Читаем Долг, оплаченный страстью онлайн бесплатно

Jennifer Hayward

A DEBT PAID IN THE MARRIAGE BED

© 2017 by Jennifer Drogell

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Лоренцо Риччи убрал в карман сотовый телефон и ускорил шаг. Он нарочно сделал вид, что не заметил в коридоре своего тучного лысеющего адвоката. Всего пятьдесят минут прошло, как Лоренцо вернулся в Америку, и сейчас он меньше всего был настроен на переговоры о предстоящей купле-продаже. Для этого у него слишком сильно болела голова.

Сейчас он выпьет бокал любимого виски, примет горячий душ, растянется на простынях из египетского хлопка, которыми служанка застелила его кровать размера кинг-сайз. И только завтра, если проснется без головной боли, подумает о делах.

– Сэр!

О господи! Он остановился, повернулся и все-таки посмотрел на адвоката. Тот стоял на своих коротеньких ножках и смотрел на него глазами преданного пса. Полная противоположность яростному питбультерьеру, которым этот человек был еще полчаса назад на встрече в переговорной.

– Кристофер, я летел шестнадцать часов. Я устал и хочу спать. Поверь, лучше завтра.

– Ждать нельзя, – отрапортовал адвокат в заметном отчаянии. Ни разу за пять лет сумасшедших, подчас даже опасных сделок Лоренцо не видел своего юриста столь обескураженным. – Я прошу лишь пять минут вашего времени.

Лоренцо набрал в грудь воздух, протяжно выдохнул и проговорил:

– Хорошо. Но не больше пяти минут.

Кристофер последовал за ним в просторный кабинет владельца корпорации «Риччи интернэшнл». Джиллиан – руководитель отдела рекламы – окинула обоих усталым, извиняющимся взглядом.

– Нет, – отмахнулся Лоренцо. – Все завтра.

Послушно кивнув, Джиллиан засобиралась домой. Кристофер поставил портфель рядом со столом и погрузился в кожаное кресло. Лоренцо насторожился. Его острый на язык юрист был нерешителен как никогда.

Лоренцо подошел к окну, занимающему всю стену от пола до потолка. За ним – вечерний, светящийся цветом индиго Манхэттен. Видеть каждый вечер эту картину – лишь один из плюсов того, чтобы быть генеральным директором семейного конгломерата Итальянской курьерской службы, ставшей когда-то международным холдингом. А в руках Лоренцо и впрямь превратившейся в сверхмощную империю, включающую теперь сеть отелей и агентства элитных путешествий и не менее элитной недвижимости. Ему нравился вид из окна. Но сегодня мозг как будто устал и от этой красоты тоже.

Лоренцо повернулся, оперся спиной о стеклянную стену и скрестил руки на груди:

– Я слушаю.

За очками в золотой оправе юрист усиленно заморгал.

– Сэр, была допущена ошибка. И ее срочно нужно исправить.

Лоренцо нахмурился:

– Ты про основную сделку?

– Я не о бизнесе. Я о вашей личной жизни.

Лоренцо посмотрел на юриста исподлобья:

– Кристофер, у меня нет времени тащить из тебя все клещами.

Юрист с трудом сглотнул:

– Фирма, ведущая ваш развод, допустила ошибку. Они кое-что забыли.

– Что именно?

– Они забыли подать документы.

В ушах Лоренцо зазвенело.

– Я развелся с женой два года назад, черт возьми!

– Да, но видите ли… – Адвокат сглотнул повторно с тем же напряжением. – По факту вы до сих пор женаты.

Звон в ушах усилился.

– Что ты имеешь в виду? – Лоренцо задал свой вопрос медленно, протяжно, как будто мозг отказывался построить даже столь простую фразу. – Боюсь, я тебя не понимаю.

Кристофер поправил на носу очки и, опустив глаза в пол, ответил:

– Вы до сих пор женаты на Анжелине. Юрист, который вел ваш развод, передал документы помощнику. Оба в тот месяц были перегружены делами. Один не перепроверил другого, и в итоге документы до сих пор у них в папках. Это всплыло только сейчас, когда мы готовили бумаги по сделке.

Становилось понятно, почему Энжи не брала ни цента из его ежемесячных выплат.

– Но на этой неделе она выходит замуж. За другого мужчину, – напомнил Лоренцо.

Кристофер закрыл глаза:

– Да. Поэтому я так ждал вашего возвращения. Это очень щепетильная ситуация.

– Сколько мы платим этой фирме в час? Сотни долларов? Тысячи?

– Это недопустимо, – спешно согласился юрист. – Но случилось то, что случилось.

Кристофер расправил плечи, готовясь к словесной порке. Однако ее не последовало. Лоренцо просто потерял дар речи. Его кратковременный брак – а лучше сказать «страшный сон» – до сих пор был в силе. Невозможно поверить, особенно после того, что сообщил сегодня отец.

Чтобы не поддаться приступу ярости, Лоренцо досчитал в уме до десяти. Это не может происходить в преддверии главной сделки его жизни.

– Как будем решать проблему? – спросил он леденящим душу тоном.

Кристофер развел руками:

– Волшебных решений нет. Процесс в любом случае займет месяцы. И вам все равно придется…

Лоренцо не стал слушать, что ему придется.

– Значит, моя жена, – перебил он, – официально войдет в двоебрачие, что само по себе незаконно. Я правильно тебя понял?

Юрист вытер пот со лба:

– Именно так.

Совсем невесело. Учитывая, что вскоре Анжелина собиралась отметить свадьбу на глазах всего Нью-Йорка. Лоренцо вновь повернулся к впечатляющему виду Манхэттена. Кровь била в виски с сокрушительной силой. Мысль о предстоящем замужестве Энжи по-прежнему отдавалась неприятным холодком в груди. Это при том, что Лоренцо давно решил вовсе не думать о бывшей жене. Но ее живая, чувственная красота преследовала его, как призрак, каждый раз, когда он ложился в постель с другой женщиной.

Потому что каждый раз, убеждая себя, что Анжелина ему безразлична, он терпел непременный крах.

Беседа с отцом перед отъездом из Милана лишь сгущала краски. Тогда президент «Риччи интернэшнл» бросил на сына холодный взгляд голубых глаз и сухо произнес:

– Твой брат Франко не может иметь наследников. А значит, я жду наследника от тебя. В максимально сжатые сроки.

Нет, ни под каким предлогом Лоренцо не женился бы второй раз. А теперь выходило, что он до сих пор женат. На женщине, которая обвинила его в неспособности любить.

– Сэр…

Он повернулся:

– Ты припас мне еще один ядерный удар?

– Нет, это все.

– Спасибо хотя бы на этом. – Лоренцо указал юристу в сторону двери. – Ступай. С Анжелиной я переговорю.

Кристофер послушно кивнул:

– Если хотите, я могу сам подать документы.

– Нет.

Юрист поднял на босса изумленные глаза:

– Но почему?

– Я же сказал, ты свободен.

Когда Кристофер все-таки вышел, Лоренцо наконец подошел к бару и налил себе бокал виски. Вернувшись к роскошному виду в окне, он поднял бокал и сделал большой глоток. Тепло растекалось по нутру, и Лоренцо как будто вновь почувствовал себя человеком. Острые углы начали сглаживаться, и даже новости в прессе о предстоящей свадьбе его бывшей… его нынешней жены с известным манхэттенским адвокатом уже не отзывались в душе острой обидой.

Он молча наблюдал, как на город опускается вечер. И думал о своем долге перед династией Риччи. Сделка на пятнадцать миллиардов почти у него в кармане. Сделка, которая сделает отели «Риччи» первой сетью гостиниц класса люкс в мире.

И тут, снова как снег на голову, Энжи.

Энжи приняла от бармена бокал шампанского и отпила. Она смотрела на людей в коктейльных нарядах, заполнивших начищенную до блеска галерею искусств. Свет от античных люстр отражался на мраморных полах, падая под углом на развешанные по стенам произведения искусства. Идеальный фон для вечера в честь их с Байроном помолвки.

Но тогда почему ей словно не хватает кислорода? Откуда это странное чувство тревоги и предчувствие чего-то необъяснимого? С чего бы вдруг? Она – молодой, но подающий надежды дизайнер. Она живет и наслаждается свободой, которая так много для нее значит. В конце концов, она из рода Кармайклов. Чего еще можно желать от жизни?

И все же чего-то будто не хватает.

Энжи убеждала себя, что это никак не связано с человеком, который последние годы, как коршун, нависал над ее счастьем. Который показал ей, что это значит – иметь все. Мужчина, который дал ей это «все» и забрал в мгновение ока.

Она глубоко вдохнула воздух, которого в галерее оставалось все меньше.

Можно воспользоваться моментом, пока Байрон общается с коллегой в другом конце зала. Пробравшись сквозь галдящую толпу мимо джазового ансамбля, она поднялась по узкой лестнице и вышла на террасу.

Жар еще не остывшего летнего воздуха мгновенно ударил в лицо. Энжи поставила локти на теплые перила, втянула вечерний воздух.

И вдруг ощутила до боли знакомый запах. Запах из прошлого. Запах мужчины. Когда ее сердце пропустило пару ударов, она повернулась. Перед ней стоял темноволосый мужчина с оливковой кожей, одетый в дорогой, идеально сидящий костюм. Энжи подняла взгляд на его темные глаза – предательские, обманчивые, как черный лед. Она посмотрела на римский нос Лоренцо, его волевой подбородок и чувственный рот, который может довести до божественных наслаждений, а через минуту смертельно ранить.

На долю секунды ей показалось, что это воображение играет с ней злую шутку. Что его на самом деле нет на этой террасе, и это лишь фантазия ее уставшего в последние дни мозга. Да, конечно, он прочитал о ее предстоящей свадьбе и решил опять все испортить.

Энжи так резко прижала к груди бокал шампанского, что несколько капель брызнули ей на платье. Она по-прежнему фантазировала о нем. Представляла, что он мечтает о ней и хочет ее, как в день их свадьбы.

Но Энжи прекрасно знала, что и в день свадьбы он не хотел ее. Реальность не шла ни в какое сравнение со сказкой, которую она до сих пор рисовала в своей голове. Для него их женитьба была политическим ходом. Ему всего лишь требовался наследник. И когда она потеряла ребенка, реальность предстала перед ней в самом мрачном свете. Он просто бросил ее за ненадобностью.

Собравшись с силами, чтобы устоять на ногах, Энжи глубоко вздохнула:

– Лоренцо, что ты здесь делаешь?

Его фатально красивые губы сложились в некое подобие усмешки.

– Даже не поздороваешься? Не скажешь, как хорошо я выгляжу? Может, хотя бы спросишь, как дела?

Энжи стиснула зубы:

– Ты без приглашения ворвался на мою помолвку. Понятно, что ты пришел не за любезностями. Любезности были тебе не нужны уже на третий месяц нашей совместной жизни.

– Неужели мы так долго прожили вместе? – сказал Лоренцо, скрестив руки на груди.

Было сложно не вспомнить, какие мускулы скрывает его костюм. Дело совсем плохо – бывший муж теперь казался еще более привлекательным. И куда более опасным, чем при знакомстве.

Лоренцо пожал плечами:

– Прости, что без предупреждения, но нам нужно обсудить одно дело.

Энжи нахмурилась. Все их дела давно остались в прошлом.

– А нельзя сделать это по телефону? – спросила она, взволнованно глядя на вход в террасу. – Байрон тебя не…

– Никто меня не видел, – перебил Лоренцо. – Хотя я послушал несколько тостов. Очень трогательно, должен признать.

Она смотрела на бывшего мужа и чувствовала, как в душе нарастает страх.

– Как давно ты пришел?

– Достаточно давно, чтобы понять, какими путами ты скрутила этого своего Байрона. Он полностью околдован твоими чарами. Готов без возврата отдать свою жизнь в твои руки. Теперь ты главная в семье, Анжелина. Не об этом ли ты мечтала?

– Я никогда не хотела быть главной. Я за равенство в отношениях.

– А Байрон разделяет такую точку зрения?

– Да.

– В постели тоже? – Глаза Лоренцо ярко блеснули. – Он способен удовлетворить твой ненасытный аппетит? С ним ты кричишь, обвивая его зад своими длинными ногами? Просто с виду он никак не тянет на страстного альфа-самца.

Весь испуг, страх, вся ненависть уступили место страсти и желанию. Образ обнаженного Лоренцо машинально всплыл в памяти. Как он отправлял ее на самый край наслаждений. Как любил, когда она умоляла его о пощаде. Как заставлял кричать о том, как ей хорошо с ним. Потому что да, с ним она действительно кричала.

Кровь прилила к щекам, в животе будто начались схватки. Она так жаждала его ласк и нежности, что была готова вынести любую его жестокость.

Анжелина до боли прикусила нижнюю губу.

– На это я не жалуюсь, – соврала она.

Опять его фирменная ухмылка.

– Видишь ли, все это впустую, – многозначительно протянул Лоренцо.

– Что именно?

– С нашим разводом произошла заминка.

– Мне плевать, – неубедительно отрезала Энжи. – Мы разведены.

– Так думал и я. Но фирма забыла подать наши документы. Мне сообщили только вчера.

Ноги Анжелины мгновенно сделались ватными.

– Это что, розыгрыш?

– Нет, Энжи, – отвечал как ни в чем не бывало Лоренцо. – Мы до сих пор с тобой муж и жена.

Чтобы не упасть, Анжелина обеими руками схватилась за перила. Она усиленно моргала, тщетно пытаясь развеять окутавший голову туман.

– Через три недели я выхожу замуж за… – с пересохшим ртом говорить было невозможно. – За Байрона.

Лоренцо смотрел на нее, как хищник на добычу. По факту он и был хищником.

– Если ты не планируешь двоемужие, то ваша свадьба вряд ли возможна.

Энжи не знала, как заставить мозг работать. Это она нашла фирму, которая занималась их разводом. Они смогут все как-то решить. Но сколько времени на это уйдет? Подобные процессы развиваются с черепашьей скоростью.

– Ты знаешь нужных людей, – сказала она наконец. – В нужных инстанциях и на высоких должностях. Ты можешь посодействовать.

– Может быть, – холодно ответил Лоренцо.

– То есть не точно?

– Скорее точно нет. Я не хочу просить кого-то о помощи.

Перед глазами Анжелины побежали черные точки.

– У нас все готово к свадьбе. А ты не хочешь просить кого-то о помощи? – Она закачала головой, затем впилась в мужа глазами. – Ты до сих пор на меня злишься, да? В этом дело? Хочешь отомстить за то, что я ушла? Боже, Лоренцо, наш брак уже был обречен. Позволь мне жить дальше как я хочу.

Он подошел ближе, на лице – неприкрытая агрессия.

– Наш брак не был обречен, – ответил ледяным тоном Лоренцо. – Наш брак распался из-за твоего эгоизма. Ты слишком молода, чтобы понимать смысл брака. Семейная жизнь – это труд, Анжелина. А не вечный протест против мужа.

Энжи вздернула подбородок:

– Тебе нужна была жена для выхода в общество. Жена без собственного мнения, без воли и личных амбиций. С тем же успехом ты мог жениться на резиновой кукле.

Глаза Лоренцо вспыхнули ярким огнем.

– Дорогая, сарказм неуместен. Мне всегда было важно твое мнение, и ты это знаешь. Я предлагал тебе заняться благотворительностью, но тебе это было неинтересно. Что же до выхода в общество, то ты знала, за кого выходишь замуж.

Но знала ли она? Беременная в двадцать два года, безгранично влюбленная в будущего мужа, она представить себе не могла, что все это закончится одиночеством. Да, вместо того чтобы найти любовь, она поплатилась свободой, за которую боролась всю свою недолгую жизнь. Как и родная мать, она полюбила того, кто не умел любить в ответ.

– Я думала, ты, как никто другой, поймешь мое желание реализовать себя.

– Твое желание мне понятно. Поэтому я и помог тебе с бизнесом. Но ювелирный бутик стал занимать слишком много твоего времени. В нашей совместной жизни это было неприемлемо.

– В твоей жизни, – поправила Анжелина. – Про мою жизнь ты не спрашивал.

– Это неправда.