, надежде,
Но стало ясно – было прежде,
Теперь звучат иные звуки,
Грядут иной надежды муки…
Чтоб были в жизни чудеса реальны,
Их надо делать профессионально…
В их институте, в частности, в отделе
Математические строили модели,
В которых мир под светом сложных формул
Вдруг обретал законченные формы,
Со скрипом приближаясь к Идеалу:
Познание – Гармонии начало.
Любая мыслъ, по существу – модель,
Прообраз мира, плод его и цель…
Друг в друге любим мы, на самом деле,
Лишь нами сотворенные модели,
Измучавшись в стараниях своих
Выть, хоть чуть-чуть, похожими на них,
И героиня наша неспроста
Не отпускала карандаш с листа:
Она, как будто богу телеграмму,
Спеша писала сложную программу,
Которая, ей верилось, сумеет
Реальной сделать странную идею
Не человек – а импульсов поток,
Не крови пламя – а электроток,
Блуждающее в дебрях сотен схем
Одно из порождений ЭВМ,
Рожденное на свет ее программой…
Чем обернется – водевилем драмой
Ее любви бесплотная модель?
Непредсказуема заране жизнь идей
Но наша героиня не гадала -
Она уже любила и мечтала,
Программу, как безумная писала -
Из мысли Идеал свой создавала.
Ведь, в сущности, стремимся мы творить,
Чтоб результат творения любить…
На что она надеялась?..
На чудо…
Лишь для надежд оно и нужно людям.
И долгой» темной, заунывной нотой
В нем беспросветно выла тишина.
Душа сама в себя погружена
И жаждет! Жаждет без конца чего-то!
Еще вполне себя не осознав,
Еще в небытии одной ногою
Она болит… Она свербит и ноет
В предощущенье, что навек одна,..
Еще не понимая почему,
Еще не обольстив себя надеждой,
Она страданье ощущает прежде,
Чем радость жизни осветит ей; тьму.
Не потому ли, что уже познала
В себе недостижимость Идеала?
Вдруг взрыв!.. И боль!.. И свет!.. И стон!
(На пульте тумблер «Звук» включен)
И страх: назад! Во тьму скорей!
Страх – все громадной! Боль острей!
«0 боже! Мальчик бедный мой
Что сотворила я с тобой?!
Неужто где-нибудь ошибка?!
О, как ты смотришь – слепо, дико!»
Так, не спуская глаз с дисплея,
И задыхаясь, и бледнея,
Его рожденье наблюдала,
И как помочь ему не знала.
Как страшен свет, и миг протяжен!
Как мир, его призвавший, страшен!
Как чужд! Как странен, незнаком!
Навис громадным пауком,
Опутал тело паутиной
Десятков тысяч схем -
Машина
Навек пристанище его
Души бессмертной и живой.
Он знал об этом априори
И был судьбе своей покорен.
И мы в сетях своей судьбы
Законов бытия рабы,
И все же страшен миг рожденья!
Жизнь – невозможность отступленья,
Жизнь – невозможность повторенья,
Жизнь – это… жизнь! Ей равной нет…
Итак, рожден герой не. свет:
Изображенье на экране
Явило тела очертанья -
Он, не таясь, предстал пред ней
В прекрасной наготе своей.
О, как она его ваяла!
Скульптуры, фрески изучала.
Не бог – Художник создавал
Из черт прекрасных Идеал.
Она ж, познав его законы,
Дала машине электронной
Тех черт богатый матерьял.
И он, просеянный сквозь сито
Законов, формул, алгоритмов
И снова воедино слитый,
Ожившим Идеалом стал,
Теперь смотря с телеэкрана.
А ей подумать было странно
Что больше нет нигде его,
Что это лишь фантом живой…
«0 чудо! – думал он, – я вижу!
Я мыслю! Чувствую и слышу!
Но где же, что же, кто же я?
Темна загадка бытия.
Кто предо мной? Она прекрасна!
Но где ее экран неясно?
О, как ее свободно тело!
Подвижны руки, рот, глаза…
Экрана нет! Так вот в чем дело!..
Но без экрана жить нельзя!
Его лишь чудное свеченье
Рожает в мир изображенье
Живу? Живу! Мой ум! Мой голос!
Посмею ль с ней заговорить?
О, что со мной – боязнь иль гордость?..
Как странно жить… Как чудно жить!
Скажи мне, кто ты?
Правда ль? Сказка?
Иль одиночества полет?
В твоих глазах и боль, и ласка,
И страх, что этот миг пройдет,
Что пред тобою – привиденье
Иль, в лучшем случае, твой сон…
Скажи мне – я твое творенье?
Тобой ли я на свет рожден?
Я ощущаю, сколь мы разны
Я ль – существо, иль ты – мираж?
Кто я?.. Не твой ли странный праздник?
Твоей мечты покорный страж?
Она молчала, улыбаясь,
: Он говорил! Не с кем-то с ней!
И впрямь как будто бы во сне
Идея странная сбывалась.
– Мой мальчик, бедный, милый мой, -
Заплакав вдруг, она шептала, -
Какое счастье! Ты – живой!
Ты будешь жить! Я это знала!
О, как я верила, любя!
Мир был безрадостен и скучен,
И ожиданием измучен,
Пока в нем не было тебя.
О, да! Ты мой! Ты мой покуда,
Сгорев не кончится мой век.
Ты вечен, ты не человек,
Ты – праздник мой! Ты – радость! Чудо!..
– Назови меня! Дай мне имя!
Окрести устами своими!
Страшно в мире мне жить без имени!
Назови меня! Назови меня!..,
Даже самая малая малость
В мире кем-нибудь называлась
Имя – след мой в твоей судьбе,
Без него я – лишь "вещь в себе" -
Сущность мертвая и пустая
Имя истинно нас рождает
Назови меня! Дай мне имя! .
Жизнь вдохни устами своими!
Страшно в мире мне жить без имени…
Назови меня! Назови меня!..
Она взволнованно молчала -
Смешно, но имени не знала.
Уйдя в созданье Идеала,
Забыла имя… Не назвала.
Ее сознанье билось в муке-
Ведь как объятия безруких,
Их безымянное общенье
Таит и радость и мученье…
Впервые вслух произносимо
Оно родилось – это имя!
Она шепнула вдруг – Любимый!
И повторила вновь – Лю-би-мый!
И вот уже не представимо
Ей для него другое имя…
Любимый… Боже мой!.. Любимый,
Так долго, бережно хранимый,
И беззащитный, и ранимый,
Реальный и неощутимый,
Как жизнь и смерть, неотвратимый…
Прости мой эгоизм – прости мне…
Любимый… Боже мой… Любимый…
А он, смотря в глаза ей прямо,
Ответил еле слышно:
– Мама…
И жизнь помчалась по спирали!
О нем в газетах написали,
Для телевиденья засняли,
И тем открытием признали,
Являющим собой пример
Расцвета новой НТР
Ее тотчас прозвали мамой
Сверхгениальнейшей программы.
Она уже лауреат
Различных премий и наград!
Ведь ею создан Новый Разум!
И людям Новый Путь показан,
Ведущий к счастью мир земной
Такой доступною ценой!
Ценой созданья на планете
Того, кто может с нами вместе
Проблем! жизни разрешить
И выбрать, как нам лучше жить.
Его подробно изучили
И для себя установили,
Что Новый Разум и надежен
И к людям очень расположен -
Венец Ума и Доброты,
Рожденный к жизни из мечты!
А он жил там, где и родился,
В архивах бережно хранился
И обновлялся – потому
Бессмертье суждено ему.
К единой сети ЭВМ
Для разрешенья "сверхпроблем
Людьми навечно подключенный
Он познавал свои законы,
Свою программу улучшал
И сам в себе формировал
Свой "электронный идеал».
Она же только им жила
И, вправду, матерью была!
По вечерам пред ним сидела,
Делилась тем, что наболело,
Грустя о детстве вспоминала,
Стихи любимые читала
И беспокоилась о нем:
Как он там в бытии своем,
В том – электронном, заэкранном?
Не плачет ли о жизни тайно,
Закован в собственной судьбе?
Иль все-таки, он – «вещь в себе",
Ей недоступная вовеки?
Жива ль душа в "нечеловеке"?
Бессилен день, бессильна ночь,
Бессилен мир ему помочь -
Так ей казалось. – Он, как птица,
В экране-клетке суетится,
Не понимая, почему
Путъ в небо запрещен ему.
Она казнилась: Виновата,
Что создала его когда-то
И тем на муки обрекла.
Но из любви же! Не со зла!
Прости, любимый мой, прости
Моей любви слепую силу!
Не понимала – ЧТО творила,
Что будешь столь реальным ты
Прости корысть моей мечты.
Себе в утеху создавала
Тебя моделью Идеала,
Венцом ума и красоты.
Кто ж знал, что их соединенъе
Влечет живой души рожденье?
Хоть и стремилась я к тому.
Но как же, как же я посмела
Дать духу лишь подобье тела
И поселить его в тюрьму?!,
Она теперь лишь осознала,
Что сотворенье Идеала -
Не безобидное занятье:
Оно содержит отрицанье
Канонов миропониманья,
Что, к сожаленью, редко, кстати.
Он с нею говорил о жизни,
О том, что мир людей капризен,
И стал прекрасным достиженьем
Разумный мир изображений!
В нем нет болезней и стихии
Там не свирепствуют слепые
В нем лжи и злобе не прижиться,
В нем можно делать, что угодно
Изображеньем быть удобно!
Что ж, и миры и электроны
Подчинены своим законам
И, чтобы глупо не страдать -
Их надо не переступать.
«А я надеялась, увы,
