Читаем Фемоген онлайн бесплатно

Что ни говори, а летом вести здоровый образ жизни гораздо проще, чем зимой. Здесь, правда, в южной части страны, зима довольно условная, дожди в основном поливают вместо снега. Потому зимой я тоже стал бегать, как перебрался на юг нашей страны в особую научную зону исследовательского центра Биотехнологий «Фемоген». Бегать зимой я всё же не люблю, это вопрос привычки. Вообще, я и бегать-то не люблю, но лучше дальше я не буду в этот цикл закапываться, иначе так можно прийти к осознанию бессмысленности бытия и прочим глубоким философским идеям.

А мне ещё надо много пробежать, а бежать ранним летним утром по ровным дорожкам (именно, ровным, и даже не в стольном городе — чудеса!) довольно приятно. С возрастом надо больше контролировать свою физическую активность.

Именно, что с возрастом! Можно меня поздравить, сегодня мне стукнуло целых тридцать три года. Нормальный возраст, ещё побегаю. Ещё пять километров на экране умных часов.

— С днём рождения, Галактион. Тебе исполнилось тридцать три земных года. По состоянию твоих сердечных ритмов могу сказать, что ещё столько же ты вряд ли пробегаешь.

Сбился с ритма от неожиданного голоса виртуального помощника в наушнике. Пускай я выбрал приятный слуху женский тембр, за то время, что не чистил ей накопленные на мне нейронки, превратилась эта программа в девицу с сомнительным чувством юмора.

— Бездушная ты железка, Ви. Могла бы подождать с поздравлениями до моего возвращения домой. Упал бы, разбился, и никто больше не восхищался бы остротой твоего ума.

— Шутка становится не смешной…

— Ой, прости, Вика, постоянно забываю, что у тебя нет мозгов.

— В двенадцатый раз, Галактион! — добавила ассистент эмоций, — Выяснила у твоей мамы точное время твоего рождения. Мама попросила тебя поздравить от её имени, потому что до тебя вечно не дозвониться.

Интонацию она полностью повторила мамину.

— Ох…

Что радовало в саркастичной, но хорошо настроенной помощнице, так это её умение вовремя замолчать. На бегу болтать не очень полезно, а у меня впереди ещё половина маршрута. Как раз сейчас пробегать буду мимо моей любимой рекламы.

Несмотря на моё довольно необычное имя — Галактион, отчество и фамилия были достаточно стандартные — Гордеевич по батюшке (ну да, не очень простое отчество) и от него же Воронцов по фамилии. Фамилия так вообще довольно старая и вроде бы где-то в документах около дворянских родов лежалая. Только мы связи никакой не раскопали, а уж с моей невыраженной принадлежностью к кому бы то ни было и тёмными волосами, причислять себя к светловолосым родоначальникам государственности в родной стране не приходилось. Явно где-то в предках были представители с раскосыми и жадными глазами.

Может, поэтому мне так светленькие нравятся?

Вот она — красота, появилась из-за поворота. И чего мне так блондинки нравятся? Может, потому что сам темноволосый и достаточно смуглый. Есть заметная тенденция в стремлении отдельных особей выбирать либо совсем себе подобных, либо резко отличающихся.

— Ах, какая всё же красота! — выразил вслух свой восторг от новой встречи.

Была она, конечно, плосковата. А что поделаешь, если в наше захолустье не завезли нормальной рекламной голографии, всё ещё использовались плоские панели. Формы, конечно, у этой штучки были хороши, да ещё и удачный ракурс, и поза решали. И нравилась мне модель в первую очередь своим славянским округлым личиком. Ох, а эта мушка над её верхней губой… её раньше не было.

Так, отставить, Гал! Это просто птица метнула так метко… Смотрится ничего так, кстати. Ух, хороша, а ведь даже не фемина. Была бы обладательницей фемогена, точно прошла бы через лабораторию при институте.

Лучшая реклама кампуса осталась позади, ноги меня вывели к стоянке внешнего сектора. Бежал я практически всё время вдоль периметра территории научного городка. По самой территории на личном транспорте без специального разрешения передвигаться было нельзя. Средства личной мобильности разрешались, а для комфортного перемещения служило роботизированное такси, управляемое отдельной системой, аналогичной Ви, только без модуля симуляции личности.

В общем, мы все на маршрутках катаемся, а тут, тля, красный мерин блестит лаком на солнце!

— Где справедливость?

— Подразумеваю, этот вопрос был риторическим. Ты опять уделяешь излишнее внимание автомобилю профессора Штильнеца.

— Так ты посмотри на этот шедевр человеческого гения! Блистательный образец инженерной мысли! У меня такого, между прочим, нет.

— Я могу заказать. Состояние твоего банковского счёта позволяет приобрести новейшую модель прямо сейчас.

— Нее, мне двухдверные не нравятся.

Ви не ответила, я же сам себе усмехнулся. Кажется, сумел её немного озадачить нелогичностью моих ответов.

— Эх, Ганс, она слишком хорошая для тебя! — тихо сказал себе под нос.

Тёмно-красный металлик. Страсть нашего холостого великовозрастного профессора химии и биологии Ганса Штильнеца.

Красивый, сука! Мерин — не профессор. И такой чистый!

Непорядочно чистый, когда в пятистах метрах отсюда так облагорожена прекрасная дева. Вот куда нужно было приложить силы местным пернатым.

Может, приманить их чем?

На этой мысли даже замедлил бег. Нет, всё же глупая мысль… Эти крысы летающие совсем зажрались. Если я даже зерно с полей золотого полумесяца тут рассыплю, лупоглазые невротики на лапках только переглядываться будут. Разве что… самому.

— Порча личного имущества является административным нарушением. В мои обязанности входит предупреждение неправомерных действий и уведомление об их свершении, — опять донеслось из наушника.

— Вик, в чём ты меня подозреваешь? Я просто остановился насладиться не только прекрасным солнечным утром, но и творением инженерной мысли, реализованной чуткими роботизированными руками таких же бездушных машин, как ты.

— Грубить — некрасиво и непоследовательно. Защитная реакция является показателем скрытых намерений. Напоминаю тебе, что две недели назад ты искал в сети, где заказать сразу пятьдесят оптовых коробок ежедневных женских прокладок.

— Я просто запасливый!

— Проверял также, какое слово лучше использовать: «изменник» или «изменщик». Твоя тяга к совершенствованию знаний языка не принимается аргументом.

— Уже говорил, что просто хотел сделать профессору приятное. У него плохое здоровье последнее время, потому что он вечно злой. А злой он, потому что нет у него женщины.

— А нет у него женщины потому?.. — встроила ремарку ассистент Виктория.

— А, мне не интересно. Моя идея была дать ему почувствовать себя в центре бурных отношений. Встаёт он утром, идёт к своей ненаглядной… машине, а она прокладками обклеена, и надпись на лобовом стекле: «Старый козёл!». Он бы сразу ощутил, что кому-то нужен!

— Ты выбирал другие определения.

— Это я замечтался… Побегу. Между прочим, я даже краску водорастворимую искал.

— Только по этой причине я не сообщила куратору.

Зануда. Но вообще, интеллектуальный ассистент такого уровня хорошо иногда останавливает мои сиюминутные порывы. Мне порой кажется, что она в какой-то момент сделала большой прорыв в своём развитии и часто неотличима от живого человека. А ещё она, кажется, заблокировала мне доступ к роликам с приколами, давно в ленте не попадались. Наверное, её тёзка дала команду — наш куратор.

Мне осталось пробежать всего пару километров, уже приближался к своей жилой зоне.

Ага, а вот и первый значимый живой человек сегодня. Здоровался я уже несколько раз по пути с ранними пташками, но лично в городе на тридцать тысяч жителей (а сейчас уже, наверняка, больше) всех я знать не мог, пускай даже эти живут в пределах научного городка.

Но эта личность… о, это особенный индивид.

— Доброе вам утро, Василь Аврорьевич!

Да, да. Я тебя вижу, старый ты хер, и пробегаю мимо по противоположной стороне.

— Доброе утро, Галактион Гордеевич. Как пробежка?

«И я тебя вижу, сукин ты сын», — звучало это для меня так. Я ведь хорошо осведомлён про характер этого отставного военного, склочного, как три бабы Зины, которых я никогда не видел, но все про них рассказывают.

Дед был весьма крепким седым мужчиной, которому повезло с отчеством, как мне с именем. Галактион… Спасибо, папа! Хотя бы тебе досталось нормальное имя, а мне вслед — отчество. Оттого он меня ещё большое недолюбливал. Не только по той причине, что я как-то присел на его (его!) газон, чтобы завязать шнурки. Я тогда изрядно струхнул, когда за спиной появилась эта седая смерть с граблями и с жаждой крови на лице.

— Отличный сегодня воздух. Быстрее ветра лечу!

То есть подальше от твоего глаза, смотрящего как сквозь прицел винтовки.

— У тебя повысился пульс до девяноста семи ударов в минуту, — обрадовала на ухо Ви.

Ещё бы, дед создаёт заряд бодрости на весь день, как тот напиток из рекламы.

— Как поживаете?

Охренеть, я храбрый что-то сегодня! Дед-то стрёмный. Да и вообще, он говноед старый, кого ни спроси. С характером то есть мужчина! И со странной тягой жениться на фемине. Именно это привело его в наш довольно далёкий от цивилизации край.

— Лучше, чем многие хотели бы думать.

Это он очень вежливо послал меня в жопу с моими вежливыми вопросами. Надо же, так скоро станем не просто неприятелями, а заядлыми недругами. Мы толком и не были знакомы, если на то пошло.

Василь Аврорьевич Лавочкин, отставной военный подполковник, купил в Новом Горизонте себе квартиру в одном из домов вблизи научного и учебного городков. Потратил он на это значительные средства, потому что стоила тут недвижимость цен, сравнимых со столичными. Мне жильё предоставлял Институт, потому я вначале удивился, что тут мужик вообще забыл.

Хотел было открыть рот, чтобы задать ещё вопрос, но подполковник меня опередил:

— Ты беги, беги! А то ритм потеряешь.

— Ага, — кивнул.

Это он правильно меня опередил, следующим вопросом собирался конкретно нарваться и поинтересоваться, как у него на личном фронте. Но он меня спас, в ином случае бы пристрелил, пожалуй.

Василь Аврорьевич в наших краях искал бабу. Да не просто бабу, а супер бабу, фемину по-нашему. Эту самую фемину он распознал в одной моей коллеге по работе, правда ложно. Она мне о нём позже и рассказала, стоило мне упомянуть стрёмного деда.

Не знаю, чего уж он там начитался, скорее всего переписанных популярными журналами моих же статей, но ориентировался дед исключительно по внешнему виду. Подкатывал, надо сказать, уверенно, как отечественный танк на трамплин полосы препятствий, даже не обратил внимание на наличие кольца на пальце привлекательной женщины. Но в процессе подката усиленно напирал на особенность объекта своей страсти, чем себя раскрыл. Обломался Василь Аврорьевич, когда удачно позвонил муж. Так и не узнал, что подбивал клинья не к изменённой женщине, а к вполне обычной.

— Доброго здоровья! — крикнул уже вполоборота.

— Не дождётесь, — пробурчал тихо крепкий ещё старик, но я смог услышать.

Эх, читал бы ты, подполковник, правильные работы, мои же, но популяризаторские, узнал бы, что у женщин с фемогеном — палочек (rod cells) в глазах куда больше обычного, потому они насыщеннее. Цветового пигмента тоже больше, из-за этого и цвет ярче. Ночью чудо-женщины видят лучше простых смертных и чуть хуже кошек, всё же сужать зрачок они не умеют. Или этих фурий я пока не встречал.

И ещё один момент. Такая особа даже после пятидесяти выглядит как суперомолодившаяся версия милфы из фильмов для взрослых, потому что до этих лет всё ещё на пике детородного периода. При всём уважении к той моей коллеге, она не столь хорошо сохранилась.

— Вызвала транспортный модуль на половину девятого, — уведомила Ви.

Точно к порогу подошёл. Мой ассистент, как всегда, пунктуальна. Хватит времени помыться, позавтракать и переодеться.

К работе меня доставляло то самое одномодульное двухместное такси под управлением городской транспортной системы. Уже вчера на ночь мне пришло уведомление, что обожаемый мною профессор Штирлиц, который Штильнец, взял по какой-то причине отгул, и меня поставили на замену у первого курса на предмет «Органическая Химия».

Терпеть не могу преподавать химию по учебному плану, потому и не преподаю. Скукота! Но на заменах можно позволить себе вольности.

Такси домчало меня до Первого Учебного Корпуса за десяток минут. Отсутствие пробок при централизованной системе контроля, с учётом распределённых стоянок транспортных модулей, превращали дорогу внутри городка в настоящее удовольствие.

Сам город выстроен на современный манер. Мне бы хотелось жить в подобии какого-нибудь Стенфорда, но, увы, иномирный космический корабль пожелал упасть поближе к Кавказу, а с постройкой современного международного исследовательского центра помогали китайцы, известные своими мастерами строительства из стекла и бетона.

Вот и отгрохали современнейшее здание, а точнее целый учебный комплекс в общем стиле, рядом был отличающийся другими причудливыми формами исследовательский корпус, куда более масштабный.

Так, надо поторапливаться, вот уже и список группы подгрузился на планшет в автоматическом режиме. Проходная, здрасьте-здрасьте, лестница (всего-то второй этаж), аудитория, лекторский стол. Группа уже вся здесь или же по крайней мере большинство.

С самой группой 31-О-1 я частично был знаком по свободному курсу Психологии, который зачитывал для учащихся любого года обучения, от первого до третьего. Полный состав мне был неведом, так как у первогодок ничего обычно не преподаю. Я вообще мало преподаю, и не очень хотел бы, но приходится.

Ага, вот и сигнал к началу занятия.

— Удачи, Галактион, — пожелала на ухо Вика.

Хотелось ответить: «Обойдусь, дорогая». Но надо было начинать. Осмотрел, наконец, учащихся, специально не уделил им внимание до этого, лишь поздоровался, как вошёл. Да, эту группу частично знаю, как минимум рыжую Киру сложно не запомнить.

«О» в именовании группы обозначало «общая». Это значит что пока в её составе будут обучаться учащиеся как с подтверждённым усовершенствованным геном, так и с маркерами, предшествующими изменениям. Это касалось девушек. Юноши совершенствоваться фемо-вирусом не могут, но могут являться носителями, поэтому поступали они в наше учебное заведение исключительно через личные заслуги, кто в учёбе, кто в спорте.

В этой группе всего было пятнадцать человек, а парней вовсе шестеро.

— Доброго утра, молодые люди, сегодня я буду заменять профессора Штильнеца, — шутить за спиной у Ганса себе не позволял, особенно перед студентами.

— Будете вести у нас психологию? — раздался женский голос из аудитории.

— Замечательный вопрос, позвольте сразу его и проясню. Доктор философии (Ph. D) я по Психологии, как бы идиотски это не звучало у нас, но это так, если учитывать западные стандарты. По Биологии и Химии докторской степени не имею, в текущий момент пишу докторскую работу. Поэтому моей квалификации хватит, чтобы поведать вам о…

— Белка́х, — подсказала тёмненькая миниатюрная брюнетка с явными признаками фемины.

— Спасибо, о белка́х! — посмотрел на девушку.

— Тамара, — представилась та.

— Спасибо, Тамара.