Читаем Домен 2 онлайн бесплатно

Глава первая

Андрей Вербицкий

Домен 2

© Вербицкий А

Глава первая.

Бореол.

Вождь Рысей окинул уставшим взглядом неровное, каменистое, местами заросшее куцым кустарником поле перед замком молодого барона Ласкона. Всмотрелся в стройные шеренги нежданных противников и в гарцующего на коне небезызвестного в Свободных Землях Жорэса Маргрона. Заметил на стенах маленькие фигурки дружинников барона и соплеменников, готовых к обороне. Бореолу захотелось выругаться, как только уличные попрошайки Родхола умеют.

«Это когда-нибудь закончится или нет?» — подумал вождь Рысей и жестом подозвал к себе ближайшего молодого воина, исполняющего обязанности вестового.

— Мой вождь? — воин коротко кивнул в почтении. Измененные не требовали от своих гнуть спину, как заведено у людей. Гнущий спину воин — недостоин сего доброго звания. В представлении лесных жителей у согнувшего спину дух надломлен. А значит, какой из него может быть воин? В данный постулат измененные верили свято.

— Найди Кома Быстрого и передай — пусть со своим десятком по округе пробежится, поищет, нет ли где резервных отрядов противника? Не хватало нам в спину удар прозевать.

— Да, вождь. Я мигом, — вестовой повторно коротко кивнул и вклинился в потрепанные прошедшими битвами ряды рысей, по пути расталкивая нерасторопных единоплеменников.

— Атакуем? — поинтересовался Богур, ставший в последнее время незаменимым. Дружбы, как с Браном Хитрецом вождь с ним не водил, но к советам опытного воина и охотника прислушивался.

— Сам как думаешь? — вместо ответа спросил Бореол.

— Это хорошо, — удовлетворенно буркнул Богур и хлебнул из фляги крепкой травяной настойки, должной убрать усталость.

— Дай, — вождь нагло выхватил емкость и сделал большой глоток. Терпкая жидкость ухнула в желудок и разлилась по телу горячими ручьями. — Прикажи колдунам готовиться.

— Сделаю, — Богур отошел в сторону, чтобы отдать соответствующие распоряжения.

Бореол еще раз вгляделся в закованные в железо шеренги, отметил количество возвышающихся над головами людей големов, прикинул, сколько среди врагов может быть магов и, решил, что таковых от силы полдюжины, дружины баронов все-таки не имперская армия. Что такое полдюжины магов против почти сотни колдунов племени? Ничто. Врагов даже големы не спасут.

Вождь Рысей поднял руку. Гул от многоголосого шепота переговаривающихся рысей моментально стих. Все превратились в слух.

— В последнюю пору каждый из нас познал много горечи и вкусил немало крови врагов!!! — почти закричал Бореол, достаточно громко, чтобы его услышали даже в дальних рядах. — Мы потеряли свой Дом, но сохранили семьи! Мы потеряли Силу, но сберегли Честь. И вот мы здесь! И что же мы видим⁈ Видим, как жалкий, возомнивший о себе слишком многое баронишка Маргрон мешает воссоединиться нам с любимыми женами и детьми!!! Так втопчем врага в землю, и пусть на их костях взрастут деревья!!! Ибо мы — Рыси!!!

— Рыси! Рыси! Рыси!

— Рыси! Рыси! Рыси!

Клич племени, усиленный вовремя подсуетившимися колдунами, словно раскат грома пронесся над округой, поднимая перепуганных птиц со своих насестов. Над деревьями вдалеке закружили галдящие пернатые, добавляя переполоха.

— Вперед, — скомандовал Бореол уже совсем негромко. Но воины словно услышали команду, моментально замолкли. Резкий контраст шума и тишины оглушал. Войско Рысей единым организмом двинулось на врагов. Им было за кого и за что сражаться.

Бореол широко шагал в центре построения, чуть впереди остальных, готовый в любой момент сорваться на бег. Пара телохранителей, постепенно оттесняли его назад, чуть вырвавшись на шаг буквально. Вполне достаточно, чтобы не мешать Бореолу биться и заодно прикрывать от случайно пропущенных ударов.

Двести шагов.

На посохе Бореола засветились триграммы воздуха и силы. Следующая триграмма соединила их. Активация. И каркас заклинания напитался энергией. Защитное поле вспыхнуло, на миг явив себя взорам непосвященных.

Сто пятьдесят шагов.

Колдуны племени не отставали от вождя. Каждый знал без понукания, что делать. Постоянные сражения закалили и даровали бесценный опыт. Практически одновременно первые ряды Рысей оказались под защитой от магии и стрел. Как раз к месту. Буквально спустя мгновение пара сотен стрел и болтов вознамерились собрать щедрую жертву.

Сто шагов.

Всколыхнулся воздух перед телами и над головами спешащих лесных воинов. И всего лишь пара средних по силе, да парочка десятков слабеньких боевых магических ударов, расплескались по мощной комплексной защите. Щит легко выдержал. Разве это удар после того буйства энергий, что испытали на себе Рыси воюя с другими племенами? Это ничто! Многие измененные завидев столь жалкие потуги, засмеялись в предвкушении.

Пятьдесят шагов.

Колдуны измененных нанесли ответный выпад. У одаренных колдовскими силами лесовиков множество заготовок накопилось, ведь война самый лучший учитель. Отсветы напитанных мощью триграмм возникали на мгновения, чтобы мир смог лицезреть выплеснутую в колдовской ярости энергию. Огненные шары болидами пронеслись над макушками воинов племени; водные плети, опустошая подземные источники, вырастали из-под земли прямо под ногами дружинников Маргрона, разрезая незащищенные снизу податливые тела; валуны с треском вырывались из крепких объятий земли и летели во врага, производя опустошение не хуже, чем при попадании ядра выпущенного баллистой.

Мгновение и вот уже хохочуше-рычащее воинство достигло изрядно оробевших дружинников Маргрона и врезалось в ставшую редкой стену из щитов. Напор получился настолько сильным, что первая шеренга полегла почти поголовно буквально за несколько десятков ударов сердца после столкновения.

Крики боли, отчаяния, ненависти и ярости сплелись со звоном стали, треском ломаемых копий и щитов. Чавканье пробитой и рассекаемой плоти спорило по громкости с ржанием лошадей и лязганьем суставов боевых големов. Кровь щедро орошала землю.

Бореол послал импульс активации, и очередное заклинание рухнуло на головы троих солдат Маргрона. На крики обожженных врагов вождь Рысей не обратил внимания. Он принял на посох клинок закованного в сталь латника, ушел вбок, пропуская мимо себя резкий выпад, развернул посох торцом и ткнул им соперника в колено. Латник на секунду потерял равновесие, чем моментально воспользовался телохранитель Бореола. Взмах широкого лезвия короткого копья и латник забулькал кровью из пробитого горла.

— Големы, — предупредил телохранитель.

— Вижу, — прорычал Бореол и потянулся за остатками энергии, формируя попутно новый каркас для следующего заклинания.

Грав.

Я так увлекся, наблюдая со стены за разгорающейся битвой, что не заметил, как закусил почти до крови нижнюю губу. Сердце в груди стучало набатом и, казалось, сейчас выскочит. Захотелось вдруг спуститься во двор, взлететь в седло и, понукая Черныша шпорами врезаться в строй солдат Маргрона. Одновременно с желанием окунуться в сечу в душе разгорался страх непривыкшего к подобному зрелищу человека из другого мира. Но что-то делать все равно надо. Неправильно это — стоять и смотреть, как союзники рубятся вместо нас.

«Хотя… Чем меньше проблем, тем легче дышать, а как ни крути измененные — это проблема», — закралась в голову трусливая мыслишка.

— Вашмилсть, так может это… вдарить сейчас. Пока спину подставили? — влез с непрошенным советом плечистый Хома, который должен был вообще-то находиться рядом с Зуримом и следить, чтобы тот не учудил чего-нибудь этакого. А то бывали прецеденты. Зурима оставь одного и врагов не понадобится, как замок падет из-за взбесившихся големов.

«Распоясались мне тут», — подумалось, но вслух ничего не сказал. На это будет еще время.

Я снова обратил внимание на происходящее подле замка.

Там творилось, как раз самое интересное. У меня аж дыхание перехватило, от лицезрения применения магии в таких масштабах. В воздухе возникали локальные атмосферные возмущения и искажения, порой в сопровождении электрических разрядов. Словно из ниоткуда на дружину барона Маргрона обрушивалось неистовство различных по-своему воздействию заклинаний. Уже упомянутые молнии выискивали металлические детали амуниции, порождая вой боли и ужаса. Багровый огонь точно живой метался по шеренгам и рядам солдат Маргрона внушительными по размерам расплавленными каплями, сжигая все и всех на своем пути. Жалкие попытки противостоять натиску лесовиков провалились изначально. Ни магия, ни арбалетчики с дорогими артефактными болтами не смогли замедлить атакующую волну измененных. Рыси точно цунами захлестнули первые шеренги армии Маргрона, и началась резня, которую могли остановить лишь големы.

«Ну вот… будто накаркал», — промелькнула мысль, когда вражеские големы зашевелились активнее. Они, повинуясь приказам своих погонщиков, быстро перестроились и приготовились внести изрядную лепту в сражение.

Я всмотрелся внимательнее к двуногим боевым машинам. Издали они походили на «громовержцев». Какая-то модификация известной мне модели? Скорее всего, так оно и есть. Со стены големы выглядели почти новыми и более опасными, благодаря странному наросту над правым плечевым суставом. У моих громовержцев ничего похожего нет.

«Хома прав, нужно бить немедленно, пока внимание Маргрона и его командиров, обращено на сдерживание напора измененных», — решился, наконец.

Уже было хотел отдать соответствующий приказ, как рядом возник Бран Хитрец, нагло отодвинув в сторону Хому. Тот послушно отошел. Все-таки кто он, а кто барон с колдуном Рысей? Между нами и простым дружинником разница по местным меркам, как между небом и землей.

— Открывай ворота, Ласкон. Если мы сейчас нанесем удар, враг побежит, — будто вторя моим собственным мыслям, протараторил Хитрец. Даже не обратил внимания на его не слишком вежливый тон, потому как происходящее вокруг не располагало к словесной изысканности. Все на взводе. Я это прекрасно осознавал и потому пропустил мимо сознания некоторую грубость.

Бран уставился нетерпеливо в ожидании ответа. Если откажу, Рыси однозначно не послушают. Тем не менее, вот это вот ожидание моего дозволения пришлось по душе. Тешило самолюбие. Не думаю, что в столь критической ситуации Хитрец проверял меня на лояльность.

Кивнув Хитрецу головой, дал согласие, после чего нашел взглядом Хому и приказал дружиннику:

— Найди десятника Фиша и Зурима. Оба пусть явятся немедленно. И поживей давай! — прикрикнул на Хому. Пусть шевелится.

— Так чего их искать-то, Вашмилсть? — Хома ткнул своим указующем перстом, больше похожим на сосиску, сначала вниз во двор, а затем на вершину Серой Башни, внутри которой находилась мастерская по ремонту големов.

Следуя взглядом за указательным пальцем, сначала заметил во дворе десятника, который криками и пинками выстраивал в колонну по трое не менее четырех десятков дружинников, наиболее обеспеченных в плане защиты и вооружения. Хотя подготовка солдат баронства пока оставляла желать лучшего, однако вместе с сотней, а то и больше, измененных представляли достаточно грозную силу по меркам Свободных Земель.

Я недовольно покосился на Хитреца. Небось, он подбил моего десятника на проявление нездоровой предприимчивости без соответствующего приказа. Ну, устрою все вам, потом… Покажу, что бывает, когда инициатива имеет инициаторов.

На вершине Серой Башни заметил фигурку механика. Тот с любопытством осматривал происходящие побоище, как полуминутой раньше делал я сам.

Совсем не по баронски, по какому-то глупому наитию, засунул два пальца в рот и как засвистел, что показалось, будто даже на поле брани все на мгновение замерли, так громко получилось. Сам не ожидал произведенного эффекта. Зурим естественно обратил на звук внимание. Махнув тому рукой, жестом приказал спускаться.

Бран Хитрец на выходку лишь коротко хохотнул, после чего буквально в три прыжка пронесся вниз по ступеням к своим бойцам, споро готовящихся к предстоящей схватке. Лесные воины проверяли оружие, кожаные наручи, дубленые короткие куртки, многим заменяющие броню. Судя по улыбкам и смешкам, Рыси воспринимали происходящее, как некое развлечение.

В отличие от последних дружинники стояли с серьезными, а порой с откровенно кислыми лицами. Участие в бою вчерашних крестьян не вдохновляло. Одно дело ходить за жалование в караулы или сопровождать караваны, другое постичь разумом, что вот сегодня, а то и прямо сейчас деньги тебе больше не понадобятся. Такое пораженческое настроение требуется срочно поменять.

Спустившись вслед ха Хитрецом, остановился перед, в большинстве своем, недавними пахарями и пастухами. Медленно осмотрел строй, пытаясь поймать взгляды солдат, после чего набрал в грудь воздуха и громко начал:

— Вы боитесь. Это нормально. Каждый воин перед схваткой должен бояться, но при этом не терять разума, — краем глаза заметил, что измененные тоже поутихли, прислушиваясь к словам. — Не страшится лишь сумасшедший. Убогому храбрецу все одно — умрет он или останется жив, сможет защитить себя и семью или нет. Для них существует только одно желание — пролить кровь. И неважно чью. Но ведь мы не сошедшие с ума! Для нас главное не храбро погибнуть в бою, а сделать так чтобы наши враги трусливо умирали, оставив поле битвы победителям — нам. Пускай они кормят собственными телами воронов. Поэтому мы пойдем за стены и не оставим врагам ни единого шанса. Мы не одни. Боги смотрят и благоволят нам. За нами Правда!

Выкрикнув последние слова, я застучал кулаком себя по стальному нагруднику. С каждым ударом наращивал темп и силу удара, звук становился громче и призывнее, будто бью в боевой барабан. Мне начал вторить десятник Фиш. Бран Хитрец также быстро сориентировался, но бил не в грудь кулаком, а с силой опускал на камни мостовой тяжелый колдовской посох. Уже через десяток секунд каждый находящийся в замковом дворе воодушевился, а измененные, которых собралось немало, вдобавок ритмично выкрикивали:

— Ум! Ум! Ум!

От этого звука по спине пробежали мурашки, заставив невольно передернуть плечами. Надо же как получилось. Самого проняло.

Подбежал Зурим и робко втянул голову в плечи. Притянув его к себе за плечо поближе, на ухо спросил:

— Големы к выступлению готовы? И сколько?

Зурим кивнул на первый вопрос, на второй ответил:

— Ну, после недавней стычки могу поручиться, что пять точно способны полноценно участвовать в сражении.

— Раздай десятникам браслеты управление немедленно.

— А можно и мне пойти, — вдруг попросил механик.