Читаем Флирт в Севилье онлайн бесплатно

А. Шопенгауэр

Когда тебе только двадцать, все вокруг кажется прекрасным. Она вышла на улицу и улыбнулась. Небо было затянуто тучами, но ей до этого не было дела. Ничто не могло испортить ей настроения.

Немногочисленные прохожие обращали внимание на ее походку, раскованную и плавную. Сказываются многолетние занятия гимнастикой.

Юрис уехал в Таллин, но обещал завтра закончить все свои дела и вернуться. При воспоминании о нем она снова улыбнулась. Несмотря на молодость, Юрис уже известный бизнесмен и его темно-синий «мерседес» хорошо знают в Таллине. Он часто заезжает за ней. Ими восхищаются.

Недавно одна старушка, увидев их, заметила, что они прекрасная пара. Наверно, так оно и есть.

Ингебора посмотрела вокруг. Сегодня воскресенье, и людей на улице почти нет. Завтра новый рабочий день, и отдохнувшие за выходные рижане спешат домой, чтобы утром опять выйти на работу. А ей не нужно никуда торопиться. Скоро она поедет в Испанию. Замечательно, что она смогла занять второе место в конкурсе красоты и выиграть путевку в эту прекрасную страну.

С самого начала она не сомневалась, что победит. И победила, правда с огромным трудом, обойдя всего на несколько баллов занявшую третье место Елену Доколину. Когда объявили результаты, Ингебора от счастья заплакала. Так они и стояли с Ингрид, обнявшись, две конкурсантки-победительницы.

Говорят, в Испании съемки будет проводить сам Круминьш. Он сегодня приехал в агентство и оценивал девушек так придирчиво, словно заново отбирал их для съемок. Если все сложится удачно, то, возможно, им предложат контракт в Испании или во Франции. Попасть во Францию — давняя мечта Ингеборы. Но если даже не удастся подписать контракт, то и тогда не будет ничего страшного. Юрис ее любит. Он твердо обещал, что летом они полетят в Париж. Юрис уже был там несколько раз и совершенно очарован этим городом. Наверно, Париж действительно великолепен.

Начал накрапывать дождик. Ингебора подставила лицо беспорядочно бившим мелким каплям. Все будет хорошо. Она верит в свою удачу.

Дождь усиливался. Ингебора вспомнила, что не взяла зонтик. Она уже привыкла к тому, что Юрис всегда за ней заезжает. Нужно было бы вызвать такси, но она решила пройтись пешком.

Ингебора свернула в переулок. Этот короткий, темный переулок отделяет улицу, где находится ее дом, от площади, с которой она вышла. И на которой находится рекламное агентство Зитманиса, столь счастливое для нее.

Она услышала за спиной быстрые шаги. Наверное, кто-то торопится домой. Или не хочет промокнуть под дождем. Ингебора оглянулась. Мужчина, в темном плаще и шляпе торопился ее обогнать, чтобы скорее выйти на улицу.

«Может, он хочет остановить такси и боится, что я его опережу», — усмехнувшись, подумала Ингебора.

И в этот момент неизвестный остановился. Буквально в двух шагах от нее. Чувство опасности шевельнулось в ее душе. Но что может сделать этот незнакомец? Переулок просматривается с двух сторон, многочисленные окна выходят сюда. По нему постоянно проходят люди. Вот и сейчас в конце переулка показалась семья. Муж, жена и долговязая дочка направлялись в ее сторону. Они торопились спрятаться от дождя.

Ингебора повернула голову и в этот момент увидела в руках неизвестного какой-то пузырек. Он махнул рукой, и содержимое пузырька полилось ей прямо в лицо. Но она была спортсменкой, сказалась и ее реакция. Ингебора отпрянула в сторону. Но жидкость попала на волосы, на шею, на руку, которой она пыталась закрыться. Незнакомец повернулся и побежал в другую сторону. Ингебора упала и дико закричала.

Стали открываться окна, к ней спешили люди. Она почувствовала, что от боли теряет сознание. И в этот момент ее кто-то подхватил на руки.

— Врача! — раздался чей-то крик.

Ингебора закрыла глаза. Ей показалась, что жизнь кончена.

Через несколько часов она открыла глаза уже в больнице. И попросила принести ей зеркало. Когда ей отказали, она долго и громко плакала.

Откуда ей было знать, что это испытание станет самым главным в ее жизни. Ведь на следующий день ее навестил Юрис…

— Ты не хотел бы отдохнуть в Испании? — С этого приятного вопроса Эдгара Вейдеманиса началась весьма неприятная история.

Они сидели в ресторане, и Дронго читал газету в ожидании следующего блюда. Они не так часто обедали вдвоем в ресторане. Эдгар знал, что его друг предпочитает заказывать еду на дом. В тех городах, где Дронго могли узнать, он старался не появляться в общественных местах. В свою очередь, Вейдеманис тоже не был любителем «светской жизни» и предпочитал молчаливые домашние обеды с Дронго у него дома.

Дронго убрал газету и взглянул на друга. Такая инициатива Вейдеманиса его не только удивила, но и несколько смутила. Ему казалось, что за столько лет, проведенных вместе, он уже привык к особенностям характера своего напарника, но вопрос Эдгара его действительно удивил.

— Ты считаешь, что мне уже пора в отпуск? — спросил Дронго, убирая газету — В таком случае, почему в Испанию? Ты, наверное, ошибся и хотел сказать — в Италию? Чтобы я отправился к Джил?

— Нет, — ответил Вейдеманис, — я говорю об Испании. Хотя, наверное, тебе действительно нужно чаще встречаться с Джил. Но сейчас я не имел в виду ваш совместный отдых. Ты не бывал на юге Пиренейского полуострова, например в Андалусии?

— Изумительное место, — пробормотал Дронго, — но у тебя плохо получаются намеки, Эдгар. Когда ты произносишь больше одного предложения, я понимаю, что дело достаточно серьезное. Думаю, будет лучше, если ты перестанешь объясняться намеками и наконец расскажешь мне, где ты был вчера целый день.

Вейдеманис улыбнулся. В этот момент официант принес заказанные рыбные блюда. Когда он удалился, Эдгар тихо спросил:

— Откуда ты узнал о моей встрече?

— Догадался, — буркнул Дронго, — вчера весь день тебя не было дома. И ни дочь, ни мать не знали, где ты. Твой мобильный не отвечал. А когда ночью ты приехал, то сразу позвонил мне и уточнил, где мы сегодня обедаем. Я еще вчера подумал, что у тебя, должно быть, ко мне важное дело.

— Очень важное, — подтвердил Эдгар. — Ты слышал об Андрисе Зитманисе? Он вчера специально прилетел в Москву, чтобы с нами встретиться. Благодаря тебе я тоже стал популярным настолько, что мой бывший соотечественник решил встретиться со мной и попросить о помощи.

— Поэтому ты пришел домой так поздно? — уточнил Дронго.

— Да, мы встречались в его номере в «Балчуге». Он остановился в этом отеле…

— Дальше можешь не продолжать, — развел руками Дронго. — Человек, который снимает номер в «Балчуге», сразу становится самым важным для нас клиентом. Ты решил, что я нуждаюсь в подобных гостях?

— Он не такой, как другие… — попытался объяснить Вейдеманис.

— Не такой вор? Или не похож на остальных воров? Может, он сентиментален? Или он меланхолик? — Дронго нахмурился. — Я почему-то считал, что ты меня понимаешь лучше. Или я ошибался?

— Он бывший сотрудник милиции, — пояснил Эдгар.

— И живет в «Балчуге»? Может, он бывший министр внутренних дел Латвии? Хотя я сомневаюсь, что даже премьер-министр твоей бывшей страны может позволить себе такой дорогой номер, — желчно заметил Дронго.

Вейдеманис замолчал. Потом, тщательно подбирая слова, сказал:

— У тебя начинает портиться характер. В твоем возрасте это не совсем хорошо.

— Именно в моем возрасте и портится характер, — вздохнул Дронго. — Мне уже за сорок, а это время, когда начинается «кризис среднего возраста». Итак, почему Испания? Может, мне стоило переквалифицироваться в матадора или в бармена где-нибудь на Канарах?

— Не думаю, — возразил Эдгар, — тебе будет там скучно.

— Верно, — кивнул Дронго, — извини, Эдгар, кажется, у меня действительно портится характер. Иногда случаются срывы. Я вспомнил про Джил и глупо сорвался. Конечно, мне нужно чаще с ней видеться. Но это невозможно. У нее своя работа, у меня своя, и очень специфическая. К тому же, когда есть такие клиенты… Ладно, я больше не буду. Может, ты прав и мне лучше поехать куда-нибудь отдохнуть?

— Тебе нужно поехать отдохнуть, — рассудительно заметил Вейдеманис, — если у тебя получится.

— Сначала я хочу послушать тебя. И учти, я уже извинился. Поэтому о моем отдыхе мы поговорим в следующий раз. А теперь расскажи мне, что нужно твоему знакомому.

Эдгар молча смотрел на него.

— Давай сначала, — предложил Дронго. — Итак, твой знакомый раньше работал в милиции. Или в полиции? Так сейчас называется эта служба в Латвии?

— Будет лучше, если ты немного успокоишься и выслушаешь меня, — сказал Вейдеманис и, когда Дронго кивнул в знак согласия, начал говорить.

— Андрис Зитманис работал в Комитете государственной безопасности, но в восемьдесят третьем году перешел в МВД. Тогда проходили «андроповские» чистки, и было решено перевести несколько тысяч сотрудников КГБ в МВД, в том числе и в Риге. Андрис был толковым работником и довольно быстро выдвинулся — стал заместителем руководителя следственного управления, получил звание полковника. Тогда я с ним и познакомился. О Зитманисе в Риге ходили легенды.

— Неплохо, — пробормотал Дронго, — люблю таких людей.

— Он всегда был таким, — продолжал Эдгар, — старался не вмешиваться в политику, честно работал, но после августа девяносто первого его отправили в отставку. Первые два года ему было довольно сложно. Потом он создал рекламное агентство. На государственную службу, как ты понимаешь, его не брали. Начал он буквально с нуля, заложил дом своего деда, в общем рисковал всем, что у него было. Но его многие знали в Латвии, и постепенно агентство Зитманиса стало развиваться и расширяться. На сегодня оно одно из самых известных в Прибалтике.

— Агентство Зитманиса, — задумчиво произнес Дронго, — кажется, я о нем слышал.

— Конечно, слышал. Они активно работают и в Москве. Зитманис — один из немногих латышских бизнесменов, кто начал работать в России. Приехал он в Москву по своим делам два дня назад и начал искать меня. Он узнал номер моего домашнего телефона, позвонил, я с ним встретился. Он сильно постарел. Зитманис много слышал о тебе и попросил меня организовать встречу с тобой.

— Понятно, — кивнул Дронго, — постоянно поражаюсь несхожести наших характеров. Если бы меня попросили о встрече с тобой, я бы позвонил тебе немедленно и уточнил, хочешь ли ты встречаться с этим человеком или нет. Если тебя просят о подобной услуге, ты обещаешь все узнать и спрашиваешь об этом меня только на следующей день и при личной встрече. Я бы так долго не выдержал. Он сказал, что ему нужно от меня? Судя по твоему вопросу, ты уже знаешь, о чем конкретно идет речь.

— Знаю, — ответил Вейдеманис, — его агентство планирует провести съемки нескольких топ-моделей в Испании. Конкретно — в Севилье. Туда на несколько дней должна выехать съемочная группа. У агентства контракт с испанским модельным агентством. Съемки начнутся через несколько дней.

— Прекрасно, — пробормотал Дронго, — это просто мечта. Отдых в Севилье в окружении топ-моделей. И за это мне еще хотят заплатить деньги. Ты просто благодетель, Эдгар. Только объясни, почему я должен отправиться вместе с ними в Испанию. Тебе не кажется, что я не совсем подхожу на роль охранника…

— Опять ты заводишься, — предупредительно сказал Вейдеманис, — ничего больше не буду говорить. Тебе действительно пора отдохнуть. Поезжай в Рим, а когда вернешься, поговорим. И забудь про все, что я тебе сейчас сказал.

— Если у тебя тоже начнет портиться характер, то это будет катастрофа, — парировал Дронго. — Давай договоримся, что монополией на плохое настроение обладаю я один. И объясни наконец, что нужно твоему знакомому.

— Чтобы ты поехал в Севилью, — сразу ответил Вейдеманис. — Он подозревает, что его девушкам грозит опасность, и просит тебя поехать с ними. Съемки продлятся только два или три дня. Ты сможешь остаться в Севилье на столько, на сколько сочтешь нужным.

— Что он волнуется? Почему он считает, что его девушкам грозит опасность?

— Это же топ-модели, — пояснил Эдгар, — ты, наверное, знаешь обо всех скандалах, которые обычно сопровождают конкурсы красоты. В Сочи одну из победительниц облили кислотой. В Москве часто случаются неприятности с девушками, победившими в таких конкурсах. Иногда их даже убивают…

— Есть конкретный повод для беспокойства?

— Есть. Одна из его девушек постоянно получает угрозы в свой адрес. А другая недавно сильно пострадала… Но я думаю, что при личной встрече Андрис сам тебе все расскажет. На самом деле он просит не так много. Чтобы ты лично присутствовал в Севилье во время съемок. И хотя у девушек будет свой телохранитель, Зитманис хочет, чтобы там находился и ты.

— Сколько человек будет в этой поездке?

— Немного. Но едет та самая девушка, которую постоянно преследуют, а Зитманис считает, что ей может угрожать реальная опасность, — повторил Эдгар.

— Как интересно, — задумчиво произнес Дронго. — Неужели я нужен ему только поэтому? Мне кажется, у твоего друга должны быть более веские причины для моего участия в поездке?

— Возможно, — согласился Вейдема-нис, — но чтобы все узнать, тебе нужно встретиться с ним.

Дронго кивнул в знак согласия. Эдгар внимательно посмотрел на него, словно хотел убедиться, что его друг действительно согласен, достал мобильный телефон и позвонил. Через час они уже подъезжали к отелю «Балчуг».

Дронго и его напарник были чем-то неуловимо похожи друг на друга. Оба высокого роста с одинаково внимательным взглядом. Оба начали лысеть после тридцати. Оба любили тщательно бриться, не оставляя на лице ни одного волоска. Но если Вейдеманис был равнодушен к различным парфюмам, предпочитая обычные лосьоны после бритья, то Дронго уже много лет отдавал предпочтение агрессивно-волнующему «Фаренгейту». Эдгар был худощав, тогда как Дронго отличался довольно плотным телосложением.

— Надеюсь, твой друг пунктуальный человек, — пробормотал Дронго, взглянув на часы.

Эдгар незаметно улыбнулся. Дронго часто опаздывал на их встречи или появлялся в последнюю минуту. Тогда как сам Вейдеманис всегда приходил за несколько минут до назначенного срока.