Читаем Экс-супруг. Ушел навсегда (СИ) онлайн бесплатно

— У вашего мужа совещание, — повторяет противным голосом секретарша моего мужа, расфуфыренная кукла Марго. — К нему нельзя. Я не могу ничего сделать! Что еще мне вам сказать?

Как же я терпеть не могу эту ведьму. У нее вечно такой взгляд, будто я тут посторонняя. Совершенно не стесняется окидывать меня пренебрежительными взглядами и закатывать глаза. Настоящая стерва метр восемьдесят. На каблуках она выше Мирона.

— Послушай, Маргарита, — шиплю я, складывая руки на ее стойку. — Ты со мной так не говори. И глазки не закатывай. Бесишь меня в последнее время дико.

Сидит хлопает ресницами, удивляется. Прежде я на нее вот так открыто не наезжала.

— Но я… сказала все как есть…

— Мне нужно поговорить с мужем. Это срочно.

Сердце не на месте. Он как-то изменился за последние недели. Хотя некоторое время назад мне казалось, что у нас прогресс. Было много проведенного времени вместе, близости. Но сейчас творится что-то странное. Он избегает, делает все, чтобы не видеть меня. На звонки не отвечает. Сбрасывает. Высылает смски, в которых ссылается на дела. А сегодня вообще не ночевал дома! Я не железная!

— Я не могу ворваться в зал совещания, понимаете? Мирон Артурович уволит меня, — округляет глаза девица.

— И когда закончится это совещание?

— Всегда по-разному. Думаю, через час где-нибудь.

Час… Да, я подожду.

Марго после ответа мне возвращается к работе за ноутбуком, но я решаю ее снова отвлечь:

— Ты знаешь, где Мирон ночевал прошлой ночью?

Девушка отрывает взгляд от экрана и как-то странно смотрит.

— Не знаю…

В голову лезет банальное, ужасно грязное, от чего хочется вырвать из груди собственное сердце — что он спутался с этой дылдой. Можно рехнуться от того, сколько по статистике боссов спят со своими «картинками» секретаршами. Так, ради мимолетного удовольствия, чтобы скрасить досуг в офисе.

От одних мыслей об этом, я вся холодею.

— Не знаешь? Точно?

— Он мне не докладывает. Я слежу только за его расписанием.

— И что в его расписании было вчера вечером, к примеру?

— Иногда бывают встречи, но вчера ничего, — качает она головой. — Можно… я уже вернусь к своей работе?

Шумно выдыхаю и отхожу от стойки, направляюсь к зоне с диванами, чтобы сесть и подождать.

Коротаю время тем, что еще больше накручиваю себя, крутя на пальце свое обручальное кольцо.

Мы с ним уже год. Три недели назад была годовщина нашей свадьбы. И это был последний день, когда мы говорили нормально. Все эти недели я терпела, но больше не могу и не хочу. Я спрошу прямо, в чем дело и чем я ему не угодила.

Не люби я его так сильно, я бы, наверное, так не тревожилась. Но я люблю. Страшно представить насколько сильно. И я терпелива, с ним иначе никак, но у всего есть предел. Больше так не могу.

Проходит всего полчаса, а мне кажется, что целый день. Спустя еще пятнадцать минут я слышу шум со стороны зала совещания, несколькими секундами позже оттуда стали выходить мужчины. Мирон выходит последним, вместе со своим братом Богданом. Его брат замечает меня первым, жестом сообщает об этом Мирону и тут же удаляется, оставляя нас почти одних.

Мирон недоволен меня видеть, по лицу его это вижу. Двигается ко мне, и я спешу встать с дивана, быстро поправляю платье.

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает вроде негромко, но эта Рита точно слышит, еле подавляет свою ехидную улыбку.

— А ты не понимаешь? До тебя невозможно дозвониться.

Мне совершенно не унизительно. Любовь оправдывает все.

— У меня было полно работы, — отвечает Мирон, смотря куда угодно, но только не на меня.

— А то, что ты не ночевал дома, тоже никак не прокомментируешь?

— Я ночевал в городе. Утром рано нужно было в офис. Так быстрее.

— А мне сообщить об этом не нужно было? — гляжу исподлобья, нервно перетаптываясь с ноги на ногу.

Разве не понимает? Нет, он сам по своей природе холоден. Все семейство Барсовых такое. Но это за гранью. Меня открыто отталкивают и делают вид, что так оно и должно быть. Нет, я не забыла, как у нас все началось и на каких условиях, но я думала… Впрочем, ему плевать, что я там думала.

Муж тяжело вздыхает, демонстрируя свое утомление от разговора, трет переносицу пальцами.

— Я собирался заехать после обеда. Скоро бы приехал домой. А ты сюда приехала, — я еще и виновата во всем. — Кстати, мы сегодня идем ужинать с Богданом и Ангелиной. В семь.

Закатываю глаза.

— Это обязательно? Я терпеть не могу эту Ангелину. Ты же знаешь.

— Так уж вышло, что она жена моего брата.

— Она мерзкая. Ты сам это знаешь. Но я не только поэтому не хочу ехать, но и потому, что ты не хочешь находиться со мной наедине. Ты либо отсутствуешь, либо тащишь меня туда, где полно народа.

— Извини, милая, — цедит сквозь зубы муж, делая ко мне небольшой шаг. — Такова моя жизнь. Мне постоянно куда-то нужно. Встречи. Сделки. Общение с разными людьми.

— Но на меня времени нет, — подчеркиваю. — Мы… мы так хорошо провели нашу годовщину. Мне показалось, что я увидела тебя настоящего. Это был хороший день. И я… скучаю по такому тебе.

Я чего угодно ожидала в ответ, но никак не вот этого:

— Хорошенького понемножку, — бросает Мирон, чуть приподнимая уголки своих губ. Его совершенно бесчувственная полуулыбка приносит мне боль, но я не подаю вида. — Едем домой, — качает головой в сторону лифта и уходит.

Я плетусь за ним, решив не догонять. Смотрю ему в спину и еле сдерживаю горькие слезы от безысходности. Ведь я знаю, что он скажет, если я поставлю вопросом ребром. Знаю…

Войдя в дом, Мирон снимает обувь и сразу идет в душ.

У меня есть мимолетная идея пойти за ним, но боясь получить отказ, я решаю этого не делать. На сегодня мне игнора точно хватит.

Вместо этого я мигом переодеваюсь и иду готовить ему кофе. Знаю он там долго не задержится, как раз немного остынет. В самый раз.

Муж приходит на кухню через несколько минут, застает меня стоящей у столешницы со скрещенными руками на груди. Стараюсь выглядеть обычной, чтобы не раздражать, но внутри я умираю.

Молча садится за стол, а я жду, когда он хоть что-то скажет. Хоть как-то объяснит, что в последнее время происходит.

У меня на уме только одно крутится. Он нашел мне замену. Точнее даже не мне (я и так замена), а кое-кому, с кем мне никогда не тягаться. Его умершая девушка была идеальной. Ее больше нет, а значит она никогда не совершит ошибки и навсегда останется в его памяти лучшей женщиной на земле. Знаю, он часто думает о ней. Фотографию ее таскает. Вещи ее хранит. Я видела, знаю, находила.

Ему все равно.

Сидит о чем-то думает, словно меня нет. На стене работает телевизор, он его развлекает. Хочется схватить пульт и вырубить его, но я сдерживаюсь.

— Ты что-то от меня скрываешь, — не спрашиваю, а констатирую, отвлекая его от просмотра телевизора. — Только зачем? Чтобы я мучилась?

— Твои мучения мне ни к чему.

— Не похоже, — качаю головой. — Ты игнорируешь меня, не ночуешь дома… Ты мучаешь.

Наконец-то он отрывается от экрана, обращает на меня свой потухший взгляд.

— Я тебе все уже объяснил.

И это все?!

— У тебя кто-то есть? — спрашиваю прямо, безотрывно смотря в его зеленые глаза. Молчит, тоже не моргает. — Может, это твоя секретарша Маргарита, которая смотрит на меня глазами соперницы.

— Маргарита? — выгибает правую бровь.

— Да, я про нее. У тебя с ней что-то есть? Или я ошибаюсь?

Мирон ставит чашку кофе на стол, с грохотом, демонстрируя свое раздражение, откидывается на спинку стула.

— Я никого не раскладываю на своем столе во время работы, — сообщает он мне спокойно, но в то же время жестко. — На работе — я работаю.

— Тогда где ты этим занимаешься? В городской квартире? Или в отеле? Где? — сглатываю, ведь невольно все это лезет в голову, представляется, как он с кем-то, а не со мной.

На что Мирон снова берет чашку и, поднявшись с ней, просто молча выходит из кухни.

Сморгнув слезы, я разворачиваюсь к столешнице лицом и упираю в нее руки. Из груди вырываются непроизвольные всхлипы.

Мне так больно, что не передать.

Борюсь с желанием побежать за ним с тем, чтобы просто убраться и уехать куда-нибудь.

Пока не сглупила, я хватаю ключи от машины и выбегаю из дома. Сажусь в нее и часто сигналю, чтобы охрана как можно скорее открыла для меня ворота.

По дороге звоню Марине, подруге готовой встретиться со мной в любое время суток. И сейчас она мне снова не отказывает во встрече в нашем любимом кафе.

Каждый раз, когда выговорюсь ей, легче становится. Когда же я говорю о своем муже с психологом — мне становится только хуже.

— Да с чего ты взяла, что у него кто-то есть?

— А что мне еще думать? — раскидываю руки по столу, а потом тянусь рукой к голове, чешусь. От нервов все это. — Он так себя ведет…

— Это еще ничего по сравнению с первыми месяцами вашего брака, — отмечает Марина.

Да… То время мне вспоминать страшно. Мирон делал мне очень больно, наверное, не осознавая этого. Я знаю, что могла уйти, но не уходила. И сейчас не смогу. Я не представляю себя без него. Свою жизнь. Это смерти подобно.

— Об этом я даже вспоминать не хочу, — заправляю темные пряди волос себе за уши.

— Ты себя так с ума сведешь, честное слово… Хотя ты уже и сейчас походишь слегка на сумасшедшую. Без обид, Лиль, — качает головой Марина. — Отпусти его.

— Что?..

До сих пор Марина не подкидывала мне таких идей.

— Он свою Таю всегда любить будет. И все равно, что она уже три года как в гробу. На тебе он отрывается.

— Марина, ты…

— Ну прости, Лиль! Я говорю, как вижу. Давно хотела тебе это сказать. Ты… убиваешь себя этими отношениями. Да, ты его жена, но это ведь одно название. Он пользуется тобой, когда ему удобно. Тебе бежать надо от этого семейства. Как можно дальше.

— Спасибо за разговор, — сразу встаю с этими словами.

— Лиля! — подруга тоже поднимается. — Я не хотела тебя обидеть… Но эта твоя зависимость от этого мужчины делает тебя по-настоящему несчастной. Я помню тебя другой. Я твоя подруга и вижу разницу! Ты ведь красивая молодая женщина, ты достойна лучшего. Тебя могли бы любить, носить на руках. Ты не была бы чертовой заменой какой-то дохлой бабы! И я знаю, что ты с ним не из-за денег. Ты бьешься там, где тебе не победить. Разведись с ним!

Не в силах больше этого слышать, я выбегаю из кафе, снова сажусь в машину и лечу на непозволительной скорости куда глаза глядят.

Сделав несколько кругов по центру, я решаю все-таки ехать домой, за город.

Слезы застилают мне глаза, а еще и ливень начался. От злости, от прожигающей боли в душе я только ускоряюсь, наплевав на осторожность. Нет ни страха, ни желания жить.

Я одна на дороге. Вокруг никого. Машину бросает с полосы на полосу.

Меня начинает заносить, вырулить не получается, я жму есть что есть сил по тормозам и каким-то чудом торможу у обочины с визгом. Еще чуть-чуть, и улетела бы.

Глушу машину, очень шумно дышу, после чего начинают громко рыдать, опустив голову на руль.

Отпустить…

Отпустить его…

Но как я могу это сделать…

Нет, я не смогу. Он и только он может разделить нас.

Простояв на обочине около получаса, я очень медленно продолжаю свой путь домой.

Уже без слез. Они высохли. А новые еще не сгенерировались.

Чем ближе к дому, тем я еще медленнее еду.

На самом деле мне сейчас хочется, чтобы его не было. Впервые, наверное. Однако въехав на территорию я вижу, что его машина стоит во дворе.

Проклятье. В кои-то веки мне действительно не хочется его сейчас видеть. Боюсь дать волю эмоциям.

К машине зачем-то идет наш охранник Алексей. Я сразу выхожу, чтобы выяснить, что ему нужно.

— В чем дело? — спрашиваю Алексея, хмурясь.

Молодой мужчина примерно лет тридцати довольно продолжительно разглядывает мое лицо, и только потом начинает говорить.

— Вас муж искал.

— Да?.. — удивляюсь, но без особого оживления. — Ладно. Я поняла, — меня слегка качает, я разворачиваюсь и собираюсь идти к дому.

— С вами все хорошо? — интересуется Алексей, когда я уже спиной к нему.

Любит он мне вопросы задавать, на которые я ненавижу отвечать.

— Все супер, — бросаю нехотя, продолжая идти.

Бреду к дому на ватных ногах, испытывая сильное головокружение. С самого утра со мной какая-то чертовщина.

Вхожу в дом и сразу направляюсь к лестнице. Скорее всего он в нашей комнате, ну или в своем кабинете, который тоже на втором этаже.

В спальне его нет. Остается кабинет.

Стучу на всякий случай, а то он терпеть не может когда я вваливаюсь.

— Да, — слышу его одобрение, словно он точно знает, что это я. Таким голосом он только со мной говорит.

Сжав челюсти, я поворачиваю дверную ручку. Вхожу.

Смотрит на меня пристально, оторвав взгляд от ноутбука. Да, прежде я всегда пыталась скрыть свое состояние, до которого он меня доводил. А вот сейчас не стала.

— Что случилось? — спрашивает Мирон, не моргая.

— Что вы все меня об этом спрашиваете... — горько усмехаюсь. — Ничего не случилось. Моя жизнь прекрасна. Алексей сказал, что ты искал меня. Вот я и пришла. Что ты хотел?

— Где ты была?

— Гуляла. А что?

Всматриваюсь в его лицо и вижу в нем лишь желание как можно скорее выставить меня отсюда. Его просто неожиданно заинтересовало, куда это я с поля его зрения исчезла. Сам он не терпит, когда я ему не отчитываюсь. Измени я ему, он бы вскоре об этом узнал. Ему, конечно, плевать на меня, но не до такой степени.

— Ничего, — хмыкает, становясь еще мрачнее. — Скоро поедем на ужин.

— Я же сказала, что не хочу ехать. Мне сегодня совсем не хочется изображать фальшивую улыбку на лице.

При своем брате и невестке он будет безусловно ласков и любезен со мной. Раньше я питалась этим, но я больше не могу насыщаться его притворством. Лучше уж вот так, но зато по-настоящему.

В день нашей годовщины его просто переклинило. Давно пора признать. Пора прекратить думать о розовых единорогах. Не существует их. Как и всего остального на что я надеюсь.

— А ты нормально улыбайся. Приведи себя в порядок, — продолжает что-то там печатать. — Тебе на пользу пойдет развеяться.

Развеяться…

Большое удовольствие сидеть за столом с его братом, который меня не одобряет и с его эскортницей-женой.

Но ладно. Я же всегда это делаю. То, что хочет он. Я никогда не научусь говорить ему «нет».

— Хорошо. Будет, как ты скажешь. К шести буду готова.

— Отлично, — даже взгляда на меня не поднимает, мое согласие принимает как должное.

Я жду где-то с полминуты, что он посмотрит на меня, но этого не случается, и я ухожу, хлопнув дверью.

К шести я при параде. Оделась, как подобает для ужина в ресторане. Всю синеву под глазами замазала, макияж нанесла, прическа, все дела. К притворству готова.

Мирон входит в комнату и надевает свежий костюм за пять минут до выезда, а потом мы молча добираемся до ресторана.

И правда ни слова мне за всю дорогу не сказал, и я тоже рыбой была. Как хочет. Я устала много говорить, изливать душу, а в ответ лишь слышать односложные ответы.

В ресторане нас уже ждут.

Ангелина, когда видит нас, подскакивает со своего места и бежит ко мне, чтобы поцеловать в щеку, что я ей позволяю. Хотя девушка эта мне с первого взгляда не понравилась. Красавица с сомнительной начинкой.

— А мы только что приехали. Так что вы вовремя, — пролепетала Ангелина.

Дальше все как по шаблону. Разговоры о бизнесе, трескотня Ангелины про ее «головокружительную» карьеру модели и все это мимо моих ушей практически.