Читаем Эндлиссы: Переворот онлайн бесплатно

Посвящаю своей дорогой маме Лане,

которая неустанно поддерживает меня

на поприще писательства.

На фоне современных мегаполисов России с красивейшими и богатыми домами, Плес, находившийся в Ивановской области, в месте впадения Шохонки в Волгу, в основном состоял из частных одноэтажных домов, и выглядел совсем уж отсталым от цивилизации. Но в этом был свой колорит, ведь по сути этот город – один большой музей-заповедник. Все жителей безумно гордились своим уютным и тихим городком, схожим на острова Венецианской ривьеры. Умеренная жизнь протекала своим чередом и какие-либо происшествия случались тут очень редко, да и то в основном из-за заезжих. Свои вряд ли что-то сделают плохого, ведь тут все про всех все знают.

Когда-то Плес являлся одним из важных портов на реке Волга. Но, с началом постройки железной дороги, город потерял свое значение как перекресток транспортных путей и стал провинциальным. Поэтому многие старались уезжать в поисках лучших мест для себя. Молодежь так же строила свои грандиозные планы, не связывая их с жизнью в этом месте. После школы, все естественно уезжали получать высшее образование в институты Иваново или Москвы, а возвращаться никто не спешил. Как бы там ни было, но школьников в данное время меньше всего интересовали университеты, ведь стоял май месяц и скоро должны были уже начаться каникулы перед тяжелыми тестами и экзаменами, а значит, надо было настраиваться на заслуженный кратковременный отдых.

Так как этот город находился на берегу Волги, то дети, в основной своей массе, после уроков в школе, шли туда купаться и играться. Не стал исключением и сегодняшний день. Полшколы шумно разделось до плавок и с криком ринулось в воду. Там, они начали устраивать состязания кто быстрее плавает, кто умеет делать сальто в воздухе, кто может дольше всего находиться под водой. В общем, дух веселья и развлечения присутствовал у всех там, кроме одного юноши, шестнадцатилетнего Олега. Он единственный сидел одетый в стороне от всех и сосредоточенно о чем-то думал. Назвать его отсталым, в умственном развитии или в физическом, нельзя. Это был светловолосый, голубоглазый, высокий, худощавый, далеко неглупый, но необщительный и замкнутый парень.

– Эй, Микки! – обратился один из его одноклассников, выйдя из воды. – Ты чего не купаешься? Стесняешься кого-то? – и он рассмеялся.

– Отстань, Алекс, и я не Микки!!!

Александр или как он любил себя называть, Алекс, был одним из местных лидеров, лидером по глупым насмешкам, жестоких приколов, заводила и подстрекатель. Высокий и подкаченный брюнет, считающий себя самым лучшим везде и во всем, крутым и всесильным.

– Правда? А, по-моему, ты Микки, Микки Маус, у тебя уши как у него! – и он вновь расхохотался.

– Послушай меня… – вдруг резко поднялся и произнес Олег. – если ты не угомонишься, то я…

– То, что??? – скрестил руки его недруг. – Что ты мне сделаешь, слабак?

Сразу же рядом с Алексом появились два друга. Один из них громко произнес:

– Да вы только посмотрите, тихоня, кажется, разбушевался!?

– Так, что ты мне собрался сделать? – продолжил Алекс.

– Я смотрю, Микки давно не получал, может, соскучился по побоям? – высказался второй.

– Мы это можем быстро исправить. – сказал третий.

– Ребята, а ну перестаньте! – послышался приятный нежный девичий голос.

Это была Маша, самая красивая, умная и добрая девчонка в школе. Натуральная блондинка, тоже голубоглазая, веселая, жизнерадостная, обаятельная, добрая, общительная, почти идеал для всех и для каждого, Олег был безумно влюблен в нее (и не только он), тем более, что она училась в одном с ним классе.

– Вам что, скучно? – спросила она. – Оставьте Олега Бурова в покое, или вы любите издеваться над спокойными и нормальными людьми, тем самым самоутверждаться?

– Мы очень хотим с тобой самоутвердиться! – с легкой улыбкой ответил Алекс и подмигнув, послал ей воздушный поцелуй.

Олег в этот момент не выдержал и со всей силой ударил кулаком в лицо Алекса, тот упал. Двое друзей последнего напали на своего недруга и повалив наземь, начали бить его ногами, куда попало.

– Прекратите! – так закричала Маша, что многие перестали купаться и посмотрели в ее сторону.

От пристального внимания двое нападавших перестали бить юношу и отошли. Яростный Алекс поднялся с разбитой губой и подошел к скрутившемуся от боли и побитому Бурову, и тоже стукнул его ногой:

– Учти «друг», мы еще не закончили. – и, повернувшись обратился к зевакам: – Чего уставились? Тоже хотите получить? – после чего поспешил удалиться.

Маша подбежав к Олегу, стала на колени и наклонилась к однокласснику:

– Как ты, сильно досталось?

– Нет… – соврал он и хотел было улыбнутся, но сморщился от боли и схватился за ребра.

– Сейчас я скорую вызову. – и она достала мобильный.

– Да не надо. – вновь ответил Буров, потихоньку вставая, держась правой рукой за левые ребра. – Я в порядке, все хорошо, правда. Это все благодаря твоей поддержке. Будь со мной вечно и тогда я всегда буду в порядке! – и он вновь попытался улыбнуться, но на этот раз успешно.

Маша помогла ему подняться:

– Издеваешься?

– Над тобой? Да никогда в жизни!

Ей было приятно это слышать, и она немного засмущалась:

– Как ты домой дойдешь?

– Потихоньку.

– Нет, я такси вызову. Путь то немаленький.

– Не надо.

– Да не переживай ты так, я оплачу, не волнуйся.

– Дело не в деньгах… – покраснел Олег.

– Я вызову такси и точка. Вдруг эти хулиганы затаились и ждут тебя где-то?

– Я э-э-э… я с ними справлюсь… – неуверенно произнес он.

– Ну, конечно… – ответила она и вызвала такси.

Они не спеша начали продвигаться сквозь небольшую лесопосадку к дороге, оставляя за собой шум и гам купающихся. Все это время Буров внимательно рассматривал идущую рядом с собой красавицу, а запах ее ароматов вскружил ему голову. Мысли лезли всевозможные: «Как бы мне хотелось обнять и поцеловать ее сейчас… Да-а-а, такая красотка вряд ли сможет хоть когда-нибудь меня полюбить. – думал Олег. – Зачем я ей вообще нужен, такой неудачник, да еще и небогат? Почему она сейчас со мной возится? Может быть я ей небезразличен? Или просто жалость у нее вызываю?». После недолгого молчания первой заговорила Маша:

– Опять о чем-то думаешь? Можешь открыть секрет, о чем ты всегда думаешь? Сколько раз смотрю на тебя в школе, ты постоянно находишься в своем внутреннем мире!

– Я? – засмущался ее одноклассник. – Да так, о разном.

– Не доверяешь мне? Понятно.

– Не ну почему не доверяю… просто, если я начну тебе рассказывать о своих мечтах, то ты посчитаешь меня сумасшедшим.

– А разве ты не сумасшедший? – весело спросила она.

– Может быть. – так же весело ответил юноша.

– Слушай, а интересно получается, мы столько учимся вместе…

– Все одиннадцать лет!

– … а я о тебе практически ничего не знаю. Как о человеке имеется ввиду. Конечно, это дико звучит, но мы, коренные жители Плеса, а друг о друге ничего не знаем. Парадокс. Хотя, ты всегда был скрытным, и никто о тебе ничего толком не знает, как и о твоей маме!

– Не думаю, что кому-то что-то интересно обо мне знать.

– А ты поменьше думай. – вновь весело произнесла Маша.

– Мама работает в Иваново секретаршей, каждый день туда и обратно ездит…

– Не, ну кем твоя мать работает, это я знаю. Хотя непонятно, почему вы тогда в Иваново не остались, да и зачем каждый день почти семьдесят километров в одну только сторону ездить?

– Так ей удобно.

– Ты извини, конечно, но почему-то у вас нет друзей, вы мало с кем общаетесь, у вас вообще все нормально?

– Конечно… все нормально… просто мы… необщительные люди, вот и все.

– Так все же…

– Давай так сделаем, я тебя приглашу на чашку чая в субботу и если ты согласишься, мы с тобой тихо и без суеты поговорим на разные интересные темы!

– А мама твоя тоже будет? – подозрительно спросила девушка.

– Не знаю. А что? – и он рассмеялся – Ты вдруг стала бояться меня, меня, у которого сейчас нет живого места на теле?

– Да не боюсь я тебя. – сразу же парировала она. – Ладно, давай в субботу в обед!

– Буду ждать с нетерпением. – заулыбался Олег на все тридцать два зуба. Но в сочетании с синяком под глазом, выглядело это страшновато.

Они закончили беседу как раз перед тем, как вышли на дорогу. Там уже стояло и ждало их такси. Вскоре, оно доставила своих пассажиров к одноэтажному дому Бурова. Олег, выходя из машины, поблагодарил Машу и пообещал вернуть деньги за такси, но та, в очередной раз отказавшись, уехала уже к себе домой.

– Ма, ты здесь? – первым делом спросил Олег, входя в дом.

Не услышав ответа, он зашел к себе в комнату, стянул футболку, стал перед зеркалом и начал осматривать торс ища там следы побоев. Чуть выше пупка красовалась размером в большой апельсин шишка. Внимательно разглядывая ее, парень стал замечать, как она начала уменьшаться, пока полностью не исчезла. Глаза сами округлились, а сердце учащенно забилось. В этот момент синяк просветлился и спустя минуту его, как и небывало, а глаз опять был цел и невредим. Боль в ребрах пропала и появилась бодрость тела и духа, которой уже давно не было. «Что же со мной происходит?».

– Сынок, я дома! – послышалось в этот момент из коридора.

Олег сразу же побежал навстречу матери. Вера Бурова была красивой, эффектной брюнеткой сорока лет. В ней чувствовалась какая-то никому невиданная и непонятная сила… сила достоинства… что ли.

– Это снова произошло! – с непониманием произнес сын. – Опять!

– Что произошло?

– Я опять полностью исцелился.

– От чего исцелился?

– Только не надо делать непонимающий вид. – строго произнес он.

– Да ты можешь уже сказать, что в конце концов произошло?

– Меня сегодня избили… причем сильно… я почувствовал, как они мне сломали ребра… но сейчас я абсолютно здоров. Как это может быть?

– Сынок, – мягко произнесла мать и подойдя к нему погладила по щеке. – я же тебе всегда говорила, скажу и сейчас, ты особенный, ты не такой как все.

– Опять ты за свое. – закатил он глаза кверху. – Ты говоришь, что я особенный, но в чем… в чем?

– Тебе это сейчас не понять… но учти, придет время, и ты все узнаешь. Я знаю это.

– Почему ты меня мучаешь? – резко спросил сын.

– В смысле?

– Почему ты мне не скажешь правду? В чем я особенный? Особенный в том, что у нас нет друзей, мы ни с кем не общаемся, живем уединенно, все нас считают ненормальными и больными на голову. В школе меня не любят, более того, даже учителя считают ущербным. Вот в чем мы особенные! – сорвался на крик Олег.

– А тебе сильно нужны их любовь и уважение? – без всяких эмоций произнесла мать. – Ты очень дорожишь их мнением?

– Мама, так устроен наш мир. Нам небезразлично мнение окружающих.

– Олежек, послушай. – ласково произнесла Вера. – Поверь мне, рано или поздно ты увидишь, что ты отличаешься от всех их.

– Я отличаюсь от всех лишь ущербностью.

– Да что ты заладил ущербный, ущербный. Ты феномен… ты можешь быстро выздоравливать. Скажи, многие такое умеют? Это не ущербность – это дар! Цени его.

– У тебя он тоже есть?

– О-о-о, я совсем забыла, ты же голоден, сейчас я быстренько приготовлю ужин. Подожди немножечко. – и она скорее поспешила на кухню.

– Я помню, как твой палец после пореза ножом, быстро зажил. – не успокаивался сын, следуя за ней.

– Ну, что же ты, мы все же не чужие. – и она рассмеялась, ища сковородку, чтобы пожарить картошку. – Только я тебя об одном попрошу, пообещай мне, что никто и никогда не узнает про наш дар!

– Почему?

– Потому что с нами такое сделают, что страшно и представить.

– Что, например? – с тревогой в голосе спросил сын.

– Ты сам подумай, что делают с людьми, у которых есть феноменальные способности? Их начнут обследовать, проводить опыты, изолируют от общества!

– Мама, – с легким сарказмом произнес Олег. – мы и так изолированы от общества или ты не заметила? – и, повернувшись, зашагал к выходу.

– Ты куда?

– Я есть не хочу, пойду лучше прогуляюсь.

– Футболку хоть надень. – крикнула ему вслед Вера.

Одеваясь на ходу, он вышел в маленький дворик. Соседние дома, казалось, выглядели совсем другими, не только в плане постройки, но в плане окружающей их ауры. Они были светлые, так как люди, живущие там, были довольны своей жизнью, были счастливы не всем, конечно, но многим. Интересно было наблюдать, как дети с широкими улыбками играли в прятки с родителями. «Навряд ли у них есть хоть какие-то сверхъестественные способности. – подумал Олег. – Они такие же нормальные, как и все. Но… может быть… мне надо ценить свою неординарность? И чего я так расстроился? Можно же не бояться никаких последствий: какие серьезные раны не получу, они все равно быстро заживут. – Олег постепенно приближался к центру городка, погруженный в свои мысли. – Странно, по идее я должен радоваться своим возможностям, а у меня почему-то совсем другое чувство, неприятное чувство от всего этого».

Проходя мимо соседей, он кивал им в знак приветствия, но никто даже и не думал отвечать ему. Похоже, на правила этикета им было наплевать. Если они вообще не любили кого-то, то это была семья Буровых. Ничего плохого ни Олег, ни Вера им не делали. Здоровались и на этом все. Но соседи думали, как и большинство жителей, что это все высокомерие Буровых виновато. А зачем любить или уважать тех, кто себя считает выше всех? Так, не заметив, он оказался на Соборной горе возле Успенского собора и сел на лавочку, чтобы передохнуть.

Соборная гора представляла собой холм, расположенный на правом берегу Волги и левом берегу Шохонки. Основанная здесь еще в XII веке крепость, служила пограничным форпостом Владимиро-Суздальского княжества и располагалась в выгодном месте: с Соборной горы отлично просматривалась Волга, а корабли, идущие по реке, попадали здесь в искривления русла, замедлялись и становились беззащитны. Самой крепости давно уже не существовало, но красивый вид, естественно, сохранился.

Не успел Олег вдоволь поразмыслить об истории, как перед ним предстал Алекс на сей раз уже с пятью друзьями.

– Так, так, так… – протянул главный недруг Бурова. – интересно получается, ты целый и невредимый сидишь здесь? А где твой фингал? – затем обратился к своим: – Кажется, ребята, вы его слабенько обработали! Надо бы исправить ситуацию!

– Да как это слабенько? – непонимающе произнес один из них. – Мы его очень сильно… ну… это… избили.

– Ага, ты еще скажи, что это его клон. – затем повернулся к Олегу: – В этот раз тебя наш ангелочек Маша уже не спасет!

– Скажи честно, – произнес Буров, вставая. – что ты против меня имеешь?

– Что имею…? – переспросил Алекс и со всей силой ударил по щеке своего одноклассника. – Я просто ненавижу таких как ты… тряпок. Пустое место. Что есть ты в классе, что нет тебя, даже незаметно. Порой я сам удивляюсь, как тебя взяли в нашу школу? Видимо в ивановском дурдоме уже мест нет! – он рассмеялся и его поддержали остальные.

Олег молчал, потирая щеку, которая пылала.