Читаем Final Fantazy онлайн бесплатно

Глава 1, Встреча

"Однако в скорости была Сила, и радость, и чистая красота".

Ричард Бах

Архипелаг Люминария состоял из двенадцати обитаемых островов и около сотни необитаемых. Из Грингарда – столицы королевства можно было добраться до любого острова на пассажирском лайнере, но вот уже как месяц все морские сообщения закрыли из-за участившихся нападений морских обитателей Бескрайнего океана.

Билет на лайнер стоил не дёшево. Анике за свои шестнадцать лет жизни на маленьком острове в деревне удалось скопить денег и добраться до столицы. Первым делом она посетила морской сад. Он славился своими устрицами, морскими гребешками, лангустами, омарами и разнообразием съедобных водорослей, которые здесь выращивали и продавали.

К обеду она добралась до центральной площади, села на лавочку у бронзового фонтана морской нимфы и глубоко задумалась, наблюдая за тем, как вода струится по стройному гранитному склону. Нимфа как бы поднималась из воды. К ней тянули разинутые пасти статуи морских львов.

Через зазоры между булыжником, которым была вымощена площадь, пробивались цветы и трава. Аника откинулась на спинку скамейки, глубоко вдохнула свежий солоноватый воздух и закрыла глаза, перебирая в памяти всё, что ей сегодня довелось увидеть.

Денег в карманах у неё едва ли хватит на аренду комнаты в гостевом доме. Впрочем, сейчас ведь – весна, тепло, а она привыкла спать под открытым небом. Нужно только найти подходящее местечко, недоступное для посторонних глаз, затем устроиться на какую-нибудь работу, и жизнь наладится.

Только бы её не приняли за какую-нибудь ведьму, выползшую из воды. Ведь первое время еду придётся готовить на костре. Кто знает, какие нравы и поверья у местных жителей.

На последние деньги она решила заглянуть в трактир и попробовать какое-нибудь фирменное блюдо. Аника выбрала наугад направление и нырнула в тёмную улочку, завешенную сушащимся на верёвках бельём и заваленную всяким хламом, вроде сломанных бочек и телег.

На перекрёстке она заметила мальчика лет двенадцати, в сплюснутой с боков шапочке, наподобие пилотки, из плотной шерстяной ткани с ленточками сзади, в юбке с крупными складками до колен, тоже из шерстяной ткани, в полотняной рубахе, чулках до колен и башмаках с металлическими пряжками.

В общем одет он был довольно экстравагантно. Наверное, какой-то уличный игрок, коих в Грингарде насчитывалось бесчисленное множество. В основном они торговали картами, но мальчик предложил ей сыграть в напёрстки.

Девушка махнула рукой и решила рискнуть, авось повезёт. На зрение и реакцию она никогда не жаловалась. Всего-то и нужно, что угадать под какой из чашечек спрятался шарик, и тогда её капитал увеличится вдвое.

Она поставила на кон пару бронзовых двенадцатиугольных монеток, с закруглёнными краями, с портретом принцессы Ионы – на аверсе и гигантскими черепахами, снопами и звёздами – на реверсе, и, конечно же, проиграла. Однако, она узнала от уличного шарлатана кое-что интересное.

Мальчик: Когда я вырасту, я стану охотником за морскими монстрами. Моих родителей утащил змей. И я доберусь до него.

Аника: Насколько мне известно, все морские змеи – травоядные.

Мальчик: О, нет! Это особенный змей. Он в горах живёт, в самой глубокой пещере. От его шипения уши закладывает, а дыхание – ядовитое. Он сдвигается с места, только когда выходит на охоту.

Аника: За его голову, наверное, можно выручить неплохие деньги?

Мальчик: Да, слюна этой твари, падая на землю, обращается в целебные волшебные камни. Проблема в том, что в охотники принимают только с шестнадцати лет.

Аника поблагодарила мальчика за ценную информацию и интересную игру и пошла дальше по узкой извилистой улочке на поиски трактира. Темнело здесь быстро и внезапно. Изменчивая морская погода доставила жителям архипелага немало хлопот.

Высоко над домами-деревьями зажглись фонари – проснулись светлячки в стволах бамбука. Фонари мерцали в облачной дымке и едва освещали город. Пройдя ещё два перекрёстка она, наконец, заметила под навесом из кожистых листьев и висячих длинных серёжек вывеску «Трактир «Рыбий череп». У входа в трактир столпилась куча народу. Там явно происходило что-то неладное.

Аника ускорила шаг, пробилась кое-как через толпу и с облегчением выдохнула. Никто не умер. Никаких драк не наблюдалось. Возбуждённые крики были вызваны подбрасыванием двух или трёх монеток с помощью специальной палочки. Перед бросанием игроки делали ставки на то, какая комбинация выпадет. Люди в Грингарде и в самом деле оказались азартными.

Трактир устроился в стволе бука, толщиной в несколько обхватов. Три этажа с небольшими балкончиками, выточенными в наростах на стволе. У входа в трактир висела доска объявления, а поверх всех объявлений – рукописный портрет какой-то весьма красивой девочки, в ночной рубашке до колен, с застёжкой на трёх пуговицах. Под портретом имелась надпись:

«Разыскивается. За вознаграждение. Тысяча сенити. Была одета в ночнушку голубого цвета. Особые приметы: родимое пятно на шее слева и чёрные глаза».

Аника вошла в трактир. В зале размещались столы, разной величины, украшенные декоративной резьбой, лавки из красного сандалового дерева. По потолку тянулись цветущие лианы.

Круглые окна с дымчатыми стёклами затеняли свет уличных фонарей, от чего в помещении царил какой-то вязкий сумрак. Пока она шла к свободному столику, отгороженному от остальных шторкой из вьющегося хмеля, её никак не покидало ощущение, будто за ней кто-то наблюдает. Стены украшали черепа глубоководных монстров и картины, с изображением парусных кораблей.

Девушка уселась за столик и стала ждать, когда официант принесёт ей меню. В центре зала, на помосте сидел на высоком стуле скрипач, но он, казалось, спал. По его вялым бессознательным движениям Аника поняла, что тот и вправду спит и видит какой-то сон. Наконец, официант, одетый в белые штаны и белую рубаху навыпуск, подпоясанную ремнём, принёс меню, и она немного оживились. В меню имелись рёбрышки морского зайца. Маринованные яйца, жаренная рисовая лапша с морепродуктами, какой-то бульон со странным не выговариваемым названием.

Аника: А что это за блюдо – буйабес? В первый раз о таком слышу.

Официант: Фирменное блюдо нашего шеф-повара. Бульон сварен из нескольких видов морской рыбы.

Аника: Какой рыбы?

Официант: Ооо! Больше десятка – морской скорпион, солнечник, морской петух и другие. Всё это приправлено помидорами, луком, фенхелем, апельсиновой цедрой и шафраном.

Аника: И всё сразу? Ничего не пробовала из всего Вами перечисленного. Давайте этот буйабес.

Официант отвесил небольшой поклон и исчез за дверью, на которой висела мишень для игры в дартс. Пока повар готовил своё фирменное блюдо, девушка рассматривала аутентичное рыбацкой хижине убранство трактира и его немногочисленных посетителей.. Слева от него стояла исписанная мелом доска. На ней что-то было написано, но девушка ничего не поняла в этих каракулях и цифрах. Аника и сама едва не заснула, слушая, как сопит во сне скрипач, и потрескивают угли в очаге за барной стойкой.

Буйабес готовился целую вечность.

Официант: Просим прощения за задержку. В наличии не оказалось фенхеля, а без него, сами понимаете, буйабес – уже не буйабес.

Аника: Ничего. Я даже немного вздремнула. Уютно тут у Вас. И в городе так тихо. Я представляла себе столицу королевства совсем по-другому.

Официант: первое впечатление бывает обманчиво. Если Вы впервые в нашем городе, то я бы на Вашем месте не стал бы расслабляться.

Аника: Почему?

Официант: Вы наверное заметили портрет той девочки. На доске объявлений?

Аника: Да. Его невозможно не заметить.

Официант: Так вот, эта черноглазая девочка давно уже умерла, но её родители никак не хотят осознать этого и принять.

Аника: Такое иногда случается. Пустоту, образовавшуюся от смерти близкого человека ничем не заполнить.

Официант: Всё не так просто.

Парень склонился ближе к столу и его голос перешёл почти на шёпот. Руки его заметно дрожали, а лицо напряглось и сделалось похожим на маску из гипса. Ставя чашку с кофе, сваренный в камине на горячем песке, официант едва не разлил его. Посеребряная ложечка звякнула и упала с блюдца на стол.

Официант: Извините. Мне тяжело говорить об этом, но я должен Вас предупредить. Дело в том, что я сам видел эту девочку.

Аника: Что? Как такое возможно?

Официант: Но это была не она. Понимаете?

Аника: Не понимаю.

Официант: Они только внешне похожи на обычных людей. У них очень бледная кожа, и говорят они совсем недетскими голосами.

Аника: Что значит недетскими? Вы меня пугаете.

Официант: Они говорят достаточно уверенно, холодно, монотонно, как, как, как роботы.

Аника: Роботы? Вы серьёзно?

Официант: Пару дней назад, когда я мыл полы, в половине третьего ночи, я услышал стук в окно, подошёл ближе и увидел за окном двух детей возрастом лет двенадцати. Одного из них я узнал – та девочка на плакате. Мальчик просил впустить их, а девочка, кажется, её звать Люси, молча, смотрела на меня своими бездонными угольно-чёрными глазами. В них не было зрачков и радужной оболочки. Только чёрные глазные яблоки.

Аника: И Вы их впустили? Что они хотели?

Официант: Нет, конечно. Я перепугался тогда до смерти и ночевал здесь же, на складе. Мальчик просил попить воды. Но я-то знаю, что эти существа не пьют воды.

Аника: А откуда они?

Официант: Говорят, они прибыли с других островов.

Аника: Что ж. Спасибо за очень занимательный рассказ.

Официант: Вы мне не верите? Но Вы должны поверить. Должны.

Аника: Так это Вы повесили это объявление?

Официант: О, нет. Нет! Нет… Это они. Они сами. Я срывал его, каждый раз, но она появляется. Это ловушка.

Аника: Извините. Я хотела бы насладиться вашим кофе. У меня был тяжёлый день.

Официант: Им нужны наши тела.

Вдруг раздался резкий глухой удар. Один из посетителей трактира, за соседним столиком, потерял терпение и взревел. Его пошатывало. Кроличья шляпа, с высокой округлой тульёй, вогнутой сверху и с широкими подогнутыми вверх по бокам большими полями, упала на пол.

Мужчина: Угомоните его кто-нибудь! Не то я сам заткну ему глотку раз и навсегда. Я устал слушать все эти бредни про духов и упырей!

Аника поняла, что ей нужно немедленно уходить. Недопив кофе, она вышла из трактира. Толпа игроков у входа в трактир уже рассосалась. Девушка некоторое время стояла, размышляя в какую сторону идти, и решила прогуляться до маяка. Во всяком случае, на побережье было хоть немного светлее, чем в городе. Перебегая дорогу, она услышала, как за спиной кто-то окликнул её. Это был тот амбал, покрытый с ног до головы татуировками.

Амбал: Простите, девушка, его. Он у нас немного того. Я провожу Вас.

Аника: Меня? Зачем? Я сама могу за себя постоять.

Амбал: Нет. Я не об этом. Я и сам не верю во все эти сказки, знаете ли, про ведьм и русалок. Краем уха я услышал, что Вы в этом городе – впервые. По ночам по улицам города ходит дозором городская стража. Вас могу принять…

Аника: Что значит принять?

Амбал: Видите ли, я сам – из охотников и, как бы Вам сказать…

Аника: Говорите, как есть…

Амбал: Не все из нас добропорядочные.

Аника: Ах, вот оно что. Ну, в таком случае, можете проводить меня до выхода из города.

Амбал: Вы уже покидаете город?

Аника: Вовсе нет. Кхм. Это не Ваше дело.

Амбал: Разумеется.

Дальше они шли, молча, под навесом крон домов, выточенных из гигантских вязов, сосен и дубов. Разговор не клеился. Да, и о чём могли говорить солдат с дочерью винодела? Ближе к окраинам города всё чаще попадались заросшие сорняками и срубленные дома. Охотника звали Арес.

Аника: Как вы справляетесь с этими деревьями, из которых построены все эти дома? Они ведь неподъёмные.

Арес: Этим занимаются дровосеки. Когда дома созревают, жители покидают их и переселяются в новый.

Аника: Дровосеки? Кто это такие?

Арес: Это секретная информация. Я не могу Вам сказать.

Аника: Может, уже перейдём на «ты»?

Арес: Всё, что я могу сказать, это то, что все деревья, из которых построены дома в городе, выращивались в Железном лесу.

Аника: Вот оно что. Никогда не слышала о таком месте. Сдаётся мне, что это как-то связано с роботами.

Арес: Лес выращивается в каньонах, глубоко в горах. Гражданских туда не пускают. А где Ваш, то есть твой дом? Далеко ещё?

Аника: Спасибо. Вы, то есть ты меня итак достаточно проводил. Я дальше сама дойду. Спасибо.

Арес: ну, как знаешь. Ещё увидимся.

Аника: Пока.

Девушка помахала рукой солдату и побрела на свет маяка. Заброшенный квартал у моря, в восточной стороне города выглядел довольно зловеще. Бесформенные разросшиеся дома, вытесанные из буков, были похожи на отряд уродливых великанов, застывших на мгновение в движении.

Их кора отливала металлическим блеском. Поросшие и цветущие они растянулись на много миль вдоль отвесных скал долины. Сквозь камни скал, заросшие каким-то фиолетовым мхом, пробивались ручейки.

Аника думала о Железном лесе. Что же такого секретного в этом месте? Все они что-то недоговаривают. Она заметила это с первой же минуты, как пришла в этот город. Девушка выбрала наиболее подходящий для ночёвки дом, откуда открывался великолепный вид на большую часть города.

Глава 2, Разведка

Из окон второго этажа дома, где находились три спальни, были видны мачты кораблей, а с другой стороны – фасад высоченного замка королевской семьи. Исследуя старый, заросший сорняками дом, Аника обнаружила маленькую дверцу, ведущую в подвал и, вооружившись свечкой, потянула на себя ручку. За дверцей оказался лифт.

В движение площадка приводилась нажатием рычага. Пришлось приложить немало усилий, чтобы сдвинуть его с места. Лифт со скрипом покатил по резьбе деревянного стрежня, вращаясь вокруг своей оси. Древнее устройство. Сейчас такие лифты уже не используются. Удивительно вообще, что он всё ещё работает.

Лифт опускался довольно долго, словно в глубокий колодец, и девушка уже начала волноваться. Этот лифт явно вёл не в винный погреб, как она надеялась. Наконец, кабина лифта вздрогнула и остановилась. Прикрывая рукой огонёк свечи, Аника шагнула в темноту.

Справа от неё что-то промелькнуло. Девушка резко повернулась – зеркало, обычное овальное зеркало во всю стену. На полу – кипы старых газет, перевязанных верёвками. На полочке – пустой продолговатый футляр, отделанный изнутри мягким велюром, видимо, в нём когда-то хранились очки. Деревянное кресло, украшенное позолоченной резьбой. На нём – подушечка.

Чертёжный стол завален измерительными приборами, какие-то схемы, огрызки карандашей. Всё это очень походило на кабинет какого-то инженера. Но почему здесь – под землёй? Под столом что-то скрипнуло. Противный металлический скрип.

Девушка опустилась на корточки, заглянула под стол, там что-то лежало, что-то железно, блестящее, поставила свечку на пол и извлекла игрушку – робота-собачку. На правом ухе у неё имелась гравировка LX-1. Правая задняя лапа и левое ухо у пса были оторваны. Аника перерыла всё вокруг, но так и не нашла недостающих деталей.

При более тщательном рассмотрении, она сделала вывод, что это – не просто какая-то игрушка, а что-то куда более сложное. Возможно даже какой-то поисковый и разведывательный робот, и лежит он здесь уже не меньше двух сотен лет.