Читаем Ещё один день онлайн бесплатно

…моему первому критику-мужчине.

Я так и не нашла в этом тексте то место, в котором деревья могли бы подсматривать за моими героями, но я знаю, что ты и без этого прочтешь мои книги. Все. И скажешь мне правду и нужные слова. И не только по поводу моего творчества.

С любовью и уважением, твоя Сестра

…тебе.

Благодаря тебе я действительно поняла, что каждый из нас достоин любви даже в самый темный день нашей жизни. Особенно в этот день. Спасибо.

С любовью и уважением, Я

*Логан*

– Логан, мы в паб. Ты с нами?

Я тупо смотрел в стену, сжимая в руке мобильник. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я устало опустился на диван и замер.

Время не играло роли.

Время играло против меня.

– Логан!

Я машинально вдыхал и выдыхал, слушая доносящийся откуда-то издалека голос Джеймса.

В голове было слишком много мыслей, чтобы там уместился этот надоедливый парень.

А думал я о том, что Хоуп пропала. Окончательно.

Последний звонок не увенчался успехом. Я все же нашел Анну. Не зная ее фамилии, не зная о ней абсолютно ничего, я все же нашел ее в социальных сетях, в которые Хоуп не заходила с конференции в Новом Орлеане.

Стоило ей услышать мой голос, Анна аж вскрикнула от восторга, но к концу разговора девушка говорила так тихо и потерянно, что я с трудом мог разобрать слова.

К концу разговора Анна переживала за Хоуп так же, как и я.

«Твою мать, что делать? Что дальше?!».

Хоуп пропала со всех радаров. Я не мог ее найти. Ни в Портленде, ни в Бостоне. Я не мог найти ее, испробовав все законные…

– Логан?

Я глубоко вдохнул, возвращаясь в реальный мир, и потряс головой. Надо что-то ответить. Хотя, почему «что-то»? Ответ был очевиден.

– Нет.

Мой голос звучал так хрипло, что самому стало противно. Я невольно поморщился и несколько раз кашлянул, прочищая горло.

«Ведешь себя, как тряпка».

– Нет, Джеймс. Не хочу.

Камрад опустился рядом со мной на диван. Я со вздохом посмотрел на него, прекрасно понимая по его взгляду, что будет дальше. В каждом его жесте читалась суровая мужская поддержка.

Камрад нахмурился и закусил губу. Он выглядел так, словно собирался какую-то истину выдать, но последние полторы недели вел одну и ту же песню. Весьма фальшиво, надо сказать.

– Мужик, прошло уже полтора месяца. Тебе стоит…

Я крепко зажмурился и помотал головой.

– Джеймс, заткнись.

Я не мог больше слушать эту песню. Каждая ее нота болью вгрызалась в сердце.

Потому что каждая ее нота была мучительной правдой.

Хоуп ушла. Она оставила меня. Бросила.

И все.

А я…

Джеймс тяжело вздохнул, но ничего не ответил.

Чудно!

Мы сидели в гостиной в полной тишине. Квартира, которую я так любил раньше, сейчас была мне ненавистна. Несмотря на то, что я практически не оставался один, я был невыразимо одинок. Так одинок, что от прыжка в окно меня останавливало только то, что у парней был план. План, который начал трещать по швам после двух недель поисков и вынюхиваний. Но… мы следовали плану. До сегодня.

Последний звонок не увенчался успехом.

Дверь в квартиру распахнулась. Я прикрыл глаза, слушая быстрые шаги. Коннор. Раздраженный Коннор.

– Эй, мужики, хорош тупить! Я уже задолбался…

Он замолчал и замер на месте. Его взгляд жег мой затылок. Я видел краем глаза, как Джеймс повернулся к вошедшему и сделал страшные глаза.

«Они будто бомбу обезвреживают».

Но Коннор не был сапером. Он был снайпером.

– Что стряслось?

Джеймс выразительно указал на меня взглядом и развел руки в стороны. Коннор кашлянул, понимая, ЧТО ИМЕННО СТРЯСЛОСЬ.

Ничего нового. Логан Грин снова впал в транс, когда очередная ниточка ни к чему его не привела. Точнее, ни к кому. А еще точнее – к Хоуп Картер.

Я вздохнул и повернулся к молодому мужчине.

– У меня нет настроения. Идите без меня.

Коннор пристально посмотрел на Джеймса, нахмурился и спустя несколько секунд вышел из квартиры. Я отвернулся и снова уставился в стену, поглаживая чехол смартфона и думая… да ни о чем я не думал. Не было у меня идей, что делать дальше.

– Логан.

Я вопросительно выгнул брови, не переставая буравить стену взглядом. Мне совершенно не хотелось разговаривать с нашим амбалом, но он… был моим другом. Братом, я бы сказал. И он не мог оставить меня… в беде… одного.

А потому делал все возможное для того, чтобы вытащить меня из анабиоза.

Но сегодня он решил переступить опасную черту.

– Мужик, так нельзя. Ну нельзя так! Ты себя прикончишь, Логан! Ты это понимаешь? Грин, она того не стоит…

Внутренности моментально заледенели. Сердце пропустило удар.

Я прикрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул, прекрасно понимая – если он продолжит… Еще немного, и я его ударю.

Я сглотнул и тихо ответил:

– Джеймс, она стоит всего, что у меня есть. Без нее мне ничего не нужно.

Каждое слово я проговорил четко и раздельно. И каждое из них обожгло нервные окончания ужасным осознанием – все сказанное мной было правдой.

Очень тяжелой правдой. Абсолютно невероятной! Всего неделя!..

Я рефлекторно сжал кулаки и стиснул челюсти.

«Как же больно то!».

– Логан…

– Джеймс. Не надо.

Камрад опустил руку на мое плечо и открыл рот, чтобы продолжить, но я резко повернулся к нему, сбрасывая массивную ладонь, и оскалился.

– А что будет, если Мия уйдет, а? Что, черт возьми, будет с тобой тогда?

Я развернулся к нему всем телом и прищурился. Джеймс наблюдал за мной, слегка нахмурившись. Его карие глаза поблескивали. В их глубине застыла тревога. За меня.

Сердце сдавило тисками. Я смотрел на друга и буквально задыхался от боли.

– Что, если все, что тебе останется от нее, это вот это?

Я скользнул пальцем по боковине смартфона и протянул Джеймсу разблокированный телефон. На экране появилось сообщение полуторамесячной давности.

Джеймс вздохнул и нахмурился сильнее. Он смотрел на меня, а не на экран, словно там было что-то мерзкое и отвратительное. Хотя я сомневался, что этого парня вообще можно было чем-то пронять после стольких лет с нами в одном отряде.

Кстати, так же я думал и про себя.

До Хоуп Картер.

Камрад покачал головой и посмотрел на экран. Он пробежал по строчкам глазами, а в моей голове снова зазвучал голос Хоуп. Она читала написанное ею же сообщение:

«Прости меня за то, что ты сейчас чувствуешь. Я должна разобраться с одним делом. И я должна сделать это сама. Я люблю тебя. Только твоя девочка».

Джеймс несколько секунд смотрел на экран и молчал. Потом он перевел взгляд на меня, вздохнул и нервно разгладил джинсы. Уверенности в его облике поубавилось. Значительно.

– Мужик, это хреново. Но…

Он покачал головой.

– Она бросила тебя. А ты ведешь себя, как маньяк, пытаясь разыскать ее.

Я прикрыл глаза и медленно выдохнул.

«Дыши».

Спустя какое-то время мне все же удалось успокоиться. Джеймс сидел рядом и молчал. Он ждал, когда я приду в себя. Как и десятки других раз за эти полтора месяца.

Я открыл глаза и хмуро посмотрел на камрада.

– Так что, Джеймс? Что будет с тобой, если…

Мужчина вздохнул и вскинул ладонь. Взъерошив волосы, он, наконец, ответил.

– Если Мия уйдет… не знаю. Я забухаю. Буду орать на стены. Буду убиваться тут, как ты.

Я несколько секунд смотрел на него, а потом медленно кивнул и откинулся на спинку дивана.

– Джеймс, просто уйди.

Я сглотнул и прикрыл глаза. В груди нестерпимо саднило.

– Грин…

Нервные окончания обожгло воспоминаниями.

Ее шепот.

«Да, Грин…».

БАМ!

Сердце с силой врезалось в грудину. Я невольно вздрогнул и просипел:

– Не называй меня так. Просто… уйди.

Камрад еще несколько секунд смотрел на меня, а потом встал и вышел из комнаты. Когда хлопнула входная дверь, я дал волю эмоциям.

Я запустил диванную подушку в стену и заорал. Громко, страшно. Так, что все соседи наверняка слышали меня.

Как и много раз до этого.

Я орал до тех пор, пока не стало саднить в горле, пока не потемнело в глазах из-за нехватки кислорода. Я орал, пока не стало немного легче.

Отшвырнув телефон на диван, я потер виски пальцами и прикрыл глаза. Голова разболелась. Снова.

«А чего ты хотел?! После твоего ора голова болит даже у собаки твоих соседей!».

Грустно усмехнувшись, я дотянулся до смартфона, встал с дивана и прошел на кухню. Выудив из холодильника бутылку виски, я отвинтил пробку и отпил прямо из горла, пытаясь погасить огонь в грудной клетке.

Больно.

Шесть недель поисков.

Одиночества и боли.

Не проходит.

Не становится легче.

Стоит закрыть глаза, как перед взором встают зеленые глаза и каштановые, с медным отливом, волосы.

Больно, просто жесть как больно.

– Хоуп, где ты?

Мой тихий голос показался настолько оглушающе громким, что я зажмурился и ссутулился. Либо это потолок упал на мои плечи, либо… небо.

Стоять стало невыносимо тяжело. Я застонал и рухнул на пол на колени. Нервная боль прострелила суставы, но мне было все равно.

Боль, которая жгла меня изнутри, была сильнее.

– Почему ты ушла?

И снова никто не ответил мне. Даже когда я повторил этот вопрос несколько десятков раз.

Я был один в этой чертовой квартире…

Опершись об холодильник спиной, я потягивал виски прямо из горла темно-зеленой бутылки и перечитывал последнее сообщение Хоуп. Уже в тысячный раз я пробегал взглядом по строчкам, пытаясь найти хоть какой-то смысл.

Любит меня.

Только моя.

Должна справиться.

Сама.

Без меня.

«Какого черта, Хоуп?! Что с тобой произошло!? Что стряслось, что ты посчитала нужным вычеркнуть меня из своей жизни?!».

Я вздрогнул, когда картинка на экране сменилась.

Входящий. Мия.

Подавив раздражение, я смахнул трубку и прижал смартфон к уху.

– Привет.

В трубке раздался тяжелый вздох.

– Привет. По голосу слышу, что ты не в порядке и ты пьян.

Я тихо засмеялся и покачал головой, зажав переносицу большим и указательным пальцами.

– Рад тебя слышать.

Не питая никакой надежды, я ждал, что скажет мне подруга Хоуп. Она должна была еще раз проверить офис.

Мия ругнулась.

– Рано радуешься. Хотя… короче, ее документы в Бостоне, Логан. Это значит, что она все же собирается переводиться в наш офис.

– Почему ты так…

– Дослушай.

Я тяжело вздохнул. Все вокруг были уверены в том, что Хоуп все же переедет в Бостон.

– В Портленде Хоуп не видели столько же, сколько и мы с тобой. Она завершила дела и ушла. И больше на связь не выходила.

Я снова вздохнул. Это я и так знал. Это Мия узнала сразу же.

Легкая улыбка тронула мои губы, когда я вспомнил, как именно девушка выясняла эти сведения и какими проверками угрожала бедным сотрудникам.

– Я вышла на связь с Харпер.

Я облизнул губы и рефлекторно кивнул. Эта женщина сопровождала Картера там, в Новом Орлеане. Пару раз я, завершая смену, оставлял их наедине в номере Майкла.

«Мерзкий засранец».

Найти ее было не трудно, а вот связаться с ней… Эта женщина вообще не сидела на месте. Застать ее в кабинете было сложнее, чем поймать молнию. Пришлось Командору навестить мероприятие, которое устраивал в одном из театров Вашингтона головной офис, чтобы выцепить Мелиссу, будущую начальницу Хоуп.

Я невольно поморщился, когда вспомнил тот неловкий разговор со Стивом. Точнее, его полный досады голос, когда он объяснял мне, почему мои поиски выходят за грань разумного.

– Харпер мне толком ничего не сказала. Она связывалась с Хоуп, и та сказала ей, что все помнит и скоро выйдет на работу. И все.

Мия выругалась, и я поморщился.

– Не стоит тебе повторять за Джеймсом такие слова. Язык отсохнет.

– Ну нет у меня других слов, Логан. Нет!

Девушка снова выругалась, и я слабо улыбнулся.

У меня тоже других слов не было. Только два вопроса: где Хоуп и почему она исчезла?

– Харпер дала ей шесть недель и пока что не переживает. Поверь, дружище, я притащу ее к тебе за волосы, когда она войдет в чертов офис. После того, как сама ей наваляю, кхм-кхм.

Я тихо засмеялся. С Мией говорить было легко. Она злилась на Хоуп так, что я переживал за мою девочку.

Невеста Джеймса тяжело вздохнула.

– Но сейчас… я не могу найти ее. Я не знаю, где она. Я… я пыталась.

Голос сильной девушки дрогнул в конце фразы. И я невольно зажмурился, потому что понял – Мия извиняется. Передо мной. А еще… ей больно.

Не так, как мне, но…

Больно.

Я прижал ладонь к груди и стиснул челюсти.

Очень больно.

Слишком больно.

Мия судорожно вздохнула и откашлялась. Кажется, она вот-вот заплачет.

«Логан, ты редкостный мудак!».

– Мия…

– Я позвонила Анне, ее подруге из Портленда. Я нашла ее номер, Логан. И представилась ее работодателем.

Я вздохнул, потирая висок.

– Я тоже ей звонил. Совсем недавно. Что она сказала тебе?

Странная надежда ворвалась в сердце. Возможно, с Мией девушка была откровеннее?!

«Скажи мне что-нибудь, чего я еще не узнал, прошу».

Но девушка горько хмыкнула.

– Понятно, почему она была такой потерянной. Два звонка насчет Хоуп любого доведут до инфаркта.

Я тяжело вздохнул и покачал головой. Наша поисковая бригада поставила на уши стольких людей…

– Мне она не сказала ровным счетом ничего. Последний раз она видела ее, когда Хоуп вернулась из Нового Орлеана. Она встретила ее в аэропорту, а потом довезла до дома. И она страшно волнуется, потому что Хоуп писала ей, что уже в Бостоне.

БАМ!

Натянутые струной нервы порвались в клочья.

Я отпил из горла и просипел:

– Спасибо, что попыталась.

Девушка немного помолчала и спросила:

– Ты же уже связался с ее родителями, да?

Я поморщился, сделав чересчур большой глоток.

– Коннор, не я. Он говорил с ними несколько недель назад.

– И там тоже глухо, да?

Я лишь вздохнул в ответ.

Родители Хоуп тоже не знали, где она. Отец сказал, что последний раз видел ее, когда подвозил домой после того, как ее машина влетела в столб.

Когда я услышал про аварию, мое сердце пропустило столько ударов, что я едва инфаркт не заработал от ужаса. Джеймс тогда уже всерьез осматривал мою квартиру в поисках проводов, чтобы в случае чего использовать их вместо дефибриллятора.

А я ловил ртом воздух и сгибался пополам, пытаясь прийти в себя.

Моя девочка едва не намоталась на столб.

Когда я немного отошел от шока, в моей голове родилась мысль, что, может, в этом причина? Может, поэтому она пропала? Так испугалась или так пострадала…

Но отец Хоуп сказал, что с ней все было в порядке. И что дочь сказала ему, что позвонит из Бостона.

Как же я разозлился на него…

«Вот только она пропала. А ты даже не потрудился узнать, что с ней и где она, хренов ты ублюдок!».

Перед взглядом снова встали снимки разбитого автомобиля, которые Джеймс достал не совсем законным способом. Водительская сторона не пострадала. Хоуп вышла из аварии целой и невредимой. И пропала.

«А это значит, что дело не в этом, Логан».

Мия тяжело вздохнула и грустно сказала:

– Логан, нравится мне это признавать или нет, но Хоуп… она просто прячется от нас. И не только от нас. От всех, как ты мог понять. И, зная Хоуп достаточно хорошо, могу сказать, что это не просто так.

Я покачал головой.

«А мне что, от этого легче?».

– Я подыхаю от боли, Мия.

«Черт. Я сказал это вслух?».

Судя по судорожному вдоху – да.

Я поморщился и несколько раз стукнул себя ладонью по затылку.

Идиот чертов.

Надо сменить тему.

– Ты нашла другую подружку невесты? Свадьба через две недели.

Девушка грустно засмеялась.

– Нет, даже не искала. Знаешь, я почему-то… Я верю, что Хоуп меня не кинет, как…

– …меня?

БАМ!

Больно. Снова больно.

Боль уже стала образом жизни.

Мия фыркнула и грустно закончила:

– Нет, Логан. Как последняя свинья, я хотела сказать.

Я заставил себя засмеяться.

– Спасибо, Мия.

Когда девушка заговорила снова, ее голос был пропитан заботой.