Читаем Элла и Злюк онлайн бесплатно

Меня зовут Элла. Я учусь во втором классе. У нас хороший класс и хороший учитель. Точнее, был хороший, пока к нам не пришел Злюк. Он появился ни с того ни с сего, посреди учебного года. После этого все сразу изменилось. Особенно наш учитель.

На самом деле Злюка зовут Люк, но мы называем его Злюком. Ну, конечно, только когда он не слышит. Когда он слышит, мы с ним вообще не разговариваем, а не то он сразу лезет драться. Злюк дерется всегда и везде. Мы все уже в синяках, кроме Пата. С Патом Злюк никогда не дерется.

Когда-то я была влюблена в Пата, и, если бы не его коварное предательство, мы, наверное, были бы уже женаты. Но Пат скрыл от меня, что его мама — директор школы. Я не смогла этого вынести, и мы расстались. Теперь в моем сердце так же пусто, как в голове у Пата.

— Знаете, что? — спросил Тукка на большой перемене.

Мы, как обычно, прятались от Злюка в кустах шиповника. Он пока еще не знал, что у нас там тайное злюкоубежище. Правда, все мы с ужасом ждали прихода зимы, потому что куст шиповника без листьев — все равно, что землянка без земли. Хотя, конечно, в землянке было бы в тысячу раз удобнее, потому что шиповник, как назло, ужасно колючий. Но уж лучше быть исцарапанными, чем побитыми, решили мы.

— Я думаю, — продолжил Тукка, — что Злюк совсем даже не новенький.

Тукка у нас самый умный и чего только не знает. Но сейчас мне показалось, что опилки в его голове явно подмокли.

— А какой же он — старенький, что ли? — не поняла я.

— Начнем с того, что он не школьник, — спокойно проговорил Тукка и улыбнулся так, словно он знает все на свете.

— А чем закончим? — спросил Пат.

— Ну что ты, все давно уже знают, что на самом деле Злюк — микропрофессор минипедагогики, который проводит исследование по выживаемости в начальной школе, — сказала я и улыбнулась так же самоуверенно, как Тукка.

— Я такого не говорил, — ничуть не смущаясь, ответил Тукка.

— Так говори поскорее, — вмешалась Ханна, сидевшая на корточках под особо колючей веткой.

— Я сегодня слышал, как учитель и директриса разговаривали о Злюке, — сказал Тукка.

— А я слышал, как моя мама и Дед Мороз разговаривали обо мне, и Дед Мороз назвал меня своим сыном, — гордо сообщил Пат.

— Мы и не сомневались, что ты настоящий гном, — заметила Ханна.

— Так мне рассказывать или нет? — спросил Тукка, которому уже надоело улыбаться.

— Рассказывать! — закричали мы в один голос. Шиповник от такого крика изрядно полысел.

— Я слышал, — продолжил Тукка, — как учитель сказал сегодня директрисе, что наш Злюк — пришелец.

Над кустом шиповника воцарилась мертвая тишина. Мы переглянулись. Мне стало как-то не по себе.

— Это значит, что… — дрожащим голосом произнесла Тина и посмотрела наверх. Туда, где за безоблачным небом ширился безграничный космос с миллиардами неисследованных планет. Точнее, мы все так подумали, но по некоторым причинам увидели только ветки, листья и триллионы острых шипов.

— Да, — подтвердил Тукка и закашлялся.

— Неужели оттуда? — не поверил Сампа.

Тукка серьезно кивнул.

— Это многое объясняет, — согласилась Ханна. Тут прозвенел звонок, мы все выбрались из кустов и побежали в класс.

— Этого стоило ожидать, — сказала я Ханне, собирая шипы с ее спины и волос.

— Я только одного не понимаю, — прошептал Лат, — если Злюк пришел оттуда и он сын Божий, то кто же тогда научил его драться?

На следующем уроке мы во все глаза смотрели на Злюка. Не каждый день случается так близко увидеть инопланетянина. Для пришельца с другой планеты он выглядел на удивление заурядно.

Злюк был небольшого роста. Вообще-то он был даже ниже, чем я, а я одна из самых маленьких в классе. Может, у них на планете совсем другая сила тяжести, намного больше, чем у нас, вот он и не растет. Темные волосы торчали во все стороны, лицо было узким, а кулаки твердыми, как все мы прекрасно знали.

Злюк казался самым обычным школьником, ну разве что более злобным, чем обычно, и уж, конечно, никто бы не заподозрил в нем инопланетянина. Но мы-то знали.

Злюк заметил, как мы на него таращимся, и вскипел.

— Давно в нос не получал? — спросил он у Тукки, который стоял рядом и разглядывал его в бинокль.

— Я думаю, представители разных цивилизаций должны жить в мире и согласии, — сказал Тукка, широко улыбнулся и помахал Пату рукой.

Злюк тут же врезал ему кулаком по носу, потом пнул Ханну, толкнул в бок Сампу, треснул Тину линейкой по лбу и стукнул меня книжкой по голове. Я решила, что все фильмы, в которых говорится, что инопланетяне добрые и симпатичные, — полная ерунда.

— А как же я? — расстроился Пат, которого Злюк снова почему-то не треснул и не стукнул.

Если бы я не знала, что Пат — сын нашей директрисы, то решила бы, что он тоже какой-нибудь пришелец.

— Ты будешь на сладкое, — проворчал Злюк и сел на свое место, как только учитель вошел в класс.

Учитель вел себя на удивление спокойно, учитывая тот факт, что один из его учеников был инопланетянином. Он велел нам прекратить возню и достать учебники математики.

— Люк, сколько будет трижды два? — спросил учитель у Злюка.

— Щас как дам в нос! — еле слышно пробурчал Злюк.

— Не дотянешься, — вздохнул учитель. — Но предположим, что ты дотянулся и дал мне по носу трижды по два удара, что получится?

— Как это? — растерялся Люк.

О чем тут еще говорить! Для всех остальных ответ был совершенно очевиден. Любой школьник знает: если трижды ударить в нос учителя, то получится замечание в дневник и вызов родителей в школу.

— Дело ясное, — сказала Ханна.

— Парень явно приехал издалека, — согласился Тукка.

— Может, позвонить «людям в черном»? — задумалась я.

— Позвони лучше Ди Каприо, — предложила Тина.

— При чем тут Ди Каприо? — удивилась я.

— Давно хочу с ним познакомиться, — ответила Тина.

— Мне страшно, — прошептал Сампа.

— Пять, — сказал Пат и показал учителю шесть пальцев.

Остаток урока мы решали примеры, а учитель писал замечания в дневник Злюка. Это был уже третий дневник — одного хватало примерно на неделю. С такой скоростью Злюк уже к концу начальной школы накопит сотни три дневников. Будет над чем посмеяться в старости! Точнее, это нормальный школьник посмеялся бы. А эти дневники наверняка попадут на какую-то далекую планету — в архив, посвященный изучению Земли… На месте учителя мы хорошо бы подумали, прежде чем писать что-то в дневнике инопланетянина. И уж, конечно, не стали бы вызывать в школу его родителей.

— Прошу вас прийти в школу в пятницу в 14.00, — прочитал Тукка в бинокль запись учителя.

Наш учитель невероятно смелый. Он готов в одиночку встретиться с целой семьей пришельцев, вооружившись одной лишь указкой. Впрочем, возможно, у него есть какое-нибудь секретное оружие. Мы ужасно зауважали учителя.

— Кстати, — сказал учитель в конце урока, — второклассники из соседней школы вызывают нас на чемпионат по футболу. Мы намерены принять вызов?

Мы все, конечно, закричали «ура», но громче всех Злюк. Он почему-то ужасно обрадовался. Нам это показалось очень странным. Раньше он никогда так не радовался. Что-то было явно не так. Мы решили, что это надо обдумать.

Тренировки начались на следующем уроке. Учитель разделил нас на две команды. Я, Сампа, Тина, Тукка и Ханна оказались в одной. Пат попал в команду Злюка.

Учитель объяснил правила: надо забить мяч в ворота противника. Всего-то.

— Пока не прозвучит свисток, до мяча дотрагиваться нельзя, — сказал учитель и положил мяч на землю.

— А как он прозвучит? — спросил Пат.

— Даже не мечтай, — ответил учитель.

Неожиданно Злюк схватил мяч в руки и пустился бежать. Сначала он налетел на Тукку и сбил его с ног. Следующими были Сампа, Ханна, я и все остальные наши. Свалив для верности еще и половину своей команды, Злюк поставил мяч на линию ворот и со всей силы пнул его.

— Го-ол! — заорал Злюк и, подняв руки, побежал по полю.

— Отбой! — сказал учитель и дунул в свисток.

В отличие от Злюка, мы соблюдали правила. Дождавшись свистка, мы дружно бросились на мяч и все одновременно оказались в воротах. Кроме Пата, который разбрасывал песок на площадке для прыжков, расстроившись, что никто не сбивает его с ног, и Злюка, которого учитель держал за воротник. Я решила, что футбол — очень странная игра.

— Я так не играю, — бурчал Пат.

Учитель объяснил правила еще раз. На этот раз их было гораздо больше, и все они были запрещающие. Оказывается, нельзя брать мяч в руки, нельзя толкать противника, нельзя обзывать сторожа в спортзале тыквоголовым (даже если он запрещает бросаться песком и голова у него действительно похожа на гигантскую тыкву). И ни в коем случае нельзя кусать учителя за щиколотку, даже если он объявил отбой.

— Как вы думаете, стоит сделать прививку от столбняка? — спросил учитель у сторожа.

— Ну нет, это явное бешенство, — успокоил его сторож.

Получив у недовольного сторожа пластырь, учитель снова положил мяч на землю и дунул в свисток.

На этот раз никто не двинулся с места — все боялись, что это тоже запрещено. На своем месте остался даже Злюк, потому что учитель все еще держал его за шиворот. Мы сверлили взглядами мяч, пытаясь загнать его в ворота силой мысли, но у нас плохо получалось.

— Ну? — сказал наконец учитель. И мы перешли к действию.

Мы всем классом бросились на мяч, так что получилась куча мала с мячом где-то внутри. Впрочем, про мяч уже все забыли, нам и без него было весело — всем, кроме Злюка, который обещал надавать по носу каждому, как только учитель его отпустит, и Пата, который от огорчения забрался на кучу матов и заснул.

Игра закончилась со счетом пятнадцать-двенадцать или шесть-ноль — смотря у кого спрашивать. Впрочем, это было неважно, потому что учитель сказал, что главное не победа, а честное соревнование. К тому же мяч под нами лопнул, и пинать его стало затруднительно.

— Он вроде как круглый был? — сказал сторож учителю, когда тот возвращал ему мяч.

— А мне вроде как повысили зарплату? — отпарировал учитель.

Мы все решили, что сторож очень добрый человек, потому что лопнутый мяч он отдал нам. От радости мы даже забыли Пата на матах — к счастью, сторож нашел его до того, как старшеклассники забрали маты для прыжков с шестом.

На следующий день в кустах состоялось чрезвычайное собрание.

— Прошу считать чрезвычайное собрание открытым, — объявил Тукка.

Нам всем очень понравилось, как он это произнес, поэтому Тукке пришлось повторить это еще дважды, прежде чем собрание действительно началось.

— Завтра учитель встречается с родителями Злюка. Это может быть опасно.

— Я видел по телику «Секретные сериалы», там в пещере рос космический гриб, а потом показали, как в темноте камера снимала упавшего человека, а сзади на него напрыгнула тень. Больше я ничего не увидел, потому что папа нашел меня за диваном и погнал спать, — доложил Сампа.

Мы все серьезно покивали. С космическими грибами, тенями и папами не шутят.

— Учитель в опасности. Нельзя, чтобы он сражался в одиночку, — тихо сказала Ханна.

— Весь мир в опасности, — подхватил Тукка.

— А у них еще щупальца бывают, — добавила Тина.

От одной мысли об этом мы задрожали.

— Нам надо спасти учителя, — сказала я.

— Нам надо спасти мир, — сказала Ханна.

— Нам надо придумать план, — сказал Тукка.

— Мне надо в туалет, — сказал Пат и пошел в туалет.

Пока он был в туалете, мы разработали план. Он был великолепен и состоял из трех пунктов.

— Итак, — подвел итог Тукка, — пункт первый: учитель в опасности.

Мы покивали.

— Пункт второй…?

Мы ждали.

— Кто-нибудь помнит, о чем говорилось во втором пункте?

Мы помотали головами.

— Ну ладно. Пункт третий: мир будет спасен! Мы снова закивали. План был просто блестящий. Оставалось дождаться пятницы.

В пятницу мы заранее спрятались в ожидании «часа икс». Я спряталась в ящике с картами. Ханна — за картой Финляндии, Тукка — под учительским столом, Тина — под учительским пальто, а Сампа — дома под кроватью. Где будет прятаться Пат, не имели понятия ни мы, ни он сам — потому что когда мы разрабатывали план, он ходил в туалет.

Насчет подробностей плана мы были не очень уверены — я, например, так и не вспомнила, о чем говорилось во втором пункте. Как раз когда я собиралась спросить об этом остальных, события начали развиваться.

В класс вошел учитель. За ним вошли Злюк, Злюкин папа и Злюкина мама (или как там на их планете называются родители). Я видела их в щелочку между ящиком и крышкой.

Как и сам Злюк, его родители выглядели на удивление обычными — для гуманоидов-то.

Мама была кругленькая, с веселыми глазами и ямочками на щеках. Вылитая тетя Мотя. Могли бы придумать и что-нибудь поинтереснее.

Папа был довольно высокий, усатый и курил трубку, хотя я подозреваю, что на самом деле это была нейтронная пушка, с помощью которой он собирался разложить на атомы учителя и весь мир.

— Присаживайтесь, — сказал учитель, указав на парты, за которые вслед за Злюком втиснулись его родители. Это было странное зрелище — как будто слона засунули в собачью будку.

— Прежде чем задать вопрос, надо поднять руку? — поинтересовался отец Злюка, наконец уместившись на стуле.

— Мы не курим в классе, — сказал ему учитель.

— Вот и славно. Я тоже стараюсь воздерживаться, — сказал тот и выпустил такое облако дыма, что на секунду в нем исчезла вся семья.

— Так вот, — кашлянул учитель, когда все семейство снова стало видимым, — я пригласил вас, чтобы поговорить о недопустимости ущемления прав одних школьников другими школьниками.

— Это важная тема, — согласилась мама Злюка.

— Чрезвычайно важная, — покивал папа.

— Надеюсь, нашего Люка никто не ущемляет? — забеспокоилась мама.

Сам Злюк ничего не сказал. Он только таращился на карту Финляндии, из-под которой виднелись Ханнины ноги.

— Хорошо, что по этому вопросу мы сошлись во мнениях, — продолжал учитель. — Проблема в том, что Люк бьет остальных учеников.

— Наш Люк? — изумилась мама Злюка.

— Вы не могли бы повторить? — попросил папа, — боюсь, я ослышался.

Тогда учитель подробно рассказал, как Злюк лупит и дубасит всех нас.

— Плюс еще это, — сказал учитель и положил ногу на стол.

— Красивые брюки, — заметила мама Злюка.

— А, это не та нога, — спохватился учитель и положил на стол другую ногу.

— Мы не кладем ноги на стол, — сказал папа Злюка.

— Люк укусил меня за щиколотку, — сообщил учитель. Он закатал штанину так, чтобы все увидели отпечаток зубов Злюка.

Наступила тишина. Все посмотрели на Злюка, который старательно мастерил из резинки рогатку.

— Вы, наверное, перепутали детей, — сказала мама Злюка.

— Это неудивительно, дети ведь так похожи, — добавил папа Злюка.

— Наш Люк не кусается, — сказала мама Злюка.

— Наш Люк не дерется, — заверил папа Злюка.

— Наш Люк сущий ягненочек, — сказала мама Злюка.

— Но у меня есть доказательство, — учитель указал на отпечаток зубов.

— Собака покусала, — пожала плечами мама Злюка.

— У меня нет собаки, — сказал учитель.

— Очень напоминает отпечаток зубов малайской ящерицы, — заметил папа Злюка.

— А может, вы сами случайно укусили себя за ногу? — добродушно предположила мама Злюка.