Читаем Эффект Берковича онлайн бесплатно

"Судьба сокрушает нас двояким образом: отказывая нам в наших желаниях и исполняя их."

А. Амиель

Часть 1 «Жестокость»

Из-за рёва мотора Стас не слышал счёт, зато видел, как взметнулся ярко красный лифчик, оголяя грудь девушки. Старт!

Он не сомневался в победе, поэтому задержал взгляд чуть дольше на очаровательном третьем. «Надо бы с ней познакомиться!» – мелькнула мысль, и он выжал газ.

Они уже не были той беспредельной «золотой молодежью», которая устраивает гонки на улицах города – это пройденный этап. Теперь трасса выбиралась тщательно, никто из участников заранее не знал, где будет проходить рейсинг. Плюс – на «линии» устраивались ловушки. Именно они давали всплеск адреналина, которого катастрофически не хватало в их пресыщенной жизни.

В прошлый заезд погиб Ренат. Полгода никто не выезжал. Сегодня рискнули только они с Горынычем.

Разрыв в две секунды грозился обернуться провалом, если Стас не выровняется в ближайшую минуту. Красная бэха Гарика «проплыла» справа, оставшись позади, когда мерседес Стаса буквально смело в сторону. Под ложечкой заныло, железный привкус во рту усилился… Зад пошел влево – слегка влево руль, выравниваем… Твою мать! Повело вправо – руль вправо, до автоматизма… Крутой поворот впереди. Сука! Что с дорогой? Авто мотало словно пьяную девицу. Легкая дрожь возбуждения пробежалась по позвоночнику и заструилась в ступни. Нога слегка дрогнула, чуть придавив педаль газа, «мерс» чутко отреагировал, выбросив свое огромное металлическое тело на обочину. Машину накренило, теперь только правые колеса удерживали ее на земле… Внизу мелькал каменистый обрыв…

Есть! Зрачки расширились, сердце заколотилось, кровь направилась к мышцам, вызывая всплеск энергии – адреналин в крови!

– Ёху!!! – вырвалось из горла.

Железный конь тяжело вздрогнул, ощутив под собой более твердое покрытие выровнялся, вставая на четыре колеса. Задняя часть пошла в занос, выводя передние колеса на асфальт и автомобиль заскользил по дуге поворота не снижая скорости. Стас увидел, как Горыныча вертит красной юлой по скользкой дороге. Он победно ухмыльнулся и показал в зеркало фак.

– Ты лучший! – Кира бросилась ему на шею, не дав захлопнуть дверь.

– Что за дерьмо на дороге?! – он обнял одной рукой ее за талию, а второй вытер пот со лба.

– Масло, бисер, силикон… еще что-то, – возбужденно щебетала она. – Моя идея!

– Ты хотела меня прикончить, птаха? – Стас сдавил ее бок, отчего она пискнула и хихикнула.

– Ты получил? Получил, что хотел? – она взяла его за подбородок и впилась в губы, размазывая по ним алую помаду.

Визг тормозов и отборная ругань известили о прибытии Гарика. Через секунду их уже окружала возбужденная толпа, брызги шампанского и восторженные вопли.

Они сбежали, оставив выигрыш – десять ящиков MUMM на растерзание зрителей, прихватив только одну бутылку, из которой Кира символично полила победителя. Пусть не «Формулы», но…

Эффект адреналина в организме может длиться до 1 часа после выброса. Они должны успеть, поэтому остановились посреди трассы и Кира без стеснения «оседлала» Стаса, задевая упругой задницей клаксон, который разрывал гудком окружающие дорогу поля, вспугивая стайки мелких птичек.

Они были самой красивой парой в университете. Стас и Кира.

Она – дочь одного из «хозяев» города: избалованная, неприступная принцесса; натуральная блондинка с отточенной фитнессом и йогой фигурой; с глазами из «самого синего льда».

Он – племянник магната: «золотой мальчик»; брутально-красив; зверино-грациозен; со странными медово-золотистыми глазами, глазами тигра, не человека.

Они сошлись еще на первом курсе и вот уже второй год были вместе. Что их связывало? Любовь? Этого никто из них сказать не мог, потому что больше всего они любили себя. Они идеально подходили друг другу по статусу и в свой круг допускали лишь избранных.

Учеба протекала вяло, по сравнению с активным отдыхом, но пропускать занятия нельзя – у Стаса договоренность с дядей. А Кира ходила в универ ради Стаса.

– Что не сделаешь, ради любви, – смеялась она. – Даже учиться начнешь!

– Присутствие в универе, не сделает тебя умнее, – Стас лениво закрыл глаза и попытался вызвать в себе ощущения, когда его мерин балансировал на двух колесах.

– Ста-асик, мне скучно… – пропела Кира, прижимаясь всем телом к нему, прогоняя видения.

– Кир! – он раздраженно отпихнул ее. – Я не клоун. На, попей сок.

– Ну, за-ай! А вечером? Что будем делать вечером? – Кира льнула к нему, не обращая внимания на завистливые взгляды студенток, кучковавшихся в буфете. – Может ко мне?

– Посмотрим, котенок, – он чмокнул ее в нос, недовольный тем, что она не дала ощущениям всколыхнуть кровь, и пошел к выходу. Даже не оглядываясь, он знал, что Кира лениво поднялась со стула, оправила длинными пальцами с безупречным маникюром юбку-карандаш и походкой «от бедра» двинулась за ним, горделиво откидывая волосы на спину.

Он вспомнил, как она вчера слизывала шампанское с его щек, сжимая бедра и внутри плеснулось, поплыло… Удар в солнечное сплетение:

– Ой! Простите! – пролепетали снизу.

– Очечи купи новые, слепошара! – это уже Кира подоспела.

По коридору разлетелись учебники, которые нелепая студентка рассыпала, врезавшись в него.

Он переступил через них, слегка поддев носком «ЛАТИНСКИЙ ЯЗЫК В СОВРЕМЕННОМ МЕЖДУНАРОДНОМ ПРАВЕ».

«Первокурсница?»

– Что же ты не помог девушке? – наигранно слащавым голосом протянула Кира.

– А ты чего не помогла? – он насмешливо приподнял бровь.

– П-ф-ф!

– Лучше молчи, а то…

– А то, что? – ее рука скользнула по его спине и пощекотала за ухом.

– А вот и наш Шумахер! – Гарик раскрыл объятия и шагнул навстречу от группы, собравшейся перед аудиторией.

– Игорюх, хорош балагурить! – Стас сморщился и отстранил друга.

– Кирок не дала? – хохотнул Гарик и увернулся от шлепка девушки.

– Его нагло протаранили в буфете и хотели похоронить под кучей макулатуры. Да, Стасик? – Кира потрепала его за щеку, чем еще больше вывела из себя.

Настроение стремительно портилось. А Кира, наоборот, веселилась, стараясь выжать из ситуации все, чтобы хоть немного развлечься.

Если бы не дядя, то Стас сейчас смотался с универа, ехал на скорости, ловил кайф, слушал «Поступь Тарботрона» …

– А вот и слепошара! – голос Киры ворвался в его мозг, внося дисгармонию.

По коридору шла девушка, прижимая к груди стопку книг. Худенький очкарик.

– Я бы ее отшпилил, – присвистнул Гарик и девчонка прибавила шаг, не поднимая головы.

– За сколько дней затащишь ее в постель? – тут же заинтересовалась Кира.

– Неделю! – хмыкнул Игорь.

– Три дня! – вдруг сказал Стас.

– Вечер перестает быть томным! – засмеялась Кира. – «Скука – это пост души, когда жизненные соки помышляют о высоком. Искушеньем не греши.»

– Она же страхуил, комрады! – подал голос Вано.

– «Некрасивых женщин не бывает,

Красота их – жизни предисловье,

Но его нещадно убивают

Невниманием, нелюбовью», – процитировал Гарик Долматовского. – Ты серьезно считаешь, что этого ботана можно за три дня уломать? Тогда я умываю руки и с удовольствием понаблюдаю за этим спектаклем!

– Только у меня условие! – Кира подняла вверх палец с острым ноготком. – Никакого секса! Достаточно раздеть ее и спор выигран!

– А мы что – спорим? – Стас сощурил глаза и нашел взглядом удаляющуюся фигурку в конце коридора.

– Почему бы и нет? – загорелся Игорь и потер руки. – Мне давно твой катер приглянулся…

– Рехнулся? За такую мелочь…

– Против моей бэхи! – Гарик протянул руку.

– А это аргумент! – Стас сжал чуть влажные пальцы друга. – Кир, разбей!

Маринка провинциалка, деревенщина, понаехавшая… Но это здесь, в Москве. У себя в городке она «золотая медалистка» и дочь «приличных родителей». Каким чудом ей удалось поступить в университет, когда все решали деньги и связи она до сих пор не знала – повезло, так думала она, рыдая от счастья в общаговскую подушку. Что было бы – не поступи она на факультет социологии? (на экономический даже не рискнула замахнуться, там без денег делать нечего!). Вернуться домой с позором? Устроиться на работу официанткой в пиццерию и до конца жизни драить столы, снося шлепки по заду? Нет! Родители и так оторвали от семьи все накопления, чтобы Маринка смогла выбиться в люди. Она бы не смогла их подвести. Ни их, ни своих четверых младшеньких. Поэтому она настроена очень серьезно – бороться до конца!

В общаге дым стоял коромыслом, водка лилась рекой и веселье не затихало до утра…

Первый курс даже вспоминать не хотелось, а на втором ей неожиданно повезло (она подозревала, что не без помощи ректора, который уважал ее за усердие) и ее переселили в другую комнату, где жили вполне нормальные девчонки, которые предпочитали учиться, а не гулять. Наконец-то ночью можно было выспаться, не вдыхая запах табака и не слыша похабные анекдоты.

Казалось, всё, наконец, начинает налаживаться.

Несмотря на осень, настроение было по летнему солнечным. Утренний разговор с мамой принес в душу небольшое смятение:

– Смотри, Марьяш, осторожнее с энтими москвичами!

– Ма! Я здесь уже год, все нормально! Да и некогда мне с парнями гулять, я же учиться приехала, – смеялась Маринка.

– Голубева вон тоже съездила, поучилась, – ворчала мать, – привезла в подоле, Галине подкинула и доучиваться поехала!

– Ася Голубева красавица, а на меня и не смотрит никто, – отшучивалась Маринка.

– И слава богу! Ты там поскромнее одевайся и губы не мажь!

– Хорошо, мам, обещаю!

Куда уж скромнее? У ней весь гардероб юбка, да, три блузки. А блеск для губ она только вчера купила, чтоб губы не обветрились. Маринка, улыбаясь своим мыслям, торопилась в буфет – она сегодня без завтрака осталась, надо хоть чай с булочкой взять.

Ее привычка ходить, низко опустив голову, сыграла с ней злую шутку, столкнув с рослым парнем из «этих». Учебники разлетелись, она извинилась и кинулась их собирать.

– Очечи купи новые, слепошара! – презрительно бросила ей длинноногая красотка.

Маринка вспыхнула, хотела ответить, но прикусила язык – таким отвечать себе дороже. Ходят по универу павлинами, думают, что они – хозяева мира! И везде у них зеленый свет, все им легко дается. Красивая оболочка, а внутри пустота. Ни-че-го! Маринка не завидовала, просто недоумевала, как так в жизни получается, что одним дается все – внешность, богатство, а другим – ни денег, ни красоты. И крутись, как хочешь. Если бы ей предложили поменяться местами с этой бездушной красавицей? Маринка украдкой посмотрела вслед удаляющейся парочке и невольно засмотрелась, как легко и грациозно двигается парень. Вот он поднял руку и провел по темным волосам. Надо же, она даже лицо его не видела, зато ее окатило волной парфюма, от которого до сих пор кружится голова… Или это от голода?

Стас рассчитал все правильно и ждать девчонку пришлось всего пару минут. Он нагнал ее у самой двери и вместе с ней шагнул в тесный проход. Затем, с невозмутимым видом, пошел за ней следом. Девчонка оглянулась, поправила очки и пошла быстрее. Стас почти поравнялся с хрупкой фигуркой. Она остановилась, делая вид, что ее заинтересовала стена с объявлениями. Он прошел вперед и остановился в метре от нее, сделав вид, что набирает сообщение. Девчонка изучила стену и пошла, прибавив около Стаса шаг. Он ухмыльнулся и дал ей отойти на пять метров, а затем снова догнал. Она шмыгнула в библиотеку.

Ну, в библиотеку, так в библиотеку!

– Как нет? – услышал он ее голос. – Мне обязательно нужно…

– Где же я на всех напасусь, деточка? – развела руками библиотекарь.

– Только не говорите, что «Социологии» Гидденса у вас опять нет! – с притворным недовольством подал голос Стас.

– Опоздали, молодой человек! Девушка вон «Экономический анализ» неделю пасет…

И вот сейчас он, имея карт бланш, посмотрел прямо на нее. На свою жертву!

– У меня есть «Анализ», могу выручить!

– Правда? – она спросила с придыханием.

Интересно, это от него у нее горло перехватило или от счастья, что учебник нашла?

– Должен же хоть кто-то в этом универе иметь возможность учиться, – пафосно произнес Стас и добавил, улыбнувшись своей самой сексуальной улыбкой: – Стас.

Девчонка задумчиво покивала.

– Меня зовут Стас, – повторил он. – А тебя?

– Ой, – она снова смешно поправила очки, – Марина. Марина Игнатова.

– Ну, что, Марина Игнатова, – голосом ректора произнес Стас, – пройдемте со мной, чтобы обсудить наш вопрос.

Он указал ладонью на дверь и слегка склонился, приглашая ее.

Маринка не смогла удержаться от улыбки. Напряжение, державшее ее, спало. А парфюм Стаса напомнил о вчерашнем случае в буфете.

– Ты меня извини, что я вчера в тебя врезалась, – неожиданно для самой себя произнесла она. – Я ведь и правда слепошара…

– Я заметил, – Стас легко коснулся ее плеча. – Иначе ты бы не устояла перед моей красотой! – закончил он со смехом.

Маринка тоже рассмеялась и отвернулась в сторону, пытаясь скрыть вспыхнувшие щеки – Стас был так красив, что внутри сладко ныло. Но она реалистка и понимала, где он и где она… Только почему-то от этого становилось больно. Она непроизвольно нахмурилась и тут же услышала:

– А вот грустить в моем обществе – категорически запрещено! – он подхватил ее под локоток и легкой походкой вывел из библиотеки.

Библиотекарь только головой покачала – на ее «веку» тысячи студенток попались в сети таким вот «сынкам», а потом рыдают в уголочке, делая вид, что читают…

– Так ты на социологии? – спросил Стас, когда они остановились около окошка. Маринка кивнула. – Может, тогда и ты меня выручишь?

– Гидденс? – улыбнулась Маринка.

– Он самый. У меня реферат, а в библиотеке сама видела…

– Хорошо, – улыбнулась Марина. – Только… У нас завтра выходной, а в пятницу у меня семинар по социологии. Мне тоже нужен будет учебник.

– Значит придется встретиться сегодня для обмена дарами! Ты где живешь?

– В общежитии…

– Диктуй номер, вечером заскочу…

Вот так все просто. Стас поцеловал экран айфона и посмотрел на спину Маринки, которая поспешила на пару. Она, словно почувствовав его взгляд, оглянулась, и он подмигнул ей. Смешная она. Прячется за стеклами очков, постоянно отворачивается… Маленькая такая… Теплая…

– Стаси-ик! – громкий чмок в ухо и на руке повисла Кира. – 1:0 по всей видимости? Я видела, что слепошара тебе номерок дала.

– Ага, – кивнул он. – Скоро на бэхе гонять будем.

– Не факт, не факт! – хохотнул Игорь. – Дать номер телефона и снять труселя… – он потянулся и потер руки, а потом изобразил, что держится за штурвал катера и «порулил» к аудитории.

– Клоун, – фыркнул Стас.

– Зато скоро на катере будет рассекать! – подначила Кира.

– Пешочком он скоро будет рассекать…