Читаем Если осталось эхо онлайн бесплатно

— ...а во время праздников и больших обрядов шаман обращается к высшим духам из Верхнего мира. Это, например, сама Мать-Земля, или Отец-Небо, или Сестрица-Луна.

— И что, неужели они отвечают? — искренне удивилась Ярая, прерывая аккуратное конспектирование.

Заинтересованный сосредоточенный вид подруга делала убедительно, но Шарифа всё равно подозревала, что она просто возила ручкой в блокноте. Конечно, это взрослая женщина и опытный дипломат, но…

— То есть как — неужели? — Шарифа с укором посмотрела на подругу. — Ты что, на праздниках никогда не была? Ни за что не поверю, будто в Красной Орде нет ни одного толкового шамана, с которым мир говорит!

— Нет, ну они, конечно, утверждают, что говорит, — задумчиво протянула та.

— Ярая, ты меня поражаешь! — после недолгого молчания призналась шаманка, возмущённо всплеснув руками. — Как можно жить на тролльих землях, быть наследницей их традиций — и не верить в силу шаманов? Магию ты тоже отрицаешь, да?!

— Зачем, всё не так плохо, — рассмеялась орчанка. — Но одно дело с духами Предков поговорить, а с небом…

— А как, по-твоему, твой муж способен землетрясение устроить? Сам, что ли, вот этими мозолистыми руками? — Шарифа выразительно воздела ладони, и собеседница фыркнула от смеха: тонкие изящные пальцы с безупречным маникюром меньше всего подходили к сказанному.

— Честно? Понятия не имею, никогда об этом не задумывалась. Меня его руки в другом аспекте интересуют, — тонко улыбнулась она.

— Да я уж вижу, — рассмеялась Шарифа: через пару месяцев Ярая должна была осчастливить семейство сыном. И не удержалась от ехидства. — Отдуваетесь за себя и за Шахаба?

— Ну должен же хоть кто-то вашу мать задабривать! Один на эльфийке женился, вторая вообще замуж не спешит, только нам с Шадом и остаётся. — Кто бы сомневался: срезать и смутить Яраю мало кому удавалось. — Ладно, давай дальше. Скажи мне главное, у шаманов разных народов конфликта магии не будет, если вы начнёте вместе шаманить?..

— Нет, что ты. Духи-то общие. Ну то есть Предки у каждого свои, конечно, а земля — она земля и есть, и если все дружно к ней обратятся с одним вопросом или просьбой, она только быстрее ответит.

Ярая Мудрые крылья, орчанка из Красной Орды, была уполномоченным Послом своей страны в Кулаб-тане уже много лет. За это время она накрепко прижилась, прониклась обычаями, обзавелась местным мужем и уже почти двумя детьми. Как ни странно, всё это не мешало ей по-прежнему помнить о благе родины и работать для него. К счастью, оказаться перед выбором между двумя странами и их нуждами ей пока не пришлось, соседи жили в мире к взаимной выгоде. Отчасти и благодаря стараниям Яраи.

С Шарифой, сестрой её мужа и по совместительству вероятной будущей правительницей Кулаб-тана, они сдружились давно и быстро — настолько, насколько хитрая орчанка готова была откровенничать и открываться. Благодаря дару шаманка особенно остро ощущала в подруге эту грань, которая стиралась у неё, кажется, только при общении с мужем, — и с уважением не лезла дальше.

Вообще-то умению незаметно для окружающих выстраивать прочные границы и лавировать между интересами окружающих у Яраи стоило бы поучиться. Шарифу упрямо прочили в наследницы, и это обязывало подстраиваться и развиваться в нужном направлении. Но как этому научиться? Напрямую спросить — так подруга отшутится про богатый опыт и отличные связи, тем более это не такая уж шутка. Успокаивало только одно: когда всё это ещё будет! Её мама и по совместительству Великая Мать Кулаб-тана, правительница страны, была в полном расцвете сил и прекрасно себя чувствовала.

Впрочем, она скорее мама — по совместительству, а титул и родная страна давно уже стояли на первом месте.

Сегодня Шарифу с Яраей свели не личные интересы, а общее дело: грядущий большой съезд шаманов разных народов, который устраивал Кулаб-тан при содействии Орды.

Шарифа никогда не спрашивала, какой интерес у Яраи и её родины в организации этой международной конференции. То ли они хотели шпионить, то ли «застолбить» место перед другими соседями и покрепче привязать к себе младшего партнёра, то ли чуяли от этого какую-то денежную выгоду — неважно. Главное, Кулаб-тану, в котором четыре года назад закончилась разрушительная гражданская война, всё это было только на пользу.

Великая Мать так и заявила: для Кулаб-тана это важно, так что, милая моя, будь добра устроить всё по высшему разряду. Почему поручили именно ей — Шарифа даже спрашивать не стала, сама догадалась. Отличный промежуточный экзамен получился, надо уладить кучу вопросов — от мнения духов до транспорта и виз, ещё и в прессе это правильно подать, и не только в своей!

Спорить она бы не стала, даже если бы были серьёзные возражения — себе дороже! — а тут ещё и дело по-настоящему интересное и в отличной компании. И возможность зарекомендовать себя не только и не столько перед своими гражданами и гостями из дружеских государств, сколько — перед местными духами, отношения с которыми у Шарифы складывались… сложно.

Все знающие твердили, что сил у неё очень много, даже больше, чем у матери. В чём-то она это чувствовала. Например, читать в душах получалось очень легко, так что Шаиста лишь восхищённо качала головой — и брала её с собой на некоторые важные переговоры, где требовалось точно чувствовать настроение. Правда, дело тут было не только в силе, а ещё и в характере: Шарифа была куда более чуткой к окружающим, оттого и шаманские таланты проявлялись подобным образом.

Без труда удавалось попросить благословения или помощи, особенно для других и страны, хотя обычно у коллег по дару всё происходило ровно наоборот, это считалось самым сложным. Призвать духа для разговора мог любой мало-мальски образованный шаман, а вот действия от него добиться — не каждый.

С Шарифой же, напротив, духи разговаривали неохотно, и точной причины назвать не мог никто, потому что другим о ней тоже отвечали редко и коротко. Вроде бы и не скажешь, что сердятся или не принимают — помогают же! Но почему так?

У матери была всего одна версия, которая это объясняла: духи Шарифе не доверяли до конца и ждали случая проверить на деле. Шаиста успокаивала, что дочь ещё слишком молода, и ситуация обязательно изменится, когда подвернётся подходящий случай. Таковым могло оказаться нынешнее испытание — организация и проведение большого шаманского симпозиума, — но если так, то пока Шарифа проваливалась с треском.

До большого международного события оставалось ещё полгода, но было тревожное ощущение, что она ничего не успевает и всё потеряно. Вроде бы организационные вопросы решались, никто не совал палки в колёса — попробовали бы! — но самый главный вопрос оставался нерешённым: место.

Кулаб-тан — страна горная, испещрённая укромными и глухими долинами, в иных из которых разумных не бывает вовсе, а в других — только пастухи со своими стадами. То, что надо для спокойного разговора с духами без лишних глаз и ушей. Дорога не представляла сложностей: мать уже подтвердила, что ради такого дела соберут временный стационарный портал. Казалось бы, выбирай любое место по душе да устраивайся.

Всё упиралось в волю духов. Они должны были одобрить выбор, иначе затея обрекалась на провал ещё до её начала. Хуже нет — разгневать хозяев места, не настроенных общаться с гостями в таком количестве. Поэтому Шарифа раз за разом спрашивала — Предков, Землю, Небо и без счёту духов поменьше, — и раз за разом получала самые размытые ответы. Ни одно из мест, которые пыталась предложить девушка, одобрения не получило.

Она в какой-то момент сдалась и попыталась попросить совета у матери, дождавшись, пока та будет в хорошем расположении духа и достаточно свободна. Великая Мать согласилась спросить вместе, вот только получила удивительно суровый отлуп, так что потом несколько часов пролежала без чувств. Ошарашенная таким поведением благосклонных в остальном духов, она могла сделать только один вывод: Шарифа должна решить вопрос самостоятельно.

Нет, духи не молчали вовсе, но их подсказки… «Три потока у белой скалы», скажите на милость! Помогли чем смогли. В горах десятки тысяч ручьёв, расположение и количество которых прихотливо меняется от сезона и движения камней, а уж известковых, меловых и беломраморных скал тем более не счесть.

Или вот тоже очень ценная подсказка, милостиво данная несколько дней назад: «там, где эхо». И ради этого Шарифа к рассвету поднималась на Стену Предков! Всю ночь, что твоя коза, карабкалась по крутой тропе.

Что они имели в виду? Эхо как природное явление? Стало легче! А если имелся в виду одноимённый магический зверёк-эндемик, то тем более весело: никто толком не знает, где они водятся. Да, любят уединённые горные долины, но таковых тысячи! И абсолютно во всех есть ненулевой шанс встретить эхо.

Шарифа пыталась расспрашивать братьев и других повоевавших шайтаров, но результат получался — как с белыми скалами. Даже хуже: скалы существовали объективно, были даны в ощущениях и не разбредались, а мелкие энергичные зверьки могли запросто перебраться в другие долины.

Утром она исчерпала свою последнюю надежду, отвлекла от дел Когтя.

Конечно, звали его не так, и, по-хорошему, этот позывной полевого командира стоило забыть и никогда не использовать, но уж слишком он прицепился. Старший из генералов «Байталы» был цепким, сравнительно невысоким, худощавым, с крючковатым носом и паскудной ухмылкой — словом, Коготь как он есть. Кажется, его даже жена уже много лет называла только так.

В недавней войне народ Кулаб-тана боролся с колониальной властью эльфов, боролся успешно, но… Когда речь идёт о выживании страны, методы не выбирают. Освободительная армия «Байтала» во многих странах считалась незаконным формированием, её участников преследовали и, формально, ничего общего с ними иметь не могли. Конечно, выкручивались: нельзя-то оно нельзя, а больше никого нет, Великую Мать к власти привела именно эта сила со своей одиозной репутацией.

Три крыла, три командира. Шад, брат Шарифы, носил позывной Эхо, с которым сейчас, в мирное время, легко расстался. А вот Муштак Бириз, который теперь возглавил Дозорный Утёс — государственную службу разведки, — для всех оставался Когтем. Многие просто не помнили, как именно его зовут. Та же ситуация была с третьим, Гранитом, но он сразу после войны вышел в отставку и куда-то уехал, и его боевое прошлое перестало иметь значение.

Так вот, утро Шарифа начала с визита в Дальний Утёс к Когтю. Прославленный генерал обладал, ко всем прочим талантам, ещё и отменной памятью, и горы он знал лучше всех, кого можно было припомнить, но это не спасло. Когда Шарифа озвучила все подсказки, он смог только развести руками. Даже навскидку он мог назвать не меньше трёх десятков долин, разбросанных по всей стране, каждая из которых подходила под описание, и это он ещё не подумал! А сколько ещё вспомнит? А сколько он просто не знает?!

Шарифа бы составила список и проверила, но нет ни единого шанса управиться с этим до назначенной даты. Никого вместо себя не послать, ей ясно дали понять, а у неё есть другие обязанности. Обследовать же удалённые долины… Сначала туда надо добраться. Это не столица, которую каждый портальщик знает! Нет гарантии, что кто-то сможет отвести в нужное место, если только где-то поблизости, а потом несколько дней пешком. Потом на месте найти, где поговорить с местными духами, выбрать подходящее время...

Повторить сорок раз.

Да она несколько лет этим заниматься будет! И шаманский симпозиум пойдёт к Предкам под Гору, потому что Шарифа свернёт где-нибудь по дороге шею. То-то всем легче будет!

В общем, когда Ярая перехватила её после обеда с просьбой провести краткий ликбез по быту и нравам шаманов, Шарифа только обрадовалась возможности посидеть часок в тёплой компании без лишних нервов.

— Как у тебя успехи с поиском места? — Конечно, счастье было недолгим, и Ярая не могла не наступить на больную мозоль.

— Отвратительно, — скривилась Шарифа. — Они надо мной издеваются.

— Кто? Духи? — сообразила подруга.

— Они. Я уже как только и кого ни спрашивала. Одни просто отказываются отвечать, другие посылают к третьим, а третьи отмахиваются расплывчатыми подсказками.

— А гадание какое-нибудь? — предложила Ярая.

— Поучи бабушку камлать! — пробурчала она. — Я только жертвенного барана ещё не попробовала, а всё остальное не один раз… Нет, не смотри на меня так, барана мы резать не пойдём! — отрезала она под заинтересованным взглядом орчанки. — Если духи так старательно игнорируют, дело не в способе гадания.

— А в чём?

— Наверное, в том, что я дура и не понимаю, на что они указывают. — Шарифа всплеснула руками. — Ну или они правда издеваются.

— А могут?

— Могут. Эти — всё могут! — трагически вздохнула она и потянулась к кофейнику, чтобы сцедить себе в чашку остывшего напитка. Холодный кофе лучше, чем никакого, а звать прислугу не хотелось: Шарифа так до конца и не привыкла к её существованию.

Сложно перестраивать привычки, когда всю жизнь ты была тихой девочкой с очень узким кругом общения, а несколько лет назад вдруг оказалась одной из первых фигур в стране, от которой всем чего-то надо. Шарифа честно старалась, но себя так быстро не переделаешь. Если вообще сумеешь.

— Знаешь что, мне кажется, ты зациклилась, — сочувственно проговорила Ярая. — Приходи вечером к нам. Обещала быть Халлела с какими-то своими вопросами, они больше к Шаду, но это явно ненадолго. А мы спокойно посидим девочками, поболтаем. Вдруг на свежую голову ценная мысль придёт?

— Обязательно, после второго кувшина, — рассмеялась Шарифа. — Учитывая, что тебе сейчас нельзя, мы с Холерой их употребим на двоих и пойдём искать долину пешком.

— А какая разница, если найдёте? — Развеселилась орчанка. — Да ладно, так вас Шад и отпустит куда-нибудь среди ночи пьяными.

— И снова мы останемся без места для встречи, — вздохнула Шарифа, опять скиснув.

— Думаю, эти твои духи наиграются и всё-таки дадут точный ответ, — постаралась та успокоить подругу. — Я же правильно понимаю, что это всё и для них полезно?

— Ну… В общем да. Им приносят богатые жертвы, да и в Средний мир так просто не набегаешься, — задумчиво согласилась шаманка. — Может, ты и права. Может, они намекают, что надо больше верить в свои силы? Спасибо! Вечером я обязательно приду, давно мы втроём не сидели.

— Договорились. А пока у меня ещё остались вопросы. Вот смотри…

Проговорили они ещё с полчаса, уже не отвлекаясь на личное, Ярая старательно заполняла пробелы в познаниях. Даром что орчанка и почти одной веры с шайтарами — культ Предков и шаманизм со своими нюансами, — и не сомневалась в некоторых способностях и талантах шаманов, от вопроса она была настолько далека, насколько возможно. То есть Шарифа порой не верила, что такое вообще возможно, но подруга только разводила руками: никогда не интересовалась и шаманов у них в семье не было, а Предков она поминала больше по привычке, когда ругалась.