Читаем Джаггер онлайн бесплатно
В такие ночи - как прошлая - она обнаруживала, что, пошатываясь идет в коридор по покатому полу, который так и не удалось выровнять. Алкоголь усиливал неустойчивость, поэтому она наталкивалась на стены, упиралась локтями, пытаясь не упасть. Но каким-то чудесным образом она оказалась в комнате Натана. Он слишком вырос для детской кроватки, поэтому спал на детском матрасике на полу.
На данный момент матрас было лучшее, что она могла ему предложить. Когда-нибудь она купит ему какую-нибудь каркасную кровать.
Прошлой ночью она стояла над ним и смотрела, как он спит, и почувствовала, что может полюбить его по-настоящему.
Когда она вернулась на диван, то впервые с тех пор, как была подростком, помолилась. Она просила Бога не позволить своим чувствам угаснуть вместе с похмельем на утро.
Пока что чувства не угасли.
Сегодня утром она даже приготовила завтрак, не вынуждая Натана снова есть овсянку. Он с удовольствием поел яичницу. Он пел ей песни. Несмотря на чудовищную головную боль, она позволила ему петь.
Сегодня у них было самое лучшее утро за последние годы.
На улице Натан пытался закинуть биту на плечо, как будто он был солдатом с винтовкой. Толстый конец биты ударил его по лбу. Дженис услышала звук удара с того места, где она стояла, и вздрогнула, как будто это ее ударили.
Натан, выронив биту, и теперь стоял растерянный и немного ошеломленный произошедшим.
На его лбу появилось красное пятно, которое расползалось, как пролитая жидкость. Но это была не кровь, а лишь быстро появляющаяся рана. Он начал плакать, но не так, как большинство детей, которые издали бы жалобный вопль. Он понимал, что так нельзя. Когда он так начинал плакать, Дженис сразу же требовала, чтобы он замолчал. Несмотря на то, что было видно, что он хотел расплакаться от боли, он не заплакал.
От слез, выступивших на глаза Натана, заплакала Дженис.
- Мама?
Дженис сразу же перестала всхлипывать. Натан мог ее услышать. Если он понял, что она рядом, то, возможно, захочет, чтобы она его утешила. А утешать его она не умела.
Прикусив губу, она задышала через нос. Она закрыла глаза и принялась глубоко дышать.
Но она не откликнулась на его зов.
Через несколько минут Натан снова принялся за игру, как будто ничего не случилось.
Помощник шерифа Марк Варнер собирался перекусить пончиками, но, увидев на парковке
Покачав головой, Марк затормозил на светофоре.
Он ехал по центру Брикстона, или, как он предпочитал выражаться, "Фаст Фуд Централ". Несмотря на то, что Брикстон был небольшим городком, здесь находилось большое количество известных сетевых заведений, причем все они были расположены в нескольких минутах ходьбы друг от друга.
Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел на вывеске большой розовый пончик. Он невольно вздохнул. Его желудок заурчал, сообщая ему, как он зол на то, что его дразнят.
- Потерпи. Мы вернемся через полчаса, - сказал Марк и погладил рукой по своему животу.
Светофор засветился зеленым. Марк проехал на своем "Kруизере" через перекресток. Кроме него, никто не дожидался в обоих направлениях. В это время на дорогах движение практически отсутствовало. Сейчас было раннее утро, а жители Брикстона обычно выезжали на дороги не раньше обеденного времени. Мужчина наслаждался такими спокойными мгновениями. Ему крайне редко приходилось мчаться куда-то по вызову до полудня. Да, и работы после того, как он приезжал на вызов, было не так уж много.
Большая перемена по сравнению с ночной сменой.
Из-за работы по ночам он чуть было не уволился из полиции. В свободные часы - что было редкостью - он изучал брошюры из местного колледжа. Очень многие люди убеждены, что для получения новой профессии возраст не помеха. Марк был с ними не согласен. Ему сейчас было около тридцати лет, и он уже тринадцать лет работал в полиции. По его мнению, с каждой неделей его возможности становились все более ограниченными.
На ближайшем перекрестке Марк повернул налево, и поехал в сторону неблагополучного района. Здесь находилось жилье для малоимущих, которое финансировалось государством. В прежние времена, когда он работал по ночам, он мог припарковать здесь свою машину и спокойно ждать звонков. Порой он тосковал по прежней работе, хотя обычно довольно быстро овладевал собой.
Он предполагал, что такие редкие ностальгические чувства вызваны количеством времени, которое он здесь провел. Ему было что вспомнить, хотя ни одно из воспоминаний не было приятным. Не все здешние люди были преступниками. Некоторые были пленниками своих убеждений, жертвами неправильных решений. И ему было жаль их.
