Читаем Дорогие девушки онлайн бесплатно

«Сегодня ночью мне в голову пришла забавная мысль. Индуисты верят в переселение душ. Так? Так. Получается, что тысячелетиями на свете живут практически одни и те же люди, но в разных обличиях. „Пускай живешь ты дворником — родишься вновь прорабом. А после из прораба и до министра дорастешь“. Примерно так. Но ведь население земли растет! Что при неизменном количестве душ выглядит странновато. Количество душ неизменно, а количество тел с каждым годом увеличивается. Дураку понятно, что душ на всех не хватит.

Но ведь мы живем, плодимся и неплохо размножаемся. Напрашиваются два вывода. Либо половина жителей земли живет без душ. Что в принципе объясняет все безобразия, которые творятся на земном шаре. Либо кто-то там наверху вынужден резать каждую душу на куски, как именинный торт, чтобы каждому досталось хотя бы по кусочку. Это тоже многое объясняет.

В любом случае, ситуация с душами довольно поганая. А значит, Царства Божьего на земле нам не видать как собственных ушей. Да ладно царство. Самое обидное, что такие псы, как я, никогда не останутся без работы. Более того — чем мельче будут душонки, тем больше у нас будет работы.

За ужином поделился этой мыслью с Ириной. Объяснял долго, путано, сбиваясь с мысли. В общем, очень долго объяснял. Пару раз приложился к стакану, чтобы перевести дух и поднабраться сил. Ирина слушала молча, но при этом смотрела на меня как на полного идиота. А потом притащила из книжного шкафа книжонку какого-то поэта из современных. Раскрыла и ткнула пальцем в строки. Вот в эти вот:

Всего четыре строки. А я пыхтел десять минут, чтобы объяснить. До чего все-таки удивительная вещь эта поэзия. Каждое слово стоит двадцати.

Не знаю почему, но мне стало обидно. Вероятно, это из-за того, что за ужином я принял грамм триста водки, а после водки я всегда становлюсь болтливым, обидчивым и сентиментальным.

С Ириной у нас по-прежнему швах. Как две половинки одного куска. Только один из них свежий, ароматный, смазанный бутербродным маслом, а второй — засохший, черствый, грязный, несъедобный. Который из этих двух кусков я? Ответ очевиден.

Вообще, забавный у нас с ней был разговор.

— Ир, — говорю, — может, сходим куда-нибудь? Развеемся.

— Куда? — спрашивает, а сама смотрит так холодно, не глаза, а две замерзшие лужицы.

— В кино, — отвечаю. — Мы с тобой сто лет не были в кино.

— Турецкий, но ты ведь на самом деле этого не хочешь.

— Может быть, — отвечаю. — А может быть, хочу.

— Если и хочешь, то не со мной.

— А с кем?

— С кем-нибудь другим. Помоложе да поярче меня и другого пола.

Хотел возразить, а потом махнул рукой. Что тут скажешь? «Может, да. А может, нет». Хорош ответ.

— Ладно, — говорю. — Тогда ты, наверно, не будешь возражать, если я проведу остаток вечера в баре?

— Что ты, — говорит, — милый. В последнее время бар тебе — дом родной. Разве я могу лишить человека дома?

— Не можешь, — отвечаю с кривой ухмылкой.

Она пожимает плечами:

— Тогда к чему эти вопросы? Иди куда хочешь.

Встала, собрала тарелки, бросила их в раковину и ушла в спальню. Вот и поговорили.

Ладно, я не в обиде. Бар так бар. Но на душе осадочек. И эти дурацкие вопросы в голове… Все время крутится — «Что же с нами, черт возьми, происходит? И когда это началось? И что такое „это“?

Кстати… вернее, совсем некстати, но… сегодня вечером позвонил Плетнев. Говорит, утром в «Глорию» заедет какая-то барышня. Барышня «жутко волнительная». Позвонила и раскудахталась в трубку: «Подруга пропала! Убили, зарезали, утопили! Жуть! Кошмар!» В чем там суть я так и не понял. Не до того было. Вообще, надо завязывать с «Глорией». Надо, Саня, надо. Чувствую себя детсадовским полицейским. Скоро буду подряжаться на поиски детских подгузников.

Частный детектив, специалист по поиску украденных подгузников Александр Турецкий! Звучит неплохо. Может быть, даже прославлюсь на этом поприще, и мою физиономию напечатают на обложке журнала «Работница». Чем не слава?»

Александр Борисович усмехнулся, пару секунд помедлил, потом закрыл тетрадь, бросил ее в верхний ящик стола и запер его на ключ.

Рука потянулась за сигаретами, однако пачка была пуста. «Черт!» — сказал Александр Борисович, смял пачку в кулаке и яростно швырнул ее в урну для бумаг.

На кухне Турецкий долго рылся в шкафах, затем пошарил на антресолях, однако сигарет нигде не нашел. На улицу идти не хотелось. Александр Борисович потихоньку прошел в спальню и прислушался к дыханию жены. Ему показалось, что дышит она неровно, прерывисто.

— Ир, — тихо позвал Турецкий.

Ответа не последовало.

— Ир, ты не спишь?

— Сплю, — ответила жена.

— Слушай, ты не видела мои сигареты? Целый блок где-то оставался.

Ирина протянула руку и включила лампу. Сонно поморгала, привыкая к свету, затем посмотрела на часы.

— Турецкий, ты разбудил меня в два часа ночи, чтобы спросить про сигареты? — спросила она с металлом в голосе. — У тебя совесть есть?

— Если бы не было, я бы дождался четырех часов утра, — ответил Александр Борисович, стараясь сохранить «хорошую мину при плохой игре».

— Что ж, ты всегда был эгоистом. Твои сигареты на балконе. В красной тумбочке. Это все?

— Слушай, Ир, чего мы все время ссоримся, а?

— Посмотри на часы и поймешь.

— Да я не про сейчас говорю. Я вообще.

— Насчет «вообще» спросишь в другой раз. Когда будешь чуточку потрезвее. Спокойной ночи, гражданин начальник.

— И вам того же.

Ирина выключила лампу, и Турецкий вышел из спальни. Настроение было окончательно испорчено.

— Не знаю, Марина, мне кажется, что ты сильно преувеличиваешь. — Хрупкая, коротко стриженная и очень ухоженная брюнетка отпила из бокала глоток коктейля и облизнула губы быстрым красным язычком. — Все не так уж и плохо.

— А я и не говорю, что плохо, — пожала плечами ее собеседница, стройная, смазливая блондинка, из тех, про кого обычно говорят «ноги от ушей» и «девяносто-шестьдесят на девяносто». — Просто мне все надоело, понимаешь? Год идет за годом, а в жизни ничего нового.

Брюнетку звали Люда Шилова, она была владелицей фитнес-клуба и пары салонов красоты на севере столицы. Блондинку — Марина Соловьева. Она нигде не работала, жила на то, что оставил ей при разводе бывший супруг (и, судя по ухоженному виду, очень даже неплохо жила), и обожала экстремальные виды отдыха.

Вот уже десять минут Марина рассказывала Люде о том, какой пресной стала ее жизнь, пытаясь вызвать в подруге сочувствие и получить от нее моральную поддержку. Однако Люда не готова была поддержать подругу. Самой-то ей скучать было некогда, салоны и фитнес-клуб отнимали слишком много времени.

Люда была убеждена, что для Марининой хандры люди давным-давно придумали определение, и звучало оно так: «Девка с жиру бесится».

Марина закурила, а Люда посмотрела на ее тонкое, томное, капризное лицо и сказала:

— Тебе нужно сменить обстановку. Съезди куда-нибудь, развейся.

— Куда? — насмешливо прищурив зеленые глаза, поинтересовалась Марина.

Люда пожала плечами:

— Ну, не знаю. Если надоел юг, смотайся на север. В тундру, на Аляску. Покатайся на оленьих упряжках, поешь строганину, поохотся на белых медведей.

Марина усмехнулась.

— Ага. И потрахайся с моржами, так что ли?

— Почему обязательно с моржами. Там ведь есть эти… как их… чукчи. Или эскимосы. Наверняка среди них есть настоящие самцы. Они ведь живут как первобытные люди — все добывают своими руками.

Марина хрипло засмеялась.

— Хороший совет, ничего не скажешь. Может, мне еще в угольную шахту спуститься? Там тоже самцов хоть отбавляй. Все здоровые, черные и с отбойными молотками наперевес!

Тут рассмеялась и Люда.

— А вообще тебе нужен хороший роман.

— У меня недавно был роман.

— У тебя была постель, — возразила Люда. — А я говорю про настоящий роман. С цветами, стихами, влюбленностью и ревностью.

Марина удивленно-насмешливо уставилась на Люду.

— Подруга, мне тридцать один год, — сказала она. — Какая к черту влюбленность?

Люда нахмурила лоб и кивнула:

— Да, ты права. В нашем возрасте влюбиться трудно. Практически невозможно. Но, с другой стороны, можно поиграть в любовь. Вообразить, что все это по-настоящему. Найти мужика посимпатичнее, с бицепсами и мозгами и…

— Где ты такого найдешь?

— Ну, иногда встречаются.

— Где? В голливудских фильмах?

Люда отхлебнула коктейль, почмокала губами и сказала:

— Знаешь что: тебе нужен мужик, который бы не знал, что у тебя полно денег. Кто-нибудь совсем посторонний, не из нашей тусовки.

Марина выпустила изо рта тонкую струйку дыма и дернула уголком губ.

— Где ж я такого возьму?

— Над этим нужно подумать. Я бы предложила тебе кого-нибудь из своих знакомых, но ты же мой «контингент» знаешь. Либо козлы, либо женатики.

— Женатика не хочу, — поморщилась Марина. — Я этого добра нахлебалась.

— А я тебе и не предлагаю. Я просто размышляю вслух. — Люда допила коктейль, взяла со стола сигареты и откинулась на спинку стула.

Закуривая, она наморщила лоб, усиленно соображая, где же найти подруге «совсем постороннего» мужика. Однако ответ нашла сама Марина.

— Знаю! — сказала она вдруг. — Знаю, где такого найти!

— И где? — с любопытством спросила Люда.

— В Интернете!

— Ты с ума сошла. Женщины нашего круга в Интернете не знакомятся.

— Я тебе про то и говорю. Как ты правильно заметила — это «совсем другая тусовка».

В глазах Люды читалось сомнение.

— Ну, не знаю, — медленно проговорила она. — Как-то все это странно.

— А заниматься сексом с незнакомцем в туалете самолета — это, по-твоему, не странно?

Люда дернула плечом.

— Это было всего раз, — весело ответила она. — И потом, мне в голову ударило шампанское, а он был такой красавчик. Я бы никогда не поступила так снова.

— Ой ли? — насмешливо прищурилась Марина.

— Конечно, нет. Я стала старше и умней.

— А тот грузин из автосалона?

— Какой грузин?… А, ты про того. Ну, это была случайность. Я не собиралась с ним спать. Все как-то само собой получилось. — Люда стряхнула с сигареты пепел и улыбнулась приятным воспоминаниям. — А он был хорош. Настоящий горячий кавказец. Нечасто найдется мужчина, который сможет меня совершенно вымотать за ночь. А ему это удалось.

Глядя на довольную физиономию подруги, Марина рассмеялась.

— И после всех этих «случайностей» ты говоришь, что знакомство по Интернету — это странно? — со смехом сказала она.

Люда, однако, не совсем избавилась от скепсиса. Она лениво пожала плечами и сказала:

— Что ж, подруга, поступай как знаешь. В конце концов, это твоя жизнь. Да и потом, никогда ведь не знаешь, где встретишь свою судьбу. Может, найдешь себе по переписке молодого арабского шейха, и он увезет тебя отсюда куда-нибудь на Луну. Но ведь ты и на Луне не успокоишься, вот в чем проблема. Кстати, тут недалеко есть Интернет-кафе. Если хочешь, зайдем. Там подают неплохое мороженое.

— Да нет же, не сюда! Сразу видно, что среди твоих мужчин не было президента компьютерной фирмы. — Люда забрала у Марины «мышку», навела курсор на нужную ссылку и легонько щелкнула.

На экране появился маленький забавный купидончик с луком и стрелами в руках.

— Вот, теперь смотри, — комментировала свои действия Люда. — Если хочешь найти себе заграничного мужа, жмешь на левую кнопку…

— А если нашего, доморощенного? — спросила Марина, с любопытством глядя на экран монитора.

— Тогда — на правую.

— Жми на правую!

Люда щелкнула правой кнопкой мыши, и на экране появилась галерея цветных фотографий.

— Ого! — улыбнулась Марина. — Сколько красавцев, жаждущих надеть на шею хомут! И откуда только они берутся. Среди наших с тобой знакомых таких днем с огнем не сыщешь.

— Просто мы общаемся не с теми мужчинами, — сказала Люда.

Девушки принялись разглядывать фотографии.

— Вот этот вроде ничего, — сказала Люда, наведя курсор на светловолосого, румяного мужчину. — Прямо кровь с молоком.

— Ага. Настоящий деревенский пахарь. Я, конечно, жажду разнообразия, но не настолько. Тем более ему всего двадцать восемь. Совсем ребенок, мне с ним и поговорить-то будет не о чем.

— Зато в постели должен быть горяч. Ну а рядом с ним? Вот этот — с боксерским носом. По-моему, ничего.

Марина, прищурившись, посмотрела на фотографию.

— Да ты что, у него же рожа уголовника! Меня с ним ни в один приличный ночной клуб не пустят.

— У человека с такой физиономией должен быть свой ночной клуб, — насмешливо заметила Люда. — Ладно, не хочешь, как хочешь. Смотри сама.

Марина еще раз окинула взглядом галерею фотографий и наморщила нос.

— А это все? — спросила она.

— Те, что с фотками, да. Тут еще без фотографий есть. Рубрика «Свидание вслепую». Хочешь посмотреть?

— Давай.

Люда внимательно посмотрела на подругу, покачала головой и открыла следующую страницу.

— Ну вот. Смотри, — сказала она, брюзгливо скривив губу. — Наверняка тут собрались одни уроды, которым даже физиономию показать стыдно.

— Ну, может быть, они просто стеснительные, — предположила Марина. — Не хотят, чтобы их коллеги по работе увидели, или еще что-нибудь.

— Боятся, что их засмеют?

— Угу.

— Ну, значит, не просто уроды, а к тому же еще и закомплексованные извращенцы.

— Всю жизнь мечтала познакомиться с извращенцем, — пошутила Марина. — Может, он научит меня паре-тройке экзотических штучек.

— Ага, напялит на член носок и будет бегать с тобой по квартире с граблями, — усмехнулась Люда. — Или захочет, чтобы ты в момент оргазма надела противогаз. Кстати, с противогазом я уже пробовала — ничего особенного.

— А с граблями? — со смехом спросила Марина.

— До граблей дело еще не дошло!

Девушки переглянулись и засмеялись.

— Ой, подруга, уморишь ты меня, — сказала Люда, аккуратно смахивая пальцем слезы с накрашенных век. — Ну, что? Нашла что-нибудь интересное?

— Ага. Вот этот — под номером семь. Описание мне нравится.

— Ну-ка, дай прочту.

И Люда прочла вслух.

…

«Дорогие девушки! Рад, что вы читаете мою анкету. Раз это так, значит, для меня не все потеряно;)