Читаем Эффект Клинти онлайн бесплатно

Игорь Сергеевич позвонил из лаборатории Тимура:

– Инга, зайди на минутку. Тут тебя ожидает подарок.

– Бегу, – уже на ходу сообщила Инга.

Все пространство в фойе, около входа во владения Тимура, было заставлено коробками – видимо, он получил новую аппаратуру. Инга пробралась узеньким проходом и приложила идентификатор к считывающему устройству двери. В институте все заведующие лабораторий одного и того же отдела могли свободно входить в помещения друг друга. Дверь открылась, и, перед тем как войти в нее, Инга успела посмотреть направо. Через широкую щель между стеной и коробками она увидела человека, сидящего на стуле у окна. Его серые глаза взглянули на нее лишь на мгновение, но Инга почувствовала озноб.

– Иди сюда, – позвал ее Тимур из дальнего угла, где они с шефом рассматривали какой-то лист бумаги.

Но Игорь Сергеевич не стал дожидаться и пошел девушке навстречу.

– Подарок находится не здесь, Инга, – в фойе.

Лицо Инги изобразило показной ужас:

– Да вы что, Игорь Сергеевич? Зачем мне нужна вся эта крепость из коробок?

Шеф улыбнулся. Эти двое молодых сотрудников его отдела вызывали у него теплые чувства.

– Подарок сидит у окна. Твоя наблюдательность наверняка отметила его своим вниманием.

Внутри Инги что-то напряглось, но она все же пошутила:

– Сидящий на стуле объект, конечно, замечен мной, Игорь Сергеевич. Но какое отношение имеет он к обещанному мне подарку?

– Самое непосредственное. Ты просила лаборанта – получай.

Инга посмотрела на подошедшего Тимура. Тот кивнул:

– Да-да, новый лаборант.

– Игорь Сергеевич, но ведь Тимур первым подал заявку. Значит, этот подарок предназначен ему, – попробовала возразить Инга.

– Не совсем… – замялся Тимур. – Вернее, лаборант мне, конечно, нужен, и я был бы рад, если бы ты отказалась…

– Но из этого ничего не выйдет, – закончил за Тимура шеф.

Он взял из рук молодого человека лист бумаги и передал его Инге.

– Это заявление о приеме на работу. Сам текст можешь не читать, а вот с резолюцией дирекции ознакомься.

Инга взяла листок и прочитала вслух: «Зачислить Клима Федоровича Александрова в лабораторию Инги Егоровны Андреевой».

– Какая странная резолюция. Вы когда-нибудь такую видели, Игорь Сергеевич?

– Ни разу. В институте много отделов и еще больше лабораторий. Но чтобы вот так, поименно, направляли нового сотрудника, не припомню.

– Тимур, – обратилась Инга к коллеге, – ты не подумай, что я где-то у кого-то что-то специально просила.

– А то я тебя не знаю!

Шеф посмотрел серьезно, и молодые люди затихли.

– Есть, ребята, во всем этом одна непонятная деталь. Вам она станет ясна, когда вы пообщаетесь с новым лаборантом.

– Я, кажется, кое-что уже почувствовала, – поделилась Инга. – От него веет каким-то нечеловеческим холодом.

– Я сейчас, – Тимур быстро вышел в фойе.

Вернулся он весьма озадаченным.

– Твоя интуиция, Инга, работает без сбоев. Знаешь, на кого он похож? На биоробота.

Тимур вдруг осекся.

– Игорь Сергеевич, неужели это рэб?!

Шеф смотрел с интересом.

– Догадка не беспочвенна. В нашем институте ведутся разработки в этом направлении.

– Вы что – хотите сказать, что в мою лабораторию направляют рэба?! Но зачем?! – Инга ощущала сильное возбуждение.

Игорь Сергеевич забрал у нее листок с заявлением и предположил:

– Возможно, наши коллеги проводят эксперимент. Возможно, в нем должна участвовать именно женщина.

– Но почему они не предупредили нас? – Тимур был взбудоражен не менее Инги.

– Иногда чистота эксперимента требует неоглашения его условий. В любом случае мы должны выполнить то, что нам предписано.

Шеф направился к двери и, обернувшись, закончил:

– Думаю, Инга, что вы с Тимуром разберетесь.

Тимур забежал к Инге в конце рабочего дня.

– Рэб еще здесь? – спросил он.

Инга кивнула.

– Что-нибудь о себе рассказывает?

– Молчит. Я поручила ему записывать результаты эксперимента, и он делает это пунктуально каждые десять минут.

– Его поведение вполне соответствует тем байкам о рэбах, которые ходят внутри института. Сами рэбы бесед не начинают, но на конкретно поставленные вопросы отвечают.

– Это интересно, Тимур. Давай попробуем его порасспрашивать.

Инга провела коллегу в соседнюю комнату. Прозрачный резервуар, похожий на огромный, во всю стену, аквариум, притягивал к себе внимание. Он был заполнен чем-то голубым, и в этой однородной среде то тут, то там вспыхивали серебристые искорки, хорошо заметные под специально подобранным освещением.

Тимур видел эту картину далеко не в первый раз, но все же воодушевленно произнес:

– Никогда не перестану восхищаться этой красотой!

Лаборант сидел у стола и что-то записывал, никак не реагируя на появление в комнате людей.

– Клим, – позвала его Инга, – рабочий день закончился. Ты собираешься идти домой?

– Я останусь, – прозвучал бесстрастный голос.

– Это невозможно, – возразила Инга. – Я должна покинуть это помещение последней.

Отклика не последовало.

– Надо задавать вопросы, – напомнил Инге Тимур. – Клим, где ты живешь?

Ответа по-прежнему не было.

– Твой вопрос, наверное, звучит абстрактно, – предположила Инга. – Спроси как-нибудь поконкретнее.

– Клим, у тебя есть место, где ты питаешься и спишь?

– Да, – голос Клима был все таким же безучастным.

– Это место находится в институте?

– Да.

– Мы можем туда пойти с тобой?

– Нет.

– Почему?

Ответом было молчание, и Инга посоветовала еще раз:

– Спрашивай определеннее.

– Кто тебя кормит, Клим?

– Рита.

– Рита послала тебя к Инге?

– Да.

Тимур принес два стула, и они с Ингой расположились рядом со столом.

– Давай теперь я попробую, – предложила Инга и спросила: – Клим, Рита работает в нашем институте?

– Да.

– Ей сорок лет?

– Тридцать.

– У нее короткие светлые волосы?

– Темные длинные.

– Она высокая?

– Да.

– Она работает на пятом этаже?

Клим молчал.

– Возможно, он этого не знает либо эту информацию закодировали в нем как запрещенную, – предположил Тимур.

– Тогда спросим по-другому. Клим, когда ты выйдешь в фойе, ты пойдешь направо?

– Я пойду прямо, а потом исчезну.

– Ты перестанешь ощущать свое тело?

– Нет.

– Ты станешь невидимым для нас?

– Да.

– Что сделает тебя невидимым?

– Кокон.

– Ты находишься сейчас в коконе?

– Да.

– Кокон изменит свои свойства в фойе?

– Да.

Тимур вдруг насторожился.

– Клим, кокон нужен тебе для работы в лаборатории Инги?

– Да.

– Он может фотографировать происходящее?

– Нет.

– Он примет участие в эксперименте?

– Да.

Инга и Тимур переглянулись.

– Кокон изменит ход эксперимента? – быстро спросила Инга.

– Да.

– И эксперимент даст другие результаты?

– Да.

– Ты передашь результаты эксперимента Рите?

– Да.

– Рита поблагодарит тебя?

– Она покажет мне Аню.

Тимур и Инга замолчали. Лаборант взял ручку и продолжил запись. Неожиданно ручка выскользнула из его рук, покатилась по столу и упала на пол. Сидевшая ближе к Климу Инга инстинктивно нагнулась к нему и положила руку на его ладонь.

– Не беспокойся, Клим, Тимур сейчас ее поднимет.

Тимур встал со стула, нашел ручку, а выпрямившись, увидел странную картину – рука Инги по-прежнему лежала на ладони Клима и они оба, не отрываясь, смотрели друг другу в глаза. Тимур ощутил, что происходит что-то важное, и решил пока не вмешиваться, а понаблюдать.

Глаза Клима потеплели, в лице его появились краски. Через некоторое время он сердечно произнес:

– Я очень прошу тебя, Инга, – не убирай свою руку.

Тимур больше не мог бездействовать.

– Клим, ты рэб? – прямо спросил он.

– Я человек, – отозвался Клим, по-прежнему глядя в глаза Инги.

Инга была на удивление спокойна.

– Ты сумела извне пробить кокон, – пояснил ей Клим, – и установила канал связи со мной. Пока твоя рука лежит на моей, я человек; но как только ты ее уберешь, я стану рэбом.

– Разве такое бывает? – не мог поверить Тимур.

– В моем случае – да, так как я не искусственно созданный рэб, а запертый в кокон человек. Кокон блокирует часть моего существа и лишает меня проявления эмоций и мыслей.

– Но как ты оказался в нем? – Тимур, в отличие от Инги, находился в некотором замешательстве.

– Меня взяла в плен Рита. Я расскажу вам об этом, если ты, Инга, сможешь удержать канал нужное время.

Не поворачивая головы, Инга попросила:

– Тимур, пододвинь, пожалуйста, мой стул поближе к Климу, чтобы мне было удобно сидеть. Я постараюсь удержать канал столько, сколько надо. Рассказывай, Клим. Думаю, что твоя история касается нас всех.

Стоянка междугородних автобусов располагалась сбоку от здания аэропорта. Клим бывал здесь, поэтому без труда нашел нужное место. Автобус уже отправлялся, и Клим быстро заскочил в салон. Осмотрев его, он отметил, что пустуют только два места на переднем сидении.

Отъехав совсем немного, автобус остановился в поселке аэропорта. По его ступенькам тяжело забралась старая женщина – судя по всему, подслеповатая. Она неторопливо уселась рядом с Климом, и автобус двинулся дальше.

Через некоторое время до задремавшего Клима донеслось бормотание старушки. Он невольно прислушался. Женщина, не обращаясь ни к кому конкретно, рассказывала, что сбежала из дома – от дочери и зятя, которые к ней плохо относятся; что едет она в свою родную деревню, где есть дом престарелых, и надеется, что ее туда возьмут, так как на обратный билет у нее денег все равно нет. В непрерывном потоке старушка рассказывала истории из своей молодости, и слушать ее было настолько интересно, что Клим забыл о том, что хотел поспать.

Часа через полтора женщина зашевелилась, видимо, готовясь выходить. Клим протянул ей деньги и сказал:

– Возьмите. Пригодятся.

Женщина молча взяла купюры и пошла к выходу. Она спустилась вниз и обернулась.

– Спасибо, – услышал Клим четкий голос и замер, пораженный разумностью брошенного на него взгляда.

На конечной остановке Клим подошел к водителю.

– Вы не подскажете, – спросил он, – как называется то место, где вышла старушка, которая села в поселке аэропорта?

Водитель посмотрел на него как-то странно, но ответил:

– Думаю, что этой молодой женщине до старушки еще очень далеко.

– Но я был уверен, что в поселке вошла только одна женщина, – удивился Клим. – Молодую я не заметил, так как в это время рядом со мной усаживалась пожилая.

– Женщина была одна, и вышла она на семидесятом километре. Но этой «старушке» максимум тридцать лет.

– А у нее был красный платок на голове? – не успокаивался Клим.

– Не заметил на ее голове ничего, кроме длинных каштановых волос.

Водитель, проговорив последние слова, поспешил отойти подальше от приставшего к нему чудака.

– Клим! – раздался радостный голос. – Хорошо, что ты дождался. Я немного припоздал.

Анатолий обнял товарища и потащил его к машине.

– Ты не представляешь, как мы тебя ждем! Турбина сбоит, а что делать с ней – непонятно. Сейчас мы быстренько перекусим, а потом поедем ставить диагноз.

– Едем сразу, Толя, я не голодный.

Анатолий улыбнулся. Уникальная работоспособность Клима была ему хорошо известна.

Добираться пришлось объездными путями – в центре города проходила ярмарка и движение транспорта перекрыли. В одном из проулков Клим вдруг попросил остановить машину. Он вышел и вернулся немного назад – к афишной тумбе, мимо которой они только что проехали. С одной из граней тумбы смотрела улыбающаяся женщина с волнистыми каштановыми волосами.

– Кто это? – спросил у подошедшего Анатолия ощутивший непонятную тревогу Клим.

– Это Рита – известная в наших краях гипнотизерша. Она иногда приезжает в наш город с выступлениями. Есть в ней что-то такое, что тянет к ней людей. Сегодня, кстати, у нее последнее представление. Если с турбиной все будет хорошо, вечером я планирую сходить на него. Оно будет камерным, для небольшого числа поклонников. Если хочешь, пойдем вместе.

– Пожалуй, можно сходить, – ответил Клим, которого не оставляла тревога. – Правда, я никогда раньше не участвовал в подобных мероприятиях.

В небольшом зале было совсем немного людей. Кресла располагались трёхъярусным амфитеатром. Клим и Анатолий сидели около центрального прохода в первом ряду.

Рита появилась неожиданно. Стройная, высокая, в элегантном длинном платье, с волосами, собранными узлом на голове, она шла сверху и по ходу обменивалась репликами с присутствующими. Спустившись к первому ярусу, она остановилась перед Анатолием и Климом. Молодые люди поднялись с кресел.

– Ты сегодня не один, мой друг? – спросил бархатный голос.

– Да, Рита, это Клим, мой товарищ и коллега.

Клим слегка поклонился.

– Он тоже работает на заводе? – Рита смотрела с интересом.

– Нет, Клим приехал помочь нам. Он инженер от бога. Его специальность – турбогенераторы.

– Ну что ж, – обратилась Рита к Климу, – я готова принять тебя своим другом. В этом зале сегодня нет чужих и посторонних. Давно ли ты увлекаешься гипнотизмом?

– Если честно, то до сегодняшнего дня я о нем даже не думал, – отозвался молодой человек.

– Что же тогда привело тебя на мое представление?

– Встреча с одной старушкой в красном платке. Сегодня утром она рассказала мне много удивительных историй.

Рита рассмеялась легко и непринужденно.

– Так, значит, ты не поддался моим чарам? А я-то была уверена, что мое воздействие было полностью успешным.

– Оно таким и было. У меня не возникло даже малейшего сомнения в том, что со мной рядом сидит старая женщина. Но старушка эта произвела на меня настолько сильное впечатление, что я поинтересовался о ней у водителя автобуса.

Рита была довольна.

– Понятно. На водителя мои чары не распространялись. Это моя маленькая практика. Мне нужно постоянно тренироваться, чтобы не потерять свои способности. Кстати, я должна вернуть тебе твои деньги.

В руке Риты появилось несколько бумажек. Клим попытался отказаться, но Рита сказала:

– Благородный порыв твоей души я оценила. Но это не тот способ, которым я зарабатываю.

Закончив общение, Рита поднялась на сцену в виде большого круга, возвышающегося перед амфитеатром, и обратилась к публике:

– Друзья! Я решила не проводить сегодня обычный сеанс гипноза. Мне хочется показать вам что-нибудь новенькое. Возможно, некоторые из вас не знают, что я не только гипнотизер, но и медиум. Не хотите ли вы в этот вечер поучаствовать в медиумистическом сеансе?

Из зала раздались возгласы одобрения.

– Тогда мы сделаем так. Я сейчас лягу вот сюда, – Рита показала на кушетку, стоящую посреди сцены, – и введу себя в транс. Вы уже видели меня в таком состоянии, но сегодня будет кое-что, для вас необычное. Я выделю из себя облако пластичной материи, которое станет рабочим материалом для вашего творчества. Но работать с ним вы будете не руками, а воображением, так как оно способно отзываться на мысли и желания. Я не могу заранее предсказать, что именно удастся вам сотворить, но могу сказать совершенно точно, что сильная мысль способна сформировать из моего облака вполне определенный, зримый образ.

После небольшой паузы Рита спросила:

– Вы готовы?

Прислушавшись к откликам, она вытащила заколку из волос, и они рассыпались длинными волнистыми прядями.

– Итак, я ложусь. Вы сами поймете, когда нужно будет начать действовать.

Свет погас. Немного подсвечивалась только фигура, замершая на кушетке. Из зала не раздавалось ни звука.