Читаем Фантомы Карла онлайн бесплатно

Фантомы Карла

1.

Реальность может оказаться гигантским

листом бумаги, вроде фотообоев.

Разорвав этот лист, ты увидишь за ним

совсем другую картину.

Док

*

Док словно окаменел. Он смотрел в черное окно и молчал. Молчал уже целых пять минут. Карлу очень хотелось напомнить Доку о своем существовании, однако это было сродни самоубийству. Все в агентстве знали – Док ненавидел, когда его торопили.

– Вокруг нас одни недоумки и психи – запомни эту простую, как день и ночь, истину, – сказал, наконец, Док. – Есть лишь несколько избранных, на которых держится мир, и которые безраздельно им владеют. Хочешь прямо сейчас, в эту самую минуту получить ключ от клуба избранных? Образно выражаясь, конечно же. Я про ключ. Это не будет ключ, как ключ от двери. И вообще это не будет что-то материальное, что-то, что ты сможешь взять руками…

Док говорил медленно, делая паузы между предложениями, он словно смаковал свою речь.

– Конечно я хочу получить такой ключ, – с усилием подавив зевок, сказал Карл, когда возникла слишком длинная пауза, по которой можно было понять, что Док закончил свою речь. – Всегда мечтал попасть в клуб избранных и владеть миром. Это же так круто – владеть миром. Что может быть круче этого? По-моему…

– Тогда ты должен заткнуться, выслушать меня, и запомнить все, что я скажу. А потом ты должен записать мои слова, и перечитывать время от времени – освежать в памяти. И вообще, пора бы тебе завести записную книжку, чтобы записывать туда все мои советы. Все, без исключения.

– Я так и сделаю, босс, – пообещал Карл.

– Итак, запоминай – всегда есть короткая дорога. Длинная дорога – для идиотов, короткая – для избранных. Это и есть тот самый ключ, о котором я говорил. – Док посмотрел на Карла взглядом нобелевского лауреата, ожидающего овации зала.

– Длинная – для идиотов, короткая – для избранных. Что-нибудь еще, босс? – Карл надеялся, что сегодня обойдется без пространных монологов, и Док сразу перейдет к делу.

– Мне кажется, или я действительно слышу иронию в твоем голосе, или даже насмешку? – поинтересовался Док.

– Я абсолютно серьезен. Возможно, ирония вам послышалась, босс. Это все физика.

– Физика? – Брови Дока взлетели на лоб. – Какая, к черту, физика?!

– Физика – это наука, – объяснил Карл.

– Я знаю, что такое физика! Объясни, какое отношение она имеет к твоей иронии к моим словам!

– Понимаете, из-за того, что вы стояли ко мне спиной, звук моего голоса проникал в ваш слуховой аппарат искаженно. Отражаясь от стекла. Вот и вся физика. И никакой иронии. Чистая фи…

– Лучше не продолжай! – визгливо крикнул Док. – Вот ведь что придумал – «отражаясь от стекла»! Я стар и глух, но из ума еще не выжил! И я сумею отличить иронию от искаженного звука!

– Простите, босс. Вы правы – небольшую, очень небольшую долю иронии вы могли уловить в моем голосе. Но эта ирония не имела к вашим гениальным словам о короткой и длинной дороге никакого отношения!

– К чему же тогда имела отношение твоя ирония, Карл?

– Она имела отношение… к одному очень маленькому нюансу, размером, примерно, вон с ту муху. – Карл показал рукой на окно. – Этот нюанс настолько мал, что не стоит вашего винимания.

– И все же поясни, Карл, что ты имеешь в виду. – Док проследил за рукой Карла и увидел на стекле муху.

«Нюанс заключается в том, что ты старый дурак… нюанс заключается в том, что ты старый дурак… в том, что ты старый дурак…» – настойчиво крутилось у Карла в голове, пока он придумывал ответ. Его вдруг осенило:

– Все дело в записной книжке! Ирония в моем голосе имела отношение к записной книжке, в которую я буду записывать все ваши советы! Ведь человечество уже давно использует смартфоны и планшеты вместо записных книжек!

– Ты уверен, Карл, что не «длинная и короткая дорога», а именно «записная книжка» вызвала иронию в твоем голосе?

– На все сто процентов, босс!

Док замолчал. Ползущая по стеклу муха заняла все его внимание. Муха была большой, а ее крылья отливали фиолетовым. Она то медленно двигалась к Доку, то замирала на несколько минут, словно раздумывая – стоит ли ей продолжать свой путь, не опасно ли это.

– Наверное, мне придется объяснить тебе, что я имел в виду, говоря о длинной и короткой дороге, – сказал Док, не отрывая взгляда от фиолетовой мухи.

– Если вас не затруднит, босс. – Карл смирился с тем, что ему все-таки придется выслушать очередной “урок жизни от Дока» – одну из историй, придуманных самим Доком, которые каждый сотрудник агенства был вынужден выслушивать как минимум раз в квартал. – Я очень заинтригован. Мне не терпится узнать о длинной и короткой дороге всю информацию. Я чувствую, что за этим скрывается нечто гениальное. Говоря образно – мне позарез нужен уникальный брелок-пояснение к вашему гениальному ключу.

– Хм, брелок-пояснение? Отлично придумано! Вижу, что ты говоришь искренне, – побарабанив пальцами по столу, сказал Док. – Хорошо, Карл, ты смог разрулить ситуацию. Я верю, что ты не насмехаешься над моими словами.

– Это исключено, босс, я бы никогда не позволил себе насмехаться над вашими словами, – сказал Карл, трижды мысленно обозвав Дока старым дураком. – И да, я с нетерпением жду брелок.

– Ладно, раз ты настаиваешь. Итак, вот тебе твой брелок. Допустим, ты собрался забраться на самый высокий небоскреб в центре города.

– На Гранд-Сити, босс? – уточнил Карл.

– Да, на Гранд-сити. И вот ты стоишь внизу, смотришь вверх, а та-а-ам… Там – сотни метров идеально ровной поверхности.

Док опять замолчал, уставившись на муху, которая была уже совсем близко – в метре от него. Кажется, муху что-то встревожило – она надолго застыла на месте, прижавшись к стеклу. Док решил не пугать ее своим голосом – чтобы она успокоилась и смогла продолжить путь. Так Док и муха смотрели друг на друга несколько минут.

Был уже поздний вечер и на улице совсем стемнело. Толстое оконное стекло не пропускало ни звука, но Карл знал, что где-то далеко внизу, на широкой, светлой даже в ночные часы улице кипит обычная для этого времени суток жизнь. В вечной пробке стоят и вразнобой, неизвестно кому и зачем, сигналят разноцветные авто. По широким, выложенным красноватой плиткой тротуарам снуют прохожие. Кафе и рестораны переполнены, в кинотеатрах очереди на ближайший сеанс. Кто-то сидит прямо на тротуаре, играет на гитаре, пытаясь заработать на ужин. Кто-то просто сидит, прислонившись к стене, положив перед собой шляпу. И у тех, кто с гитарой, и у тех, кто просто сидит, одинаковое количество мелочи в шляпах. Обычный вечер обычной пятницы.

Воспользовавшись затянувшейся паузой, Карл прикрыл глаза. Последние дни выдались такими тяжелыми, что Карл был готов уснуть прямо здесь – в кабинете своего босса. Огромное мягкое кресло из темно-коричневой кожи обволакивало как перина, «My way», еле слышно льющаяся из антикварного радиоприемника, затерянного среди бесчисленных папок на необъятном письменном столе, усыпляла почище снотворного…

– В твоих руках ничего нет. – Голос Дока вернул засыпающего Карла из приятной полудремы в реальность – увидев, что муха успокоилась и поползла дальше, Док прервал молчание и продолжил свой рассказ. – Ты стоишь перед неприступным небоскребом, а за твоей спиной – толпа зевак. Пока еще молчаливая, лениво-сонная, горстями поедающая свой попкорн, но в любую секунду готовая взорваться хохотом, дождавшись твоего провала, готовая заклеймить тебя позором, сделать изгоем до конца твоих дней. И вдруг ты, еще каких-то полчаса назад беспечно раздававший направо и налево клятвенные обещания в том, что покорить этот небоскреб для тебя – все равно, что взбежать на детскую горку, осознаешь, что ни тебе, ни кому-либо еще никогда, понимаешь?! – НИКОГДА не забраться на крышу этого, будь он трижды неладен, небоскреба! Ты осознаешь, что все твои обещания – не более чем глупый мальчишеский фарс!

«И как я теперь выберусь из этой ловушки?» – Карл сделал глоток виски, поставил стакан на журнальный столик, и посмотрел на сгорбленную спину Дока. – «Впереди Гранд-сити, позади беспощадная толпа….Ты подставил меня, босс. Крепко подставил. Впрочем, как всегда»

– Тебе не удастся преодолеть даже пару метров, настолько гладкие и скользкие стены у этого небоскреба! Неужели ты не мог понять это раньше? До того, как раздавать обещания всем кому ни попадя?! – судя по всему, Док был изрядно разозлен глупым поведением Карла в ситуации, которую сам и придумал.

«Давай, босс, вытаскивай меня из этого болота. Пора бы уже раскрыть карты, выкладывай, что ты там задумал, старый прохиндей» – Карл взял стакан, сделал очередной глоток, но ставить стакан обратно не стал – оставил в руках, согревая ладонями.

– Ты растерян, испуган. Ты не знаешь, что делать – попытка вскарабкаться на небоскреб ускорит твой крах, промедление же невозможно – толпа уже недовольно загудела. Кто-то свистит, кто-то подбадривает – «Давай, Карл, ты сможешь! Сделай это, Карл!». И ты явственно слышишь в этих криках издевательские нотки. Кажется, все они прекрасно понимают, что ты не сможешь выполнить то, что обещал. Они просто ждут, когда ты повернешься к ним и скажешь – «Я не смогу. Я обманул вас. Я никогда не залезу на этот небоскреб». Они ждут твоей капитуляции, ждут этого мгновения, когда из без пяти минут героя ты превратишься в козла отпущения. Ситуация накалена до предела. С минуты на минуту для тебя все закончится. И закончится очень плохо. Ты опускаешь голову…

«Неужели ты отдашь меня на растерзание этой наглой толпе? Стоило все это придумывать только для того, чтобы сделать из меня пораженца? К чему тогда весь этот рассказ?» – Карл недовольно покачал головой. – «Вместо того чтобы слушать эту чушь, я бы уже давно угостил первую попавшуюся красотку в первом попавшемся баре, и отвез бы ее в первый попавшийся отель»

Карл наморщил лоб, обдумывая, в какой отель он увез бы красотку.

– Но что это?! – Не оборачиваясь, Док схватил со стола папку и что было силы хлопнул ею по стеклу. – Ты что-то заметил. Что-то заинтересовало тебя – там – прямо перед тобой. Ты что-то увидел там, в гладкой стене. Даже не увидел – почувствовал. Нет, почуял! Как собака-ищейка, понимаешь?

“Сам собака” – подумал Карл. – “Старая безмозглая собака”

– Твой маленький нюанс приказал долго жить, – сказал Док, с интересом разглядывая муху, прилипшую к папке. Вблизи она уже не казалась фиолетовой.

«Это невозможно!» – Карл закатил глаза. – «Кажется, сегодня Док решил поставить личный рекорд по идиотизму»

– И ты решаешься! – Док смахнул платком останки мухи в урну, секунду подумав, отправил вслед за мухой платок, сел за стол и уставился на Карла. – Ты решаешься действовать, Карл. Ты голыми кулаками отчаянно бьешь стену небоскреба. Смешки и издевательские крики за твоей спиной превращаются в гомерический хохот. Но что это?! Твои руки легко проваливаются вглубь! Толпа за твоей спиной разом замолкает. Еще ничего не понимая, но уже предчувствуя близкую победу, ты обеими руками ломаешь хрупкую тонкую стенку, освобождая себе путь, делаешь шаг вперед… и в одну секунду все вокруг меняется – ты оказывешься в прозрачном скоростном лифте, который несет тебя вверх, а еще через мгновение ты с изумлением видишь, что сидишь в золотом кресле на крыше высоченного небоскреба, а притихшая толпа, оставшаяся где-то далеко внизу, смиренно пала на колени и не смеет даже взглянуть на тебя. Ты выполнил обещанное, Карл, и стал великим. Ты взобрался на небоскреб. Взобрался, не потратив для этого никаких усилий. Только потому, что в последний момент поверил своему чутью и рискнул. Теперь ты понял, Карл, о чем я толкую? А толкую я о том, что всегда, заруби это себе на носу, всегда есть короткая дорога! Только для того, чтобы её обнаружить, необходимо иметь чутье и решимость.

«Вон ты как завернул» – Карл подавил смешок. – «Теперь остается самая малость – понять, к чему вся эта фантасмагория. Ты же не просто так придумал всю эту чушь про короткую дорогу, старый дуралей?»

– Поставь стакан и подойди поближе, – сказал Док.

Карл мгновенно очутился у стола.

– Надеюсь, ты не считаешь мой рассказ чушью? – внимательно наблюдая за лицом Карла, спросил Док.

Карл отрицательно помотал головой.

– Это правильно. – Док повернулся вместе с креслом к окну, полностью скрывшись за высокой спинкой. – Это очень правильно. Если ты, конечно, не лжешь, и не держишь меня за выжившего из ума старого дуралея.

Карл снова помотал головой – он заметил, что Док видит его в отражении черного стекла.

– Верю, верю! – Док рассмеялся. – Не надо так мотать головой, отвалится еще. А зачем ты мне без головы? Да и в клан избранных безголовых не берут. Итак, зачем я все это тебе рассказал, мой дорогой Карл. Предстоит тебе очень ответственное дело. Возможно, главное дело твоей жизни. Кстати, до тебя его пытались расколоть многие. Очень многие. Но у них ничего не вышло. А почему? Потому что все они оказались идиотами и выбрали… как ты думаешь, Карл, что они выбрали?

– Эти идиоты выбрали длинную дорогу, босс? – в отражении стекла Карл увидел, что Док улыбнулся, показав идеально ровные вставные зубы.

– Именно, Карл. Эти идиоты выбрали длинную дорогу. И поэтому у них ничего не вышло. Тебе же предстоит найти короткую дорогу. Самую короткую дорогу. Реальность может оказаться совсем не тем, чем кажется. Реальность может оказаться гигантским листом бумаги, вроде фотообоев. Разорвав этот лист, ты увидишь за ним совсем другую картину.

Док повернулся лицом к столу, выудил из вороха бумаг тонкую синюю папку, помолчал, глядя то на нее, то на Карла. Кажется, он все еще сомневался, доверить ли Карлу новое дело.

– Так же и люди, босс. Человек может улыбаться тебе в лицо, но ты каким-то шестым чувством ощущаешь, что улыбка эта фальшивая, – сказал Карл. Говоря это, он в первую очередь имел в виду Дока. – И чтобы понять, что скрывается за этой улыбкой, ты должен обладать уникальным чутьем и способностью проникать в чужие мозги.

– Молодец Карл, ты полностью уловил мою мысль. Итак, к делу! В городке Пять Озер, что в четырех сотнях километров на северо-запад, исчезли люди. Исчезли в одно мгновенье, на глазах у многочисленных свидетелей. Просто, взяли, и испарились, понимаешь?

– Пока не очень, – признался Карл.

– Был городской праздник. Что-то местное, связанное с сыром. – Док поморщился. – Ненавижу сыр – у меня от него мигрень. Так вот, весь город собрался на центральной площади – там было театрализованное представление, потом были танцы, фейерверк. И вот в этот самый день исчезли люди.

– Исчезли? – переспросил Карл.

– Парень и девушка – молодожены – исчезли бесследно, как будто их и не было. Во всяком случае, после праздника их никто не видел. Домой они не вернулись, у родных не появились. Словно в воду канули.

– А полиция?

– Местная полиция через три месяца прекратила активные поиски. Дело заморозили до появления хоть каких-нибудь свидетельств и улик. Но с момента исчезновения прошло полгода, а в деле так ничего нового и не появилось.