Читаем Эксперт № 14 (2013) онлайн бесплатно

Редакционная статья

Глава Минфина Антон Силуанов на минувшей неделе привел редакцию «Эксперта» в абсолютный восторг. «Чтобы взять кредит, предприятию необходимо заплатить 16–20 процентов. Почему? — возмущенно обратился министр к банкирам с трибуны съезда Ассоциации российских банков. — Общий размер ставок в экономике запредельный! А без кредитов и роста не будет, это очевидно». Такой пассаж в устах главы ведомства, в значительной степени ответственного за создание в стране хронического дефицита ликвидности, который толкает вверх и конечные кредитные ставки, поражает своей непосредственностью, граничащей с цинизмом. Неужели уважаемый Антон Германович никогда не догадывался о неподъемном процентном бремени, которое несет на себе реальный сектор экономики? Мы настоятельно предлагаем Минфину подписаться на журнал «Эксперт» — наше издание регулярно мониторит фактический уровень конечных кредитных ставок, да и о состоянии отечественного хозяйства уважаемый министр, вероятно, сможет узнать для себя много нового.

Увы, за последние недели, в течение которых дискуссия о корректировке денежно-кредитной и, шире, финансовой политики государства развивалась по нарастающей, качество этой самой дискуссии изрядно деградировало. Сторонники сохранения статус-кво умышленно ведут ее исключительно в бинарной логике. Если их оппоненты не соглашаются с минимизацией инфляции в качестве первейшего и неприкасаемого приоритета экономической политики государства и неприкосновенности нынешней сферы ответственности Центрального банка, к ним приклеивают ярлык сторонников Глазьева, предлагающих немедленный роспуск всех накопленных резервов, одномоментное радикальное снижение базовых ставок ЦБ плюс фронтальную денежную накачку в соответствии с отраслевыми приоритетами и административными потолками процентных ставок по китайскому образцу. Такое намеренное огрубление дискуссии на самом деле повышает риски простых решений — неуклюжего, непродуманного, нескоординированного изменения денежной и бюджетной политики, которое ничем, кроме всплеска инфляции и бегства от рубля, действительно закончиться не может.

Позиция «Эксперта» по модернизации отечественной финансовой системы кардинально отлична как от модели сохранения статус-кво, так и от модели фронтальной госнакачки «сверху». Мы убеждены, что финансовая система должна продолжать работать на либеральных принципах, увеличивая свою глубину, сложность и разнообразие.

Как расширить денежное предложение? Как насытить хозяйство длинными деньгами?

Длина денег в экономике сильно зависит от того, под инструменты какой длины они выпускаются центральным банком, а потом мультиплицируются коммерческими банками. Наш финансовый рынок испытывает колоссальный дефицит долговых ценных бумаг с длинным циклом жизни, то есть облигаций, обеспеченных проектами или активами: муниципальных, инфраструктурных, ипотечных. Только расширив — а часто фактически и заново создав — рынки таких облигаций, мы сможем насытить экономику длинными неинфляционными деньгами, привязанными к конкретным проектам. Ведущими покупателями и маркетмейкерами новых сегментов облигационного рынка на первом этапе должны стать госбанки и институты развития.

Весьма отрадно, что первое публичное выступление Эльвиры Набиуллиной, летом заступающей на пост главы Банка России (вероятность отклонения ее кандидатуры на сегодня исчезающе мала), продемонстрировало трезвый, взвешенный подход к накопившимся в банковской системе проблемам. Равно как и нетерпимость к их сохранению. Похоже, статус-кво в денежной политике все же обречен.

Для расширения дискурса обсуждения мы начинаем серию публикаций о путях разрешения проблем, накопившихся в денежной сфере и касающихся прежде всего зоны ответственности Центрального банка. В этом номере мы предоставили слово экспертам Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования. Не со всеми их идеями мы согласны, часть из них и вовсе кажутся нам маргинальными. Тем интереснее будет подключиться к разговору другим экспертам, практикам и профессионалам.           

Александр Ивантер

Надежды российского бизнеса на плавное смягчение денежно-кредитной политики получили поддержку. Банк России символически снизил процентные ставки по ряду долгосрочных рефинансовых операций. А будущий руководитель ЦБ высказалась в пользу большего учета банками и регулятором интересов реального сектора экономики

Фото: ИТАР-ТАСС

Минувшая неделя обещала быть — и стала — урожайной на новости о формировании нового курса кредитно-денежной политики. Понимание неадекватности нынешней политики ЦБ на фоне все более очевидного торможения экономики стало все заметнее проникать во властные кабинеты, а тут подбирались неубиенные поводы для значимых решений или как минимум заявлений о будущих решениях.

Во-первых, Центральный банк неожиданно перенес на 2 апреля очередное заседание по процентным ставкам, сдвинув его на две недели вперед против традиционного графика. Сам по себе этот факт уже сигнализировал о высокой вероятности приведения базовых ставок в движение — после многомесячного плато. И решения действительно последовали: ряд ставок, правда по второстепенным рефинансовым операциям, ЦБ немножко снизил.

Во-вторых, в Москве прошли два представительных собрания научно-практического толка, обещавших присутствие — и не рядовые выступления — видных фигур экономического истеблишмента: традиционная Апрельская международная конференция Высшей школы экономики и ежегодный, уже 24-й по счету, съезд Ассоциации российских банков. Так получилось, что випы первого уровня: нынешний глава ЦБ Сергей Игнатьев , помощник президента и выдвинутый им сменщик Игнатьева на этом посту Эльвира Набиуллина , министр финансов Антон Силуанов — предпочли вторую площадку. При этом Набиуллина сделала ряд весьма показательных заявлений, свидетельствующих о готовности — нет, не к мгновенному изменению курса денежной и финансовой политики, но хотя бы к налаживанию диалога с реципиентами последствий такой политики и учету их интересов.

«Зеленый огонек» с Неглинной

Банк России с 3 апреля снизил ряд ставок по долгосрочным операциям с коммерческими банками на 0,25 процентного пункта. Ставки по сделкам репо сроком на 91 день снижены с 7 до 6,75% годовых, на 364 дня — с 8 до 7,75%. Операции переучета нерыночных активов (кредитов и поручительств) также станут чуть доступнее, теперь они будут проводиться по ставкам от 7 до 8% в зависимости от срока (подавляющую массу операций под залог нерыночных активов составляют кредиты ЦБ от полугода до года). Кредиты под золотое обеспечение тоже будут предоставляться по подешевевшим на 0,25 п. п. ставкам — от 6 до 7,75% год.

Сделки, на которые распространяется снижение ставок, не играют существенной роли в общем объеме рефинансовых операций. В частности, оборот операций кредитования под золотое обеспечение составил лишь 2,15 млрд рублей в прошлом году и 184 млн в январе–феврале текущего года, тогда как оборот сделок прямого репо даже с поправкой на сопоставимые сроки кредитования исчисляется триллионами рублей.

Помощник президента Эльвира Набиуллина считает, что причинами торможения кредитования реального сектора стали снижение спроса на кредиты, а также разрыв по срокам и стоимости кредитов с параметрами инвестиционных проектов предприятий

Фото: ИТАР-ТАСС

Снижение ставок по долгосрочным операциям рефинансирования может оказать повышающее влияние на цены облигаций и, соответственно, на альтернативные им инструменты фондового рынка, а также краткосрочно ослабить рубль. Тут можно проследить некоторую аналогию с действиями ФРС в рамках операции Twist, оказывающей воздействие на дальний конец кривой доходности гособлигаций. Что касается воздействия на кредитные ставки для конечных заемщиков, темпы расширения кредитования и склонность к сбережению, то его надо признать близким к нулевому.

Тем не менее Банк России, комментируя свое решение о ставках, впервые за последние несколько месяцев воздержался от констатации, что экономика функционирует на уровне потенциала, отметив только, что состояние рынка труда способствует поддержанию внутреннего спроса. Отмечены возросшие риски замедления роста экономики, проявляющиеся, в частности, в опережающих индикаторах деловой уверенности. Для внимательно следящих за вербальными интервенциями ЦБ такое умолчание весьма показательно. Все труднее отрицать очевидное: показатели загрузки производственных мощностей большинства отраслей промышленности существенно ниже потенциала, далек от перегрева и рынок корпоративного кредитования. Единственный сегмент, нынешняя активность которого действительно сопряжена с рисками формирования пузыря, — рынок розничного кредитования — демонстрирует заметное торможение сам по себе, без всяких дополнительных регулирующих воздействий со стороны ЦБ, вследствие естественных ограничений роста депозитной базы розничных банков.

Означает ли все это намек на возможность более существенного смягчения денежно-кредитных условий в ближайшие месяцы? Как представляется, ожидать скорого и резкого смягчения политики ЦБ все же нет оснований. В нынешней парадигме процентной политики регулятора ключевое место занимает инфляция. По итогам марта она составила 7% в годовом выражении, что существенно превышает целевой диапазон 5–6% — этого, по мнению ЦБ, достаточно для сохранения статус-кво по базовым ставкам для основных рабочих операций. Тем более что в реальном секторе конъюнктура совсем кислая. Особенно напрягает денежные власти спад промышленного производства — по итогам января–февраля он составил 1,5% (к первым двум месяцам 2012 года). Уход годовых показателей динамики промышленности в минус наблюдается впервые с кризисного 2009 года. Было бы иначе — можно не сомневаться, что ЦБ давно бы уже пошел на удорожание кредита. «Базовые ставки ЦБ в реальном выражении, с учетом ожидаемой инфляции 6 процентов годовых, близки к нулю. Наши последние решения по ставкам весьма осторожные», — прокомментировал ситуацию председатель Банка России Сергей Игнатьев. Ну а резкому замедлению темпов роста денежной массы в прошлом году, приведшему к дефициту и удорожанию ликвидности для банков и заставившему их дополнительно повышать цену кредита для конечных заемщиков, глава ЦБ порадовался: «Торможение роста агрегата М2 в 2012 году с 22 до 12 процентов создает хорошие условия для снижения инфляции в 2013 году». Ну что же, твердости и последовательности в проведении своего курса Сергею Михайловичу не занимать.

Министр финансов Антон Силуанов: «Чтобы взять кредит, предприятию необходимо заплатить 20 процентов. Почему?» Часть ответа на этот вопрос кроется в политике самого Минфина

Фото: ИТАР-ТАСС

Нашел крайних

А вот глава Минфина Антон Силуанов преподнес сюрприз. Выступая на съезде АРБ, министр проявил искреннее удивление: «Чтобы взять кредит, предприятию необходимо заплатить 16–20 процентов. Почему?» Неужели о действительном уровне процентных ставок для предприятий г-н Силуанов ранее не догадывался? Глава Минфина посоветовал банкирам заняться сокращением издержек. «Снижайте издержки, смотрите, копайтесь в своих затратах в банке, потому что только так можно двигаться к снижению стоимости кредитов», — сказал он.

При этом, по словам Силуанова, недавно один из банков предложил предоставить ему потребительский кредит: «Мне тут недавно пришло от одного банка предложение, он хотел предоставить мне кредит, лично мне, Силуанову Антону Германовичу. Знаете, какая ставка мне предложена была? 23 процента!» «Это говорит о том, что общий размер ставок в экономике запредельный. А без кредитов и роста не будет, это очевидно», — подчеркнул министр.

Председатель Банка России Сергей Игнатьев: «Базовые ставки ЦБ в реальном выражении, с учетом ожидаемой инфляции — 6 процентов годовых — близки к нулю. Наши последние решения по ставкам весьма осторожны»

Фото: ИТАР-ТАСС

Однако заключительная часть выступления главы Минфина была вполне обнадеживающей. «Наша задача состоит в том, чтобы Минфин был абсолютно нейтральным в смысле ликвидности. Через год-полтора мы постараемся добиться поддержания нулевых остатков на счетах казначейства… Уже сегодня, по итогам первого квартала, мы имеем небольшой дефицит бюджета. Это значит, что все деньги, которые к нам приходят, мы отдаем в экономику», — заявил г-н Силуанов.

На самом деле это революционное заявление. Дело в том, что именно конфигурация бюджетной политики 2011–2012 годов определила сверхжесткий характер денежного предложения. С учетом средств субъектов РФ объем средств госорганов в Банке России увеличился за указанный период на три с лишним триллиона рублей. Эта астрономическая сумма (вся денежная масса России на конец прошлого года — 27,4 трлн рублей) была выведена из текущего экономического оборота. Если Минфин действительно перестанет высасывать из экономики деньги, ситуация с ликвидностью и процентными ставками начнет постепенно выправляться.

Первая ласточка