Читаем Доллар всемогущий онлайн бесплатно

Dharshini David

THE ALMIGHTY DOLLAR Copyright © Dharshini David 2018

© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. Издательство «Синдбад», 2019.

Вы никогда не задумывались, почему мы можем позволить себе гораздо больше одежды, чем наши деды, но не дом, в котором ее хранить? Почему цена бензина может удвоиться за несколько месяцев, а падает гораздо медленнее? Почему правительства тех или иных стран игнорируют одни ужасные конфликты, происходящие на планете, но не стесняются вмешиваться в другие?

Сегодняшние новости наводят нас на тревожные мысли. Можем ли мы позволить себе стареть? И – с учетом массовой миграции – хватит ли на всех работы?

За всем этим стоит экономика. В наши дни это не самое приличное слово, особенно после финансового кризиса 2008 года. Им принято называть малопонятную систему, в которую многие из нас ни капли не верят. На экономистов – метеорологов финансового климата – были вылиты ушаты грязи: они проморгали наступающую бурю, а когда она на нас обрушилась, не смогли сказать, что надо делать, чтобы исправить причиненный вред. Те, кто дергает за ниточки, – политики, безликие корпорации – выглядят в наших глазах в лучшем случае невежественными, а в худшем – преисполненными зловещих намерений.

Экономику порой называют мрачной наукой, хотя ее можно назвать и сумрачной. Встречи Всемирного экономического форума проходят раз в год, и попасть туда можно только по приглашению. Не зря они проводятся в Давосе – отдаленном городке в Швейцарских Альпах. Их участники – политические лидеры и бизнес-элита всего мира, чей высокий статус подчеркивают своим присутствием голливудские звезды вроде Анджелины Джоли или Леонардо Ди Каприо. Термин «давосский человек» (в массе своей они по-прежнему мужчины) стал жаргонизмом, обозначающим представителя мировой элиты. Разговоры, которые они ведут в конференц-залах, в кулуарах или за напитками, ложатся затем в основу решений, определяющих наши с вами судьбы.

Хотя большинство из нас вряд ли когда-нибудь получит приглашение в Давос, понять суть этих разговоров мы можем. Мало того, это нам необходимо. Пусть «давосские люди» дергают за ниточки – если мы выясним, как работает эта система, у нас, где бы мы ни жили, появится чуть больше власти. Не только в ситуации, когда мы выбираем, за кого нам голосовать, но и в ежедневном режиме, когда мы принимаем те или иные решения.

Причиной, по которой я сменила зал биржи в Сити на новостную редакцию, стало мое желание рассказать о странном мире экономики и о том, какое воздействие оказывают на нас решения, принимаемые в области экономики. (Лично для меня это было, наверное, самое разумное экономическое решение.) Сегодня, наблюдая последствия финансового кризиса, мне захотелось нарисовать более ясную картину того, как экономические силы формируют мир, в котором мы живем. Так появилась на свет эта книга.

Знакомьтесь, Деннис Грейнджер. Не дайте первому впечатлению обмануть вас: седеющий, прекрасно одетый, с хорошо подвешенным языком, Деннис выглядит классическим образцом отставного банковского служащего с северо-востока Англии. Глядя на него, никому и в голову не придет, что он потратил больше десяти лет на борьбу с мутным финансовым миром.

В 1998 году Деннис получил новую должность в сандерлендском отделении британского банка Northern Rock. Тщательно планируя свое будущее, он экономил каждый пенс, надеясь лет через десять уйти на покой. На пенсию от фирмы он не рассчитывал, поэтому приобретал акции своего работодателя. Что может быть надежнее для «своего», чем «свой» надежный банк? Основанный в XIX веке, Northern Rock со временем расширился и стал открывать сберегательные счета и предоставлять ипотечные услуги миллионам британцев. Банку доверяли. Он был частью истеблишмента.

В 2007 году, когда стоимость акций банка немного упала, жена Денниса забеспокоилась – это ставило под угрозу их планы на пенсию, – но Деннис хранил спокойствие. 14 сентября его доверию был нанесен жестокий удар: Northern Rock признал, что у него недостаточно средств, и обратился за экстренной помощью к Банку Англии. Вспыхнула паника. Вкладчики бросились в каждый из семидесяти двух филиалов банка, надеясь спасти свои сбережения. Перед дверями филиалов выстроились очереди; на телефонные звонки клиентов никто не отвечал. Политики твердили, что с банком все будет в порядке, но очереди становились все длиннее; одна из них змеилась в считаных метрах от Банка Англии. Впервые за 150 лет в Великобритании началась настоящая осада банка – явление, в мировой финансовой столице просто невероятное. За кадром стремительно развивающихся событий растерянные политики и банкиры лихорадочно искали варианты спасения. Так на свет появился проект под сюрреалистическим названием «Элвис».

Через несколько месяцев контроль над банком перешел к правительству, и принадлежавшие Деннису акции, стоившие когда-то больше 110 тысяч фунтов стерлингов, теперь обесценились. Он годами делал то, на что способны немногие из нас, – усердно копил деньги, чтобы обеспечить себе достойное будущее. Но все его усилия пошли прахом.

Сегодня Northern Rock – почти синоним финансового краха 2008 года, который научил нас ожидать сюрпризов. Самые первые, ранние симптомы приближающейся катастрофы большинство людей проморгали, и уж тем более никто не предполагал, что ее размеры приобретут беспрецедентный, глобальный масштаб. Когда кризис разразился, предусмотрительный Деннис попал в число тех, кому пришлось платить за чужие ошибки; он до сих пор борется за получение компенсации от британского правительства. Не только для себя – он возглавляет движение, объединившее многих бывших акционеров. После случившегося пресса ополчилась на «жирных котов», но значительная часть лиц, требующих компенсации, – это вдовы и дети бывших вкладчиков, веривших, что Northern Rock так же надежен, как дома, строительство которых он финансировал.

Кого следует винить в этой катастрофе? Самый очевидный ответ – британское правительство, однако причина кризиса, поглотившего сбережения обычных граждан, лежит глубже. Почему бы не обратить взгляд на банкиров, которые обходили правила и полагались на сомнительные источники финансирования, чтобы увеличить свои доходы? Или не присмотреться к кредиторам, выдававшим ссуды американским клиентам, неспособным расплатиться по займам? Почему бы не задуматься о том, каким образом действия отдельных лиц привели к настолько огромным последствиям, что они кажутся нам стихийными?

Чтобы понять, что же случилось с Деннисом и миллионами других вкладчиков, благосостоянию которых в 2008 году был нанесен страшный урон, нам необходимо разобраться, как работает глобальная экономика.

Мир, каким мы его знаем, постепенно уменьшается и усложняется. Нас на планете семь миллиардов человек, и все мы живем, работаем и боремся за ресурсы, количество которых ограничено, – еду, нефть, смартфоны. В этой системе с постоянно растущим числом внутренних связей высказывание банкира в Вашингтоне или Берлине может привести к тому, что в Греции будут голодать пенсионеры, а молодой парень из Южной Африки покинет дом и семью в поисках лучшей жизни. Скукоживание мира (оно же глобализация) часто представляется безликой и неодолимой силой, которая благосклонна к одним и безжалостна к другим. И, судя по всему, нам никуда от нее не деться.

В восьми часовых поясах от Лондона, в Пекине, живет Ван Цзяньлинь, чья судьба не имеет ничего общего с судьбой Денниса Грейнджера. Ван родился в Сычуане в 1954 году и по примеру отца поступил на службу в Народно-освободительную армию Китая. Однако слепое следование семейной традиции не принесло ему удовлетворения. Он сменил род деятельности и за несколько десятилетий стал строительным магнатом с многомиллиардным состоянием. Сегодня он – владелец крупнейшей в мире сети кинотеатров и бесценной коллекции работ Пабло Пикассо. Мало кто из отставных китайских пограничников удостоился сравнения со злодеями – оппонентами Джеймса Бонда, но империи этого бывшего коммунистического пехотинца позавидовал бы и сам Блофельд. Ван вложил огромные суммы в кинотеатры Odeon и AMC, позволив европейцам и американцам наслаждаться блокбастерами, запрещенными к прокату в Китае. Он потратил 45 млн долларов на 20 %-ю долю в ведущем испанском футбольном клубе Atlético Madrid, хотя абонемент на матчи обошелся бы ему всего в 1000 евро. После того как он приобрел фирму – производителя яхт для фильмов о Бонде, пресса начала сравнивать его с супербогатыми негодяями-воротилами из произведений Флеминга. Журнал Economist восхвалял его «наполеоновские амбиции»; его по-прежнему подтянутая фигура свидетельствует о «железной самодисциплине». Несмотря на все эти милитаристские замашки, его главная задача – еженедельно развлекать миллионы зрителей по всему миру. Он не спортсмен и не кинозвезда; он – богатейший в Китае человек.

Но при всех своих предпринимательских талантах Ван вряд ли добился бы столь оглушительного успеха, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что он поймал волну перемен в глобальной экономике – ту самую волну, движение которой мы наблюдаем последние 30 лет. Крупный промышленник, инвестор, а с недавних пор и мегапотребитель, Ван извлек из сложившейся ситуации максимум пользы, начиная со строительства коммерческой недвижимости, ставшей фундаментом преобразований в китайской промышленности, и заканчивая инвестициями в центры караоке, привлекающие бурно растущий городской средний класс. Взлет Китая – одна из главных политических примет нашего времени. Это захватывающая история, и, как мы увидим, она во многом связана с тем, что произошло с Деннисом Грейнджером.

Названные выше персонажи – всего двое из миллиардов жителей нашей планеты, но на их примере мы ясно видим, что глобальная экономика способна или вознести нас к вершинам богатства, или низвергнуть в пропасть бедности. При этом ответственные за это экономические факторы часто кажутся чем-то, на что мы повлиять не в состоянии.

Мы можем воспринимать глобальную экономику как комплекс торговых операций, включая все транзакции, сделки, покупки и соглашения. Поток доходов, создаваемый в результате этих торговых операций, постепенно копится и становится богатством. Экономика и функционирующие внутри ее силы формируются как результат действий отдельных людей – и в Давосе, и на уличном рынке где-нибудь в Калькутте, – причем не всегда в соответствии с их планами.

Несомненно одно: эти силы затрагивают всех нас, и независимо от того, поддаются они нашему контролю или нет, нам необходимо знать, как они действуют и как влияют на нашу жизнь.

Неделя моды, где бы она ни проходила – в Лондоне или Нью-Йорке, Париже или Милане, даже в Пекине, – это всегда чрезвычайно важное мероприятие. Вместе с тем, чтобы купить новейшие творения кутюрье, нам теперь не обязательно иметь гигантский бюджет. Через несколько недель после премьеры новинки появятся в магазинах Primark или Zara. Примеряя их, мы обнаружим, что многие из них произведены в Азии. Это означает, что, покупая товары в этих магазинах, мы не просто удовлетворяем свою потребность хорошо выглядеть – мы становимся частью глобальной истории. В погоне за низкими ценами и последними новинками моды мы передаем часть своих доходов на другой конец земли и делаем кого-то богаче. Не секрет, что производители одежды используют дешевые трудовые ресурсы в Азии. Но все может оказаться гораздо сложнее, поскольку, покупая товар, мы способствуем укреплению тех самых сил, которые повинны в финансовом кризисе и падении нашего благосостояния и благосостояния наших близких.

У каждой финансовой операции своя история. Каждый фунт, евро или иена, которые мы тратим, способны многое нам рассказать. Сегодня, когда происходит постоянное перемещение людей, денег и идей по всей планете, не так просто увидеть, как все эти элементы взаимодействуют между собой. Но это вполне осуществимо – достаточно вникнуть в логику принимаемых решений и выяснить, какой эффект они оказывают на мир и как связаны друг с другом.

Представьте миллиарды финансовых операций, каждый день совершаемых в мире: домохозяйка в Америке или Нигерии покупает продукты, французская бизнес-леди вносит на свой банковский счет выручку компании, отец семейства в Индии оплачивает свадьбу дочери, а устраивающий барбекю австралиец покупает к нему пиво. Когда мы делаем покупки, то тратим, скорее всего, не доллары – если только мы находимся не в США. Может показаться, что доллар – это просто одна валюта из многих: кусок бумаги или электронная операция, позволяющая покупать или продавать товары в США. Но это не так. Доллар – это не просто одна из денежных единиц. В первую очередь это лицо американской экономической мощи. Как и любая другая валюта, доллар является отражением благосостояния страны. Порой мы слышим от политиков или комментаторов рассуждения о могуществе государства в чисто монетарных терминах: «фунт упал», «иена взлетела». Разумеется, доллар силен, поскольку принадлежит самому могущественному государству на планете. А для тех, кто живет в США, он также является символом Американской Мечты.

Во всем мире доллар также служит олицетворением американской мощи и американских интересов. Доллар – это не только высокая покупательная способность, это еще и влияние. В каком бы уголке мира вы ни жили, наличие или отсутствие у вас долларов позволяет судить об уровне вашей жизни. Известно, что в странах Латинской Америки широко применялась долларовая дипломатия – вложение американских инвестиций и предоставление кредитов с целью оказать влияние на политику этих стран и получить доступ к их рынкам. Практически с тех пор, как США добились независимости, долларовая дипломатия распространилась по всему миру.

Но и это еще не все. Доллар – это средство сбережения, пользующееся повсеместным доверием. Сотрудники благотворительных организаций, работающие в неспокойных регионах, знают: чтобы получить необходимые материалы и оборудование, нужны доллары. Когда в 2001–2002 годах в Аргентине взлетели цены, а песо начал стремительно дешеветь, наиболее обеспеченные граждане, озабоченные сохранностью своих сбережений, перевели песо в доллары, а доллары спрятали «под матрасом». Как следствие, доллары стали популярной альтернативной валютой. По той же самой причине их так любят коррумпированные бизнесмены и чиновники любой национальности – доллары не нуждаются в оправданиях, и их легко тратить.