Читаем Эксперт № 04 (2014) онлайн бесплатно
Редакционная статья
section class="box-today"
Сюжеты
Бизнес и власть:
Крах «Русского магния»
«Бесплатные пассажиры» в городе Зеро
Рыбные налоги
/section section class="tags"
Теги
Энергетика
Бизнес и власть
Эффективное производство
Россия
Россия
/section
Общий подход к регулированию похожих секторов не всегда дает хорошие результаты. Сектор теплоснабжения сегодня может пойти по пути электроэнергетики: по мысли Минэнерго, роль покупателя тепла и поставщика его населению можно передать новому игроку — единой теплоснабжающей организации. Она будет выбирать поставщиков с самыми лучшими ценами, а на сэкономленные деньги ремонтировать сети. Поставщики же возьмутся модернизировать свои котельные, чтобы иметь возможность конкурировать с коллегами.
Однако такая схема выглядит несколько надуманной для столь сложной, разномастной системы, как российское теплоснабжение. У нас есть поселки, которые легче и дешевле топить дровами, чем везти в них уголь, потому что его приходится везти морем, а потом по бездорожью. У нас есть поселки, где теплоэнергия, вырабатываемая дизельными генераторами, стоит в пятнадцать раз дороже, чем в среднем по стране, — и это единственно возможное решение. Универсальных простых решений в российской теплоэнергетике нет.
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Когда происходила реформа РАО ЕЭС, помимо пряников в виде повышения доходов энергетиков был и кнут: те, кто не возводил новые мощности в заданные сроки, платили серьезные штрафы. Это привело к тому, что российский рынок генерации стал профицитным, так что сейчас актуален не ввод новых мощностей, а вывод старых, неэффективных. Кстати, в основном эти старые мощности как раз работают в режиме генерации тепла — отапливают населенные пункты, для которых нет альтернативы. Но в модели рынка тепла, предлагаемой Минэнерго, никаких кнутов не предусмотрено. Не хочешь инвестировать — не инвестируй. И трудно представить себе ЕТО, которая решит поменять магистральные теплосети: это дорогое удовольствие и за счет тарифа, даже высокого, модернизацию не осуществить.
Но если мы поменяем угол зрения и попробуем взглянуть на ЕТО как на бизнес, то ответ станет очевидным: надо взять кредит, переложить трубу и расплатиться по кредиту из поступающих платежей. Это тем заманчивее, что тарифы покрывают потери в теплосетях в 12%, а новые технологии в теплоснабжении позволяют терять не более 5%. Эта разница может служить дополнительным источником заработка. Или взять котельные: разница в КПД старых котлов (а во многих населенных пунктах котлы 40–50-х годов прошлого века) и современных — два раза. Чтобы полностью завершить схему, можно упомянуть энергосервисный контракт: известно, что теплосети нельзя приватизировать, тогда как такой контракт дает частному инвестору основания вложиться в модернизацию теплосети и отбить свои вложения. У этой схемы сегодня два ограничения. Во-первых, тарифообразование, в том плане что при тарифе «затраты плюс» тепловики не могут обосновать перед региональными комиссиями, каждый год устанавливающими тарифы, свою прибыль. Провел модернизацию — получи снижение тарифа на все сэкономленные деньги. Там, где региональные власти понимают необходимость модернизации котельных и прокладки новых труб, инвесторам удается договориться о том, чтобы тариф не снижали. Тогда вложения можно отбить за пять–семь, максимум десять лет, и это прекрасный предсказуемый бизнес (если только в процессе региональная власть не сменится).
Во-вторых, не всегда просто взять дешевый кредит, который позволил бы уложиться в пять–семь лет. Возможно, тут мог бы помочь механизм госгарантий, возможно, стоит просто максимально расширить финансовые инструменты для инвестиций — над всем этим сейчас думать самое время. Модель рынка тут уже не столь важна.
Реформа рынка тепла, предлагаемая Минэнерго, не приведет к инвестициям в отрасль, но почти наверняка вызовет рост тарифов. Тогда как модернизация теплового хозяйства уже идет — и для ее поддержки достаточно лишь стабильных тарифов и широкого спектра схем финансирования
section class="box-today"
Сюжеты
Эффективное производство:
Деньги — мусор
Зачем воспитывать элиту
Рыбные налоги
/section section class="tags"
Теги
Минэнерго
Энергетика
Эффективное производство
Россия
Россия
/section
Министерство энергетики РФ представило на общественное обсуждение поправки к Закону о теплоснабжении. Предлагается в пилотных городах (а потом и во всех остальных) создать Единые теплоснабжающие организации (ЕТО), которые будут за свой счет закупать тепло у производителей. Приобретая тепло по самой выгодной цене, ЕТО, по замыслу Минэнерго, смогут экономить, а высвободившиеся средства направлять на модернизацию оборудования и теплотрасс. При этом цены на тепло ограничат предельным тарифом «альтернативной котельной» — это цена на тепловую энергию для потребителя, при которой окупается проект строительства новой автономной котельной, независимой от централизованных источников. Законопроект Минэнерго предполагает, что у потребителя есть выбор: либо покупать тепло у ЕТО, то есть быть подключенным к централизованной системе теплоснабжения, либо построить свою котельную и производить тепло самому.
figure class="banner-right"
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Если говорить более широко, то Минэнерго предлагает реформировать рынок тепловой энергии по принципу, схожему с тем, как реформировалась электроэнергетика. При реформе РАО ЕЭС предполагалось, что достаточно отпустить тарифы, создать конкуренцию в доселе монопольном секторе, сделать все компании рыночными — и в отрасль потекут инвестиции, а конкуренция заставит цены на электроэнергию снижаться. На деле все пошло не совсем так — и уж о снижении цен через несколько лет после реформы говорить точно не приходится. Теперь мы наблюдаем похожий сценарий: документ Минэнерго декларирует внедрение рыночных отношений и конкуренции в сфере теплоснабжения. На ЕТО будет возложена ответственность за организацию надежного и качественного теплоснабжения потребителей. При этом ЕТО будут свободны в принятии необходимых для этого решений, в том числе об инвестициях, о выборе поставщиков товаров и услуг в системе, о загрузке источников тепловой энергии и т. д. Однако пересмотр схемы формирования тарифа вовсе не означает, что ЕТО станут массово инвестировать в теплосети.
Тарифная чехарда
Инициатива внедрения ЕТО и тарифа «альтернативной котельной» имеет весьма сложную историю. Изменить регулирование сферы теплоснабжения пытались со времен реформы РАО ЕЭС. Однако в отличие от электроэнергетики тепловая генерация раздробленна, обособленна и неоднородна. Любые попытки регулировать сферу заканчивались безрезультатно. В итоге действующий Закон о теплоснабжении появился только в 2010 году. Однако он вызывает много нареканий, в первую очередь из-за того, что теплоснабжение так и не стало инвестиционно привлекательной отраслью, — и это в условиях, когда Россия производит 44% мирового тепла и обладает самой разветвленной сетью центрального теплоснабжения.
В коммунальной платежке жителя нашей страны тепло и горячая вода занимают более 50%. При этом значительную роль в итоговой сумме играют нормативы потребления. Поскольку во многих квартирах не установлены индивидуальные счетчики тепла, расчет производится так: тариф умножается на площадь квартиры и на норматив потребления. Этот норматив для каждого населенного пункта местные власти устанавливают самостоятельно, он зависит от уровня зимних температур и теплоотдачи жилого фонда.
«При регулировании тарифов в сфере теплоснабжения используется в основном метод экономически обоснованных расходов (затрат). Размер тарифа зависит от многих факторов, но, по сути, это затраты теплоснабжающей организации плюс ее прибыль. А размер затрат варьируется в зависимости от топлива (газ, дизель, уголь, мазут, щепа, дрова) и от изношенности оборудования, — поясняет эксперт по теплоснабжению Алексей Овсянников . — Тарифы устанавливаются РЭК для каждой ресурсоснабжающей организации».
В итоге процесс тарифообразования в отрасли довольно сложен. «Сегодня тарифообразование в тепле — математическая задача, по сложности находящаяся где-то между расчетом вывода на орбиту космического корабля и математической моделью транспортных потоков в Москве, — говорит директор по стратегии и развитию фонда стратегического развития энергетики “Форсайт” Андрей Абрамов . — Для того чтобы тарифный пасьянс сошелся, необходимо выполнение одновременно нескольких условий: установить тарифы на “экономически обоснованном уровне” для нескольких десятков или сотен региональных теплоснабжающих организаций, вписаться в предельный рост среднего тарифа по региону для конечного потребителя и не превзойти предельный уровень тарифов для ТЭЦ, а также предельный рост расходов на ЖКХ в регионе. Теперь наложите на это еще перекрестное субсидирование. Как правило, математически эта задача не имеет решения, поэтому тариф устанавливается в ручном режиме».
Такой «ручной режим» привел к тому, что тарифы на тепловую энергию для разных регионов колеблются от 500 до 5000 рублей за гигакалорию. «Если считать, что на отопление одного квадратного метра в России в среднем нужно 0,2 гигакалории в год, то стоимость отопления двухкомнатной квартиры площадью 50 квадратных метров может составлять от 5 до 50 тысяч рублей в год, — говорит Алексей Овсянников. — При этом любая цифра в пределах этого диапазона будет “экономически обоснована”».
Иными словами, при текущих методиках в России обосновать можно любой тариф. «Например, если топить котлы денежными знаками, то соответствующий тариф по нынешней модели тарифообразования тоже будет экономически обоснованным», — возмущается Андрей Абрамов.
Альтернатива всем на радость
В таких условиях инвестиции в тепловое хозяйство стали единичными. При сопоставимых размерах рынка тепла и электроэнергии и при сопоставимых темпах роста цен за последние восемь лет инвестиции в объекты электроэнергетики в 2012 году составили 833 млрд рублей, а в тепловое хозяйство — всего 91 млрд рублей! «Как это ни парадоксально, теплоэнергетика сегодня была бы одной из самых инвестиционно привлекательных отраслей экономики, если бы не система тарифообразования, — говорит г-н Абрамов. — Но в текущих условиях у инвестора нет ни стимулов, ни гарантий, что в случае реализации проекта в теплоэнергетике его средства вернутся. Скорее даже наоборот: высока вероятность, что тариф будет понижен на сэкономленную инвестором сумму, а тариф для другого, неэффективного и оттого более дорогого, поставщика — повышен». Естественно, что попытки отойти от тарифообразования «затраты плюс» к тарифообразованию на основе «альтернативной котельной» воспринимаются сектором как невероятный прорыв.
Необоснованность сегодняшних тарифов и отсутствие инвестиций в теплоснабжение и заставили Минэнерго пойти на изменение принципов тарифообразования. «Тарифы, по сути, не являются экономически обоснованными, — сказали нам в министерстве. — Особенно ярко это проявляется в регионах, где присутствуют ТЭЦ, которые в силу своей специфики могут делить затраты между рынками тепловой и электрической энергии. За счет ТЭЦ, как правило, балансируются ценовые перекосы от занижения конечного тарифа. Поэтому практически все ТЭЦ убыточны в сфере теплоснабжения. Собственники ТЭЦ вынуждены компенсировать убытки от теплового бизнеса за счет рынка электрической энергии и других корпоративных источников, что формирует искаженные ценовые сигналы для экономики». По словам представителей Минэнерго, новая модель предусматривает введение понятного и объективного максимального уровня цен на тепловую энергию для конечных потребителей — цены производства и поставки тепловой энергии от новой котельной при использовании лучших доступных технологий. «Введение новой модели дает возможность ликвидировать существующие сегодня ценовые перекосы и создать правильную систему экономических стимулов для хозяйствующих субъектов», — убеждены в Минэнерго.
Суровая реальность
Итак, тариф «альтернативной котельной» — это верхняя планка для ЕТО. «В пределах тарифа “альтернативной котельной” ЕТО вольна маневрировать на свое усмотрение, заключая контракты на коммерческих началах, — поясняет директор НП “Совет производителей энергии” Игорь Миронов . — В результате появления ЕТО будут устранены все посредники на пути к потребителю».
По замыслу Минэнерго, ЕТО будет обязана поставить тепло любому обратившемуся за данной услугой потребителю, принимая на себя всю ответственность перед ним за качество и надежность теплоснабжения. «Фундаментально изменится принцип взаимоотношений поставщика и потребителя. Модель даст им возможность договариваться напрямую, без посредничества государства, которое, как правило, вредит и поставщику, и потребителю, — говорит Андрей Абрамов. — “Альтернативная котельная” — это новый подход к обоснованности тарифа: неважно, какие у вас затраты и какие проблемы, — главное, вы должны поставлять тепло дешевле, чем потребитель сам мог бы его производить».
Казалось бы, в результате реформы ЕТО окажется на хозрасчете. Она будет покупать самое дешевое тепло, которое есть на рынке, и, как результат, будет меньше загружать неэффективные котельные. Высвободятся деньги, которые можно направить на ремонт оборудования и теплотрасс, снизится аварийность, уменьшатся потери. Но приглядимся к этой прекрасной картине внимательнее.
Схема с ЕТО реально может заработать только в том населенном пункте, где есть система закольцованных трубопроводов, в которую подают тепло сразу несколько независимых производителей. Тогда ЕТО, владея трубопроводом, действительно будет выбирать самый дешевый источник тепла. В России такое возможно лишь в 36 городах с населением больше 500 тыс. человек. Потенциально ее можно масштабировать еще на 200 городов, где есть крупные ТЭЦ. И все.
