Читаем Епитимья (ЛП) онлайн бесплатно

========== Часть первая ==========

Первое, что Рей заметила в нём — были его руки. Огромные, слишком непропорционально-большие для его худощавого тела, они привлекли её внимание, когда преподаватель забирал с её стола конспект. Кроме того, профессор постоянно перемещал их — небрежным жестом сквозь шёлк тёмных волос, поправляя дужку очков, вдоль верхнего изгиба чувственных губ.

Он постоянно двигался, читая лекции, меряя широкими шагами аудиторию. Наблюдение за ним было похоже на слежку за маятником. Гипнотический эффект усиливался за счёт манеры говорить — медленно и низко. Он бормотал, вернее, издавал глубокий низкий рокот, совершенно не затронутый волнением (если он вообще его чувствовал, Рей сильно сомневалась в этом), что делало его речь весьма выразительной.

Честно говоря, Рей сомневалась, что даже самый динамичный и привлекательный профессор мог бы сделать знакомство с классическим искусством и литературой интересным. Она записалась на этот курс по трём причинам, и только по трём: ей нужны были гуманитарные науки, он отлично вписался в расписание между «Дифференциальными уравнениями» и «Механикой жидкости», кроме того, профессор, на первый взгляд, выглядел милашкой. То есть, её друг По, который был младше и учился на год раньше, использовал это слово — «милашка».

Рей никогда бы не назвала профессора Рена милашкой. Высокий и широкоплечий, у неё даже во рту пересыхало при одной мысли о нём, а волосы — то, как он небрежно запускал ладонь в них, всё это на самом деле вызывало смутную симпатию, но лицо его было странным, непропорциональным. Он носил скучную тусклую одежду, подходящую только для научных кругов, и ботанские очки. Короче говоря, выглядел весьма недурно, но слишком аскетично, чтобы будоражить кровь, и поэтому неизбежно каждый понедельник, среду и пятницу в первые же пятнадцать минут его лекции её веки опускались. Слова преподавателя сливались в неясный шум, что на самом деле даже немного успокаивало. К тому же, было только восемь часов утра, да и очень теплая аудитория не помогала держать глаза открытыми.

***

Бумс!

Учебник бесцеремонно упал на её стол в опасной близости от головы. Рей спала, приоткрыв рот и прильнув щекой к искусственной древесине верхней части парты.

Профессор Рен зловещим коршуном навис над ней, сурово глядя сверху вниз, брови грозно сошлись на переносице. Он как будто ожидал, что девушка вскочит и станет по стойке «смирно». Группа молчала, остальные студенты нервно переглядывались за её плечами и старательно отводили взгляд в надежде, что это поможет избежать гнева профессора.

Он склонил голову, чёрные маслины глаз впились в нее. Но он до сих пор хранил ледяное молчание. Тишина была мучительной. Что бы он ни собирался сказать, он явно планировал разнести нерадивую студентку в пух и прах, ничто не могло быть хуже, чем ожидание предстоящей расправы. Рей чувствовала себя птичкой, попавшей в лапы кота, который играется с ней, прежде чем расчленить и сожрать — перед всей аудиторией, не меньше.

После момента, длившегося вечность, профессор Рен развернулся на каблуках и направился обратно к доске. Он провел руками по волосам ещё раз, элегантно пригладил лацканы твидового пиджака, поправил очки, а затем, как ни в чем не бывало, продолжил расхаживать вдоль доски и монотонно бубнить.

Класс коллективно выдохнул. Рей сжалась в комочек на стуле.

***

— Профессор, — Рей, все это время сидевшая у кабинета профессора Рена, вскочила на ноги. Он не появлялся мучительно долго, закончив лекцию и покинув аудиторию, учитывая, что это была короткая прогулка в главный торговый центр между парами. Девушка видела, что заняло так много времени, — он остановился выпить кофе.

Преподаватель мягко посмотрел на неё:

— Мисс…?

— Кеноби. Я хотела извиниться, — выпалила Рей на одном дыхании.

— Нет необходимости извиняться, мисс Кеноби, — протянул мужчина, отпирая дверь своего кабинета. Он не обернулся и не взглянул на неё, но зайдя внутрь, оставил дверь открытой. Она не была уверена, можно ли расценивать это как приглашение, поэтому задержалась в дверном проёме.

— Ты не задела мои чувства, только свою оценку.

Рей тяжело сглотнула. Преподаватель был занят перетасовкой бумаг на своём столе, подталкивая очки к переносице.

— Я могу выполнить дополнительные задания.

— Я не даю дополнительных заданий, — наконец он поднял глаза, как будто удивленный, что она всё ещё здесь.

Рей заёрзала, нервно перебирая ремень своей сумки. Теперь, когда взгляд его антрацитовых глаз был прикован к ней, она явственно ощущала дискомфорт.

— Могли бы вы сделать исключение? Я обещаю, я не… Я работаю всю ночь. Я не…

— Никаких исключений! — отрезал мужчина, и Рей могла поклясться, что увидела, как на его лице вспыхнуло разочарование. Он вернулся к своим бумагам. — Это всё, мисс Кеноби.

— Ой. Хорошо, — вместо привычного голоса раздался жалкий писк.

— Да, и мисс Кеноби…

Она уже почти покинула тесный офис. Рен снова пристально смотрел на неё, запустив руки в карманы.

— Возможно, вам стоит подумать о приоритетности учёбы над вашей подработкой. Я уверен, что вы сможете обойтись без денег на выпивку.

========== Часть вторая ==========

— Я ненавижу его! — Рей, всё ещё негодуя, плеснула себе дешёвого красного вина.

— Ты уже говорила это.

— Он такой мудак!

— Ты повторяешься.

— Как ты мог считать его милашкой? — Рей развернулась, кидая на По обвиняющий гневный взгляд. — Он — монстр!

По потягивал красное вино из кофейной кружки более деликатно, чем она.

— Очень милый монстр.

— Ты псих, — фыркнула Рей. — Его занятия занимают тридцать процентов учебного плана! Тридцать процентов!

— Он не снизит твою оценку на тридцать процентов.

— Запросто может, — недовольно проворчала Рей.

— А ты попробуй не засыпать на его уроках, — беспощадно предложил По.

***

Она не могла бодрствовать.

Бумс!

И снова учебник упал на её стол. И снова она протирала стул у его кабинета после лекции.

Бумс!

В третий раз за две недели курса он встретил её у двери кабинета с чем-то вроде улыбки, больше похожей на кривую ухмылку:

— Я начинаю обижаться на то, что вы не можете бодрствовать во время моих лекций.

— Пожалуйста, простите, у меня не получается иначе… — неуместная, глупая фраза, но это было единственным, что она смогла выдавить из себя под тяжёлым взглядом его чёрных глаз.

— Пожалуйста, бодрствуйте больше шестнадцати минут и тридцать семи секунд, — он поставил свой неизменный кофе на стол. — Хотя, может, это не точно, я просто засёк время, когда впервые увидел, что вы спите. Но, возможно, вы спали задолго до этого.

У Рей возникло стойкое ощущение того, что он просто-напросто издевается над ней, и она взвилась от злости. Она словно маленькая рыбка открывала и закрывала рот в немой ярости, борясь с желанием высказать несносному профессору всё, что о нём думала:

— Я могу сделать…

— Никаких дополнительных занятий, — он издал странный звук, похожий на смех. — Вы спрашиваете об этом каждый раз.

— Я должна была попытаться… — слабо ответила Рей. — Могли бы вы сделать исключение?

Хищный отблеск в антраците его тёмных глаз послужил ответом:

— Вы должны стараться усерднее, мисс Кеноби…

Отвернувшись от неё, он начал рассеянно перебирать бумаги. Это было фиаско. Побеждённая и униженная, Рей выскочила из кабинета.

Преодолев половину пути по коридору, она задалась вопросом, что же он подразумевал под этой странной фразой.

***

Утром на стойке регистрации в библиотеке Рей клевала носом над учебником по Механике жидкости, веки девушки затрепетали, когда кто-то демонстративно прочистил горло, привлекая её внимание.

— Может, мне не стоит принимать это на свой счет…

Профессор Рен опирался на стойку, нетерпеливо барабаня пальцами по блокноту.

— Хмм… Что? — полусонная Рей маленькой ладошкой убрала волосы с лица.

— Ты засыпаешь в моём классе, — он выглядел почти удивленным — на этот раз она не чувствовала, что он издевается. — Так вот, где ты работаешь.

Рей кинула на него подозрительный взгляд.

— Да. Могу я помочь вам найти что-нибудь?

Он проигнорировал её стандартный запрос.

— Ты работаешь всю ночь?

— Я говорила вам об этом, — Рей не могла удержаться от шпильки в его сторону. Он не обиделся.

— Я думал, ты просто оправдываешься.

— Я думаю, вам плевать на оправдания, — пробормотала Рей, вздыхая и спрыгивая с высокого вращающегося табурета, дёргая металлическую ручку библиотечной тележки. Она должна была пополнять запасы каждые два часа.

— Меня не волнуют оправдания, — профессор Рен, по-видимому, услышал её. Он манерно отхлебнул свой кофе, облокотившись на стойку регистрации. Рей впилась долгим злым взглядом в пластиковый стаканчик, находящийся в огромных ладонях преподавателя. — Мне просто нужна помощь в поиске книг.

— Я занята, — Рей вытащила металлическую тележку из-за входа. — Может быть, Джессика сможет вам помочь. Она на втором этаже, служба поддержки.

Тем не менее настырный профессор последовал за ней, пока она катила заполненную тележку через главный вестибюль и бесконечные ряды стеллажей. Как всегда, она начала с А, методично переставляя книги внизу и вверху до тех пор, пока не добралась до С и больше не могла притворяться, что не понимала, что он всё ещё преследует её. Фыркнув, Рей повернулась к нему.

— Могу я вам помочь?

— Как я и сказал, — он побарабанил пальцами по тележке. — Книги.

***

Книги, которые он хотел — эпические греческие пьесы — не переводы, а древнегреческие пьесы в оригинале. Они находились в разделе редких книг, запертые на замок. Рей открыла дверь в анклав третьего этажа и проскользнула в небольшую комнату, разыскивая их.

— Вот.

— Позволь мне, — он взял две книги с полки почти с благоговением. — Спасибо.

Некоторое время она стояла там, сохраняя неловкое молчание.

— Вам не разрешается выносить их из этой комнаты.

— Всё в порядке, — он водрузил книги на маленький центральный стол. — Я могу работать здесь.

Именно тут он и устроился, растворившись в собственном мире, любовно листая старинные фолианты и поглаживая страницы так легко, кончиками пальцев, не обращая ни малейшего внимания на Рей, словно сочтя её за неподвижный предмет интерьера. Наконец она прочистила горло.

— На самом деле, вы не должны находиться здесь без присмотра.

Он посмотрел на неё поверх своих очков.

— Уверяю вас, я заслуживаю доверия.

— Это просто правила, — сконфуженно пробормотала Рей.

— Эта библиотека кажется ужасно недоукомплектованной для этого.

Он был прав; всего два стола и семь тысяч квадратных футов книг, а с полуночи до пяти утра она и Джесс были единственным персоналом.

— У большинства людей нет насущной необходимости попасть в комнату с редкой книгой в час тридцать утра, — возразила Рей.

— Я пишу книгу.

— Технически, это помещение закрывается в одиннадцать.

— О, — он откинулся на спинку стула. — Понятно.

Мужчина выжидающе уставился на Рей, делая щенячьи глазки, поразив в самое сердце молодыми и большими глазами.

Он умоляет меня, — поняла Рей. Это было несправедливо — едва ли она могла выгнать его, когда все её оценки находились в его власти. Спустя некоторое время Рей неохотно выдала:

— Я вернусь после того, как закончу разбираться с книгами. Вы можете остаться.

— Спасибо.

***

Она закончила заполнять полки в четверть второго, играя пустым формуляром в комнате редких книг. Отсеки третьего этажа были совершенно пустыми, а учебные столы давно покинули шумные студенты. Люминесцентные лампы издавали тихое мерное гудение в тишине.

В комнате для редких книг работала только настольная лампа. Профессор Рен снял свой тёмно-серый твидовый пиджак и закатал рукава рубашки до локтей, как будто процесс изучения старинных текстов был физической, а не умственной деятельностью. Его ручка быстро двигалась по блокноту рядом с ним — смесь английских и греческих текстов, греческий справа, перевод на английском — слева.

— Что вы пишете? Ваша книга, я имею в виду.

Она почти ожидала, что он будет раздражен тем, что его прервали — возможно, именно поэтому она оторвала его, чтобы дать ему прочувствовать сполна вкус его собственного лекарства после того, как он доводил её в течение двух недель, однако ожидания девушки не оправдались. Преподаватель выглядел удивленным и довольным, сразу перейдя на свой профессорский тон.

— Насилие и литература в древнем мире.

— Что?

Он наклонился вперёд на локтях, его голос набирал темп. Он выглядел необычайно оживленным впервые с тех пор, когда она увидела его, (а она торчала на его лекциях последние две недели) или, по крайней мере, когда не спала во время лекций.

— Греки и римляне увековечивали войну в стихах, пьесах, эпосах — литература была центральной в их культуре, и война была реальностью их мира. Гомер, Гесиод, Сафо, Эсхил, Софокл — их представления о жертвенности и чести и о том, что значит быть воином, сформировали западную цивилизацию

Рей моргнула.

— Почему… почему вы решили написать об этом книгу?

— Я написал диссертацию на тему « История Пелопоннесской войны, Фукидида».

Рей про себя задалась вопросом о том, как давно это было и сколько же ему лет? Его энтузиазм сделал его моложе, чем обычно. Может, ему тридцать?

— Её написание заняло целый год, но я не возражал. Я подумал, что должен написать продолжение, поэтому я стал профессором, чтобы я мог… заниматься своими научными исследованиями.

— Поздно ночью, — вставила Рей. Мужчина рассмеялся.

— Да. Поздно ночью. Когда я не преподаю введение в классическое искусство и литературу, — он произнёс название курса почти презрительно — К сожалению, Университет требует, чтобы я преподавал определенное количество вводных курсов, чтобы сохранить финансирование, — добавил он сардонически: — И кроме того, где ещё я могу встретить таких бдительных, заинтересованных молодых студентов, как вы?

Рей покраснела. Он игриво поддевал её, она чувствовала, но всё равно ужалила в ответ:

— Мне очень жаль. Дело не в том, что ваш класс не интересен, я просто устала.

— Это не особенно интересно, — добродушно вмешался он. — И ты устала. Ты не должна работать в эти часы.

Рей хотела возразить — она ​​взяла полную нагрузку, и ей нужны были деньги на аренду, обучение и роллтон. Сон был недоступной роскошью для неё. Она решила не углубляться в эту тему с человеком, которого она едва знала, её учителем, как минимум… Это было слишком личным и болезненным. Девушка ловко перевела тему, вернувшись к своему первому замечанию.

— Но… ваша книга. Она кажется гораздо более интересной, чем ваши лекции. Может быть, вам следует больше учить этому? Тому, что вас интересует.

Он задумчиво кивнул, изучающе всматриваясь в девушку, как будто она была руной для перевода.

— Возможно. Когда закончится ваша смена? Я уйду до этого, чтобы у вас не было неприятностей из-за того, что вы впустили меня сюда.

— В пять.

— Отлично. Ещё раз спасибо, мисс Кеноби, подождите, как вас зовут?