Читаем Эмпат онлайн бесплатно

Грязь. Вечная, липкая, въевшаяся в поры грязь Нижнего Города. Она была везде: в трещинах разбитого асфальта, на стенах облупившихся бетонных коробок, в складках истрепанной куртки Алекса, которую он плотнее затягивал на себе. Холодный ноябрьский ветер, пахнущий гарью, гнилью и чем-то металлическим, пробирал до костей, но это было ничто по сравнению с другим холодом – тем, что шел изнутри.

Он прижался спиной к шершавой стене заброшенного гаража, стараясь дышать тихо, ртом, маленькими глотками. Голова раскалывалась. Не от голода – хотя он был постоянным спутником – а от них. От сотен, тысяч крошечных сигналов боли, страха, отчаяния, которые пронизывали Нижний Город как ядовитые иглы. Его пассивный навык, его проклятие – «Резонанс Страдания» F- – работал на полную катушку.

Где-то близко: острая, режущая боль в животе. Голодные спазмы. Старуха...
Левее: тупая, ноющая боль в спине. Старый перелом. Мужчина, копается в мусоре...
Прямо по улице: вспышка страха, почти животного. Ребенок, увидел патруль гильдии «Железный Порядок»... Их броня блестит даже в этом тусклом свете, их шаги гулкие, несущие угрозу. Страх ребенка резко усиливается, превращаясь в панику, сжимая виски Алекса тисками. Он невольно крякнул, прикусив губу до крови.

Системное Уведомление:

«Черт бы тебя побрал...» – прошептал Алекс сквозь зубы, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза не от его собственного горя, а от этого искалеченного детского ужаса. Он не знал этого ребенка. Никогда не видел. Но его дар делал эту боль своей, его болью, и умножал ее для источника. Ребенок где-то там забился в истерике, а он, Алекс, был этому причиной. Непреднамеренной, но причиной.

Он силой воли оттолкнул накатившую волну чужой агонии, сосредоточившись на крошечном синем окошке в углу зрения – своем системном интерфейсе. Единственном, что было действительно его. Хотя и оно сегодня глючило. Буквы слегка плыли, статы подрагивали.

Имя: Алекс Волков
Уровень: 3 (Опыт: 127/400)
Класс: Эмпат (F-)
Здоровье: 42/50
Душа: 10/10
Выносливость: 30/45

Статы:

Навыки:

Состояние:

Инвентарь:

Тридцать два кредита. На булку самого дешевого хлеба нужно пятьдесят. Данжи на окраине, куда он иногда рисковал соваться в надежде найти что-то ценное – ловушка. Один его вид, его аура, могла спровоцировать стаю крыс-мутантов на ярость или сделать слабую потолочную балку смертельной ловушкой для неосторожной группы новичков. Его последний «рейд» закончился тем, что он еле унес ноги от разъяренного из-за внезапной зубной боли (спасибо, Резонанс!) бродячего пса размером с теленка.

Внезапно, как нож в живот, врезалась новая волна. Не страх. Не голод. Злоба. Густая, горячая, направленная. И очень близко. Алекс инстинктивно присел, сливаясь с тенью гаража.

Из переулка напротив вывалились трое. Члены местной шайки «Кривые Клыки» – отбросы Нижнего Города, промышлявшие грабежом таких же, как они, или одиноких. Уровни 2-3, классы вроде «Громила» или «Карманник». Но сейчас их лица были искажены не просто жестокостью, а каким-то гипертрофированным, неконтролируемым бешенством. Их глаза дико блестели в полумраке.

«Где он, гаденыш?!» – рявкнул самый крупный, с зазубренной трубой в руке (Урон: 4-7). – «Слышал, у старухи Брони деньги были! Спрятал, сука!»

Алекс понял. Старуха с голодными спазмами... Они ее. И его Резонанс, его проклятый пассив, не просто усилил ее боль. Он раздул их природную жестокость до безумия. Они не просто хотели денег – они жаждали крови, чьей угодно, лишь бы выплеснуть эту ярость, которую он невольно в них вогнал.

«Вон он! В углу!» – завизжал один из них, ткнув пальцем в сторону Алекса. Злоба в их аурах вспыхнула ослепительно ярко, ударив Алекса по мозгам, как молот. Он застонал, схватившись за голову.

Системное Уведомление:

Они рванули к нему. Топот сапог по лужам, звериное рычание. Алекс отчаянно попятился, нащупывая за спиной скользкую стену. Его нож был жалкой игрушкой против их ярости и оружия. Страх – его собственный, дикий, животный страх смерти – смешался с их усиленной злобой в адский коктейль. Мир закачался, поплыл красками боли и паники. Он чувствовал каждую их мышцу, напряженную для удара, каждый выброс адреналина в их кровь – и усиливал это.

«Получай, тварь!» – заорал громила, замахиваясь трубой.

В этот момент что-то щелкнуло внутри Алекса. Не в ушах. Глубже. В самой ткани реальности. Его интерфейс дернулся, синий свет вспыхнул и погас, сменившись на долю секунды мерцающими, нечитаемыми символами цвета ржавчины и гноя. И в эту долю секунды, когда громила уже начал размах, Алекс увидел не человека. Он увидел сгусток боли, страха (своего собственного, отраженного и усиленного), и бешеной, чужой ярости. И инстинктивно, отчаянием, он толкнул.

Не руками. Чем-то другим. Тем, что копилось в нем годами, чем-то темным и липким, что он всегда боялся выпустить.

Он толкнул весь этот клубок агонии обратно. В источник. В самого громилу.

Тот замер. Труба застыла в воздухе. Его глаза, полные бешенства, вдруг округлились от непонимания, а затем... невероятной, нечеловеческой муки. Он не закричал. Из его горла вырвался лишь хриплый, булькающий стон. Он схватился за грудь, его лицо исказилось гримасой такой боли, что даже его подельники отшатнулись в ужасе. Кровь хлынула у него из носа и ушей. Он рухнул на колени, потом плашмя в грязь, дергаясь в немых конвульсиях. Его HP на интерфейсе Алекса (который снова стал синим, но теперь заполнен сообщениями об ошибках) стремительно покатились к нулю.

Системное Уведомление:

Остальные двое бандитов окаменели, глядя на дергающееся тело своего лидера, потом на Алекса. Их ярость сменилась чистым, первобытным ужасом. Страх, который Алекс чувствовал теперь как ледяную волну, был настолько силен, что его собственное тело содрогнулось.

«Ч... что ты сделал?!» – прохрипел один.
«Монстр!» – выдохнул другой, пятясь.

Они развернулись и побежали, спотыкаясь, оставляя своего умирающего товарища и мешки с каким-то жалким барахлом, которое, видимо, отобрали у старухи.

Алекс стоял, прислонившись к стене, дрожа всем телом. Его тошнило. В висках стучало. Он смотрел на труп. Не на труп. На то, что он сделал. Не ножом. Не кулаком. Чем-то внутри. Тем, что всегда было с ним, но никогда не проявлялось так... намеренно. Так убийственно.

Он не чувствовал триумфа. Только леденящий ужас и всепоглощающую усталость. И еще – странную, пустую тишину в радиусе нескольких метров. Как будто его всплеск ненадолго прогнал все остальные боли.

Он наклонился, его вырвало скудным желудочным соком и желчью в грязную лужу. Потом, шатаясь, подошел к брошенным мешкам. Автоматически, почти не глядя, он перетряс содержимое. Гнилые овощи, тряпье... и маленький, грязный сверток. Развернул – пара поцарапанных, но явно серебряных ложек. Система тут же выдала оценку.

Хлеб. И, может, даже немного консервов. На несколько дней. Цена – жизнь человека. Жизнь, которую он отнял. Непреднамеренно? Уже нет.

Алекс сунул ложки в рюкзак, не глядя на труп. Он почувствовал, как волна боли Нижнего Города снова накатывает, заполняя временную тишину. Голод, страх, отчаяние. Знакомый ад. Но теперь внутри него горел новый огонь. Не теплый. Холодный, как лезвие. Огонь ужаса перед самим собой. И... крошечная, опасная искра чего-то еще. Вопроса. Что это было?

Он поднял голову, глядя поверх крыш трущоб туда, где на скале высился Верхний Город – сияющая крепость гильдий и корпораций, чьи игроки жили в тепле и сытости, чьи уровни исчислялись десятками, а классы не были проклятием. Свет их окон казался насмешкой.

Системное Уведомление:

Алекс плюнул в грязь, поправил рюкзак и пошел прочь от трупа, вглубь зловонных переулков, туда, где боль была хоть и сильнее, но люди – реже. Надо было найти место переждать ночь. И подумать. Страшно было думать. Но еще страшнее – не думать вообще.

Адреналин, выброшенный в кровь смертельной схваткой и... этим... выгорал, оставляя после себя лишь ватную слабость и леденящую пустоту. Алекс шагал по темным переулкам Нижнего Города, автоматически выбирая самые глухие, самые зловонные тропы. Его ноги подкашивались, а в голове, поверх вечного фонового гула чужой боли, теперь стучал навязчивый ритм: Я убил. Я убил. Не ножом. Не в драке. Просто... пожелал. И этого оказалось достаточно.

Тошнота снова подкатила к горлу, но вырвать было уже нечем. Он остановился, опершись о протекающую водосточную трубу, и судорожно глотнул грязного воздуха. Его интерфейс все еще мигал странными предупреждениями:

"Концентрации ментальных энергий..." – Алекс фыркнул с горькой усмешкой. Он не концентрировал ничего! Он просто... толкнул. Выплеснул весь тот котел боли и страха, что кипел у него внутри. И этого хватило, чтобы убить.

Он посмотрел на свои руки. Худые, грязные, слегка дрожащие. Никакой вспышки энергии, никакого свечения. Только ощущение липкой, невидимой гари, осевшей на коже. И постоянное, назойливое чувство голода. Не в желудке. Глубже. Как будто та темная пустота внутри, которая только что сожрала жизнь громилы, требовала новой порции. Оно было... неудовлетворенно.

"Черт..." – прошептал он, сжимая кулаки. Страх перед самим собой был сильнее любого страха перед патрулями или мутантами. Это было внутри него. Всегда. И теперь оно проснулось.

Его спасла знакомая, режущая спайка в висках. Сильный сигнал. Физическая боль, смешанная с отчаянием. Где-то совсем рядом, за углом ветхого склада. Алекс инстинктивно попятился, но новый глюк в интерфейсе заставил его замереть.