Читаем Эра дракона онлайн бесплатно

Что самое главное сейчас для России? Ответ, казалось бы, не сложен: «Первоочередной задачей представляется определение тех главных, наиболее вероятных опасностей и препятствий, которые могут возникнуть на пути развития России. Проще сказать, определив основные угрозы, нависшие сегодня над нашей страной и цивилизацией в целом, мы тем самым как бы от противного сможем определить и ее первоочередные задачи в нынешний смутный период российской истории. Сделать это вне исследования цивилизационных и межцивилизационных процессов, места и роли в них России попросту невозможно»[1].

Попытаемся несколько конкретизировать вышесказанное. Настоящая книга о Дальнем Востоке, о проблемах и интересах, сталкивающихся в этом регионе, о психологии и менталитете наших дальневосточных соседей, о миграции в нашу страну из этого региона.

Уточним, что к Дальнему Востоку, если верить одной из энциклопедий, относят дальневосточную часть нашей страны, восточную часть Китая, обе Кореи, Японию, иногда Филиппины[2]. В настоящей книге речь будет идти о России и Китае, немного о Японии и совсем немного о Корее. Филиппины оставим в стороне.

Тема эта актуальна. «Уже довольно давно идут дебаты об опасности сближения России с Китаем и о последствиях китайской миграции в приграничные регионы Сибири и Дальнего Востока»[3].

Мы же привыкли смотреть на нашу Родину как бы из Европы. Оттуда она кажется огромной страной. Хотя российский герб — двуглавый орел, но так повелось, что одна его голова (западная) воспринимается нами как основная.

«Мы в столице, — говорил председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов, — почему-то считаем, что все происходит только в Москве. Здесь самое главное, здесь самое важное. Как здесь скажут, так и будет. Гигантское заблуждение»[4].

Это только из Москвы по сравнению с Европой мы велики. Но, если мы посмотрим на Россию с другой стороны, то рядом с огромным человеческим резервуаром Китая, мы выглядим не такой уж большой страной. А точнее (особенно после распада Советского Союза и резкого ухудшения демографической ситуации) мы почти маленькая страна перед гигантом. А уж наши слабо заселенные азиатские территории — словно пустыня рядом с переселенным Китаем.

«Китайский фактор, безусловно, является жизненно важным для нашей страны. Колоссальная держава с неисчерпаемыми людскими и материальными ресурсами граничит с нашими обширными слабозаселенными районами Сибири и Дальнего Востока…»[5]. Если бы только граничила!

Китай — это тот рычаг, ухватившись за который, можно выплыть из затягивающего нас омута прозападной политики либо еще быстрее утонуть. Да, именно так: либо вверх, либо вниз. Третьего, похоже, не дано.

Между тем наши знания о потенциально значимых дальневосточных странах мизерны по сравнению со знаниями о медленно деградирующем Западе, который запутался в своих проблемах и запутал нас. Для нас он давно должен быть поставлен на второе место. На второе после Востока. Век Запада уходит, наступает век Востока. Но осознать эту реальность мешают стереотипы. «Европейская цивилизация, основанная на антропоцентризме, еще не осознала порочности избранного пути, она пытается навязать другим народам свое представление о миропорядке»[6].

Мы все еще смотрим на Запад как на пример для подражания. Владимир Бондаренко, например, считал: «Посмотрите телевизионные международные новости, поройтесь в книжных магазинах, полистайте гламурные журналы. Почти нигде Китая вы не обнаружите. Полагаю, это делается сознательно. Знать лишнее о Китае в нынешней России почти запрещено»[7].

Поразительный факт! Наши знания о небольшом Израиле огромны по сравнению со слабыми знаниями об огромном Китае. В наших газетах мы чаще прочитаем про малюсенькую Эстонию, чем про нашего великого дальневосточного соседа. Таллин, конечно, ближе к Москве, чем Пекин. Но природные богатства России находятся не в Подмосковье, а в азиатской части страны.

И это при том, что китайская миграция давно уже стала заметной российской проблемой, которая может сыграть роковое значение для российско-китайских отношений. Китайцы уже живут рядом с нами, их много, но мы еще плохо представляем, чем это может кончиться.

Вспомним, как Китай в свое время играл на советско-американских противоречиях. Так почему бы нам не сыграть теперь на китайско-американских?

Впрочем, свет клином на Китае полностью не сошелся. Тут же рядом еще и Япония, с которой в прошлом веке мы имели две большие и официально объявленные войны, не считая мелких вооруженных конфликтов.

А также целых две Кореи: одна уже имеющая ракетно-ядерное оружие, другая под американским зонтиком сумевшая достичь немалых экономических успехов.

Между тем, «до сих пор в головах наших людей еще нет четкого представления, что такое Китай и другие страны Дальнего Востока»[8]. Этот недостаток необходимо исправлять, для чего и предназначена данная книга.

Современный Китай — страна с многовековой историей. «Чтобы понять современный Китай, необходимо собрать все, что известно, и отметить, что еще неизвестно. Общую картину должна дополнить и та часть, которая пока еще остается белым пятном»[9].

Эта книга дает краткий экскурс в недавнюю историю Китая, который призван показать на примерах из истории сущность этой страны, психологические особенности ее народа.

Эта книга — о проблемах взаимоотношений России с дальневосточными соседями (прежде всего с Китаем и Японией), о том как России отстоять свои интересы перед лицом набирающей могущества страны, самой населенной страны мира.

Одним словом, это книга о том, куда перемещается центр мировой политики XXI века. Именно на Востоке будут вершиться и уже вершатся судьбы нынешнего века. «В настоящее время центр мировой активности уверенно смещается в Северо-Восточную Азию, а Дальний Восток граничит с Монголией, Китаем и Северной Кореей, по морю — еще и с Японией и американской Аляской. Это создает для нас гигантские экономические возможности и перспективы»[10].

Мы же по инерции все смотрим на запад, тогда как солнце встает на востоке.

По мнению бывшего начальника Главного управления международного военного сотрудничества МО РФ Леонида Ивашова, Азиатско-Тихоокеанский регион (АТР) не без основания называют наиболее перспективным с точки зрения динамики развития регионом в XXI веке[11].

«Для нас вопрос стоит действительно так: знать реальную, а не придуманную историю, а тем более нынешнее положение дел, это непременное условие положительного ответа на вопрос: быть или не быть России, то есть вопрос жизни и смерти»[12].

Дело ведь в том, что Великий желтый дракон должен когда-то куда-то прыгнуть. Рано или поздно. На то он и дракон. Его упрекать грешно. Китайцы не кровожадны, просто они реалисты. Если Россия слаба, значит, ее следует прибрать к рукам. Так думают не только китайские руководители, так думают многие, если не все. Но китайцы ближе и многочисленнее других.

Упрекать нужно себя за то, что направление и сила прыжка не были предугаданы, а негативные последствия не были вовремя нейтрализованы.

В 1941 году нам повезло. Другая дальневосточная страна — Япония ударила на юг, а не на север, тогда мы избежали войны на два фронта. В противном случае в 1941 году мог наступить конец Советскому Союзу. Гитлеровцы ведь были в пригородах Москвы и Ленинграда.

Не нужно думать, что сейчас нам также обязательно повезет. Лимит трагических ошибок мы истратили в XX веке. В нынешнем веке нужно их исправлять.

Как государство мы родились в Европе. А точнее в Киеве и в Новгороде. Чуть позднее к этим двум городам присоединилась Москва. Но все эти населенные пункты были в одном месте, в Европе. Мы даже до Урала, этой русской границы между Европой и Азией, добрались не сразу. Но добрались. И не остановились на достигнутом. Что нам какие то невысокие Уральские горы!

Нам так хотелось узнать, что же дальше на востоке. Неизведанное всегда манило нас. «О Сибири — обширной территории, простирающейся от Урала до берегов Тихого океана, — ничего не было известно до появления там в XVI в. русских.

Так называемая эпоха Великих географических открытий началась с открытия Нового Света Колумбом в конце XV в. и продолжалась вплоть до начала XVII в. В России тоже была эпоха великих географических открытий, совпадающая по времени с этим периодом. С продвижением русских дальше и дальше на восток, на неосвоенные земли в Сибирь, все шире открывала перед ними свои двери»[13]. Между прочим, открытие Северной Азии по масштабам вполне сравнимо с открытием Америки.

«Этот процесс шел с северо-запада на юго-восток — т. е. сначала государственной территорией России становились экстремальные по условиям жизни районы, а затем уже более благоприятные по почвенно-климатическим условиям земли»[14].

«Движение российских землепроходцев в XVII–XVIII веках «встречь солнца» сделало Россию самым крупным территориальным образованием мира»[15]. В этом их великая заслуга перед Россией. Известных и безымянных. Все они сослужили великую службу России. Сами того не подозревая, обеспечили будущее России на много веков вперед. С пафосом написал Дмитрий Рогозин: «Беспокойное славянское сердце вело бесстрашных богатырей осваивать Урал, Сибирь, Дальний Восток и Аляску»[16].

Освоение русскими Сибири и Дальнего Востока — один из феноменов мирового значения. Если взглянуть на современную карту России (которая лишилась многих своих исконных земель, утраченных в ходе горбачевско-ельцинского правления), то без труда видно, что ныне большая часть ее современной территории расположена к востоку от Урала, т. е. в Азии.

Если европейская часть нашей страны создавалась с трудом и в боях, а потом и была в значительной степени утрачена, то азиатская была создана принципиально другим путем и сохранилась почти полностью.

Разумеется, если не считать давней продажи Аляски, потери южносибирской земли, которую большевики отрезали Казахстану, значительной потери морской территории, произошедшей благодаря горбачевско-шеварнадзевской сделке с американцами, и незначительных территориальных уступок Путина Китаю. Но все же на востоке потери не были так трагичны, как на западе.

Восток мы, в основном, сохранили и стали как бы еще более азиатской страной. Вспомним же, как мы прирастали Азией. Ведь родилось же государство российское в Европе. А вот расширялось прежде всего не на запад, а на восток. В большей степени именно на восток двигалась Россия.

«Открытие и исследование Северной Азии и Америки в XVI–XVIII вв. составляет целую эпоху в истории русских географических открытий, и начало этой эпохи положила знаменитая экспедиция Ермака»[17].

Сухие строки о нем звучат так: «Ермак (Ермолай) Тимофеевич (кличка Токмак) (между 1532 и 1542–1585) русский землепроходец, казачий атаман (с 60-х гг. XVI века). В начале 1580-х положил начало освоению Сибири. Погиб в бою с ханом Кучумом. Сподвижники Ермака доставили первые сведения о Западно-Сибирской равнине и бассейне нижнего Иртыша и Оби. Герой народных песен»[18].

За полвека, начиная с октября 1582 года, когда Ермак захватил ставку сибирского хана Кашлыка на берегу Иртыша, русские добрались до Тихого океана. Мало того, что они прошли неведомыми землями, они еще и быстро начали их освоение.

«Русская колонизация шла одновременно в централизованном порядке, то есть по приказу из Москвы, и в инициативном порядке. Причем оба эти течения были практически неразделимы»[19].

Людей было немного. «В сибирских военных экспедициях участвовали небольшие военные силы. Обычно отряды насчитывали несколько десятков, реже — несколько сот служивых людей. Торговые люди нередко снаряжали экспедиции за сибирской пушниной на собственные средства»[20]. Но храбрость и решительность русских землепроходцев просто поражала.

Скорость нашего открытия и освоения Северной Азии сравнима только с испанским продвижением по Америке. Однако испанцев гнала вперед, прежде всего, жажда золота, которое они и находили, отбирая его у индейцев. Русские тоже не были полными бессребрениками, они брали ясак пушниной. Но ни масштабы, ни способ получения не сравнимы с испанцами, которые прошлись огнем и мечом, истребляя цветущие индейские государства и города. Русские присоединили к себе больше, пролив крови гораздо меньше испанцев. А в отличие от американцев, мы не истребляли местное население и не загоняли их в резервации.

При этом, в отличие от испанцев, русские почти не встречали организованного сопротивления. Они осваивали не столько чужую землю, сколько бесхозные территории. Местного населения в Северной Азии было крайне мало. Слишком суровой казалась эта земля. Только русским оказалось под силу начать ее освоение первыми. Ни китайцам, ни японцам, ни корейцам. Да, собственно говоря, никому другому.

Вслед за отрядами первопроходцев двигались крестьяне. Так начиналось освоение азиатской части Российской империи. «Казаки Ермака сделали первый шаг. Вслед за ними на восток двинулись крестьяне, промышленники-звероловы, служивые люди. В борьбе с суровой природой они отвоевывали у тайги земли, основывали поселения и закладывали очаги земледельческой культуры»[21].

В 1618 году томский казак Иван Петлин первым совершил путешествие в Китай. Ерофей Хабаров в 1632–1639 годах исследовал бассейн реки Лена, открыл соляные источники и пахотные земли.

В 1639 году казачий пятидесятник Иван Москвитин во главе отряда первым достиг Охотского моря. В следующем году он обследовал большую часть материкового побережья этого моря, Шантарские острова, Сахалинский залив, Амурский лиман и северо-западный берег острова Сахалин. «Материалы экспедиции Москвитина легли в основу первой карты Дальнего Востока, составленной К.А. Ивановым (1642)»[22].