Читаем Душегуб (СИ) онлайн бесплатно

...Опять явился он, одетый тьмой,

Незримый для меня, со мною рядом,

Он здесь, он здесь, своим холодным взглядом

Следит за мною он, одетый тьмой...

Архимандрит Иоанн

5 745 год от Рождества Христова.

Третье тысячелетие стало переломным моментом для всего человечества. Техногенная катастрофа и столетняя мировая война, произошедшие с тех пор, полностью изменили облик земли. Мир разлетелся на части, раскрошившись на крупные и мелкие осколки. Планета существовала в виде подвешенных в воздухе островов. В самом ее центре внутреннее ядро, вращающееся по какой- то необъ-яснимой причине с той же скоростью, с какой двигался древний Земной шар, все еще грело наши территории, как второе солнце. Вода удивительным образом кур-сировала между этих раздробленных частей, обрушиваясь на них проливными дождями. Основные водные массы зависали во впадинах между островов, в виде постоянной облачности.

Мы боялись изменения климата хоть на один градус, поэтому все системы, обслуживающие человечество, были полностью замкнутыми и экологичными - древние гордились бы нами. Тем не менее, хоть природа и пыталась воссоздать то, что мы разрушили, государство активно ей помогало: куски суш, между собой, были дополнительно скреплены огромными надежными магнитами, города же со-единялись красивыми подвесными мостами, линии метрополитенов, испещряли своими коридорами нижние миры, дополнительно обеспечивая невозможность летающих островов удалиться на большее расстояние.

Автомобили и общественный транспорт не походил совершенно на свои предыдущие поколения. Они полностью видоизменились, преобразовавшись в подобие летающих аппаратов. Движение было очень активным, поэтому для его упорядочивания, использовались специальные воздушные коридоры. Коридоры могли блокироваться, либо же создаваться по новой очень быстро, в зависимости от загруженности самой линии. Все это управлялось с помощью компьютеров и Центрального Управления за Движением Наземного Транспорта.

Теперь мы называемся Объединенная Земля. Единое правительство руко-водило всем. Политическая система- конституционная монархия, во главе с пре-мьер- министром. И хотя, официально считается, что мы демократичное образо-вание, наш режим откровенно тоталитарный, что естественно в таких условиях: достаточно сложно контролировать настолько разношерстную систему человече-ских ценностей, культур, религий на большом расстоянии.

То и дело, на отдаленных Северных территориях, на месте бывшего Ав-стралийского материка и в Отделившейся Африке, вспыхивали восстания, кото-рые очень жестко подавлялись со стороны правящих. Специальные телевизион-ные шоу, показывающие круглосуточно, как убивают недовольных и восставших, сводили на нет всякое инакомыслие у социально положительных граждан и боль-шинства простого населения.

Острова делились на частные и общие территории, каждая их них была по своему уникальна. Люди старались улучшить имеющийся клочок земли, букваль-но за свой счет, в надежде выиграть в мировом рейтинге островов, с возможно-стью получить дополнительные дотации от государства, на развитие и процвета-ния их района. Экономически благополучные граждане кучковались вместе и ста-рались не допускать чужаков. Иногда более богатые соседи, объединившись, мог-ли выгнать не успешного человека за пределы своего острова. Бедных выселяли в нижние миры.

Красота и удобство районов не возможна без обеспечения безопасности, поэтому особое место в системе имели люди, задействованные в силовых струк-турах. Именно они обеспечивали внутренний порядок на местах.

Я частный детектив. Наша роль не настолько важная в судебно-правовой системе Объединенной Земли. Раскрытием преступлений занимаются государ-ственные детективы- обычная полиция, особо важными делами секретная поли-ция, и все это подконтрольно Комитету. Частный сыск, к коему я относилась, был скорее аппендицитом или рудиментом в этой системе. Тем не менее, нашу работу принимали независимые суды. Таким образом, не являясь по сути государствен-ной структурой, мы могли в некотором роде выполнять надзорную функцию при совместных расследованиях с полицией, либо проводить свои независимые рас-следования, когда граждане не хотели подавать официальных заявлений. Благода-ря нам, людям иногда удавалось выкарабкиваться из достаточно сложных ситуа-ций, когда их право было нарушено несправедливостью такой огромной системы, которая несомненно давала иногда сбои.

В частные сыщики подавались те, кто не пробился на официальную госу-дареву службу, у кого не хватало денег или связей, чтобы умаслить придирчивого экзаменатора. Я же выбрала частный сыск после того, как моего отца, занимающе-го достаточно высокий пост в полицейском управлении, убили по дороге домой. Старая история, о которой я не любила вспоминать.

Эхо от каблуков глухо разлеталось по окрестностям одного из районов, по которому шла сейчас. Полы моего черного плаща взлетали каждый раз от порыви-стого ветра. Остров Лондон- десять, так называлось место, куда волей случая за-кинула меня судьба. В конце улицы я увидела проблесковые маячки полицейских фонарей, которые ограничивали пространство места преступления, полностью покрывая его голограммой от случайных прохожих. Поплотнее укутавшись, при-бавила шаг. В небе блеснула молния, предвещая начало грозы и не факт, что нахождение снаружи будет безопасным для меня. Ливни были настолько сильные, что могли попросту смыть тебя с земли и тогда только лететь вниз, до второго солнца, пока то не сожжёт тебя, как мотылька. Заградительные сооружения, вы-ставленные по периметру летающих суш, не всегда могли спасти.

Дело, по которому я сегодня прибыла в это место, было исключительным- меня пригласил начальник полиции. Седовласый восьмидесятидевятилетний мужчина был близким другом моего отца и его напарником. Резко взбунтовав против моего выбора стать частником, он любил подкидывать мне дела особо сложные или же те, которые требовали особой внимательности, таким образом он убивал двух зайцев сразу: показывал своим детективам, какие они бездарности, если у меня получалось лучше, или же показывал мне, как я много теряю, не нахо-дясь на положенном мне месте государственного следователя.

Практику найма частных лиц использовали полицейские для того, чтобы гарантировать обществу присутствие независимых экспертов. К такому прибега-ли, когда была замешана важная шишка, делу было предана огласка в СМИ, либо, заинтересованные в быстром и качественном результате лица, настаивали на этом.

В этот раз меня не покидало тревожное чувство, оно плотно засело где- то под ребром и ныло, как колено в плохую погоду, не давая успокоиться. Я долго смотрела на экран часов, в котором отражался вызов. Не решившись отклонить звонок, ответила:

- Слушаю.

Дочка, ты как? - "дочкой" Том называл меня исключительно наедине, по-этому я поняла, что он находится сейчас один, полицейский продолжил: - тут та-кое дело...

На линии замолчали. Слышала его дыхание, поэтому ждала: странно, начальник полиции, который на своем веку насмотрелся на много чего, никогда не выискивал подходящие слова, когда дело касалось передачи фактов, тут же он явно был в некотором ступоре, что не укрылось от меня и заставило насторожить-ся. Может раздумывает, привлекать ли меня вообще? Вздох. Он решился:

- Мне нужна твоя помощь. Ты свободна сейчас?

- Конечно, - ответила я, - для тебя я всегда свободна.

- Мне ограничили возможность сообщать информацию по этому делу, даже по нашей защищенной линии, поэтому сообщу так: ты мне нужна, как специалист для оказания помощи в расследовании. Точные указания ты получишь на месте.

- И когда мне необходимо явиться?

- Сейчас же, незамедлительно.

- Скидывай координаты, - с грустью посмотрела на себя в зеркале. Голова мокрая после душа, с темно рыжих завитушек капала еще вода. Зверски уставшая, не спала двое суток, выслеживая злостного должника в нижних мирах и, букваль-но уже представляла, как просплю сутки напролет. Об этом не скажешь, мы вооб-ще не склонны рассказывать и показывать свою слабость. Такую роскошь, как от-казаться от дела я все-таки не могла себе позволить, тем более дело предлагалось Томом.

После произошедшей трагедии с моим отцом именно он взял на себя опеку надо мной. Бабушка, единственная из оставшихся в живых родственников, не могла физически заниматься такой активной девочкой, какой я была в детстве, она находилась в доме престарелых, где за ней обеспечивался присмотр.

Вторым ударом для меня стал ее уход. Буквально через месяц, после похо-рон сына, она ушла из этого мира. Теперь остался только Том. Хотя его воспита-ние было достаточно жестким, навыки, которые он мне привил, не раз спасали в трудных ситуациях.

К счастью, пока летела на автомобиле к месту, указанному Томом, смогла немного отдохнуть. В машине присутствовал небольшой руль, схожий скорее с штурвалом древнего самолета и панель управления со встроенным монитором. Небольшая жёлтая точка, мигающая на нем, показывала сколько осталось до места назначения. Я сидела, удобно устроившись в своем кресле и читала новости на планшете, мануально управлять своим автомобилем не было необходимости: мне выделили специальный государственный коридор, по которому двигалась соглас-но скорости, задаваемой Центральным Управлением.

Частным сыском занимаюсь около пяти лет. От убийств до мошенниче-ства- моя категория дел была обширна, и, раньше, перед тем, как приступить к расследованию, я ощущала лишь легкое волнение, трепет, предвкушение в конце концов, теперь же, предчувствие чего- то темного и сгущающегося над моей го-ловой, заставляло нервно передергивать плечами.

Не добрые мысли продолжали кружиться в моей голове, когда я вступила через границу, отделяющую пустынную улицу от места преступления. Внутри, под куполом, было светло. Подвешенные фонари обеспечивали освещение, как в лаборатории. Специальные летающие компьютеры- дроны сканировали мест-ность и брали пробы служащие. Определив, куда мне необходимо направиться, я отрапортовала, подбежавшему ко мне для сверки документов, полицейскому.

Место, к которому я подошла, представляло собой накрытую темным поли-этиленовым пакетом гору, вокруг которой стояло четверо мужчин.

Один собственно говоря Том Страйк, пригласивший присоединиться к расследованию. Двое других, стояли немного поодаль и были весьма свободно одеты, из чего я смогла сделать выводы, что передо мной такие же как и я, част-ные сыщики. Другой мужчина, из всей этой четверки, сразу привлек мое особое внимание.

Высокий, практически под два метра роста, платиновый блондин. Его коса, заплетенная необычным образом, свисала практически до пояса. Он был похож на древнего воина. Крупные глаза, по форме похожие на азиатские, темная, оливко-вая кожа, глаза светлые, стального цвета, практически прозрачные. Парадокс в его внешности заставлял меня неотрывно рассматривать его с ног до головы, настоль-ко интересным и необычным был индивид. Темный плащ, чем - то похожий на мой, армейские сапоги, черная майка. Казалось при такой погоде он совершенно не мерз, в отличие от всех нас, стоящих с красными носами.

- "Генетический выродок?" - подумалось мне. Странно, я думала, что та-кие практически перестали встречаться на земле. Ранее, древние экспериментиро-вали с ДНК, клонированием и смешением рас. Особо выдающиеся "гении" пыта-лись скрещивать людей с животными, стараясь передать человеческому организму быстроту и неуязвимость последних, то что получалось после этого, подлежало полнейшему уничтожению в силу их неуправляемости, либо агрессии, либо еще по каким- либо показателям опасности для населения планеты. В настоящее вре-мя, все генетические эксперименты были под строжайшим запретом и карались смертной казнью.

Я же склонялась к тому, что скорее всего, подобные разработки просто пе-рестали принадлежать крупным частным корпорациям и, где-нибудь, на далеком Сибирском острове под номером N, правительство спокойно, в тайне от общества, занималось особенно удавшимися экспериментами прошлого.

Этот огромный мужчина, отчего-то хмурившийся все сильнее, был тому ярчайшим доказательством. Тут я услышала легкое покашливание Тома, он пытал-ся отвлечь мое внимание от генетического чуда, которое, как оказалось, я разгля-дывала слишком долго и откровенно.

- Товарищи, разрешите представить вам лучшего независимого сыщика, Станиславу Никитину.

Сыщики слаженно кивнули мне, приветствуя. Блондин даже бровью не по-вел, он в очередной раз слегка скривился, было видно, что его явно что-то напря-гает или же раздражает. Ладно, может мне и правда стоит прекратить так откро-венно пялиться на него.

- Станислава, это Николай и Фредерик, они будут, так же как и ты, вести стороннее наблюдение и расследование, чтобы обеспечить максимальную беспри-страстность. Ну что, начнем? - тут полицейский откинул пластиковое покрывало и нашему взору предстало нечто.

Когда-то это нечто явно было человеком, судя по объему останков, лежа-щим на брусчатке. В момент, когда я подалась вперед, к телу, Николай, не выдер-жав специфического запаха, исходящего от трупа, отбежал в сторону, выбрасывая содержимое своего желудка, прямо на мостовую. Лаборанты с ужасом наблюдали за происходящим, конечно, ведь по процессуальным правилам, им придётся все это запротоколировать и взять пробы того, что выливалось сейчас на мостовую. По их глазам я поняла, этих парней возненавидят и отчет по микробиологическим пробам мне наверняка выдадут раньше, чем им. В отличие от своего напарника, Фредерик держался, но давалось ему это не легко. Побывали бы вы с мое в ниж-них, значит ребята специализируются на высшем обществе только, и в нижние не спускаются, хотя... Я снова вернулась к телу.

- Позвольте, - присела на корточки, рядом с трупом.

Тело было смешанно в мясорубку, обрывки одежды, костей, клоки волос, все находилось в оболочке какого- то геля. Человека буквально тщательно размо-лоли, а потом все останки сгрудили прям посреди улицы. Отличительной особен-ностью было то, что частицы, застывшие в этом желе подобном составе, не содер-жали остатков крови, либо же они были совершенно не значительными.

Я вопросительно посмотрела на начальника полиции. Том махнул рукой, разрешая мне приступить к своему исследованию. Дрон, круживший рядом подле-тел и начал контролировать мои действия, записывая и передавая все в центр по-лицейского управления, где отряд из высоко квалифицированных специалистов, не выезжая на место, начнет незамедлительно собственное расследование, могу отметить, что скорее оно началось не менее двух часов назад, как раз именно в то время мне позвонил Том и пригласил присоединиться к делу.