Читаем Его притязания онлайн бесплатно

«Потому что нет ничего прекраснее, чем то, как океан отказывается прекратить целовать берег, сколько бы раз его ни отсылали прочь».

— Сара Кей

Брук

Я так рада, что наконец-то получила подтверждение на интервью с холостяком-миллиардером Мейсоном Монтгомери! Если слухи правдивы, то вживую он полный придурок. Самодовольный и безжалостный. Все эти корпоративные генеральные директора одинаковы. Мне ли не знать, я достаточно с ними общалась.

Они считают, будто являются божьим даром миру и настолько выше всех остальных. Мне не терпится забросать его вопросами, заставить его чувствовать себя так неловко, что он расколется. Это то, что я делаю лучше всего.

Мой редактор настоял на том, чтобы я взяла это интервью, и не принял отказа. Он даже угрожал моей карьере, если я не найду компромат на Мейсона.

Он еще тот высокомерный придурок.

Но если мне удастся наконец закончить эту историю, он от меня отстанет.

Не сомневаюсь, дело не будет слишком трудным: глава огромной нефтяной компании, собирающийся реконструировать нефтеперерабатывающий завод на девственно чистом карибском острове, — значит, здесь должно происходить что-то подозрительное. И я найду это.

Потребовались месяцы, чтобы убедить его и его сотрудников дать интервью. Для этого мне пришлось проделать весь путь до острова Санта-Крус. Но я здесь.

Полагаю, я должна считать это преимуществом. Я прилетела на несколько дней раньше, так как никогда раньше не была на Виргинских островах США. Из того немногого, что я видела — это невероятно красивое место. Я надеюсь получить шанс исследовать остров до того, как мне придется вернуться.

Завершив последние штрихи в макияже, я проверяю время на телефоне. До начала интервью осталось двадцать минут. Мой пульс уже участился. Это нормально, обычно я немного волнуюсь перед важным интервью.

Просто дыши, Брук.

Я закрываю глаза и думаю о чем-нибудь расслабляющем. Этот прием обычно помогает мне успокоить нервы.

Я мысленно возвращаюсь во вчерашнее утро.

Я лежу в шезлонге в тени зонтика у бассейна отеля, расположенного рядом с великолепным пляжем с белым песком. Потянувшись за водой, я делаю еще один ледяной глоток. Под лучами утреннего карибского солнца по моей спине стекают бисеринки пота.

Я поворачиваюсь направо и смотрю на пышный зеленый склон холма, падающий прямо в кристально-голубую воду.

«Достойно Инсты», — это еще не все. Налетает ветерок и благословенно охлаждает мою кожу, когда я закрываю глаза и откидываюсь назад.

Щебетание птиц, шелест пальм на ветру и шум волн рядом — все это работает в тандеме, успокаивая мою душу. Я могла бы привыкнуть к такому уровню релаксации.

Подняв взгляд из-под солнцезащитных очков, я еще раз осматриваю площадку у бассейна, чтобы понять, здесь ли он. Справа от меня происходит какое-то движение. Не может быть! Это он! Я втягиваю воздух. Ого.

Он выше и мускулистее, чем я могла предположить. Острая линия челюсти, высокие скулы. Он одет в простую черную футболку и темно-серые плавки, через одно плечо перекинуто полотенце для бассейна. Солнцезащитные очки скрывают его глаза.

Но я уверена — это он. Я достаточно изучила немногочисленные фотографии и видео с ним в интернете, чтобы понять это. Я очень дотошная.

Он бросает полотенце на шезлонг и выскальзывает из своих кожаных шлепанцев. Затем бросает на полотенце свои солнцезащитные очки, одновременно одной рукой стягивая футболку через голову, что, кажется, умеют делать все горячие парни.

Кажется, у меня пересохло в горле. Ему около тридцати, а его тело выглядит так, будто находится в лучшем своем состоянии. Может, он и высокомерный и безжалостный корпоративный директор, но девушка все еще может смотреть, верно?

Он подходит к бассейну и прыгает в воду, а затем выныривает, качая головой. Он проводит пальцами по густым темным волосам.

Да, я не против такого вида.

Он надевает очки, находит черные линии дорожек на дне бассейна и начинает плыть в свободном стиле. Он от природы хороший пловец, его движения плавны и грациозны, а мышцы спины напрягаются при каждом гребке.

Ух ты. Так это и есть тот самый Мейсон Монтгомери, миллиардер-нефтяник. Должно быть, женщины падают перед ним, куда бы он ни пошел. Богат и великолепен.

Я делаю еще один глоток воды, чтобы утолить жажду. Завтра будет интересное интервью. Не терпится узнать, насколько заслуженна его репутация холодного и безжалостного генерального директора.

К счастью, мои солнцезащитные очки достаточно темные, чтобы никто не мог сказать, что я смотрю на него, пока он плывет. Проходит полчаса, прежде чем он заканчивает делать круги. Выносливость… есть! Он вылезает из бассейна, и, черт возьми, я не могу удержаться, чтобы не поглазеть на воду, стекающую с его четко очерченной груди и пресса.

Он возвращается на свое место и берет полотенце, вытирает лицо и плечи, а затем надевает солнцезащитные очки и ложится на солнце, согнув одну руку над головой.

Я открываю глаза и возвращаю себя в настоящее.

Ну, это было не очень расслабляюще. Теперь я снова вся на взводе из-за того самого мужчины, с которым собираюсь встретиться. Черт. Ладно, пора двигаться.

Я готовилась к этому собеседованию несколько недель. Я могу быть профессионалом. Я профессионал. Я справлюсь с этим.

Мейсон

— Картер! Что это за чертовщина в моем расписании? Там написано «интервью с Брук Андерсон из «Вулф Ньюс» в два часа», но я на это не соглашался!

— Мейсон, мы же говорили об этом, ты знаешь…

— Черта с два я знаю! Эта писака преследует меня уже несколько месяцев, выпрашивая интервью. Я не даю интервью, Картер, ты же знаешь. ВСЕ это знают. Мне нравится моя личная жизнь. У меня нет времени на это дерьмо!

Что, черт возьми, происходит? Я слишком занят, пытаясь управлять семейной компанией, и в то же время следить за ремонтом нефтеперерабатывающего завода, чтобы мы могли наладить работу здесь, на острове Санта-Крус.

У меня совершенно нет времени на то, чтобы какой-то назойливый репортер расспрашивал меня о моей личной жизни. Или пытался найти компромат на компанию.

А я терпеть не могу быть в центре внимания. Я очень закрытый человек и никогда не позволяю фотографировать себя на публике, если это возможно.

— Мейсон, мы это обсуждали. Совет директоров хочет, чтобы ты дал интервью.

Картер Уильямс — моя правая рука и человек, который знает бизнес лучше, чем кто-либо, за исключением меня. Он работает на мою семью уже несколько десятилетий, сначала на отца, а потом на меня. Он яростно предан и защищает меня. Он женат на работе, как и я. И иногда — огромная заноза в моей заднице.

— Блядь! Блядь, блядь, блядь! — я ударяю кулаком по столу, отчего ручки в хрустальном стакане у ноутбука дребезжат. — Ладно! Но я замолкну на пятнадцатой минуте. Это окончательно.

Черт, ненавижу эту часть бизнеса. Проводя пальцами по волосам, я глубоко вдыхаю, а затем медленно выпускаю воздух. Просто покончи с этим. По крайней мере, тогда ты не будешь получать от нее письма почти каждый гребаный день. Эта женщина настойчива, если не сказать больше.

Она работает на «Вулф Ньюс Интернешнл», более известную как ВНИ, одну из ведущих новостных компаний в мире. Мне плевать. Я знаю, чем все закончится.

Все эти репортеры одинаковы: они либо хотят получить слишком много информации о моей личной жизни (как будто она у меня есть), либо хотят, чтобы я проговорился и раскрыл какой-то глубокий темный секрет о компании, который они смогут использовать, чтобы разнести ее в пух и прах и получить Пулитцера. Именно поэтому я перестал давать интервью много лет назад.

И совет директоров считает, что то, что я даю интервью, будет полезно для имиджа компании? Какая чушь. Разве не для этого у нас есть отдел по связям с общественностью? За что я вообще плачу этим дуракам?

Я должен заплатить кому-то за то, чтобы узнать, кто та шикарная женщина, которую я видел вчера у бассейна. Жить в отеле, пока мы работаем над проектом нефтеперерабатывающего завода, — та еще заноза в моей заднице, но, по крайней мере, я каждое утро делаю несколько кругов в бассейне.

Вчера у бассейна была женщина, которую я никогда раньше не видел, и теперь не могу перестать думать о ней. Длинные золотисто-каштановые волосы, спадающие волнами до плеч, загорелая кожа, полные губы и задница, за которую любой мужчина убил бы себя.

Я уставился на нее сквозь солнцезащитные очки. Ничего не мог с собой поделать. О, и эти манящие большие сиськи. Черт. Они тоже выглядели настоящими.

Я мысленно встряхнул себя.

Возьми себя в руки, Мейсон.

Что с того, что она первая женщина, которая вскружила тебе голову за последние месяцы? Она может быть замужем, откуда тебе знать. У тебя также нет времени на это дерьмо.

Но мои мысли возвращаются к картине, как она проходит мимо, волосы развеваются на ветру, задница покачивается при каждом грациозном шаге. Мне приходится поправлять промежность, пока эта сцена проигрывается в моей голове.

Ровно в два часа в мою дверь стучат. Я слышу, как Картер приветствует журналистку, а сам готовлюсь к этому гребаному интервью. Она смеется, и это удивительно приятный звук. Картер действительно умеет очаровывать, когда хочет.

В моем номере две спальни, но одну мы переоборудовали под офис, пока я не устроюсь в офисе на нефтеперерабатывающем заводе. Мы по-прежнему приводим все в порядок и модернизируем, так как он простоял без дела несколько лет.

Услышав шаги, приближающиеся к моей двери, я поднимаюсь. Дверь открывается, и мое сердце замирает.

Не может быть! Этого не может быть! Входит великолепная женщина — вчерашняя женщина возле бассейна! Я вглядываюсь в ее лицо, когда понимаю, что Картер обращается ко мне.

— Мейсон? Ты в порядке?

Я моргаю и беру себя в руки.

Черт.

Мой разум поехал в сторону, пытаясь примириться с тем фактом, что женщина, которую я видел вчера в бассейне и которая так меня заинтриговала, — это та же самая женщина, которую я возненавидел за все электронные письма и просьбы об интервью за последние несколько месяцев.

Черт! Как же мне повезло. Надо было заранее навести о ней справки, как велел Картер.

— Конечно, Картер. Мисс Андерсон, пожалуйста, проходите. Присаживайтесь, — я указываю на стул напротив моего стола. На ней приталенное белое льняное платье, подчеркивающее изгибы тела.

Клянусь, мой член сейчас воюет с моей головой. Не может быть, чтобы это была одна и та же женщина.

Она делает глоток этими сочными губами из стакана с водой, который, должно быть, дал ей Картер, и ставит его на край моего стола. Никогда еще я не ревновал к гребаному стакану воды.

Достав из сумки телефон, она улыбается, когда Картер садится рядом с ней.

— Спасибо, что согласились на интервью, мистер Монтгомери. Я знаю, у вас очень плотный график.

Я не замечаю презрения в ее голосе.

Почему это меня заводит?

Она показывает на свой телефон.

— Вы не возражаете, если я запишу наш разговор? Мне нравится брать интервью, а не записывать все на бумаге. Вы не против?

Она спокойна и вежлива, но не сюсюкает. Профессионал. Я представляю, как ей хотелось бы пошутить о том, сколько раз она пыталась взять у меня интервью, но она сдерживается.

— Все в порядке, — я должен сохранять спокойствие и сосредоточиться. Думать о чем угодно, только не о ее заднице в бикини, в котором она была вчера. — Вы не возражаете, если мистер Уильямс тоже будет присутствовать на интервью?

Она снова улыбается ему. Почему это вызывает у меня желание бросить на него злобный взгляд? Почему, черт возьми, меня волнует, что она улыбается ему, а не мне?

Ему за сорок, он никогда не был женат, и большинство женщин находят его очень привлекательным. Почему эта должна быть другой?

— Конечно, нет. Поэтому я сразу перейду к делу. Вы уже пять лет возглавляете компанию «Монтгомери Ойл», верно?

Я киваю.

— И за это время вы увеличили годовой доход более чем на двадцать процентов, верно?

— Да.

— С чем бы вы связали свой рост и успех вашей экспансии?

Я подробно рассказываю о том, как перестраивал команду руководителей после прихода к власти и как пытался изменить корпоративный менталитет. Все типичные вещи, связанные с построением корпоративной миссии.

— А что, по вашему мнению, больше всего беспокоит вас в компании и в отрасли в целом?

Вот и все. Это не заняло много времени.

— Беспокоит?

— Да. Вас беспокоит, что каждый год нефтегазовая промышленность США загрязняет воздух почти восемью миллионами метрических тонн метана, по данным Агентства по охране окружающей среды? А то, что нефтеперерабатывающие заводы выпускают стоки, сбрасывая токсичные отходы в близлежащие воды? А здесь, на острове Санта-Крус, что вы думаете о потенциальном воздействии на дикую природу и биоразнообразие, когда пытаетесь вернуть к работе устаревший и неработающий нефтеперерабатывающий завод. Что вы думаете по этому поводу?

Она пытается вывести меня из себя, заставить потерять спокойствие. Это не сработает. Я сохраняю невозмутимое выражение лица. Я могу справиться с этим.

Картер знает об этом, я вижу, как слегка подрагивает уголок его рта, ожидая моего ответа. Я чувствую, как учащается мой пульс от волнения, но я знаю, как сохранить покер-фейс. Если она хочет сразиться со мной, пусть сражается.

— Если бы вы изучили компанию «Монтгомери Ойл», а не только нефтегазовую отрасль в целом, то узнали бы, что на самом деле «Монтгомери Ойл» является лидером в своей области по инновациям, когда речь идет о защите и сохранении окружающей среды. За последние пять лет мы получили награды от многочисленных национальных информационных групп за наши усилия. Что касается острова Санта-Крус, могу заверить вас, мы принимаем все меры предосторожности, чтобы обеспечить безопасность и благополучие жителей острова, а также окружающей среды. В настоящее время мы проводим масштабную модернизацию всех систем на нефтеперерабатывающем заводе, превышающую действующие стандарты, установленные Агентством по охране окружающей среды, чтобы предотвратить возникновение подобных ситуаций. Это обойдется в десятки миллионов долларов. Это расходы, которые мы не обязаны делать, но на которые мы готовы пойти. И я лично принимал участие в процессе принятия решений по каждому аспекту обновления. Так что, как видите, это меня беспокоит. Очень сильно.

Она заерзала на своем месте, и я понял, что женщина не ожидала такого ответа. Она была готова к нападению. Я обнаружил, что мне очень нравится заставлять ее извиваться.