Читаем Эхо древних богов онлайн бесплатно

Дом Сиагум в городе Гревион был старым, обветшалым, но полным жизни и тепла. Его стены хранили запах дубильной кожи и дыма, а полы скрипели, словно перешептываясь между собой на старом языке деревянных балок. Кожевники жили здесь уже много поколений, и каждый вечер у камина сопровождался маленьким ритуалом: семья собиралась вместе, чтобы слушать сказки. На этот раз на низком деревянном табурете сидел папа с густыми, как лесные кусты, усами, от которых его лицо казалось суровым, но глаза светились добротой.

Самсон, худощавый и подвижный десятилетний мальчишка с темными кудрями, сидел прямо на полу, подпирая подбородок руками, а вокруг него на грубых шерстяных коврах расположились его младшие братья и сестры. Сестренка Лана с большими, как у совы, глазами крепко прижала к себе потрепанную куклу. Ее нижняя губа чуть дрожала, когда папа начал рассказывать про демоническое солнце. Братья — близнецы Арт и Ян — прятались за спиной Самсона, подрагивая от страха и в то же время не в силах оторвать взгляда от пламени в очаге, которое, казалось, плясало в такт словам их отца.

— Да, такие бывают года, когда на востоке встает демоническое солнце, — рассказывал папа, а его голос гулко разносился по комнате, словно волна, набегающая на берег. — И тогда из-за моря появляются черные корабли, на которых сидят ужасные рогатые существа.

Пламя в очаге треснуло, будто подтверждая его слова, и Лана тихонько ахнула, спрятав лицо за куклой. Самсон, напротив, выпрямился, его глаза загорелись любопытством.

— Папа, а откуда же они появляются в море? — спросил он, не сводя взгляда с отца.

— Не в море они появляются, сынок. — Папа слегка наклонился вперед, и его тень протянулась по полу, заслонив почти всю комнату. — Они приплывают с восточной части материка, из Огненной Земли. Там, говорят, вулканы дышат огнем, а в воздухе пахнет серой.

Лана замерла, и её голос, тонкий, как струна, прорезал тишину:

— Папа, а демоны всех съедают?

Папа улыбнулся, усы его шевельнулись, и он медленно покачал головой:

— Нет, милая, не всех. По пути у черных кораблей есть острова, Атоллия. Когда встает демоническое солнце, все жители островов отправляются на бой с этими кораблями. Пираты, крысолюды, огры, минотавры, рыболюды — все они объединяются, чтобы дать отпор.

При этих словах ветер за окном завыл сильнее, ударяя каплями дождя по стеклу, словно кто-то невидимый пытался прорваться в дом. Лана сжалась еще крепче, но Самсон, напротив, воспрял духом.

— А кто же у них король или королева? — не унимался мальчик, и его голос дрожал от возбуждения.

— Там нет ни короля, ни королевы, — ответил папа, почесывая усы. — Все народы живут вольно, как у нас в Гревионе. Но когда приходит беда, всех зовет из своей башни великая жрица моря по имени Марина.

В это время в комнату тихо вошла мама, в руках у неё была корзина с сухими травами, а её светлые волосы отражали слабый свет углей. Она остановилась у порога и мягко сказала, глядя на детей:

— Кто не будет сегодня спать, тому приснятся демоны, — её голос прозвучал так ласково и спокойно, что даже Лана успокоилась и перестала прятаться. Папа быстро подмигнул детям и, гася свечи, улыбнулся, а затем они с мамой удалились в спальню.

Вскоре комната погрузилась в темноту, и лишь красные угли мерцали в очаге, как глаза древних духов, что следят за каждым вдохом спящих. Самсон лежал в своей постели, прислушиваясь к шелесту дождя за окном и воображая себя капитаном огромного корабля с парусами, туго натянутыми ветром. В мыслях он уже плыл к таинственной Атоллии, где среди пиратов и чудовищ можно встретить легендарную Марину. Её силуэт в его воображении был величественным, с развевающимися одеждами, а глаза её сверкали, как отражение Луны в морской глади.

С каждым новым вздохом он чувствовал, как лодка его снов уносит его все дальше и дальше к восточным морям, к дымящимся вулканам и черным кораблям. А за окном ветер шептал, будто рассказывая свою древнюю, неведомую историю.

Глава 1. Команда мечты

Трактир «Крик утопленника» был таким же, как и сам городок Бухта Брауна — мрачным и неприветливым с виду, но по-своему уютным для тех, кто знает его закоулки. В воздухе витали запахи дыма, жареной рыбы и давно пролитого пива, а из-за тяжёлых деревянных столов доносились обрывки громких разговоров и пьяных песен. В углу помещения скрипел старый шарманщик, наклоняя голову, как подслушивающий воробей, а у окна двое рыбаков затеяли спор о том, кто из них приносит больше улова. Самсон, привычно не обращая внимания на шум, сидел за столом в углу, где плясали тени от колеблющегося пламени свечей.

Перед ним стоял полупустой кубок эля, а рядом лежала сабля, сверкая на свету аметистами, врезанными в рукоять. Металл был исцарапан боями и морскими ветрами, но сияние драгоценных камней оставалось таким же глубоким и таинственным, как и в тот день, когда Самсон впервые взял её в руки. Он оглядывал зал, пряча в глазах свою усталость старого моряка, прошедшего многие бури.

Рядом с ним, лениво откинувшись на спинку стула, сидел Драгомир — его первый помощник, суровый моряк с рубцами на руках, в которых можно было узнать следы от старых цепей. Он допивал уже третий кубок эля, и голос его разносился по залу с таким же тяжёлым гулом, как и раскаты штормовых волн:

— Капитан, нам бы поторапиться выйти в море, — сказал он, облокотившись на стол и пристально глядя в мутное дно своего кубка. — Наступает месяц Золотень, и Викотновский залив будет совсем не дружелюбен. С другой стороны, знаешь ведь сам — плывем в Атоллию, а там в это время года погода самая приятная.

Самсон бросил взгляд на завсегдатаев трактира, потом снова перевёл его на своего помощника. Он помрачнел, на миг задумавшись о предстоящем пути.

— Все мы успеем, Драгомир, — ворчливо ответил капитан, тяжело поднявшись с места и потянувшись, как старый кот. Его пальцы скрипнули на рукояти сабли, когда он машинально провёл по ней рукой. — Через неделю, максимум две, мы выйдем из этих холодных морей. А там еще пара недель — и вот она, Атоллия.

На мгновение его взгляд смягчился, когда он представил себе солнечные склоны и леса загадочных далеких островов. Но тут же лицо его снова посуровело: они ведь плывут туда не ради наслаждения видами.

— Мы должны основательно подготовиться, — добавил он, глядя на свет в окне трактира, будто пытаясь в темноте разглядеть будущие испытания. — Это не просто прогулка. Мы хотим высадиться на новой земле. И нам нужно быть готовыми ко всему.

Он повернулся к своему штурману и навигатору, крысолюду по имени Глезыр. Тот сидел напротив, медленно потягивая вино из маленького кувшина и время от времени украдкой поглядывая в сторону двери, словно чего-то ожидал. Когда Самсон обратился к нему, его шерсть встала дыбом, и он дернулся так резко, что разлил вино на стол. Глезыр заторопился, пытаясь стереть пятно тряпкой, и, издавая писклявый смех, заговорил:

— Ох, капитан, да всё я помню, всё отлично запомнил! — Он торопливо извлек из-за пояса свёрнутую карту, покрытую следами лап и каплями чернил. — Вот, даже составил новую карту с отметками течений и рифов! Обещаю, нас не застанет врасплох ни один риф или течение…

Самсон хмуро посмотрел на крысолюда, словно взвешивая его слова. Голос капитана прозвучал низко, как скрип старого дерева:

— На наших плечах важная миссия, Глезыр. Гильдии Гревиона выделили на экспедицию немалые средства. Они ждут, что мы вернёмся не с пустыми руками, а с новыми картами, с описаниями земель и, может быть, с долей сокровищ.

Крысолюд нервно закивал, поджав хвост под стул, а Драгомир, тяжело вздохнув, взял слово:

— Капитан, есть ещё одна новость, не из лучших. Наш кок Луи слёг с оспой. Врачи говорят, он вряд ли быстро поправится.

Самсон резко поставил кубок на стол, и эль выплеснулся на доски. Лицо его помрачнело, как море перед бурей.

— Чёрт возьми, Драгомир, как тут можно поторопиться, когда каждый день приходится искать новых людей?! — Он прошёлся взад-вперёд, натягивая пальцами ворот кожаного жилета. — Но кое-кого я нашёл, и завтра он придёт познакомиться с командой.

Самсон подался вперёд, его тень упала на лицо крысолюда, а голос стал чуть тише:

— Но теперь, выходит, придётся искать ещё и нового кока. Мы не можем отправляться в плавание без того, кто сможет приготовить хоть какое-то горячее варево для команды. Уж слишком долгое у нас путешествие.

Драгомир вздохнул и откинулся на спинку стула, глядя в пламя очага, которое отражалось в его глазах, как маленькие золотые змейки. За окном все завывал ветер, принося с собой запах солёного моря и свежести дождя, обещая перемены и скорую дорогу.

На следующий день утреннее солнце едва пробивалось сквозь серые облака над Бухтой Брауна, подсвечивая стоящий у причала корабль «Рыба-меч» — крепкий когг с высоким бором и одним прямым парусом, надежно закрепленном на толстой мачте. Волны неспешно бились о деревянный борт, а с палубы доносились крики матросов, переговаривавшихся с портовыми рабочими, что спешили доставить на борт последние припасы. Ящики с засоленным мясом, бочонки с водой и крепким ромом, сети, инструменты и сушёные травы — всё это скрипело и грохотало, пока его тянули по трапам.

Самсон стоял на палубе и, закинув руки за спину, вглядывался в морскую гладь. Драгомир, его верный помощник, рядом проверял список припасов, подгоняя матросов громкими командами. Рядом стоял Глезыр, крысолюд, в грязно-зеленом плаще, и обнюхивал воздух, словно пытаясь учуять приближающийся шторм. Временами он шепотом ворчал себе под нос что-то про вечное беспокойство морей и глупость людей, лезущих на воду.

В этот момент на палубу по трапу поднялся темный гном. Его шаги гулко отдавались по деревянным доскам, и матросы невольно обернулись, присматриваясь к новичку. Гном был невысокий, но крепкий, как железный брусок. Его длинная густая борода была заплетена в несколько сложных кос, а глаза горели зелёным огнём, как два изумруда. На его левом запястье блестел странный механизм, напоминающий металлический кулак с мелкими шестерёнками и зазубренными деталями, которые тихо щелкали при каждом движении пальцев. В правой руке он держал небольшую, но явно не простую секиру, украшенную древними рунами.

— Здравствуйте, джентльмены, — проговорил гном глубоким и хриплым голосом, улыбаясь одними уголками губ. — Я Торрик Стеклянный Клык, но можно просто Торрик.

Самсон тепло улыбнулся в ответ, приветствуя нового члена команды. Он протянул руку, и гном крепко пожал её своей механической рукой, которая сгибалась удивительно легко, словно живая.

— Рад тебя видеть, Торрик, — сказал капитан, хлопнув гнома по плечу. — Слышал много хорошего о твоих умениях. Торрик не только отличный инженер и архитектор, но ещё и первоклассный канонир. В наших краях таких днём с огнём не сыщешь.

Крысолюд Глезыр, стоявший поблизости, при этих словах закатил свои маленькие жёлтые глазки и пробормотал так, чтобы все слышали:

— Гном на борту… что дальше? Может, дракона позовём, чтоб веселей было?

Торрик лишь прищурился и с усмешкой закурил свою трубку, выпуская в сторону крысолюда густое кольцо дыма. Взгляд его был спокойным, но в нём читалась скрытая угроза, как у зверя, привыкшего к стычкам. Он не стал отвечать сразу, лишь выдохнул облако сладковатого дыма с ароматом чёрного меда и резного дерева, наблюдая, как оно тает в прохладном воздухе.

— Глезыр, — сказал Самсон, слегка нахмурившись, — Торрик здесь для дела. Нам предстоит не простое каперство и не перевоз контрабанды. Дело более рискованное, и не каждому оно по плечу.

Он сделал паузу, давая понять, что произнесенные слова несут особую значимость, и посмотрел на своих спутников. Торрик в ответ лишь кивнул и, покачиваясь на каблуках, медленно прошёлся по палубе, оглядывая старые канаты, паруса и мачты, словно оценивая состояние корабля.

Когда он дошел до бомбарды, стоявшей на носу — массивной старой пушки, что виделись уже не одно сражение, — он окинул её взглядом опытного мастера и чуть покачал головой.

— Запустили вы её, капитан, — хмыкнул Торрик, постучав по металлу костяшками пальцев. — Давно ей чистку делали? Да и пороховой заряд, поди, отсырел.

Самсон виновато пожал плечами, ухмыльнулся и развёл руками.

— Вот для этого я и пригласил тебя, Торрик. Ты ведь с пушками ладишь лучше, чем кто-либо. Надеюсь, сможешь вдохнуть в эту старушку новую жизнь.

Гном кивнул и, достав из кармана тонкий медный инструмент, начал осторожно разбирать заржавевший замок пушки, словно пытался выведать её тайны. Он был в своей стихии и, даже покуривая трубку, не мог удержаться от профессионального интереса.

— Никогда не был в Атоллии, — проговорил Торрик после паузы, изучая внутренний механизм пушки. — Но слышал, что там растет отличный табак, не чета тому, что в наших горах.

Самсон прислонился к мачте и с усмешкой покачал головой.

— Насколько знаю, Торрик, наш путь в Атоллию лишь транзитный. Долго там не задержимся — нам нужно в южные неизведанные моря. Там-то и ждет нас настоящее испытание.

Глезыр, не упустив возможности поддеть новичка, бросил ехидный взгляд на гнома:

— Ты, Торрик, точно готов к такому путешествию? Месяцами на борту, без своей каменной норы? Не затошнит без пещер и ваших уютных паучков?

Торрик прищурился и на мгновение сжал челюсти, но быстро взял себя в руки, отвечая с видимым раздражением, которое, однако, сдержал крепкой самодисциплиной:

— Я темный гном, сынок, а не какой-то там пещерный крот. Мы предпочитаем жить на поверхности, ближе к звёздам и ветру. Не путай нас со светлыми, если не хочешь случайно лишиться хвоста.

Глезыр сплюнул за борт и что-то невнятно пробормотал, но в этот момент мимо прошёл боцман, и крысолюд вернулся к своим обязанностям. Торрик между тем продолжил с интересом осматривать вооружение корабля, давая матросам советы, как лучше наточить абордажные крюки и закрепить канаты, чтобы те не дребезжали на волне.

Самсон, наблюдая за ним, почувствовал, что сделал правильный выбор, пригласив этого упрямого, но умелого гнома на борт. Впереди их ждало много испытаний, и каждый член команды был важен. Да, путь к новым землям обещал быть долгим и опасным, но, глядя на темные облака, собирающиеся над горизонтом, он догадывался: их плавание будет незабываемым.

Поздним вечером Самсон снова оказался в трактире «Крик утопленника». Лампы под закопчёнными абажурами освещали помещение приглушённым светом, создавая в уголках комнаты тёмные тени, в которых могли скрываться самые странные гости Бухты Брауна. За окнами слышался глухой рокот моря, которое в эту ночь казалось особенно неспокойным.