Читаем Эспер онлайн бесплатно

Больничная палата в одном из госпиталей Нью-Йорка наполнилась душераздирающим криком. Ещё недавно не подающая признаки пробуждения молодая девушка не с того не с сего вдруг резко схватилась за голову и закричала. Приборы, что были закреплены на пострадавшей в недавней бойне чудовищных мутантов девушке взвыли, сигнализируя о повышенном пульсе. Так, конечно, не могло продолжаться долго. Свернувшееся калачиком тело молодой шестнадцатилетней, по сути девчонки, вдруг резко вздрогнуло и замерло. Тонкий писк прибора, что отслеживал биение её сердца, символизировал остановку так важного для жизни органа.

Не прошло и десяти секунд, как в палату ворвались медицинские работники, сразу же приступившие к реанимационным мероприятиям. Молодой врач отсчитывал время, и командовал несколькими медсёстрами. В помещение уже завезли установку дефибриллятора и медбрат, стоящий с другой стороны койки, сразу же взял в руки электроды, готовый в любой момент подать разряд на замершее сердце девочки.

- Разряд. – Напряженный приказной тон врача, был сразу же услышан несчастным практикантом, что по виду не спал уже больше суток. Тело девочки чуть приподнялось от удара током и её сердце пропустило несколько ударов, чтобы тут же снова замереть.

- Готовь заряд мощнее. – Врач был молод, и не очень опытен, но всё же пытался контролировать всю эту, нелицеприятную ситуацию. Смерти пациента, что уже уверено шел на поправку, и должен был вскоре очнуться он не хотел. Но с неким ужасом, и отстраненностью, он мог заметить бегающие под закрытыми веками глаза девочки, что сейчас как будто бы жили своей жизнью, вырисовывая круги под тонкими кусками кожи. – Разряд.

Новый удар, буквально выгнул дугой тело молодой пациентки. Её сердце снова забилось и ритмичный писк оборудования, заставил врача и его подчинённых устало выдохнуть. Дело было сделано, и жизни подростка пока что ничего не угрожает, что не могло ни радовать.

Недавние события что развернулись в Гарлеме, прервали и так многие жизни. Терять ещё одного пациента этот хоть и молодой, но уже имеющий за плечами не малого размера кладбище, человек не хотел. Тем более у девчонки был отец, что очень сильно ждал её выздоровления, было бы печально если бы она померла. Сообщать родителю о смерти его кровиночки радости было столь мало, что мужчина аж передернул плечами о возможных перспективах, его такой опыт совершенно не прельщал, снова...

Взяв карту пациента, что была прикреплена к кровати подростка, врач снова вчитался в неё, пытаясь выяснить причину, столь резкого кризисного осложнения: “Переломы ноги и двух рук”,” черепно-мозговая травма с кровоизлиянием в мозг”,” Несколько внутренних повреждений”. Чудо, что эта девочка вообще смогла выжить и так легко отделаться в той мясорубке, её лечение, было достаточно дорогим, но всё было оплачено государством, так как именно государство несло ответственность, за произошедшие беспорядки и бой двух огромных мутантов посреди города, что правительство не смогло скрыть от вездесущих репортёров.

Покачав головой, врач только тяжело вздохнул. Реабилитация ребенка может занять кучу времени и ей очень повезет, если функции её организма, связанные с головным мозгом не были сильно нарушены, той травмой. Во всяком случае надежда на хороший исход, после нескольких перенесенных операций ещё оставалась, и врач собирался сделать всё возможное и зависящее от него, чтобы эта девочка выжила и снова смогла пойти в свою школу.

Кинув свой обеспокоенный взгляд, на снова ровно дышащую девчонку, чьи золотистые волосы разметались по подушке, мужчина слегка покачал головой и сунул медицинскую книжку в специальный разъём. Позже он придет сюда снова, дополнить этот документ, недавно произошедшим случаем, но сейчас ему лучше сходить перекурить. Посмотрев на свои руки, врач силой воли унял легкую дрожь, смерть снова прошла рядом, и её удар косой был отведен его руками, такова доля давших клятву Гиппократа людей. Проскочившая мысль о юности и воспоминание принесения клятвы, заставили врача слегка криво улыбнуться. Он, конечно, знал, что доктора теряют своих пациентов, но не думал, что это может случатся столь часто, тем более по таким независящим от него причинам. Слишком уж обширные были повреждения, некоторых привезенных в больницу людей, после недавней бойни. Чудо что этот ребенок дожил, до оказания квалифицированной медицинской помощи и вынес, все те операции. Чудеса иногда случаются.

Врач ушел из палаты, его ждал очередной перекур, стоило выкурить несколько сигарет и выпить стаканчик кофе, ноги уже мало его держали, всё-таки он находился третий день на этих самых ногах оказывая помощь пострадавшим, даже не думая сомкнуть своих глаз, тем более когда его пациентам угрожает опасность смерти и прочих осложнений. Врач еще был достаточно молод и не отгородился той броней цинизма, которую можно было увидеть у его старших коллег.

* * *

Голова трещала от чудовищной боли, ощущение буквально дребезжащих от взрывной нагрузки нейронных связей заставляло скрипеть зубами от натуги, превозмочь столь чудовищную мигрень, что заставляла дрожать всё тело. Руки, пересиливая дрожь, схватились за простыни, сминая их и вытягивая из-под матраса. Тяжело дышащее тело, превозмогая боль, медленно поднималось на кровати, пытаясь сопротивляться, но всё же не могло ослушаться приказа железной воли, управляющей им.

Подтянувшись всем телом и оперевшись на спинку кровати, молодая девушка схватилась двумя руками за голову, пытаясь удержать её — то ли от попытки расколоться, то ли просто взорваться. Ненадолго замерев, блондинка всё же открыла глаза и, оглянувшись, поморщилась, попытавшись подняться с кровати, но бессильно опрокинулась обратно. Стиснув зубы, пациентка с какой-то нечеловеческой ненавистью и яростью рыкнула и всё же попыталась снова подняться.

Встать было сложно, просто чудовищно сложно удержаться и не упасть, но воля и сила разума держали тело на ногах, не давая ему проявить мгновения слабости. Вставшая девушка, пролежавшая в коме целый месяц, с каким-то диким взглядом окинула пищащее оборудование и, снова поморщившись, сорвала с себя оставшиеся датчики. Она не могла думать ни о чём, кроме своей недавней смерти. Она помнила, как её тело разваливалось на атомарную пыль, буквально расщеплённое её же собственной способностью. И пьянящая боль живого тела не могла не радовать её, но всё же она хотела видеть… Она хотела встать — и она справилась. По-другому быть просто не могло: разум — высшая благодать, и он превыше всего. Какой-то жалкий мешок плоти и костей не сможет сдержать её желания и диктовать свои условия.

Немного постояв, девушка посмотрела на свои руки. Обе были живыми, что повергло её в лёгкий шок и снова заставило поморщиться. Одна из рук сама собой метнулась к правому глазу, который, кто бы сомневался, тоже оказался вполне живым и реальным. Шок слегка заглушил головную боль, что помогло ненадолго сосредоточиться на мыслях.

Тело. Оно было живое, новое и не такое болезненное, как старое. Кто-то буквально собрал её по атомам или клонировал из какой-то уцелевшей частицы плоти? Нет, это была она — она помнила, что произошло, помнила, как прекратила своё существование. Капля тёплой крови, скатившаяся из носа, слегка отвлекла её и настроила на более рабочий лад.

Осмотрев палату, она, слегка качаясь, подошла к кровати и взяла в руки, видимо, свою медицинскую карту. «Гвен Стейси, семнадцать лет. Многочисленные переломы, сотрясение мозга с кровоизлиянием, ушибы органов…» Удивительно, что семнадцатилетняя девчонка смогла выжить при таких вводных. В Академ-городке ей бы помогли — если бы успели вовремя, конечно. Но, кажется, это не Академград, раз здесь всё написано на чистом английском. Да и эти травмы… Слегка поморщившись, девушка с трудом подавила прорвавшиеся воспоминания, которые, словно кувалдой, ударили по голове и чуть не опрокинули её на пол.

Слегка качнув головой, прогоняя образ огромного мерзкого монстра из своих мыслей (по чьей вине, видимо, это тело и оказалось в больнице), девушка с трудом подошла к окну, за которым бушевал ночной незнакомый ей город. С диким взглядом она рукавом больничной рубашки стёрла кровь, сочившуюся из носа, и погрузилась в лёгкий транс, пытаясь ухватиться за единственную стабильность, которую чувствовала… Её персональная реальность дрожала от какой-то странной незримой тяжести, но ощущение от неё принесло хоть какое-то спокойствие.

Ворвавшиеся в палату медсестра в лёгком шоке застыла в дверях. Пациентка, чьё состояние ещё недавно считалось безнадёжным, самостоятельно поднялась после месячной комы и теперь стояла у окна. Её тело дрожало, но всё же держалось, не собираясь падать.

Резко активизировавшийся бегающий взгляд подростка скользнул по улице, виднеющейся за окном. Все вывески были на английском, всё кричало о какой-то затхлой древности начала XXI века. Улица выглядела так, будто её тело действительно собрали по атомам в столь неподходящих условиях. Всё это казалось дурацкой шуткой. Кто-то решил поиграть с её сознанием… И кто-то думает, что это закончится хорошо?

Разум сразу отметил устаревшее оборудование, хоть и аккуратно обставленную, но старомодную палату. Всё это бесило, отвлекало и мешало сосредоточиться на главном. Отражение в окне показывало девушке не то, что она хотела бы видеть. Это было не её лицо. Не её глаза. Не её губы. Не её нос… Всё было чужим, хоть и выглядело мило — проснувшаяся в чужом теле личность не могла не признать юную красоту этой Гвен Стейси. Но девушка привыкла к своей внешности и менять её не собиралась — уж лучше сдохнуть…

— «Какого дьявола?» — фраза на странном, но всё ещё понятном ей японском разнеслась по палате. Девушка наконец обернулась к ворвавшейся в палату медработнице, сверкнув пугающей, сумасшедшей улыбкой в сторону дрогнувшей женщины. Что ж, кто-то должен был ответить на её вопросы — и онв ответит. Она не привыкла долго размышлять, она была человеком действия, и любимое ею насилие, надо признать, всегда успокаивало — хоть последние годы она и пыталась сдерживаться и вырастить в себе хоть каплю эмпатии.

— Мисс Стейси, вам нельзя вставать! — Сделав несколько шагов вперёд, взявшая себя в руки женщина попытался взять её за локоть, чтобы увести обратно в кровать, но тут же кубарем полетела на пол, с ужасом глядя на свою руку, вывернутую под неестественным углом. Она истошно закричала, подавившись собственным стоном от резкой боли, когда мелкое исчадье ада наступила ей на сломанную руку.

— Думаешь, это смешно? — Чистая, выверенная британская речь с лёгким азиатским акцентом сорвалась с её губ. Она пьяно пошатнулась и резко достаточно резко обернулась на влетевшего в помещение медбарата. Голубые глаза девушки недобро сверкнули, а кровожадный оскал заставлял немного задрожать поджилки прибежавшего на крик мужчины, что стал свидетелем этой инфернальной сцены.

Девушка в три шага, быстро подошла к опешевшему человеку, и спокойно ушла в бок от его захвата толкнув того к стене. Прижатый к стене парень даже не успел пошевелиться, как лёгкий девичий кулачок врезался ему в солнечное сплетение. Он почувствовал, как падает, и, рухнув на пол, на мгновение потерял сознание. Но девушка не дала ему прийти в себя — её голая стопа опустилась на висок парня, то ли убив его то ли отправив в объятия Морфея.

Вытащив ручку из нагрудного кармана халата поверженного мужчины, она медленно подошла к показавшейся ей более приемлемой жертве, которая, корчась от боли, попыталась отползти от надвигавшуюся на неё Мугино. Но это лишь привело к тому, что юная девушка всей своей небольшой массой тела придавила волокущеюся за женщиной руку. Остриё ручки зависло перед расширенным от ужаса зрачком медсестры.

- Не надо, прошу тебя не надо, пожалуйста. – Мольбы заставили мелкое исчадье лишь ещё более безумно улыбнуться.

Головная боль хоть и не ушла, но не могла помешать девушке быстро соображать и действовать. Кто-то провел очередной эксперимент и дал ей это тело. Что же, он сам виноват в том, что получит по итогу. Она ненавидела вот такие вот скрытые манипуляции. Не выносила попытки ею управлять. И это другое, чуждое ей тело походило на какой-то очередной «афигенски крутой эксперимент», что конечно же был проведен только во имя Науки. Да Черта с два, она сама часто отрывала головы последствиям таких экспериментов и самим сбрендившим экспериментаторам, и изменять себе не собиралась. Тот, кто сделал это с ней поплатится, чего бы это не стоило для неё.

Ручка в держащей её руке слегка дрогнула, опустившись чуть ниже к глазному яблоку, из которого уже небольшой струйкой пролилась слеза. Слабость… Она ненавидела слабость, ни свою, ни чужую. Если взял на себя роль вершителя судеб и научного светила, так сука будь добр следовать ей до конца и отдай свою жизнь во имя так любимой тобой Науки!

- Где я нахожусь! – Снова чистый, профессорского уровня, английский язык с акцентом чем-то похожим на японский прозвучал в комнате. Женщина, на которой сидела достаточно миниатюрная, девушка слегка задрожал, но всё же ещё могла говорить, хоть её и уже начала охватывать истерика.

- Н-Нью-йорк, мисс Стейси, пожалуйста не надо, вы в Нью-йорке! – Медсестра буквально кричал от страха, но мало что могла поделать с маниакально смотрящей на неё кровожадным взглядом девчонкой. - Я понимаю у вас шок, вы побывали на грани смерти. Пожалуйста не надо, прошу вас! - И она заплакала. Буквально расплакалась, смотря в безумные, голубые глаза, в которых отражались лишь бешенство и легкий интерес энтомолога, приколовшего очередную букашку к листу бумаги, ржавой иглой.

Вдруг за спиной послышалист шаги, девушка чуть привстала оборачиваясь, но среагировавший разум, пославший сигналы телу, не был способен само с трудом перемещающееся тело действовать столь же быстро, как он привык. Уткнувшийся в шею девушки шприц пистолет, заставили её вздрогнуть и уже попробовать обратится к своим силам, но чудовищная головная боль помешала этому, от чего в помещении только взорвалась люстра обдав их всех осколками, а молодая заляпанная кровью пациентка отмахнувшись от рук, пытавшегося её удержать шатающегося медбрата, встала посреди комнаты с легким шоком держась за свою шею.

Девушка, пару раз качнула своей головой из стороны в сторону, после чего подняв взгляд, на уработаного ею ранее мужика, сделала к нему шаг, но не удержавшись повалилась на пол и потеряла сознание.

* * *

Джордж Стейси, капитан полиции Нью-Йорка в последнее время был крайне сильно подавлен. Единственная его дочка, все что осталось от его давно погибшей жены лежала в больнице в коматозном состоянии, после битвы двух мутантов посреди города.