Читаем Еще один день (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Инга Климова

Бета — редактор: Анна Мурзина

Обложка: Ника Гарская

— Ты не прихватил с собой свою горячую сестричку?

Как только эти слова сорвались с его языка, Джексон Александер инстинктивно увернулся от удара, который был нацелен на него.

Вокруг него раздавался громкий хохот, в то время как он продолжал уклоняться от обрушившихся на него тумаков, пока его друг Мэтт Симмонс пытался достать до его лица своими кулаками.

— Ты с первого курса напрашивался на то, чтобы я надрал тебе задницу! — Мэтт ногой отпихнул свой шезлонг и, кинувшись на Джексона, повалил его на землю. При этом сам Джексон так сильно смеялся, что в тот момент, когда неуклюже повалился на землю, едва ли почувствовал какой-либо дискомфорт от падения.

Тусоваться со своими ребятами было его новым любимым способом проводить выходные. После выпуска нескольких платиновых альбомов вдруг каждый, начиная от того парня, что когда-то сидел позади него в старшей школе, и заканчивая администратором в его тренажерном зале, захотел стать его лучшим другом.

Всего лишь год назад он бы и не поверил, что люди были готовы на что угодно только ради кусочка его внимания. Однако его настоящие друзья помогали ему оставаться в здравом уме от свалившегося на него людского почитания и восторга.

И помощь одному из них в тяжёлое время тоже было частью веселья.

— Чувак, ты же знаешь, что я только издеваюсь над тобой, — Джексон поправил свой шезлонг и, на всякий случай, отодвинул его подальше от Мэтта.

Его брат Николас и их общий друг Трент прекратили смеяться, стоило только Мэтту гневно взглянуть на них.

— Ты знаешь, что мы любим Мару. И по большей части от того, что именно она сдерживает твою безумную задницу. Она придет на барбекю, да? Или она поехала к родителям на выходные на День Памяти? — спросил Николас, извечный миротворец.

Джексон с Николасом без проблем могли сойти за братьев-близнецов благодаря своей загорелой коже, тёмным глазам и вьющимся чёрным волосам, однако их характеры были совершенно разными. Николас всегда стремился быть в центре событий, принимать непосредственное участие в шумных вечеринках или подобных мероприятиях, когда Джексон все больше и больше хотел уединения.

Сравнивая их с братом внешность, с трудом можно было поверить, что его брату — плейбою было двадцать семь, всего лишь на два года больше, чем Джексону.

Мэтт сделал глоток из бутылки пива, которую держал. Он перекатил бутылку в ладонях несколько раз, прежде чем ответить.

— Спроси Трента. Он видится с ней чаще, чем я.

Глаза присутствующих в полнейшей тишине, прерываемой только звуками с улицы, устремились к Тренту.

— Она в порядке. Передала всем вам привет, — пожал плечами Трент, однако его взгляд был как у загнанного зверя.

Джексон развернул свой шезлонг, и уселся на него так, чтобы быть лицом к друзьям.

— Черт, вы же не разыгрываете меня? Если бы я знал, что она под запретом… — Он заткнулся на полуслове из-за убийственного выражения лица Мэтта.

— На твоем месте, я бы не заканчивал предложение, — демонстративно зловеще прошептал Николас, наклонившись к нему.

— Ты жалок. Я собирался сказать, что женился бы на ней. Мара — единственная в своем роде. — Джексон покачал головой, не отрывая взгляда от Мэтта.

— Ты? Женился?! — фыркнул Мэтт.

На какое-то время тишина обрушилась на компанию, каждый размышлял о чем то своем.

Мэтт несколько раз прочистил свое горло, прежде чем заговорить:

— Прости, чувак. Мне не стоило говорить это. Я не подумал.

— Ты не сказал ничего, что не является правдой. Я рад, что ты не ходишь вокруг меня на цыпочках. — Джексон многозначительно посмотрел на Мэтта, а затем на других парней в компании. — Я отказался от своего шанса на сольную карьеру, когда Синтия забеременела. Я никогда не пожалею о таком выборе. Она подарила мне две самые лучшие вещи в моей жизни. Я просто хочу, чтобы она была здесь, и смогла увидеть, какие замечательные наши мальчики.

Он замолчал, на мгновение испугавшись того, что возникший у него в горле ком подтвердит образ трагически сломленного вдовца. Он просто чувствовал такой гнев, такую беспомощную ярость из-за того, что один поворот судьбы смог забрать весь его мир.

— Еще не слишком поздно. Ты можешь выпустить альбом сейчас, — предложил Ник.

— Мог бы… Но это бы значило, что я проведу много времени в дороге, вдали от детей. Я отпустил свою мечту, и я в порядке от этого. Продюсирование, возможно, не было моей первой любовью, но меня устраивает. Что же касается брака… Слушайте, я знаю, что вы, парни, думаете, что моя жизнь это череда вечеринок, но я не даю никаких обещаний. Я только встречаюсь с женщинами, которые знают, что будет и хотят того же, что и я. Без обязательств и без драмы.

— Тебе только двадцать пять, Джек. Ты не можешь думать, что проведёшь остаток своей жизни в одиночестве, — заметил Николас.

— Я любил Синтию больше жизни, и когда она умерла… Ну, давайте скажем, что я не подпишусь снова на эту боль.

Было так трудно вспоминать его еще живую жену в той больничной кровати, сломленную и в синяках. Тем более, что он был так же виноват в этом, как и пьяный водитель, который на полном ходу врезался своим внедорожником в ее машину.

Он успел добраться туда до того, как ее перевезли в операционную. Было достаточно времени, чтобы сказать ей, как сильно ему жаль и как он любил ее. Она заставила его пообещать, что не важно, что произойдёт, и он не перестанет жить. Особенно ради их мальчиков. Что он не закроется, не замкнётся в себе.

Он устало провел рукой по лицу. Тогда это был единственный раз, когда он сознательно лгал ей. Но в тот момент, он бы сделал что угодно, пообещал бы что угодно, чтобы успокоить ее. Включая одну вещь, которую он знал, что не мог сделать.

Снова полюбить.

— Поэтому, в любом случае, моя точка зрения заключается в том, что это не делает меня мудаком, потому что я не подпишусь снова на «пока-смерть-не-разлучит-нас». Я просто не верю, что можно обрести подобную связь больше, чем раз в жизни.

Он посмотрел вниз на свои руки, стараясь не встречаться с кем-либо из парней взглядом. Он не выдержит жалостливых взглядов. Он был композитором, а не лириком. У него не было слов, чтобы описать, каково это иметь идеальную семью, а затем разорвать ее на кусочки. Все, что у него осталось, это эмоции, которые заставляли его чувствовать себя таким же большим, как муравей, и чувство юмора, чтобы удерживать свой разум от вещей, которые он не мог изменить.

Он наклонился ближе к Мэтту, который похлопал его рукой по плечу с серьёзным выражением лица. Он почти ненавидел шутить над Мэттом, когда тот выглядел таким серьёзным, но этот разговор был слишком тяжелым для Джексона. И пошутить было проще, чем выложить свои эмоции на всеобщее обозрение.

— Но я определенно бы сделал исключение для твоей сестры, потому что она чертовски горяча!

Джексон едва успел заткнуться, когда Мэтт замахнулся на него снова, но это стоило того, чтоб услышать смех его друзей.

* * *

— Конечная остановка, порт Нью-Хейвена!

Ридли Уэллс, уткнувшись лбом в окно автобуса, бездумно разглядывала лодки, покачивающиеся на воде. Маленькие магазинчики расположились вдоль пирса, под сохранившими ярко красный цвет навесами. А жирные чайки все так же нападали сверху, готовые выпрашивать еду у любого.

Все выглядело точно так же, как и в тот последний раз, когда она была здесь. Пятнадцать лет назад.

Подождав несколько минут, чтобы другие пассажиры могли выйти, Ридли схватила свой рюкзак и вышла на тёплый солоноватый воздух. Она глубоко вдохнула и закрыла глаза, наслаждаясь прохладным ветром, идущим с воды.

Она была в дороге в течение двух дней, и была более чем готова принять горячий душ и поспать в настоящей кровати.

Если Рейна не захлопнет дверь перед ее лицом.

С таким характером, как у ее сестры, это было вполне возможным.

— Это тоже первая твоя поездка на остров? — На обратившейся к ней женщине средних лет была футболка с надписью: «Нигде, кроме как в Нью-Хейвене», а в руках она держала выцветший голубой козырёк. Группа других женщин, одетая в такие же ярко розовые футболки, возбужденно переговаривалась между собой.

«Туристы», подумала Ридли.

Они приезжают сюда, чтобы насладиться пляжами и мировыми ресторанами морепродуктов.

— Нет. Я жила здесь. Давно. — Она вежливо улыбнулась женщине прежде, чем отойти от них, и достать телефон.

Она прикинула расстояние от автовокзала Нью-Хейвена до дома ее сестры, пока находилась в дороге. Он находился менее чем в миле отсюда, что должно было стать лёгкой прогулкой. Ридли подтянула рюкзак на плече и направилась на юг — к центру города.

Ветерок поздней весны принес запах воды с реки и чего-то слегка пикантного, будто неподалёку кто-то организовал пикник с барбекю.

Это вернуло воспоминания о двух годах, которые она провела в Нью-Хейвене в средней школе. После нескольких лет постоянных переездов старая подруга ее мамы рассказала ей о том, что она когда-то работала официанткой, и предложила им арендовать ее подвал.

Ридли и ее сестра близнец Рейна привыкли к школам в Вашингтоне округа Колумбия, отчего переезд в какой-то захудалый городок на юге Западной Вирджинии выглядел как изгнание. В городке не было даже собственного кинотеатра.

Но подруга их мамы — мисс Рут так хорошо обустроила подвал, что он выглядел, как в одном из модных дизайнерских журналов, которые так любила перелистывать Рейна в углу магазина. Их кровати были в подушках, которые использовались не только для сна.

Красивые, маленькие, декоративные, с кружевом по краям. Мисс Рут рассказала им, что сама сделала окантовку подушкам. Это было впервые, когда Ридли задумалась о том, что все жили не так, как они.

Ее мать не делала после работы ничего, кроме как только… прикладывалась к бутылке.

Они оставались там дольше, чем где-либо еще до этого.

И достаточно долго для Ридли, чтобы полностью привязаться к мисс Рут, своим друзьям в школе и самому сонному маленькому городку. Отъезд на их поддержанном Бьюике разбил ее сердце.

После этого учеба в колледж стал ее одержимостью. Если бы у нее было достаточно денег, то она могла бы позволить себе принимать собственные решения. Остановиться в таком месте, чтобы никто никогда не смог забрать ее и увести без ее согласия.

Ее сестра была такой же управляемой. Рейна начала заниматься модельным бизнесом сразу после школы, и никогда не оглядывалась назад. После нескольких лет непрерывной работы и путешествий по всему миру, она, наконец, купила дом в том единственном месте, где они когда-то жили, и чувствовали себя как дома. Она отправила Ридли сообщение с ее адресом, кодом безопасности и простым предложением.

«Всегда добро пожаловать».

Эти три слова дали ей понять, что независимо от того, что произойдёт, ее сестра всегда будет рядом. Когда она была напугана, и нуждалась в безопасном месте, где она могла бы остановиться, первое, о чем она вспомнила — это дом сестры. Она всегда знала, что в какой-то момент вернется в Нью-Хейвен.

Но не таким образом.

Все что она хотела, это найти отца. После смерти матери она стала одержима поиском единственной той части семьи, которая у нее осталась. Частный детектив, которого она наняла, наконец-то, получил зацепку. Если бы только она заставила его рассказать ей, что это было. Образы обугленных обломков снова возникли в мыслях, отчего она задрожала.

Она достала из-под футболки кулон с бриллиантом, который носила с момента аварии, и погладила его.

Неужели то, что он узнал, было настолько ужасным, что это стоило того, чтобы подорвать его машину. Кто бы это ни был, он, должно быть, запланировал его смерть в аварии, но он, вероятно, не рассчитывал на то, что она станет свидетелем всего этого. Неосознанно она потянулась к рукаву, чтобы в который раз посмотреть на пёстрые синяки и шрамы, тянущиеся от запястья ее до рук до предплечья.

— Ты здесь для того, чтобы спрятаться, пока полиция не выяснит, что произошло.

Офицеры, работающие над делом, немного рассказывали ей, и она могла понять, что это еще не конец. Когда она прямо спросила, то они не смогли сказать ей то, что она хотела услышать — что авария была действительно случайностью. Она планировала оставаться незаметной до тех пор, пока они не выяснят все.

Стрелка на ее телефоне указала налево, поэтому она повернула на следующую улицу. На богато украшенном из кованого железа знаке было написано: «ХЕЙВЕНСБРУК».

Ридли шла мимо возвышающих домов с пышными, ухоженными газонами.

Рейна давно пыталась убедить ее вернуться в Вирджинию (*здесь и далее имеется в виду штат Западная Вирджиния), и утверждала, что ее новый район был идеальным местом для Ридли, чтобы начать свой бизнес ландшафтного дизайнера теперь, когда она закончила школу. Повернув на улицу, где, судя по данным навигатора в ее телефоне, находился дом сестры, Ридли непроизвольно ахнула от первого взгляда на дом.

Еще будучи девочками, они всегда делились друг с другом своими мечтами о том, какие дома они купят, когда станут богатыми и известными. Казалось, что ее сестре удалось найти место, которое полностью соответствует их детским мечтам. Величественный трёхэтажный дом из красного кирпича с широкими Палладианскими окнами вдоль фасада.

— Ты действительно сделала это, Рей. — Ей стало грустно, что ее не было здесь, когда ее сестра переехала.

Они всегда были рядом друг с другом в самые важные моменты жизни друг друга.

До Дэвида.

Она постучала в дверь, а потом позвонила в звонок. Там было совершенно тихо. Рейна рассказывала ей, что есть две панели безопасности, но нужно использовать ту, которая за домом, чтобы она могла получить запасной ключ. Поднимаясь по лестнице на задний двор, она заглянула через окно в кухню. Там стоял длинный дубовый фермерский стол, покрытый клетчатой красной скатертью. Выглядело уютно и гостеприимно.

Ридли подошла к самому дальнему шезлонгу и начала сжимать края подушек, пока не почувствовала твёрдый кусок.

— Попался!

Она расстегнула чехол подушки сбоку, и, просунув руку внутрь, практически в самом дальнем углу пальцами нащупала ключ.

Панель сигнализации дома была установлена сбоку от двери. Ридли бросила рюкзак на пол, а затем ввела код безопасности. Ответом ей было молчаливое мигание трёх красных огоньков.

«Доступ запрещён».

— Ладно. Позволь мне попробовать еще раз. — Ридли вытерла ладони о джинсы и, затаив дыхание, снова набрала код.

«Доступ запрещён».

— Черт! Я знаю, что набираю это правильно. — Она достала телефон из кармана и нашла письмо от сестры. Возможно, она что-то забыла? Прошло несколько месяцев с тех пор, как она получила письмо.

— — — — — — — — —

От: Рейны Винтерс (rwinters@modelco.net)

Кому: Ридли Уэллс (riri7@gigimail.com) Тема: На всякий случай

— — —

Вот мой адрес: 1616 Кресент Драйв, Нью-Хейвен, Вирджиния, 23665.

Код безопасности наш день рожденья. (4 цифры, месяц и день). Всегда добро пожаловать.

Целую, Рейна.

— — — — — — — — —

Сообщение было довольно простым, и, видимо, Рейна наверняка забыла сказать ей об одном из шагов.

Ее сестра не отвечала ни на какие сообщения и звонки с тех пор, как уехала два дня назад.