Читаем Древолюди М бва онлайн бесплатно
— Значит, тебя интересует крупная дичь, — сказал безногий человек. — Каков намеченный маршрут?
— План таков, — ответил я, — сначала вверх по Конго до его верховьев, затем внутрь страны, через горы Луны в Уганду, и…
Я остановился удивленный. Человек без ног смотрел на меня с любопытной смесью страха, ненависти и предупреждения. Выражение его лица было настолько странным, что я замолчал посреди предложения.
— Измени свой маршрут! — резко сказал он. — Не пересекай горы Луны — если хочешь вернуться назад!
— Чепуха! Я охотился на тигров в Индии, на черных пантер в Индокитае и за рубинами среди охотников за головами в Папуа. Я не боюсь ничего, что ходит.
— Да, — сказал безногий человек, и снова любопытное выражение отразилось на его чертах. — Но будешь, если продолжишь начатое. Посмотри на меня! От моих ног не осталось ничего, кроме пней — это все, что у тебя будет, когда ты вернешься с гор, если ты вообще вернешься.
Я осторожно пощупал свою ногу, как будто хотел убедиться, что она все еще здорова. Я был готов посмеяться над ним, но никогда не знаешь, чему можно верить, находясь в Африке.
Почему моя лодка остановилась в этой грязной адской яме на Золотом берегу, я не знаю, но здесь мы должны были простоять всю ночь, и я сошел на берег, чтобы нарушить однообразие душных дней в море. Но лучше не стало даже после захода солнца. Яростная, горячая жара не отступала, заставляя вас просто истекать потом. Неприятный запах, наполовину местных, наполовину разлагающейся растительности, который, казалось, был в каждой деревне. И над головой огромная красная луна, которая была почти такой же горячей, как солнце.
Как обычно, я оказался в одном общем магазине города, который заменял здесь салун. Выпивка в тропиках не охладит тебя, но может отвлечь от других вещей.
Небеса знают, что это была достаточно убогая хижина, полная паразитов. Единственным белым человеком в этом месте был безногий человек. Мы мгновенно заметили друг друга. Прошло совсем немного времени, как мы уже вместе выпивали и постепенно расслаблялись, пока я не начал рассказывать ему о цели своей поездки — сборе музейных экспонатов и поисках следов раннего человека в Центральной Африке.
Это было то, что очень ужаснуло его. Он выглядел обеспокоенным с тех пор, как я упомянул о моей поездке. Но я получил много ценной информации от случайных знакомых, и если за горами Луны таилась какая-то неожиданная опасность, я бы хотел узнать, что это было.
— Ты, очевидно, думаешь, что следовать по предложенному мной маршруту небезопасно. Почему? Расскажи мне об этом, — призвал я его и заказал еще выпивки.
Безногий мужчина смотрел на меня пристальным испытывающим взглядом. Все, что он нашел, казалось, удовлетворило его.
— Ты когда-нибудь слышал об экспедиции Энгли-Ричардса? — начал он.
— Да. Они двигались по тому же маршруту, по которому следую я, несколько лет назад, не так ли? Энгли умер от малярии, а Ричардс исчез после какого-то ужасного опыта. Потерял обе…
Внезапно я остановился.
— Ноги, — закончил за меня мой собеседник. — У тебя хорошая память. Я Даниэль Ричардс.
Имя шокировало меня, хотя я был наполовину подготовлен к этому. Никто еще не знал всю историю той злополучной экспедиции. Вся моя заинтересованность и внимание теперь сосредоточились на том, чтобы слушать.
— Наша экспедиция действительно была двойной, — продолжил он. — Энгли, как и ты, охотился за выдающимися экспонатами для музеев. У меня была государственная поддержка, чтобы наметить карту формирования земель и месторождения полезных ископаемых — своего рода геолог-разведчик.
Мы объединили средства для взаимной выгоды. Большая часть страны, через которую мы проходили, была не исследована. Даже сегодня невозможно сказать, что может оказаться в каком-то глухом и отдаленном месте. Мало кто изучал тайны Африки. Мы вместе проделали путь до Конго, и это была дьявольская поездка. Я всегда ненавидел джунгли — кажется, что в них обитает все вредное — змеи, которые атакуют без предупреждения, плотоядные растения и огромное количество ядовитых насекомых и смертельной растительности, о которых наука пока ничего не знает.
Ну, мы взяли последние припасы в Коле, а затем двинулись через континент на восток. Мы шли дальше и выше и вскоре оставили джунгли позади, и я почувствовал себя лучше. Мы не очень быстро продвигались. Я должен был составлять карту земель, по которым мы шли, хотя на пути было не так много редких животных для мешков Энгли.
Должно быть, прошло более двух месяцев с момента начала нашего пути, прежде чем мы достигли стоянки у подножия гор Луны. Мы уже вошли в один из больших неизведанных участков. Мы разбили лагерь и решили разделить наши припасы на пару недель. Энгли хотел поискать образцы на равнинах. А я тем временем хотел наметить скальные образования впереди.
Поэтому мы решили расстаться. Через две недели мы снова должны были встретиться в нашем лагере. Если один из нас не вернется к концу четвертой недели, другой должен отправиться по его следу, чтобы выяснить, в чем дело.
Рано утром, в соответствии с нашим планом, я и мои шестеро парней из Негучи отправились в горы. Энгли и его шестеро человек направились на юг к лучшим охотничьим землям.
Мы пересекли горы Луны за три дня, но нам повезло найти проход, иначе нам бы понадобилось гораздо больше времени, чтобы пройти обходным маршрутом. Я нашел одно сильное извержение вулканического происхождения, которое могло содержать алмазы, и несколько месторождений кварцита, которые содержали золото, серебро и ртуть. Можно наткнуться на целое состояние в самом сердце Африки, если считаешь, что риск стоит того.
За горами Луны я решил остаться на несколько дней. Это были в основном покрытые травой земли, с изредка появлявшимся тут и там искривленным деревом и случайным болотом. Я заметил несколько канюков в первые пару дней, и одно небольшое стадо антилоп. Но дичь была невероятно скудной. И мы не встретили ни одного туземца с тех пор, как разбили лагерь.
На шестой день пути я вообще не увидел ни одного живого существа вокруг. Ничего, кроме высокой травы и вечного солнца. Парни-негучи внезапно замолчали. Это плохой знак, когда ты не слышишь, как они болтают.
В тот день я увидел низкий холм на северо-востоке и сразу же направился к нему.
Негучи начали отставать.
— Двигайтесь, ленивые дьяволы! — вскричал я.
Один из них заговорил на своем диалекте:
— Нет ходить дальше. Эта плохой страна. М`бва там, — и он указал на далекий холм. — Видеть! Чернокожий воины держаться дальше. Птицы, звери, они нет ходить. Все бояться М`бва.
— М`бва? Что это?
Он пожал плечами. Я проклинал, ругался, предлагал ему «наживку», почти бросился на него с кулаками. Но не смог вырвать ни единого слова. Если уж на то пошло, это было все, что я мог сделать, чтобы шестерка Негучи продолжала путь, даже предлагая им двойную оплату.
Мы разбили лагерь в ту ночь у подножия холма. Негучи сгрудились у танцующего огня. Ночь была странно тихой для Африки. Мы словно оказались в пустыне. Я слышал только шелест травы и ничего более. Когда ты привыкнешь к большим кошкам и ревущим хищникам Африки, тишина словно причиняет боль.
На следующее утро я проснулся в еще большей тишине. Один взгляд подсказал мне, что Негучи сбежали. Мои вещи были целы, но я словно впал в дикое безумие на несколько минут.
Я мог повернуть назад, но не стал. Я сделал тайник с вещами и решил перебраться через холм, там провести ночь, а затем — на восьмой день — начать свой путь обратно. Мое любопытство было вызвано очевидным страхом темнокожих парней перед тем, что ждало их впереди, и их дезертирством. Я взял с собой только немного пищи, но набил себе пояс и карманы патронами.
Тишина действовала на нервы. Мне не нравилось то, что я видел вокруг. Безоблачное небо — и нигде ни одной птицы. Шелест трав — и не единого звука насекомого или какого-нибудь животного. Там не было ничего живого, кроме меня в поле зрения или слуха.
Но я продолжил путь. Холм был недалеко. Я достиг его и поднялся еще до полудня. На его вершине было травянистое пространство, и я мог увидеть другой холм на расстоянии, поэтому я знал, что ниже должна располагаться долина. Я шел по плоской вершине холма, пока не достиг внутреннего склона.
Прямо там я испытал нечто похожее на шок. Низкая круглая долина простиралась подо мной, и холмы окружали ее, словно кольцо. Она была совершенно плоской, примерно две мили или меньше, и в ней не было ни единой травинки. Почва была грязно-серой. И посреди этого стояла странная структура, отливающая красным на солнце. Я никогда не видел ничего подобного. Сначала я думал, что это пирамида, потом я мог бы поклясться, что это был обелиск, но в следующий момент это выглядело как сфера. Я протер глаза и отвернулся, прикинув о том, что я знаю о миражах, затем вновь взглянул вниз, — там была странная вещь, блестящая красным металлом и постоянно меняющаяся.
Это было странное зрелище, но кое-что вновь удивило меня. Вокруг вещи рос ряд деревьев, может быть, двадцать или больше. Деревья различались по высоте, самое высокое слева от меня переходило к самым маленьким справа от меня. И каждое из этих деревьев выглядело как человек, стоящий на страже!
Волосы зашевелились на моей голове. Самое дальнее левое дерево стояло, как неуклюжий великан высотой в сто футов; правое больше походило на обычного человека. Между ними были другие деревья, увеличивающиеся в размерах. Никаких ветвей или листьев, как на деревьях, которые я знал — только по одной жуткой ветки свисало с каждого бока, и круглый нарост похожий на шишку был там, где должна располагаться голова.
Казалось, рябь холодного ветра поползла по мне, но я начал спускаться по склону, пока не достиг долины, и шагнул на порошкообразную серую почву. Я не знаю почему. Любопытство возможно. Или просто проклятое мужество, которое не дает вам ничего испугаться. Если ты однажды сдашься, ты умрешь.
Я остановился примерно в ста ярдах от деревьев, откуда хорошо мог их рассмотреть. Именно тогда я почувствовал приступ паники, потому что самое маленькое дерево посмотрело на меня глазами живого человека! Руки его свисали безвольно вниз. Остальные деревья росли ближе к большому, которое уже не казалось человеком, за исключением его огромных ветвей и пяти искривленных веточек, как пальцы, спускавшихся с конца каждой конечности.
А позади них было то странное сверкающее красным металлическое строение, которое постоянно изменялось, вот оно как пирамида, конус, шар — Бог знает, как это происходило на самом деле, я не могу сказать. Мне показалось, я увидел надписи на нем, но этого языка я не знал.
Желание убежать нахлынуло на меня, ужас от какого-то неизвестного зла охватил меня, но почему-то я продолжал стоять, бдительный и настороженный.
Я не видел, как он пришел. Может быть, он скрывался за деревьями или за этой металлической структурой. Я не знаю. Но вдруг он совершенно внезапно оказался в пятидесяти ярдах от меня, ужасно сморщенный чернокожий старик, с таким же нездоровым лицом, как серая земля вокруг, и с пустым взглядом в глазах. Более того, он шел прямо на меня, в этом не было никакой ошибки.
— Стой! — крикнул я и поднял свою винтовку.
Он даже не сбился с шага. В полном ужасе, я зарядил ему с двух стволов в грудь. Я видел, как пули впились в него, но он даже не дрогнул, и ни капли крови не появилось из странной плоти вокруг отверстий.
Затем я повернулся, чтобы бежать, а он обрушился на меня как ветер. Его тело было ледяным, его глаза были мертвы, как у трупа, и я знал, что столкнулся с чем-то за пределами самого страшного сна. Он не издал ни звука, в его мертвых глазах не сиял свет жизни или интеллекта, он двигался, как живая смерть, бездушный, неумолимый, его плоть была как лед, а сила невероятной.
Он бросился на меня сзади, но я согнулся и перебросил его вперед над собой. Я знал, что мое оружие бесполезно. Поэтому я прыгнул на него сверху и сомкнул пальцы на его горле. Но из этого ничего не вышло. Он словно не обратил внимания на мою хватку, но механически вертел вокруг своими руками, и вдруг мои запястья были схвачены.
Обезумевший от ужаса из-за этого монстра, которого ничто не могло уничтожить, я ударил ногой, вырываясь из захвата, затем вскинул руки, разбив ему лицо, и бросился головой вперед, нанеся удар в живот. Он рухнул, как мешок муки, но сразу же вскочил на ноги, словно распрямившаяся пружина.
Через десять минут все было кончено. Я был крепко связан. Нечеловеческое существо поднялось без каких-либо признаков эмоций на его серовато-сером лице или звуках сбившегося дыхания, хотя мои легкие с трудом глотали воздух. Он направился к вращающейся красной структуре. Через минуту он появился снова и направился ко мне. Я увидел блестящие ножи в его руках и другие предметы.
«Это конец», — подумал я и задался дурацким вопросом, найдут ли когда-нибудь меня.
Но нож не вонзился в меня, как я ожидал. Эта тварь разомкнула мне зубы своими отвратительными пальцами, от прикосновения которых меня чуть не вырвало. Затем вниз по горлу потекла густая жидкость, которая, казалось, горела и обжигала, как огонь, а потом застывала и замораживала кровь в моих венах. Словно во сне, я видел, как эта тварь делает длинные разрезы на моих ногах, а так же занимается другими предметами. Но я не чувствовал боли, только сильную тошноту и постепенно самый милосердный сон, который я когда-либо знал, снизошел на меня. Мое последнее воспоминание было рассеянным.
Я проснулся с тяжелым, вялым чувством оцепенения. Я, казалось, стоял, но почему-то не мог пошевелиться, хотя немного покачивался. Мне потребовались огромные усилия, чтобы открыть тяжелые веки.
Нечто вроде вялой внутренней дрожи прокатилось по моему телу от того, что я увидел. Мои ноги были утоплены в земле. Я находился в кругу тех людей-деревьев. Как долго я пребывал в оцепенении ужаса, я не знаю. Наконец-то что-то сломалось, и я взмахнул руками, которые были тяжелыми и слабыми, хрипло закричал, дергаясь, пытаясь сдвинуться хоть на дюйм. Я остановился, только когда мрак шока и истощения охватил меня.
Я снова проснулся от невнятного шепота. Неужели мои уши обманули меня? Я внимательно прислушался.
— Чужак, ты меня слышишь? Мое время почти истекло, и я долго ждал.
Медленно, с большим трудом мне удалось открыть глаза и повернуть голову. Ближайший ко мне человек-дерево смотрел в мою сторону. Жалость, отчаяние, страдание все было в его глазах.
— Да, — мне наконец удалось ответить, и мой голос был грубым, неестественным. — Кто или что вы? И, во имя Бога, что это за кошмар?
Он серьезно покачал головой и слабо прошептал:
— Не кошмар, это живая смерть. Мы Древолюди М`бва. — А потом, умоляюще: — Какой сейчас год?
