Читаем e0c0040aac684569b6cd236e597ea066 онлайн бесплатно
ГЛАВА 1.
ПЕЧАЛЬНЫЕ НОВОСТИ.
ужина через две недели после Рождества. Это был мирный воскресный вечер, и вся
семья собралась за столом из красного дерева в комнате Магпи. Там, под чутким
руководством Марии, главы домашнего персонала, танцевали слуги, разнося
тарелки с ароматным мясом, обугленными овощами, запеченными бобами и
подливкой.
Во главе стола восседал лорд Генри Блэкмур, владелец поместья. Несмотря на свои
почти восемьдесят лет, он выглядел на десяток лет моложе благодаря вечно
хорошему настроению, прекрасной осанке и энергичной манере поведения.
На противоположной стороне стола сидела его невестка Лилибет. Это была высокая
и узкая женщина со светлым цветом лица и пепельно-белокурыми волосами.
По бокам от лорда Блэкмура сидели два его внука: старший, Бенедикт, с одной
стороны и младший, Персиваль, с другой. Внешне братья ничем не отличались друг
от друга: Бенедикт был высок и хорошо сложен, с темными вьющимися волосами, а
Перси - небольшого роста, с жесткой осанкой, прямыми черными волосами и
черными глазами, которые составляли разительный контраст с голубыми глазами
Бенедикта.
Для своих друзей и соседей братья Блэкмур были воплощением идеальных молодых
людей: неприлично богатые, воспитанные и безупречно одетые. А еще они были
невероятно обаятельны. Персиваль, хотя и не был так красив, как его брат, компенсировал недостаток внешности своей галантностью, а Бенедикт, напротив, был одарен яркой внешностью и обаянием, хотя и не проявлял настоящего интереса
к многочисленным юным леди, которые с нетерпением ждали его внимания.
Блэкмуры были желанными гостями на всех светских раутах в Шорвиче. Однако за
закрытыми дверями поместья Блэкмуров отношения между братьями были, мягко
говоря, натянутыми. Когда-то тесно сплоченные, теперь они почти не
разговаривали друг с другом на людях, а когда разговаривали, то расходились во
мнениях по каждому пустяку, неизменно заканчивая разговор ссорой.
Их вражда началась год назад, когда умер их отец, Кристофер. Как старший брат,
Бенедикт взял на себя все обязанности отца в поместье и с головой погрузился в
работу, в то время как Перси постоянно критиковал его за отсутствие. Тот факт, что
сам Перси практически ничего не делал, в то время как Бенедикт единолично
управлял поместьем, раздражал Бенедикта до глубины души. Тем более что Перси
всегда был любимчиком их отца - самым послушным и покладистым, в отличие от
упрямого Бенедикта.
Так все и началось. Их первоначальная размолвка со взаимными обвинениями
вскоре превратилась в вечную ссору обо всем и ни о чем. Лилибет много раз
пыталась примирить сыновей, но безуспешно. Через некоторое время Бенедикт и
Перси решили, ради матери, в основном игнорировать друг друга и делать вид, что
другого не существует.
С тех пор семейные ужины перестали быть прежними.
«Уильям Торнби пригласил нас на маскарад», - с притворным волнением сообщила
Лилибет. «Через три недели. Мы все идем».
«Маскарад?» сказал Бенедикт, приподняв бровь. «Разве у него не было бала на
прошлой неделе?»
«Да, дорогой», - улыбнулась Лилибет. «Но разве можно иметь слишком много
балов?»
Бенедикт ухмыльнулся. «Он так жаждет женского общества, но ему суждено
умереть в одиночестве».
«Нет ничего постыдного в том, чтобы искать компанию», - мягко укорила его мать.
«Может, он и не красавец, и не обаяшка, но он богат и искренне добр. Я уверена, что в свое время он найдет подходящую невесту».
«Не думаю, что добросердечие - это именно то, чего желают женщины», -
насмешливо заметил Бенедикт. «Торнби - один из наименее привлекательных
мужчин, которых я когда-либо встречал. И его богатство не так уж впечатляет. Оно, конечно, не компенсирует недостаток внешности или характера. Женщины
влюбляются в фантазии, которые они создают из мужчины, и ни у кого не хватает
воображения, чтобы превратить этого маленького гоблина в нечто сносное. Он
никогда не женится».
Вилка звякнула о тарелку.
«Говорит эксперт», - пробормотал Перси себе под нос.
Бенедикт почувствовал резкий толчок в животе и взглянул на брата. Перси не
смотрел на него, но его челюсть была стиснута, щеки набухли, а рука слишком
крепко сжимала стакан с водой.
«Есть что добавить по этому поводу, Перси?» спокойно сказал Бенедикт, скривив
губы.
«Я просто нахожу это забавным», - продолжал Перси, - «учитывая, как мало ты сам
заботишься о браке».
«И ты думаешь, что знаешь обо мне все?»
«Да». Перси наконец посмотрел на него, и в свете свечей его глаза казались еще
темнее. «Бенни заботится только о Бенни и ни о ком другом. Особенно о тех бедных
юных леди, которые никогда не будут достаточно хороши для него».
«Мальчики», - предостерегающе сказала Лилибет, но ни Бенедикт, ни Перси ее не
услышали.
«Если я не бросаюсь на первую попавшуюся девушку, это не значит, что я никогда
не планирую жениться», - холодно сказал Бенедикт. Это была ложь, и он, и его брат
знали это.
«Первая девушка?» усмехнулся Перси. «Скажи мне, кто был первым, Бенни. Это
была Кэрол Дженкинс? Фелиция Блейн? Кэтрин Стонтон? Филиппа Леммингтон?»
«Я бы посоветовал тебе меньше интересоваться моей личной жизнью, Перс, и
вместо этого обратить внимание на свою собственную», - отрезал Бенедикт. «То, что наша кузина Беатрис по тебе сохнет, вряд ли можно назвать твоей заслугой. Ей
почти тридцать. Возможно, ты - ее единственный шанс не закончить жизнь
печальной одинокой девой».
«Заткнись!» Перси одним движением отодвинул стул и встал, его обычно бледное
лицо стало пунцово-красным.
«Персиваль». На этот раз громкое, но спокойное слово прозвучало из уст деда
Генри, и в комнате мгновенно воцарилась тишина.
Бенедикт остался сидеть в своем кресле, на его губах играла веселая улыбка, но
внутри у него все похолодело. Он знал, что переборщил с этим замечанием, но
терпеть не мог, когда Перси устраивал сцены в присутствии слуг.
Они разговаривали, и не только в доме, но и со слугами из других поместий. Он не
хотел, чтобы кто-то узнал об истинной природе их отношений, и еще больше ему не
нравилась мысль о том, что он станет очередным объектом сплетен в высшем
обществе Шорвича.
Перси, смутившись собственной вспышки, сел обратно.
«Очевидно, он не намерен жениться», - сказал он никому конкретно. «И я должен
страдать из-за этого».
Бенедикт поднял брови. «Страдать? Это немного драматично, тебе не кажется?»
«Ты прекрасно знаешь, что если ты не женишься, то и я не смогу».
Голос Перси дрожал от гнева.
Бенедикт нахмурился. «Ты действительно расстроен из-за этого?»
«Да. Я хочу жениться на Беатрис», - вызывающе заявил Перси.
«Ты серьезно?» сказал Бенедикт. Он никогда не любил Беатрис Гласкок. У нее был
скверный характер, она была снобисткой и осуждающей, и, не считая того, что она
была их троюродной сестрой, по сути, являлась женской версией Перси. Что, если
подумать, звучит как идеальная пара для Перси.
«Да! Согласно традициям Блэкмура, я никогда не смогу выйти замуж, благодаря
тебе».
«По-моему, ты слишком драматизируешь», - ухмыльнулся Бенедикт, делая вид, что
увлечен своим картофельным салатом.
«Да, дорогой, это немного драматично», - сказала Лилибет с натянутой улыбкой.
«Все мы рады, что ты нашел любовь, включая Бенедикта. Но правила требуют, чтобы ты подождал, пока он женится, - тут уж ничего не поделаешь. Обещаю, это
будет не скоро, и тогда вы с Беатрис сможете провести свой день».
«Как ты можешь обещать?» возразил Перси, заметно расстроившись. «Учитывая, что он никогда не танцует с одной и той же девушкой дважды, этого никогда не
случится!»
«Подожди», - обратился Бенедикт к матери. «Ты серьезно? Если я не женюсь, то и
он не женится?»
«Конечно, дорогой», - сказала Лилибет, выражение ее лица было таким же
приятным, как если бы они обсуждали меню ужина. «Это ценная семейная
традиция. Старший брат должен жениться первым».
Перси посмотрел ему в глаза, и Бенедикт почувствовал укол вины.
Однако оно мгновенно исчезло, как только следующие слова вырвались из уст
Перси.
«Интересно, ему вообще нравятся женщины?»
Сердце Бенедикта заколотилось в груди, а шея запылала.
«Попридержи язык, Перси», - предупредил он ледяным голосом. «Матушка, это
устаревшая практика. Я уверен, что если младший брат настолько глуп, что хочет
жениться первым, ему должно быть позволено это сделать».
«Боюсь, что нет, мой дорогой», - сказала Лилибет тоном, не терпящим возражений.
«Это принесет семье десятилетие неудач. А у нас и так уже есть своя доля
несчастья».
«Я уверен, что будет еще хуже, если Персиваль будет держать это против меня
каждый день в течение следующих десяти лет».
«Не будь глупым, дорогой. Я уверена, что ты скоро женишься, если только
приложишь к этому все усилия. Есть много красивых девушек, которые мечтают
выйти замуж за наследника Блэкмура».
«Не уверен, что у меня сейчас есть на это время», - сказал Бенедикт, едва не
сморщившись от собственной глупой отговорки. «Слишком много дел в поместье».
«Вот видишь!» огрызнулся Перси, его тон был почти триумфальным. «Я же
говорил, что он даже не думает о женитьбе! Я в жизни не видел более
высокомерного и самовлюбленного человека. Ждать, пока Бенни полюбит кого-нибудь, - все равно что пытаться выжать воду из камня». Быстрый пинок Бенедикта
под столом заставил его замолчать.
«Это не лучшая стратегия, чтобы раздражать меня, Перс, учитывая, что твоя и
кузины Беатрис судьбы в моих руках».
«Да заткнись ты уже!» прошипел Перси. «Не притворяйся, что я тебе
небезразличен. Ты заботишься только о себе и ни о ком больше».
«Хватит, вы оба», - со вздохом вмешалась Лилибет. «Вы расстраиваете слуг.
Давайте приступим к ужину».
«Кажется, у меня пропал аппетит», - пробормотал Перси.
«Может, выпьем чаю?» предложила Мария. Все это время она стояла в комнате, не
шевелясь, как статуя.
«Я умираю», - резко сказал дедушка Генри, и комната погрузилась в шокированную
тишину.
«Что?» произнесла Лилибет, ее голос едва превышал шепот.
«Мои проблемы с сердцем оказались серьезными», - продолжил дедушка Генри.
«Доктор Хэррод считает, что мне осталось жить не больше пары месяцев».
В нутрии Бенедикта поселилось леденящее чувство. У всех сложилось впечатление, что болезнь сердца деда Генри была несерьезной. Особенно после того, как всего
два месяца назад доктор Хэррод дал такой оптимистичный прогноз.
«Должно быть, это ошибка». Перси нахмурился. «Когда ты разговаривал с
доктором Хэрродом?»
«Вчера утром».
«Должно быть, что-то можно сделать».
Дедушка Генри покачал головой. «Боюсь, что нет, Персиваль».
Бенедикт, который собирался выпить вино, отставил бокал; его настроение и
аппетит пропали. Перси заметно обмяк в своем кресле. Их дед был опорой семьи.
Без него, знал Бенедикт, она полностью разрушится.
«Не могу в это поверить», - пробормотала Лилибет, ее лицо раскраснелось, а
выражение лица стало озабоченным. «Мы должны еще раз поговорить с доктором
Харродом...»
«Пожалуйста, успокойся, Лилибет», - сказал дедушка Генри, прервав шквал
заботливых советов невестки. «Я прожил долгую и счастливую жизнь.
Единственное, чего я хочу, - это видеть свою семью единой и более близкой, чем
когда-либо прежде». Его взгляд нашел Перси. «И счастливой. Обещай мне».
Бледный как никогда, Перси кивнул. «Конечно, дедушка».
Пронзительные серые глаза деда Генри переключились на Бенедикта. «Я серьезно, Бенедикт. Перси прав, ты знаешь. Тебе нужно найти любовь. Иначе ты рискуешь
провести лучшие годы своей жизни в одиночестве и несчастье».
«Я найду кого-нибудь, дедушка», - заверил его Бенедикт. «Я обещаю».
«Хорошо», - внезапно улыбнулся дедушка Генри, его хмурый взгляд исчез. «Чтобы
хоть немного мотивировать тебя, я принял ультиматум. Как только ты найдешь
любовь, я изменю свое завещание. До тех пор в нем будет указано, что поместье
Блэкмур переходит к Персивалю».
В комнате снова воцарилась тишина.
Наконец Лилибет нарушила тишину, в ее голосе прозвучали нотки удивления.
«Что именно ты предлагаешь, отец? Что Персиваль унаследует поместье вместо
Бенедикта? Что Бенедикт будет лишен наследства?»
«Это довольно сурово, моя дорогая», - легкомысленно заметил дедушка Генри.
«Бенедикт только что пообещал мне, что скоро найдет себе компаньона. Так что нет
абсолютно никаких причин для беспокойства. Правда, Бенедикт?»
Перси выглядел таким самодовольным, что Бенедикту захотелось пнуть его еще
раз, но ублюдок убрал ноги. Вместо этого Бенедикт улыбнулся деду.
«Абсолютно.»
***
После ужина, когда Бенедикт направлялся в свою комнату, он заметил, что Перси
идет следом. Поднявшись по парадной лестнице на третий этаж и пройдя по
коридору, он уже собирался войти в свою комнату, когда услышал слова Перси:
«Итак, что ты планируешь делать?»
Бенедикт повернулся к нему лицом. «С чем?»
«Найти любовь», - сказал Перси с ноткой насмешки в тоне. Бенедикт нахмурился.
«И это твоя непосредственная забота после того, что мы только что услышали? Наш
дед умирает».
«Я ничего не могу с этим поделать», - защищаясь, ответил Перси. «Но то, что он
поставил тебе ультиматум? Весьма неожиданный ход».
«Я рад, что ты развлекаешься», - раздраженно сказал Бенедикт.
Перси пожал плечами. «Хоть раз ты столкнулся с последствиями своего
бездействия. Теперь ты в настоящем затруднительном положении».
«Заткнись». Бенедикт вздохнул. «Если дедушка Генри хочет видеть меня
влюбленным, я это сделаю».
Перси поднял брови.
«Потому что любовь можно вызвать просто по прихоти?»
Бенедикт бросил на него пристальный взгляд. «Не забывай, что дедушка также
хочет, чтобы мы поладили. Вот это настоящий вызов».
***
Бенедикт пробыл в кабаре всего час, но уже успел выпить три стакана виски, бокал
джина и излить душу своему старому другу Чарли Беллинджеру, поделившись
новостями о болезни деда, апатии, охватившей их семью, и ультиматуме, который
был предъявлен Бенедикту.
Он был опустошен этой новостью и жаждал исполнить последнее желание деда, но
мысль о браке была для него невыносима. Наблюдая за супружескими парами в
высшем обществе Шорвича, он не мог не замечать повсеместного несчастья, которое казалось нормой.
Кабаре было переполнено, от всех несло сигаретами, духами и алкоголем, а гости, выглядевшие в своих довольно откровенных нарядах необычно, имели
накрашенные лица - как мужчины, так и женщины. Его матери наверняка
понадобились бы нюхательные соли, если бы она узнала, что он посетил подобное
место.
Ярко освещенная сцена в другом конце комнаты, окруженная небольшими
