Читаем Двое в маршрутке (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1 ==========

Во рту чувствовалась сухость. Петр не знал, когда и из-за чего она появлялась у него каждое утро, но нашел прекрасное решение. Не открывая глаз, Петр потянулся рукой к полу, нащупал бутылку минеральной воды, которую оставлял каждую ночь около кровати и сделал глоток. Чуть не захлебнулся.

Петр заглянул в каждый проем, каждый шкаф, каждую тумбочку и только потом, нашел свой синий галстук, который носил каждый день на учебу в школе и университете. Это была его первая покупка, и ему не хотелось расставаться с ней. Многие спрашивали его, зачем он носит затрёпанный регат столько лет? А Петр равнодушно отвечал, что это – своего рода талисман удачи, который помогал ему в учебе, а теперь и в работе. Вот бы еще этот «талисман» имел способность, учить своего хозяина порядку в доме – думал он время от времени.

В однокомнатной квартире не появлялось гостей. Изредка приходили родители, чтобы удостовериться, что их единственный сын не живет в свинарнике. К счастью, Петр не вырос свиньей и проводил уборку квартиры, при которой менял обстановку так, что на следующий день не мог найти нужной вещицы.

Сделав четыре больших глотка, Петр направился в ванную. Санузел не был раздельным, но чего можно было ожидать за квартиру стоимостью в один миллион? Только это, а также – небольшой зал и уютную кухоньку, которая больше похожа на кладовую. Но мужчину это нисколько не огорчало. Недолго, до повышения, думал он, глядя на свое отражение в зеркале. Его густая черная щетина напоминала Петру, что только благодаря ей, девушки по работе строят ему глазки. Но мужчину заботило кое-что важнее, чем щетина. В зеркале – тридцати двухлетний мужчина, чьи зеленые глаза смотрят глубоко в сознание Петра и видят пустоту.

Петру не раз приходилось ходить к психологу во время отпуска (в рабочий период принято работать, а не лечиться от апатии и депрессии), но ничего кроме частичного опустошения кошелька мужчина не выносил с сеансов у этих бесполых существ. Правильно отец говорил, нельзя обращаться за помощью, когда можно разобраться самому и, тем более, если ты знаешь, что проблемы могут подготовить тебя к их повторному визиту. Никто не застрахован от повторяющихся проблем.

Кружка со сломанной ручкой наполнилась крепким чаем, который Петр предпочитал больше, чем кофеин. Сделав глоток, мужчина посмотрел на часы. 7. 43 – время есть. Однако это несколько напрягло мужчину, поскольку в это время приезжала его маршрутка, а сейчас – неизвестно. Петр взял булку с кунжутом и пошел одеваться.

========== Глава 2 ==========

На улице тепло. Летнее время – сезон для отпуска, но не для офисного планктона, который горит желанием получить повышение. В один момент Петр подумал о поездке в деревню, к своим родителям. Он был единственным парнем на деревню, но всему приходит конец, и деревенский красавец уехал учиться.

Стоит съездить к ним, думал Петр, глядя на приближающуюся маршрутку «47». В вымытом окне виднелось знакомое лицо – Виктор – один из водителей 47-й маршрутки.

Дверь автоматически открылась, и Петр зашел в салон. Свободных мест было много, и Петр сел на то, за которым сидел всегда – около запасного выхода. Оно всегда было свободно, ведь транспорт только начинал свой маршрут, а, следовательно, салон всегда наполовину опустошен.

Прежде, чем устроиться и приготовиться ехать через весь город, Петр просунул водителю деньги на проезд. В руке двадцать два рубля, но Виктор отдал два рубля вместе с билетом.

– Витя, – только и успел произнести Петр, сжимая в руке двухрублевую монетку и бумажку.

– Все хорошо, мужик, – бодро сказал Виктор, – ты ж для меня, как постоянный клиент.

– И я рад этому. – Мужчина улыбнулся в зеркало заднего вида, чтобы Витя видел его признательность.

Несколько лет ездят вместе, так почему бы не знать того, с кем ездишь вот уже долгое время? Таким вопросом задался Виктор, когда Петр сел впереди. Это была первая поездка для обоих. Петр – недавно устроился и решил использовать маршрутку вместо такси; а Виктор – впервые сел за руль машины, в которой будет возить людей с разным характером, разными интересами, разными проблемами, разным тоном при выкрике: «На следующей будьте добры! » Виктор и Петр разговорились за две остановки, а спустя две поездки – стали чуть ли не лучшими друзьями.

– Не сядешь вперед? – поинтересовался Виктор. – Вчера новую магнитолу купил, решил, что поможешь разобраться, что к чему.

– Стрелочки, – сказал Петр, начиная краткий экскурс по магнитоле, – эта – включает следующую песнь, другая – предыдущею. Для начала – достаточно.

– Спорим, она сядет к окну?

– Если сядет ближе к двери, в следующий раз возьмешь полную сумму.

– Договорились. Ладно, давай садись – никто больше не заходит.

Автоматическая дверь закрылась. Маршрутка тронулась, толчком наклонив Петра ближе к окну двустворчатой двери, а через мгновение вперед. Петр посмотрел на своего друга. Виктор нажал на кнопку и в салоне заиграл русский шансон. Правая нога отбивала ритм мелодии, а слова влезали в голову и оседали там до момента, пока на смену им не придет более оптимистичная песня. Другим пассажирам (их было четверо) было безразлично, какая песня играет в маршрутке, поскольку в ушах – наушники, несущие собственную волну, которая погружала в индивидуальную атмосферу своего хозяина или хозяйку. У Петра тоже были наушники, но он отучил себя использовать их во время поездки.

За окном все зеленое, автомобили обгоняли 47-ю, из-за чего Виктор сигналил, и резко сбавлял скорость.

Миновав следующую остановку, на которой подобрали двух человек (мужчину с ребенком), 47-я подъезжала к следующей. Оба – Петр и Виктор посмотрели в сторону отодвигающейся двери.

В руках – кожаная сумочка с брелоком из «киндер-сюрприза». Рыжие длинные волосы собраны в конский хвост и лежат на плече. Веснушки подчеркивали ее голубые, как сапфиры, глаза, а они, в свою очередь, искали свободное место. Их достаточно, пока Виктор не приедет к остановке жилого квартала, на которой, каждый день, стоят около десяти человек, а то и больше. Рыжик села к окну. «Эх», – вздохнул Петр в своем мутном разуме.

Петр давно заприметил эту огненно-рыжую красавицу. Она садилась в 47-ю каждый рабочий день и, каждый раз Петр не мог думать ни о чем, кроме нее. Сколько Петр себя помнил, у него не было девушки. Романы были, но они заканчивались после первой ночи. Мужчина научился отличать животную страсть от чувств, которые заставляют сердце разгореться сильнее, а язык лишать возможность сказать что-нибудь разборчивое и логичное.

Девушка смотрела в окно. Она не видела, что Петр смотрит на нее, скорее всего, как озабоченный дурак, который заслуживает хорошей пощечины.

Виктор остановился около остановки жилого квартала. Люди, как волна наполнили салон и заняли свободные места. Петр напрягся. Он не любил большие скопления людей, а не любил он их потому, что в одной такой суматохе хорошо получил под дых локтем и обидчик не посмел даже извиниться. Петр хотел справедливости, он искал ее везде, но люди давно смирились с ее частичным отсутствием и искали логику. Подумав логически – найдется логическое объяснение. Но в чем состояла логика ударять человека локтем?!

Мужчина откинул голову и прижался к спинке сиденья. Помедли он на секунду, сумка «Nike» ударила бы его в лицо. Петр посмотрел в сторону девушки, – узнать, кто к ней подсел. Жизнь учила многим урокам, и Петр запоминал их. И один из них – научил Петра принимать решения быстрее, прежде чем произойдет неблагоприятный исход для него. Он забеспокоился, что к рыжей девушке подсядет какой-нибудь мачо с карамельным загаром и накаченным телом. К счастью, такие в маршрутку не садились, но погода изменчива и, что принесет следующая поездка – никто не знает. Вдруг зайдет актер или певец? Петр запечатлел одну поездку, когда в маршрутку сел молодой человек, который строчил что-то на планшете с внешней клавиатурой. Им овладело любопытство, и он подглядывал в планшет. Странное название для какого-то романа или чего-то еще на двести с чем-то страниц. Под названием, мелким шрифтом, с которым печатал сам Петр, написано имя автора. Мужчина не придал этому значения или, скорее всего, переключился на вошедшую в салон девицу. А спустя год или чуточку больше – Петр ходил в книжном магазине и наткнулся на книгу в твердом переплете. То же название, тот же автор. Вот и сейчас Петра волновало, что к рыжей красавице подсядет какой-то молодой человек, который стремиться к славе. Как и в предыдущие поездки, к девушке садились одни женщины, чтобы быть ближе для своей сдачи в несколько монет.

Петр хотел поговорить с этой девушкой. Давно хотел. Обдумывал с чего начать разговор, если тот будет иметь отдачу от обоих людей.

Но, к глубочайшему сожалению, у Петра был крохотный недостаток; его волновало, что будут думать люди при его действиях. Этот страх засел в нем еще с детства. Постоянные издевки со стороны одноклассников заставляли его вести себя тихо, не привлекать к себе внимания. Разумеется, Петр стал использовать оружие своего врага против него же самого. То есть, знать пределы дозволенного. Такого, которое не повлечет за собой издевательств. Времена стебов закончились, но теперь, на смену им, пришло нечто хуже. Общественное мнение. Оно волновало Петра сильнее, чем что-либо. В голове, в правом полушарии творился шторм. Одно мнение потустороннего пассажира сталкивалось с десятком таких же мнений других людей, которые сидели в маршрутке. И этот шторм не успокаивался, пока рыжая девушка не выйдет на своей остановке.

– На следующей остановке, будьте добры, – сказала девушка, приготавливаясь к выходу. Она поправила свою кожаную куртку и поднялась с места.

В голову Петра приходила мысль – выйти следом за ней, заговорить на улице. Там-то всему обществу все равно с кем ты говоришь – у них своих дел полно.

Виктор подъезжал к следующей остановке. Петр сказал:

– На следующей!

– Окай, – сказал водитель и показал большой палец в салон.

Петр уже одной ногой был на улице, как Виктор сказал вслед:

– Скорее всего, вечером тебя отвезет – Леха!

Петр показал большой палец в знак того, что услышал своего друга.

========== Глава 3 ==========

Офис Петра – его отдельная территория от общего многоэтажного здания с широкой и шикарной панорамой на город. Разумеется, это было преувеличением. Шикарным вид будет только тогда, когда окна будут выходить на Уолл-стрит. На данный момент ничего, кроме старых домов и заводских построек на окраине города, в окнах не было.

Кабинет не был оборудован по фен Шую. Шкаф с документами там, куда можно подкатить на кресле; стол – там, куда солнечные лучи не попадут на монитор, не будут мешать работать. У каждого офисного планктона, на столе была фотография с семьей, ради которой он сидит здесь и горбатится перед монитором. У Петра не было фотки даже с его родителями. Фоток с мамой и папой в телефоне завались и больше. Мужчина с первых дней своей работы наклеил три плаката: один с изображением фильма Джорджа Лукаса, второй – с его любимой музыкальной группой «Кино», а третий – пейзаж Новой Зеландией. Выглядело ли это странно для взрослого мужчины, но Петру нравились эти плакаты, нравились люди, которые играли в его любимом фильме, играли, а его любимой группе, а также пейзаж, который Петр узрел своими глазами, когда закончил учебу в университете. Он не мог не влюбиться в те края.

В дверь постучались и, не дожидаясь ответа от Петра, в кабинет зашла девушка. Она была блондинкой с карими глазами, слабо-выявленными мешками под ними. Деловой костюм хорошо сидел на бизнес-леди. Она сжимала в руках папку с рабочим планом на сегодня и положила ее на стол к Петру. Мужчина посмотрел на коллегу недоуменным взглядом, который говорил: «Это все мне? »

– Не смотри на меня так, – сказала блондинка. – Сам говорил, что хочешь повышения, так знай, что это, – она посмотрела на папку, – неотъемлемая часть твоей карьеры.

– Алеся, – остановил ее в преддверии Петр, – я здесь работаю уже несколько лет, беру всю это макулатуру и выполняю ее, но мне кажется, что не это может проложить путь к повышению.

– Скажи это начальству, – сказала Алеся, – я вообще нахожусь на ранг ниже тебя. Мое дело – разносить рабочий план всем, кто сидит в отдельных кабинетах с видом на весь город.

– Ладно, прости. – Петр не хотел вешать проблему с повышением на ту, которая даже не представляет трудности Петра с этими планами. – Иди, я, наверное, тебя задерживаю.

– Нет. Твой план был последний, я – пойду в курильню. Ты пойдешь прежде, чем начнешь работать?

– Ты же знаешь, что я ЗОЖ-ник, Алесь.

– Никогда не поздно присоединится к коллективу других работяг.

«Присоединиться, – думал Петр, смотря на девушку и поражаясь тому факту, что она курит, – и вредить своим легким».

Заводить лекцию о вреде курения, Петр не стал, но сказал:

– Может в следующий раз.

– Как знаешь, Петрушка. – Алеся ухмыльнулась, доставая из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет.

Для Петра, здоровый образ жизни, – как честь, которую никто не отстоит кроме него самого. И из-за этой чести, его мало куда звали в пятничный вечер. В компании пьяных должен быть один трезвенник, но, которого можно было бы споить. Петр не подходил под этот разряд. Он не пил и не курил, как большинство его коллег. Но был худым, что многие вещи просто висели на нем.

– Мышцы, – говорил отец, – дают тебе силу, а опрятным может быть даже «велосипед» типа тебя.

Слова отца ставились под сомнения, когда девушки тянулись к красавцам, у которых было время и на работу, и на физические тренировки. У Петра не было времени на спортзал. Только работа.

***

В первый же рабочий день, Петр установил связь со своим начальником – Жуковым Александром Николаевичем. У обоих было хорошее предчувствие, что вместе, сообща – они добьются большего. Это светлое будущее продолжалось долгое время. Уходили опытные рабочие, приходили новые люди, у которых не было ни опыта, ни энтузиазма, ни планов, как решить проблему с бюджетом кампании. У Александра Николаевича была одна надежда на Петра, этого тихого парня, который больше делал, чем красочно рассказывал о своих планах.

Петр шел по коридору. Ковер перед дверью начальника говорил: «Вытирать ноги». Насколько мужчина помнил, его начальник – чистюля, который разойдется не на шутку, если увидит состояние квартиры своего лучшего, без повышения, работника.

Мужчина подумал еще раз, стоит ли сейчас говорить о повышении? Руки вспотели и становились липкими. Ноги будто прибили к полу гвоздями, не давая возможности пройти дальше коврика с надписью. Кое-как, рука поднялась на уровень груди и сжалась в кулак.

Удар костяшками о дверь.

– Войдите, – раздался голос начальника.

«Назад пути нет», – подумал Петр и открыл дверь в кабинет.