Читаем Эвтаназия советского строя онлайн бесплатно
Вожди стали помирать ежегодно. Интеллигентский анекдот: "Открыт новый элемент таблицы Менделеева – политбюролеум, с периодом полураспада полгода».
ГОРБАЧЕВ НАЧАЛ ПЕРЕСТРОЙКУ: «Перестройка – это революция. Нами движут идеи Октября, идеи Ленина. Страна в предкризисном состоянии. Нравственная деградация, взяточничество. Бюрократизм, коррупция. Незаконные привилегии. И всё это проявления ненавистного старого. Поэтому – только вперед! Маховик Перестройки набирает обороты!»
Маховик раздавил ЛЭМ и Кезлинга, ЛЭМ включили в новое объединение.
Горбачев стал любимцем народа. Колесов тоже возлюбил Горбачева. Дух захватывало – плыть в революцию дальше.
Экономисты снова занялись реформами в духе «Капитала». Прибыль, хозрасчет…
Гласность в одном направлении: очернение прошлого. Сталин – кровожадный злодей. Миллионы расстрелянных, число их росло с каждой новой гласностью. Ужасы голода, произвола, террора. Победу в войне одержали вопреки Сталину, забросали немцев трупами. Добив Сталина, взялись за Ленина.
Антиалкогольная кампания: доход бюджета от водки сократился с 30 % до 3 %.
Дали права директорам по распоряжению наличкой. Напечатали много денег, разрушили товарно-денежную систему.
Обличители навалились на соцстрой: пустая трата денег на проекты века. Ленинградская дамба. Поворот сибирских рек на юг. БАМ – дорога в никуда. Узаконить безработицу. Номенклатура: это класс эксплуататоров.
В опубликованном «Архипелаг Гулаг»: 60 миллионов погибших.
Солженицын: «Нет у нас сил на Империю! Отделением двенадцати республик Россия освободит сама себя».
Падало доверие к власти, к соцстрою в целом.
НАРОДНЫЙ ФРОНТ образовался. Колесов – член его. Юрий Беляев: "Что-то евреев тут многовато".
Безразличие рабочих. Интеллигенты – кумиры, которые знают, как надо. Что такое совок? Депрессия, выход из КПСС.
ПЕРЕСТРОЙКА НА РАБОТЕ, имитация новаций. Контакт с Хрущевым-сыном. Кутерьма служебная.
ДЕМОКРАТИЯ спасет страну, — объявил Горбачев. Альтернативные выборы депутатов, советов трудовых коллекти-вов и директоров предприятий. Колесов избран председателем совета трудового коллектива ЛЭМа. Внес предложение выразить недоверие генеральному директору Радченко. Радченко сняли с должности. Парторг, профорг и Колесов ездят к министру: просят восстановить их институт. Министр обещает. После последней поездки новый гендиректор уволил Колесова за прогул. Через две недели восстановил на работе.
Перестройка подкосила их – разработчиков компьютерных проектов. Разрушена плановая система. Они оставались без заказов, без работы. От большого ЛЭМа (1500 работающих) осталось 100 человек.
МАЛОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ во главе с Колесовым. Помогли добрые люди. Повезло с договорами. Два года спокойной работы. Обналичка через бригадные договора подряда. Откат заказчику.
Отошел от проектной работы, сам вел бухучет и всю документацию по своему предприятию. Для завода «Красный химик» сделали отличную систему, но – завод исчез. Его разворовали.
В день путча 1991 года Колесов поступил как настоящий демократ: с утра пораньше – в Пассаж, избавиться от денег, купить золото. Митинг на Дворцовой против путча: огромная масса тридцатилетних мужчин.
ИДЕЙНАЯ ОТМЫЧКА: смолоду искал смысла жизни, растерялся, когда обнаружил, что его страна, его любимая Родина исчезла, а он этого даже не заметил. Значит, разум его помутился. И не помогла (или запутала) идейная отмычка – его самосознание – в виде трех понятий:
1. Понятие мира.
Мир естественен (материален), бесконечен и вечен.
2. Понятие инерции.
В мире существует инерция: каждая часть мира остается тем, что есть, пока на нее не воздействуют другие. Изменения происходят при столкновениях частей мира. Сочетание изменений и инерции создает новые части мира, возможно, более сложные. В стабильных участках мира может возникнуть разум – свойство предвидеть изменения, чтобы остаться тем, что есть.
3. Понятие энтропии (неопределенности).
Для получения разумом информации о мире затрачивается энергия. Всей энергии мира может не хватить для предвидения какого-либо события. Каждое такое событие есть случайность. В мире есть неопределенность.
Эта все очень просто, если говорить о том, во что он не верит: «Не верю в Бога, не верю в бессмертие. Не верю в железный порядок, верю в стихию и хаос. Не верю во всемогущество разума, всей энергии мира может не хватить для познания будущего».
РАЗРУШЕНИЕ РОССИИ он осознал только в 1998 году. «13 лет в идейном концлагере». Не снимает с себя вины тем, что шел в ногу с большинством. Стал разбираться. Кожинов, С.Кара-Мурза, Панарин, Ю.Жуков и другие, не поддавшиеся. Понял, как он сам принял самое активное участие в разрушении соцстроя. Как та бацилла в живом организме, разрушающая своего кормильца и погибающая вместе с ним.
МАНИПУЛЯЦИЯ СОЗНАНИЕМ – это целая наука. Мифы, знаковые системы воздействия, метафоры и стереотипы, размывание и подмена понятий, утрата соизмеримости частей реальности, отключение памяти и нравственности. И др.
На проекты века хватило метафор, чисел и умолчаний. Проект «переброски четырех процентов стока сибирских рек» был заменен на «поворот рек» (метафора). Против Питерской дамбы действовали и метафора (загнивающая маркизова лужа) и гипербола (преувеличение). Теперь дамба достраивается. БАМ достроили: оказалось, что это «дорога туда» – из Европы в Азию. Привилегии номенклатуры, ничтожные по сравнению с роскошью новых русских.
Сплошная фермеризация – откровенный миф. В США доля семейных ферм в производстве продовольствия – 12 процентов (?!). Остальное – крупные хозяйства с наемными работниками.
Миф о доходах от акций: средний американец получает доход от акций в размере 0,3 % от его общего семейного дохода. И т. д. и т. п.
Самый грандиозный грабеж в мировой истории – залоговые аукционы. Не вылечив страну, лекари Горбачев и Ельцин умертвили больного. Больной не возражал.
СОСТОЯЛАСЬ ЭВТАНАЗИЯ СОВЕТСКОГО СТРОЯ.
Горбачев: «Целью моей жизни было уничтожение коммунизма».
«В 1985 году повел меня по ленинскому пути, а в 1992 году освободил от вины предательства. Осталась вина глупости.
Утраченное бытие, песня со слезами на глазах: Я рожден в Советском Союзе, сделан я в СССР…»
перестройка, манипуляция сознанием
Новый год, 1985, люди встречали спокойно. Ничто не предвещало беды.
Став соседями по новому зданию ЛЭМа, Колесов и Пальмский частенько прогуливались по Гражданскому проспекту в столовую для иностранных студентов Политеха – отличная еда, мирные беседы, книжный магазин.
— Ну что, Леня, как тебе хозрасчет понравился?
— Как может понравиться, если на нас с тобой, на наших разработчиков остается только 13 процентов от стоимости проекта.
— Куда деваться, всё подсчитано правильно: затраты на технику – вычислительную и множительную, на плановиков, бухгалтеров и еще кучу всяких помощничков: по научно-технической информации, по перспективному развитию и т. д. и т. п. А обслуга здания? Богато живем. Соломоник не понял про 13 процентов, я ему разъяснил. Когда он убедился, что все правильно, ругнулся мрачно и грубо: «Что же это за экономика такая?»
Тем для разговоров хватало: и начальство поругать, и себя показать.
— Ну а что с последним министерским заданием: при сдаче проекта сразу показывать фактическую эффективность?
— Не знаю, Валя, придется как-то выкручиваться. Вот создали лабораторию экономической эффективности…
— Но ведь это же маразм: при запуске системы сразу же показывать фактический эффект. Ты, Леня, сталкивался с нашим главным в министерстве. Судя по этому заданию, он Салтыкова-Щедрина не читал.
— Валя, они там вертятся как ужи на сковородке. Им надо переплюнуть другие министерства по эффективности, иначе бюджетных денег не дадут.
Теперь под эту фактическую эффективность от заводчан требовали снижать себестоимость, вслед за этим полетели заводские зарплаты и премии. Заводчане встали насмерть – посягнули на их святая святых.
На мариупольском заводе Колесов не смог уговорить заводчан на фактический эффект. Запросил из ЛЭМа спеца по эффективности. Приехавший Коган, жизнерадостный шутник, предложил простое:
— Делаем два экземпляра акта: на первом пишем просто эффективность, на втором добавляем «фактическая». Первый остается на заводе, второй нам.
Колесов минуту помолчал.
— Нет, до этого я еще не дозрел.
Пошел со спецом по кабинетам, заговорили, заболтали заводчан: да это, мол, вовсе не сегодняшняя фактическая, а будущая. Подписали.
«В стране бардак» – вот любимая тема для пересудов и обличений. Люди свободных профессий – барды, истопники котельных и другие художники – клеймили и обличали на кухнях. Занятому народу на работе времени хватало – посетовать на воровство, особенно там, где нет советской власти – в Средней Азии и Закавказье, на привилегии высшего начальства, на лень рабочего люда, не пуганого безработицей, на всеобщее пьянство и т. д. и т. п.
Среди не главных, но интересных вопросов звучало пожелание открыть публичные дома под медицинским контролем. «Начинать надо с родителей, — добавлял Колесов, — чтобы они заранее готовили дочерей к этой древней профессии».
На праздничных домашних митингах школьный товарищ Игорь обличал коммунистов с неистовством натренированного футбольного болельщика, жена Алла вторила ему.
— Коммунисты!? — кричал Игорь, — Буржуи, оторвались от народа. Квартиры, дачи, машины, больницы – всё самое лучшее только для себя. Какие они коммунисты? Паразиты! Сволочи!
Колесов отмалчивался, отшучивался:
— Я-то ведь тоже коммунист.
— Какой ты коммунист? — кричал беспартийный Игорь, — ты в партию вступил, потому что так надо!
— Да нет, я и в заявлении написал – хочу быть активным строителем коммунизма.
Крик стоял истошный, и если даже удавалось переключиться на песни и пляски, настроение портилось, осадок оставался. Часть обличений была верной.
«Ну и что же? — размышлял он, — идти на бой и гибнуть смело? Это уж просто смешно. Во-первых, соратников не просматривается. Каждый в отдельности против, все вместе за. Инакомыслящие на меня не выходят; узок круг этих диссидентов, и народ страшно далек от них».
Экономисты снова занялись реформами и опять в духе политэкономии капитализма. Эффективность, прибыль, хозрасчет…
Экономика оставалась тайной за семью печатями. Колесов по-прежнему недоумевал по поводу двойной бухгалтерии, липовых нормативов, выводиловки зарплаты…
Позднее ему стала известна примечательная фраза Андропова: «Мы не знаем общества, в котором живем».
Брежнев тоже внес свой вклад в теорию: «Экономика должна быть экономной».
Народ развеселился, ответил анекдотами.
Брежнев в гостях у американского президента Никсона:
— А как у вас с экономикой, экономите?
— Да, вот видите мост через Гудзон. Когда мне представили проект, я придумал, как сэкономить миллион долларов.
Брежнев принимает Никсона в Москве:
— Я тоже придумал, как можно сэкономить.
— Тоже на проекте моста?
— Да, вот посмотри в окно на Москва-реку.
— Так нет никакого моста.
— Вот… 1
Удручали руководящие старцы. Не так чтобы сильно… Дело росло своей силой, без них, но слишком уж они неприглядно смотрелись.
В 1982 году Брежнев скончался в возрасте 75 лет. Через год с небольшим Андропов – в 70 лет. Еще через год Черненко – в 73 года.
У интеллигенции появился анекдот: "Открыт новый элемент таблицы Менделеева – политбюролеум, с периодом полураспада полгода". 2
Громыко предложил избрать генеральным секретарем Горбачева: «Товарищи, у этого человека хорошая улыбка и железная рука». Приняли единогласно.
Началась Перестройка. Горбачев – молодой вождь в 54 года (Ленин скончался в этом возрасте) — провозгласил начало новой эпохи в жизни страны и дал ей имя «Перестройка».
Первый выезд нового вождя – в Ленинград. На площади у вокзала – новация: разговор с народом. Затем – на выставку науки и техники. Главный по выставке, директор ЛЭМа Кезлинг доложил Горбачеву о планах сплошной автоматизации управления снизу до верху. И венец творения – роботы в цехах. С охватом всех заводов города. Горбачев призвал выйти на мировой уровень за шесть лет.
Он впервые увидел живого вождя, который после выставки пошел через трамвайные рельсы прямо к ожидавшей его толпе народа. Изнутри толпы ничего не видно и не слышно. Кто-то рядом робко произнес «ура».
Горбачев выступил на большом совещании в Смольном: «
Колесов и его товарищи по работе первыми попали под него (под маховик). Две фразы в докладе оказались губительными для них. Первая: обязательный для доклада отрицательный пример – это завод ЛЭМЗ. Вторая – а что ж вы, ребята, перестали создавать объединения? Вы же первыми начинали.
Авторы доклада имели, конечно, и заготовки решений. Из существующих объединений сформировали новое объединение – большое. В него включили завод ЛЭМЗ – приняли меры для вывода из отстающих. Туда же попал и ЛЭМ. Во главе объединения поставили человека со стороны.
Горбачев в обличении прошлого превзошел кухонных ораторов:
Дух захватывало – плыть в революцию дальше. Пока свободою горим…
И Колесов возлюбил Горбачева. 3
Правда хлынула бурным потоком. Новые разоблачения сталинизма превзошли все прежние хрущевские достижения. Миллионы погибших (цифры постоянно росли). Ужасы голода, произвола, террора…
— Нами правила шайка бандитов, — емко выразился Пальмский о сталинском времени.
