Читаем Гадкий утенок онлайн бесплатно

Меня зовут Женя Морозова, и я приехала покорять Москву!

С такими мыслями, которые служили мне главным ориентиром, я засыпала на вокзале столицы нашей страны. К груди я трепетно прижимала журнал, на главной странице которой была фотография популярной актрисы Светланы Ходченковой, как самое святое.

Моя мечта – поступить в театральное училище и стать известной актрисой России! Нет, мира! Неплохо для обычной детдомовки, да?!

У меня талант быть на сцене – так говорили все мои воспитатели в детдоме. Да я и сама это чувствую! Как я вживаюсь в роль, как могу выдавит слезу или засмеяться истерическим смехом! Это, определенно, талант.

Засыпая, я грезила о красной дорожке… Меня ослепляют вспышки фотоаппаратов, окружают звезды и оглушают возгласы моих преданных поклонников…

– Вы нам не подходите, – прозвучал приговор жюри на показательном выступлении.

Я все еще была в глубоком поклоне, ожидая восторженных аплодисментов. От услышанного спина отказалась разгибаться.

– Не поняла? – переспросила я и поправила свою короткую прическу.

– Это было плохо, – коротко прокомментировал выступление бородатый мужик.

– Чё? – сморщилась я.

Все члены жюри засмеялись и затрясли головами от негодования.

– Следующий, пожалуйста, – с пренебрежением замахала на меня рукой тётка в очках.

– Погодите-ка, вы, наверно, просто не поняли, у меня ведь талант. Давайте, я что-нибудь другое расскажу, сейчас…

Я засуетилась, перебирая в голове варианты.

– Девушка, с вами уже все понятно. Вы свободны, – с манерным московским акцентом перебила меня «очкастая».

– Так, к черту Крылова, – решительно заявила я. – Хотите Шекспира? Монолог Гамлета. «Быть или не быть, вот в чем вопрос…».

– Остановитесь, в конце концов. Вы что, глухая?

За сценой был слышен хохот. Это насмешки завистников. Я просто так не сдамся.

– Я из детдома, поймите, – сделала я жалостливый взгляд и зашмыгала носом. – Вы должны мне дать шанс. Это моя мечта. Вы же не растопчите ее так безжалостно?

– Приходите к нам в следующем году, как вас там… – «бородач» зашуршал бумагами. – Евгения…Договорились?

Да какой следующий год? Через год, по плану, мое лицо должно быть на экранах и обложках журналов… Нет, это не мой вариант.

– Один шанс, прошу… – натренированная слеза скатилась по щеке.

– Мы вам все сказали.

Зато я не все сказала! По их самодовольным лицам сразу видно, что здесь все схвачено, и никакой справедливости!

– Знаете, что… – запыхтела я. – Я буду жаловаться! И вы еще пожалеете, что не взяли Женю Морозову! Запомните это имя! – я тыкала на них указательным пальцем.

– Уведите эту ненормальную отсюда…

Взрыв аплодисментов в главном офисе закладывает уши. Только что озвучили результаты, из-за которых я не спал по ночам больше месяца, – заветный тендер наш! Черт подери, он наш и точка! Мгновенная эйфория растекается по телу, а уши ласкают громкие поздравления моих подчиненных. Как же долго я этого ждал!

Сладкое шампанское стекает по горлу – сегодня оно особенно хорошо – в нем я чувствую вкус победы.

– Поздравляю, Димыч! – похлопал меня по плечу Слава, мой лучший друг и правая рука в моих делах в частности. – Надо это дело отметить, а?!

– Обязательно. Лучший ресторан и лучшая компания, сегодня вечером! Мы будем шуметь так, чтобы наши конкуренты нервно ворочались в своих кроватях!

Осушив бокал, я завершаю свой рабочий день. Главное дело уже сделано. В жилах кипит адреналин, который требует свободы и разгула.

Я развязываю галстук, снимаю пиджак, небрежно закидывая его на плечо. Сегодня мой день. Определенно. Скрипя своими лакированными туфлями по коридору собственного офиса, я уверенно двигаюсь к выходу.

– Примите мои поздравления, Дмитрий Александрович! – прощебетала секретарша Марина, окидывая меня восхищенным взглядом.

– Спасибо, куколка, – я прижимаю ее к себе, гуляя рукой по красному обтягивающему ее точеную фигуру платью. – Жду тебя сегодня в ресторане, ну и…Ты сама понимаешь.

Я подмигнул секретарше, и ее лицо озарилось смущенной улыбкой. Люблю, когда девушки краснеют от моих намеков. Такие безудержные ночью и такие скромницы днем… В этом что-то есть.

Жаркое солнце нещадно палит лицо, поэтому надеваю темные очки. Я приближаюсь к парковке, где меня поджидает новенький белоснежный мерс. А как же сияет эта тачка на солнце, просто безумие.

– Не понял, это что за шпана крутится около моей тачки?! – я опускаю очки на переносицу и ускоряю шаг.

Какой-то оборванец облил красной краской капот моей дорогой тачки, а сейчас со скрипящим звуком царапает двери…

Какого хрена!

– Твою мать! Ты что творишь, гаденыш?! Стоять! – заорал я и побежал за хулиганом.

Пацан заметил меня и рванул к ограде. Недолго думая, он начал ловко перебираться через нее.

Я чертыхнулся, глядя на убитую машину. Не уйдешь, зараза. Я выбросил пиджак и бросился в погоню, взбираясь на ограждение.

Вот уж не думал, что в такой чудесный день мне придется, как деревенской шпане, лазать по заборам и гоняться за нашкодившим пацаном. Пока я, кряхтя, перелазил ограждение, меня осенило – его подослали! Точно, завистливые конкуренты, которые захотели хоть как-то отыграться…

Одно неловкое движение, и я уже лечу вниз. Слава богу, высота не такая большая.

– Стоять я сказал! А то хуже будет! – закричал я вслед озиравшемуся по сторонам парню в кепке.

Дыхание начинает сбиваться, и я уже не поспеваю за хулиганом…Вот он дал дёру, только пятки сверкают! В его положении я бы тоже обзавелся суперсилой…

Но все-таки удача была на моей стороне, потому что в следующую секунду впереди бегущий спотыкается об развязавшийся шнурок и распластывается худощавым телом на землю.

Я не теряюсь и прыгаю сверху, прижимая его к земле.

– Попался, гад!

Снизу послышался девчачий визг. От неожиданности я уменьшил хватку и перевернул хулигана на спину.

Два вострых запуганных глаза карего цвета устремились на меня.

– Девчонка?! – удивленно вскинул я бровь.

Дикарка укусила меня за палец и заерзала, пытаясь вырваться из моей хватки.

– Что ты творишь, ненормальная?! – я встряхнул палец, на котором отпечатались чужие зубы.

– Отпусти или я закричу. Скажу, что домогаешься до меня! – завизжала она.

Я усмехнулся от такой наглости. Какая-то мелкая замарашка жестко нагадила мне и сейчас еще пытается угрожать. Я встряхнул ее за плечи, приводя в себя чувство.

– Послушай сюда! Тут повсюду камеры, и с них будет четко видно, кто и что хотел сделать, а точнее, уже сделал! – проскрипел я, вспоминая, что эта мерзавка сотворила с моей машиной.

– Пошел ты, – огрызнулась она и вздула ноздри.

– Говори, кто тебя подослал?! – задал я главный вопрос.

Ее большие карие глаза округлились, и она непонимающе похлопала длинными черными ресницами. Вблизи я бы точно не перепутал ее с мальчишкой. У нее дерзкий колкий взгляд, но черты лица мягкие, какие обычно бывают у девушек.

– Да отпусти же, – оттолкнула она меня. – Никто меня не подсылал, это собственная инициатива! Небольшая расплата за мой испорченный день!

Она несет непонятную чушь, и у меня кончается терпение разбираться с ней. Подняв ее за локоть, я потащил ее к месту преступления, одновременно набирая своего водителя.

– Топай давай! В полиции с тобой быстро разберутся!

Девчонка уперлась пятками в землю, отказываясь следовать за мной.

– Нет, не надо полицию! – внезапно ее голос сделался дрожащим и жалобным. – Я детдомовская… Я приехала в Москву, и меня обокрали… У меня нет никого. А еще какой-то мудак сбил меня, он был на машине точь-в-точь, как ваша. Вот я и подумала… Простите, пожалуйста!

Ее губы дрожали, и из глаза скатилась слеза, умоляющая о прощении. Несколько секунд я пребывал в небольшом шоке от услышанного и увиденного. На детдомовку она и вправду похожа. Но слишком уж быстро эта пацанка превратилась в обиженную и оскорбленную…

– Для чего в Москву приехала? – спросил я жалкое создание с оленьими глазами.

– Хотела поступить в театральный и не поступила-а-а! – она зарыдала, громко всхлипывая.

До меня наконец-то дошло. Театральный, значит. А тут у нас, значит, пьеса из одного акта… Просто и дешево.

– Переигрываешь, актриса, – дернул я ее за руку и потащил за собой.

Девчонка сменила стратегию. Давить на жалость было бесполезно, поэтому она продолжила раскидываться словами, которые могли ударить по самолюбию.

– Конечно, что вам судьба какой-то детдомовки. Вы богатые и зажравшиеся… Вам не понять, когда у человека ни копейки в кармане, ни крыши над головой, ни близкого человека рядом!

Я развернул ее к себе и схватил ее за маленькое и грязное лицо, полное презрения ко мне.

– Ты не знаешь, чего мне стоило, чтобы иметь то, что имею. Это силы и труд – слова, которые я думаю, тебе неизвестны на деле. Ты испортила мне тачку – и тебе придется за это заплатить…

– У меня нет денег! Что вам эта машина, купите другую… У вас, наверняка, деньги из карманов вываливаются.

Я захохотал. Да откуда такая свалилась на мою голову?! Глупая, наивная да, к тому же, наглая оборванка.

– Нет денег, значит, отработаешь все до копейки.

– Как?! – испуганно спросила она.

– Скоро узнаешь.

Обокрали на вокзале – раз, не приняли в училище – два, сбила машина – три. Магическое стечение обстоятельств+, и я в полной ж…

– Урод! – крикнула я вслед белой машине, от капота которой сильно ударилась коленками об асфальт. – Чтоб у тебя шины спустили!

Водитель даже не вышел из машины, увидев, как я резво вскочила после удара и начала пинать колеса машины и покрывать его матом. Как разобраться в куче этих светофоров, которые мелькают повсюду, и неужели нельзя пропустить пешехода, если он уже собрался идти через дорогу? Дикая Москва…

Прохромав до менее оживленной улочки, я стащила в придорожном магазинчике пирожок и давилась халявным томатным соком с мякотью.

– Какая все-таки гадость… – сморщилась я от теплого сока и проглотила последний кусочек пирожка.

У меня не осталось средств к существованию: сумку с деньгами и шмотками украли на вокзале, пока я спала. Кнопочный телефон, даже тот скомуниздили… Вот вам и цивилизованный город. Со мной лишь документы, которые я припрятала в лифчике, как чувствовала… И мой брелок с Эйфелевой башней. Когда-нибудь я приеду в Париж и своими глазами увижу эту «высотку».

– С вами все в порядке? – меня задергали за рубаху, и я открыла глаза, выходя из своих несбывшихся грез.

На меня смотрела пожилая дама в шляпе, выгуливающая свою собачку. Убрав кепку с лица, я встала со скамейки, на которой отдыхала после небольшого перекуса.

– Все супер, – показала я большие пальцы вверх и посмотрела на ее питомца. – У вас прикольная собачка.

– Это Жужа, – маленькая коротконогая собака завиляла хвостом, а хозяйка взяла ее на руки и поцеловала. – Моя любимая девочка.

На секунду я даже позавидовала этой Жуже… Она уж куда в лучшем положении находится сейчас. Своя квартира, хорошая еда, теплое отношение…

– Опять какая-то ерунда, – возмутилась женщина, прочитав листовку, которую ей всучили.

Она пробубунила что-то невнятное себе под нос и выкинула яркую листовку в мусорку, которая стояла возле скамейки. Как только эта парочка удалилась, я достала листовку и увидела там объявление о кастинге моделей в клип. И число сегодняшнее. Я взвизгнула от радости. Это же судьба!

Я, конечно, не модель, но попытать удачу стоит однозначно, тем более, что других вариантов у меня просто нет. Я отряхнула свои драные джинсы, завязала узлом на животе свисавшую рубаху и отправилась в путь.

– Так, а где эта студия? – почесала я затылок и оглянулась вокруг себя. – Ладно, разберемся!

Советы прохожих и собственная интуиция завели меня к высокому зданию, которое завораживало своим масштабом. Сердце от счастья заколотилось в груди, и я побежала по ступенькам вверх к главному входу. Два широкоплечих охранника в черных очках встретили меня и преградили путь.

– Я по объявлению, – ткнула я им помятой листовкой в лицо и начала прорываться внутрь.

– Без пропусков нельзя, – буркнул один из амбалов и встал скалой передо мной.

– Да как же нельзя… И что мне делать прикажете?

Грозный вид великанов заставил меня развернуться и с руганью под нос от полной несправедливости сесть на одну из ступенек. Забастовка. Не уйду, пока не пропустят. Мне спешить некуда.

Забастовка закончилась ровно после той же секунды, когда я о ней подумала. Охранники подхватили меня под руки и понесли с лестницы.

– Отпустите! – задрыгала я ногами в воздухе. – Да поняла я, поняла!

Они стряхнули меня на землю и провожали меня угрожающим взглядом, пока я не скрылась из виду. Я обошла здание и набрела на парковку дорогих машин на любой вкус и цвет. Мое внимание привлекла белая машина.

Да эта же та машина, которая меня сбила!

Значит, вот где ты обосновался?! Паршивый день и взвинченное настроение сделали свое дело. Оглядевшись по сторонам, я решила отомстить обидчику, который так нагло и грубо обошелся со мной. Сначала я вылила сок на его капот, а потом, вооружившись брелком, располосатила двери машины острым концом башни. Угрызения совести – не про меня… Будет знать, как сбивать порядочных пешеходов.

Пока я старательно скребла брелком, вернулся владелец машины, и я сиганула через ограду. В детдоме я бегала быстрее всех, и сомнений, что я оторвусь от этого московского пижона не было. Только вот я никогда не могла толком завязывать шнурки… Эти веревочки бесят меня и точка.

Споткнувшись о развязавшийся шнурок, я распласталась, позволив москвичу догнать меня и прижать сильнее к земле.

– Да отпусти же меня! – завизжала я.

– Признавайся, кто тебя подослал? – задал мужчина вопрос, который ввел меня в ступор.

Нелепица какая-то. К моему негодованию, произошла ошибка, которая стоила мне свободы. Этот молодой мужчина не был тем негодяем, который сбил меня недавно. К тому же, он не повелся на мои театральные этюды про детдом и жалкую сиротку, что осложнило ситуацию вдвойне. А когда он начал угрожать полицией, то я поняла, что дело – дрянь.

– Ты отработаешь все до копейки! – угрожающе прогремел он и потащил меня к машине.

Вот же жмот. Чего я ему сдалась? Подумаешь, маленькая царапина. Я послушно плелась за ним и ворчала себе под нос, проклиная этот день и этот город несбывшихся мечт.

– Садись! – он открыл дверь в машину, на которой приехал его водитель. – Садись, говорю!

Я залезла в машину на заднее сиденье. Разгневанный москвич сел рядом, отдавая приказ водителю трогать вперед.

– Куда мы? – буркнула я, разглядывая московского типа.

Ему было лет тридцать, на лицо смазливый, со стильной стрижкой и в дорогом костюме, который потрепался в процессе погони за мной. Я бы не назвала его суровым, взгляд у него добродушный, но нутром чувствую, что с ним лучше не шутить.

– Как тебя зовут? – проигнорировал он мой вопрос.

– Женя… Морозова.

– Хм, так вот, Женя… – он пробежался оценивающим взглядом по моему скудному одеянию. – Мы едем ко мне домой. Ты будешь работать прислугой в моем доме, пока не выплатишь ущерб, причиненный моей машине. Или, может, у тебя есть другие варианты?