Читаем Финал (СИ) онлайн бесплатно

— Убей их! Уничтожить всех, кто стоит за этим и заставь их страдать!

Это были первые осмысленные слова Амалии спустя пару дней. Очнулась она полностью здоровой. Как и остальные наследники. Артем Шелия, сын Амона. Игорь, Аглая и Александра Шелия, дети Арсения и Дарьи. Сергей и Инокентий, сыновья Сары и Баррака. Ещё Кино, которая беззвучно рыдала, не обращая ни на что внимания.

В первые минуты я прижимал Амалию к себе, так крепко и нежно, как только мог. Она не вырывалась, медленно осознавая, где находится. Вслед за девушкой, постепенно очнулись и остальные. Встали наследники, очнулись дети. Идеально здоровые. Бледность лиц ушла, больше никто не кашлял, не бредил и не падал в обморок. Только вот цена исцеления — жизни старшего поколения. Жизнь за жизнь, как сказала Сара. Теперь я понимал её слова.

Мозг отказывался принимать случившееся. Сердце замерло, боясь чувствовать. Я ощущал лишь одну звенящую пустоту. То, что скрывалось за ней, клокочущая ярость и боль, слишком огромны, чтобы принять их разом. Какого приходилось остальным — не могу себе представить.

— Где отец? — оторвалась от меня Амалия, заглядывая в глаза.

Я попытался её удержать, но она стала биться в моих руках, вырываясь.

— Где он?! — голос девушки дрожал, набирал громкость, в нем появились истеричные нотки.

— Амон… — я сглотнул, не в силах произнести это.

Губы Амалии задрожали, глаза наполнились слезами. Она что-то шептала, я снова прижал её к себе и гладил по спине, пытаясь поддержать.

Наследники оглядывались, стряхивали с себя пепел и не знали, откуда он взялся. Их взгляды были полны непонимания, но сердца… Они уже чувствовали, что случилось нечто непоправимое.

— Мам, что случилось? — растерянно спросил Артем.

В который раз женщины Шелия показали, что у них стальные стержни внутри. Первой в себя пришла Кино. Точнее не пришла, от неё веяло такой гаммой чувств, что у меня от одного соприкосновения с её эмоциями скручивало внутри. Но боль, что терзала женщину, не помешала ей собраться, встать, вытереть слезы, а потом, чеканя слова, рассказать, что произошло.

— Теперь мы одни. Они отдали свои жизни за то, чтобы мы жили. Выжить — это наш долг. Эдвард… — она посмотрела на меня пронзительно, — Ты сейчас единственный, кто может помочь. Мы можем на тебя положиться?

— Сделаю всё, что в моих силах, — голос хрипел, слова давались тяжело.

— Тогда нам нужна изоляция. Заразу точно выжгли в радиусе сотни метров, но всегда есть риск повторного заражения.

— Я позабочусь о вас.

Сердце разрывалось. Было тяжело оставить Амалию, но и бездействовать я не мог. Обняв её ещё раз, оставил девушку с родными. Надеюсь, у Кино хватит мужества, чтобы утешить остальных.

Я вышел из зала, нашел ближайших врачей, обрисовал им ситуацию, а дальше пошла работа. Всё здание изолировали. У Кино была связь с людьми, и она передала мне полномочия отдавать приказы на их земле. Чем я и занимался: взял под контроль вооруженные силы, заблокировал район и отправил людей искать любые следы, как вирус мог попасть к Шелия.

На моих землях происходило тоже самое. Почему-то там вирус действовал не так стремительно и новости о первых погибших магах поступили только через пару часов. Всё это время я переживал за Эрминию, но та, контактируя со всеми подряд, оставалась здоровой. Как и Волчонок с остальными. Это наводило на мысли, потому что я тоже чувствовал себя здоровым. Возможно, в моём случае это заслуга магии Шелия. Тот взрыв исцеления вылечил всех в округе, кого коснулся, меня в том числе.

Остатки семьи Шелия заблокировали. Был риск с доставкой еды и воды, потому что вирус могли передать как угодно. К вечеру так и не удалось узнать, как его забросили. Никаких следов. Пришли новости от соседей. Род Огинских вымер полностью. Горчаковы тоже, не помогли им их щиты. Михайловы… Они молчали, и это красноречиво говорило, что хороших новостей ждать не приходится. Шамал тоже затихли.

Ночь вышла тревожной. Воду и еду передали, продезинфицировав всеми способами, опасаясь, что болезнь вспыхнет заново. Меня к ним не пускали. Несмотря на своё здоровье, я мог переносить вирус. Да что угодно его сейчас могло переносить.

Когда часов в двенадцать поступил сигнал о нападение стаи демонов, я его воспринял, как подарок небес. Зря твари пришли. Штук двадцать их набралось, серьезная угроза, тем более, когда я один из защитников на землях Шелия остался. Если не считать обычных вояк и сверхов. Те бы справились, но дольше провозились и наверняка не обошлось бы без потерь. А так я настиг стаю и оторвался на них по полной, минут на десять забывшись и выпустив пар.

После этого местные стражи стали поглядывать на меня с большим уважением, а скорость выполнения приказов увеличилась. Но мне было не до этого. Короткая битва закончилась, впереди ждала неизвестность.

Я всё же смог уснуть. Заставил себя отключиться, понимая, что силы сейчас нужны, как никогда. Приказал будить в случае малейшего изменения ситуации и меня разбудили. Но совсем по другому поводу. На земли Шелия приперся Степан вместе с женой. Они последние, кого я ожидал увидеть, но факт есть факт. Причем Степан был настолько на взводе, что чуть ли силой заставил стражей привести меня.

Когда я вышел к этой парочке, то увидел жалкое зрелище. Степан словно килограмм десять сбросил и постарел лет на пять. Кожа обтягивала кости, да и бледный настолько, что возникал закономерный вопрос, а осталась ли у мага внутри кровь? Его жена выглядела не лучше. Озноб, температура и кашель. Все признаки того, что она заражена и скоро умрет. Их разместили в комнате допроса. Оба сидели на стульях, но только у парня был осмысленный взгляд.

— Клоз… Живой и невредимый, — процедил, едва ворочая языком Степан, — Нужна помощь. Шелия остались живы? Нам нужны целители.

— Шелия тебе сейчас не помогут, — ответил я, — Как давно заразились?

— Она, — глянул он на жену, которая сидела рядом и, кажется, начинала бредить, — Заразилась с утра. Как и большинство в моём роду. Не знаю, кто сейчас остался. Многие умерли на тот момент, когда мы пошли на прорыв.

— А ты не заразился?

— Я маг крови. У меня другой организм.

Всё его тело олицетворяло усталость. А глаза нет. В них плескалась сталь и воля. Если потребуется, Степан силой попробует взять то, что ему нужно. Пробьется к выжившим Шелия и ему будет плевать, к каким последствиям это приведет.

— Спаси её, Клоз, — прохрипел он.

В его взгляде плескалась сталь, но в моём тоже. К Шелия он и на сто метров не подойдет.

— Спаси, Клоз, — вырывались из него слова, — Соверши гребанное чудо, как ты умеешь.

Чудо… Из всех известных магов не заразились только я, Эрминия и Степан. Лучнице на днях я дал форму очищения, и та раскрылась в ней. То есть её магия успела измениться.

— Я могу изменить её, — кивнул на Кристину, — Сделать её силу такой же, как и у меня. Я это уже проделал с Эрминией и та здорова, вирус обошел стороной. Шансы, что получится — близки к нулю. Но больше мне нечего тебе предложить.

Лицо Степана было каменным, ничего не выражающим. Но потребовалось не больше десяти секунд, чтобы он кивнул.

— Чудо, Клоз. Соверши это долбанное чудо.

Мне потребовалось около пяти минут, чтобы создать форму, с поправкой на состояние девушки. Та едва живая и резкие изменения могут её убить. Степан наблюдал за мной, не моргая. Когда светящийся шар почти вошел в Кристину, он дернулся, но замер и сел обратно, давая мне закончить начатое.

То, что в этот раз будет иначе, я понял сразу. Трудность создания формы в том, что надо вложить запас энергии, которого хватит на все изменения. Если маг при этом полон сил, как было в случае Эрминии, то его организм и сам поддержит процесс трансформации. Когда подопытный ели дышит на последнем издыханием, то ситуация осложняется. К тому же, я невооруженным глазом видел, что над девушкой уже колдовали. Вся её энергетика была перекорежена. Как она вообще жива?

Думать об этом не было времени, поэтому я приступил за работу. В какой-то мере Кристине повезло, что с ней работаю именно я. Очищение — это ведь не только разрушение чужой магии, но и очистка организма от всяких шлаков. Я этим много занимался, когда только прибыл в этот мир.

Пустить волну энергии, сонастроиться с чужим организмом, погрузиться в глубокую медитацию… Надеюсь, у Степана хватит ума не мешать. Теперь запускаем поток энергии, находим главные очаги, медленно очищаем их от разрушений, выводим шлаки…

Следующие несколько часов прошли в скрупулезной работе. Работал я параллельно форме, которая медленно перестраивая магическую систему девушки. Пару раз ситуация становилась критичной и чудом удавалось вырвать её из лап смерти. Я взмок, тело затекло, но приходилось не обращать на это внимания и продолжать. Очистить, вывести, наполнить организм энергией, дать ей прижиться… Повторить.

— Всё, — устало вымолвил я, — Сколько времени прошло? Который час?

— Восемь утра, — ответил Степан.

Я глянул на него и увидел абсолютно красные глаза. Жутковатое зрелище.

— Кто-то приходил?

— Приходили, — медленно кивнул он, — Ничего серьезного не случилось. Сообщили, что Шелия живы.

Я облегченно выдохнул.

— Они на карантине и даже не думай к ним попасть.

— Больше не думаю, — согласился он.

Причина, почему Степан расслабился, находилась рядом. Кристина перестала кашлять, температура спала, вернулся естественный цвет лица, и девушка мирно спала.

— Что с ней случилось? Тут не только вирус поработал. — спросил я.

— Пришлось пойти на крайние меры.

— Она носила ребенка? — вопрос дался тяжело, но некоторые следы, которые заметил, были слишком красноречивы.

— Да… — ответил Степан и отвернулся.

Я успел заметить боль и слезы в его глазах. С трудом удалось встать. Молча подойдя, я положил руку ему на плечо и сжал.

— Главное, что вы живы.

— Отвали, Клоз. — дернулся он.

— Понимаю… Не буди её. Я дам распоряжение, чтобы вас разместили. Мне нужно отдохнуть, если что, то подойду. Но думаю, с ней всё будет хорошо.

Степан ничего не сказал, а я и не ждал ответа. Сил не осталось. Но, не смотря на всё, внутри теплилась надежда. Если моя сила помогает избежать болезни, то я знаю, как уберечь остальных Шелия. Нужно только подождать, чтобы убедиться… То, что я собираюсь проверить это на Кристине, было подлым, но такова жизнь. Близкие мне люди гораздо важнее.

С Кристиной я закончил утром. А вечером у Шелия снова подскочила температура. Почти сразу у всех, что говорило о высокой заразности вируса. Больше откладывать было нельзя, я пришел к ним и… Следующие сутки провел рядом, передавая форму очищения и контролируя процессы. Осложнялось это тем, что две женщины беременны и провести всё так, чтобы не навредить ребенку было в десятки раз сложнее, чем с остальными. Да и с детьми тоже трудновато вышло. Их организмы ещё недостаточно развились, чтобы вытянуть процессы сами.

На следующее утро я смог поспать два часа, но потом снова пришлось подняться и продолжить вести процесс. Когда кризис миновал, я довольно улыбнулся, дошел до стула, а через минуту отключился. Проснулся уже в кровати, рядом лежала Амалия, смотрящая в потолок. То, что девушка в подавленном состоянии почувствовалось и сквозь туго соображающие мозги спросонья. Я притянул её к себе, обнял, долго прижимал и гладил, пока она не расслабилась и не уснула. Да и я тоже уснул. Слишком много напряжения скопилось, а сил сколько потрачено… За эти дни я превзошел себя, что давало о себе знать.

— Ты как? — спросил я Амалию, когда мы оба проснулись.

— Жива, — тихо ответила она.

Простой ответ, за которым скрыто так много боли.

— Жизнь продолжается, — в такие моменты любые слова звучат глупо, но их надо говорить, в надежде, что это поможет.

— Они заплатили своей жизнью за нас, — обронила Амалия.

Слова горькие, как яд.

— Ты только винить себя не начинай. Это был их выбор. Разве ты бы не поступила также ради нашего ребенка? — прижал я руку к животу.

— Но спасение было так близко… — прошептала она.

Да… Если бы я знал, что форма очищения поможет, это спасло бы всю семью. Вроде мы победили, но эта победа слишком горчила.

— Мы не знали. Никто не знал. Слишком быстро всё произошло. — ответил я, сам чувствуя, насколько убого звучат эти слова.

Пока работал с Шелия, раз сто успел себе задать вопрос. Почему не догадался раньше? Ведь ответ лежал на поверхности. Эрминия не заразилась, я тоже. А ещё Волчонок. Достаточно исключений, чтобы сделать выводы. Не знаю, по каким принципам распространялся вирус, как он выбирал именно магов, но чем-то владеющие очищением ему не приглянулись. Если бы понять это раньше… Стоило радоваться, что удалось спасти остальных. Что жертва старшего поколения не напрасна, но… Открытие, что очищение даёт иммунитет — словно перечеркивало великую жертву. От этого было тошно вдвойне.

— Я не знаю, как теперь жить, — поделилась девушка, сжимаясь в комок.

— Как минимум беречь себя. — ответил я, беря себя в руки и изгоняя лишние мысли, — Чтобы их жертва не была напрасной.

Надеюсь, мне хватило актерского таланта, чтобы голос не дрогнул при этих словах.

— Эдвард…

— Что, родная? — я гладил её по волосам и нежно обнимал, делясь теплом.

— Убей их! Уничтожить всех, кто стоит за этим и заставь их страдать!

Просьба, пропитанная болью и ненавистью. Лучше так. Лучше ненавидеть, что изводить себя.

— Обещаю, — только и сказал я, — Виновные поплатятся.

Даже если мне придется перевернуть весь мир.

Как бы мне не хотелось провести больше времени с беременной девушкой, но требовалось уделить время делам. Я связался с Эрминией и узнал, что у нас больше спасать некого. Маги погибли. Ни с кем из них я сблизиться не успел, но всё равно, это был удар. Каждый маг уникальная боевая единица, необходимая для выживания. Что делать без них, когда весь город настолько ослаб… А сколько магов погибло остается только гадать. У Шелия тоже имелись вассалы, но что-либо делать было поздно. Слишком быстро закрутилось, никто не ждал, что удар будет нанесен настолько молниеносно и сокрушающе.

Выйдя на улицу, я спросил у первого попавшего стража, кто и где находится, после чего пошел прояснять ситуацию. Первым, кто мне попался на пути, стал Артем Шелия.

Юный мужчина выглядел неважно. Внешне — почти идеально. Разве что от него разило потом. Маг тренировал новую силу, вспышки света расходились вокруг него одна за другой, а стена, которую он наказывал, давно оплавилась и пошла трещинами. Полностью исцеленный, выглядел он внешне прекрасно, а вот внутри… Парень буквально дышал той тяжестью, что поселилась на сердце.

— А, это ты, — заметил он меня спустя пару минут, — Как сестра?

— Жаждет мщения.

— Лучше так, чем грустить. Не в её положение, — горькая усмешка исказила его лицо, — Как это пережить, Клоз?

— Стиснуть зубы, жить, действовать. На твоих плечах теперь целый род, который остался без защиты. Нет времени унывать.