Читаем Факундо онлайн бесплатно
Пробным испытанием единения на основе абсолютной власти Росаса стало одно административное мероприятие общенационального значения. Ривадавиа учредил почтовое сообщение, согласно его регламенту восьмидневная почта регулярно отправлялась из провинций в Буэнос-Айрес, и наоборот, раз в месяц почта шла в Чили и в Боливию — отсюда названия двух основных линий сообщения, созданных в Республике. Цивилизованные правительства во всем мире, не жалея средств, прилагают сейчас все усилия для расширения почтового сообщения, которое становится ежедневным и ежечасным не только между городами, внутри самих больших городов также создается внутригородская почтовая служба, налаживается сообщение между всеми пунктами земли с помощью пароходных линий через Атлантический океан или вдоль Средиземноморского побережья — ведь богатство народов, успешная торговля — все зависит от быстрого получения вестей.
В Чили мы постоянно наблюдаем: то народ требует расширения почтовой связи, то правительство принимает меры по улучшению морского и сухопутного сообщения. И тут, в то время как весь мир озабочен развитием сообщения между различными странами, дон Хуан Мануэль Росас, с тем чтобы ему легче было держать в своей власти провинции, упраздняет почтовую связь, и на четырнадцать лет она прекращает существование по всей Республике. Вместо этого Росас учреждает систему правительственных нарочных —
Эта ужасная разрушительная мера принесла ему самые лучшие результаты. Во внутренних областях царят сомнение, неуверенность, сами губернаторы по три-четыре месяца не получают никаких известий и питаются лишь слухами о том, что происходит в Буэнос-Айресе. Когда события благополучно разрешились и уже одержан верх, Росас отправляет в глубинные области гонцов, нагруженных номерами «Гасеты», почтовыми сообщениями, рапортами и бюллетенями; здесь же и письмо «другу, товарищу и губернатору», где он извещается, что дикари-унитарии разбиты, что Провидение хранит Республику.
В 1843 году случилось так, что в Буэнос-Айресе цены на муку сильно возросли, но в глубинных провинциях об этом не ведали; кое-кто, узнав об этом частным путем, поспешил отправить в столицу муку и получил богатую прибыль. Тогда жители провинций Сан-Хуан и Мендоса массой ринулись в Буэнос-Айрес с мучным извозом. Тысячи обозов пересекают пампу, прибывают в Буэнос-Айрес и там узнают... уже два месяца как цены упали, и настолько, что невозможно даже покрыть дорожные расходы. Позднее в Сан-Хуане снова распространился слух, что в Буэнос-Айресе цены на муку поднялись; спрос растет, зерно закупается в огромных количествах и скапливается в руках нескольких торговцев, а когда, наконец, обоз прибывает на место, обнаруживается, что цены на рынке не поднимались, и груз приходится бросить, поскольку нет покупателей. Вообразите, что происходит при таком управлении там, где поселения отстоят друг от друга на громадные расстояния.
Даже в последние годы последствия этого произвола Росаса сослужили свою службу для завершения объединения страны. Когда правительство Чили в знак протеста против притеснения своих подданных разорвало торговые отношения с провинцией Куйо, Росас приветствовал эту меру и затаился. Эта мера Чили предоставляла ему то, о чем он и не мечтал, ибо в результате оказались перекрытыми все торговые пути, еще не зависимые от Буэнос-Айреса. Мендоса и Сан-Хуан, Ла-Риоха и Тукуман, поставлявшие скот, муку, мыло и другие важные товары, лишились торговли с северными провинциями Чили. И только когда чилийцы заняли горные перевалы, он отправил правительственного посланца, который полгода ожидал этого момента, не проронив о том ни слова.
Создав Республику согласно своему плану, принесшему столь богатые результаты, Росас принялся подводить под свою власть в Буэнос- Айресе прочную основу. Пампа послала его в город, но, променяв теперь поместье на Форт, он почувствовал необходимость преподать урок самовластного хозяина этой самой пампе и прежде всего стереть с лица земли дорогу, по которой прошел сам, чтобы никто не мог последовать по его следам. Росас взялся за создание армии; это воинство, разраставшееся день ото дня, призвано было держать Республику в повиновении и нести знамя борьбы за святое дело в соседние провинции.
Но не только армия была силой, что заместила служившую прежде ему опорой пампу и общественное мнение
