Читаем ДОКТОР 5 онлайн бесплатно

- Ты, что-ли, нервничаешь? – Лена, фонтанируя энергией, своими настроением и поведением напоминает фокстерьера.

О чём ей тут же в лоб и сообщаю.

- П-хе, завязывай, - она воровато оглядывается по сторонам и припечатывает меня ладонью чуть пониже спины. – Нам ли быть в печали?

- Да я не в печали, просто немного не по себе, - задумавшись на секунду, решаю откровенно высказать всё, что чувствую и думаю. – Знаешь, вот бабка с дедом родня. Вернее, именно их я как родню ощущаю. Со всех сторон. А вот… - не договариваю, вместо этого указывая взглядом на табло.

На котором диспетчерская служба аэропорта сообщает о том, что ожидаемый нами рейс задерживается на полчаса.

- Логично, предсказуемо, но не смертельно, - отмахивается Лена, дёргая меня за рукав в сторону фудкорта. – Мелкий, эмоциональные связи - вещь такая. Хитрая и с подковыркой. Они, эмоциональные связи в смысле, часто и образуются против нашей воли, и рвутся иногда неожиданно невовремя. А в твоём случае всё как раз более чем понятно… Пошли пожрём? – безо всякого перехода завершает пассаж она, направляясь в сторону ближайшего ресторана. – Как раз успеем за полчаса. А насчёт родни ты не парься; я же с тобой.

- Не буду язвить на тему некоторых особенностей молодых беременных девочек, - хмыкаю себе под нос, передвигаясь у неё в кильватере. – То, что ты рядом, ещё нужно оценить правильно: а стабилизирующий ли это фактор или наоборот? Хе-х. Попутно: вроде же недавно ели?

- Молодой растущий организм требует, - Лена назидательно поднимает вверх указательный палец.

Не уточняя, чей именно организм и чего именно требует.

- Или ты за финансы жлобишься? – изображает змеиную улыбку она, явно от нечего делать.

- Хм, а цены тут и правда ещё те, - вынуждено констатирую, погружаясь в меню.

- Ну а что ты хотел, монополия, - пожимает плечами Лена. – Замешанная на админресурсе… Впрочем, спасибо и за это. Сейчас слона готова съесть.

- Слушай а это вообще нормально? Тебя не рано ли на еду пробивать начало? – интересуюсь через две минуты, после того, как местный официант принимает у нас заказ.

- Ты просто раньше не обращал внимания, - смеётся моя половина. – Я всегда поесть любила. Сейчас ем, как обычно. Это ещё не жор, вот дальше посмотрим, что будет…

- Хм, ну, как скажешь.

Пережидаем минуту в молчании, пока официант подаёт на стол.

- Так что конкретно тебя беспокоит? – вопрошает через минуту Лена, возобновляя прерванный разговор и набрасываясь на поданную еду.

- Не могу заставить себя не испытывать досады, - выдаю, точно сформулировав испытываемые ощущения.

- А на какой предмет досада?

- Времени жалко. Ощущение, что едут чужие люди, на которых нужно тратить свой самый дорогой ресурс.

- Ну-у-у, тут не поддержу, - качает Лена головой с набитым ртом. – Неконструктивно ибо. – Она кивает мне кивает на бутылку с соком, из которой я ей тут же наливаю.

- Продолжай, - напоминаю через полминуты, поскольку моя половина, кажется, полностью сосредоточилась на еде.

- А что тут пояснять? – пожимает плечами она, продолжая жевать. – Есть такое понятие дисциплина. Родственные обязательства, по большей части добровольные, но ведь и не только. И учти вот ещё что. Родня – это далеко не всегда кайф и удовольствие. Это ещё и во многом обязательства. Как бы ни было, жизнь-то дали именно родители. И твой старт, в материальном плане, именно они обеспечили на уровне, который гораздо выше среднего. А у тебя – какие-то недосказанные претензии по поводу разорванного эмоционального контакта. Нет, твои претензии местами обоснованы, - Лена предостерегающе поднимает руку, останавливая мой ответ. – Но лично я тебе очень советую поменьше циклиться на своих претензиях и негативе. Целее будешь. – Лена назидательно поднимает указательный палец, направляя его в сторону моего лба, затем указывает на пустую тарелку и показывает официанту пальцами, чтоб повторил. – Это не так безболезненно и смешно, как кажется на первый взгляд, я о твоём впадении в негатив, - что-то в её словах заставляет меня прислушаться вначале к ней, а потом к самому себе.

- А оно само, - говорю после паузы, кое-что обдумав и прокрутив в голове воспоминания за последнее время. – Смотри: когда я чем-то занимаюсь, то всё в порядке. А стоит только попытаться войти в состояние отдыха – как у меня почему-то растёт раздражение внутри. Я-то справляюсь. Пока что. Ну, и надеюсь, со стороны не видно и на окружающих не сказывается, - в этом месте вопросительно смотрю на Лену. – Но пугает тот момент, что оно не просто не проходит, а еще как бы и учащается.

- Оба-на, - присвистывает Лена и задумчиво смотрит на меня. – Новость. Я по тебе не замечала. И что, прям до усиления тревожности, ещё и регулярно?

- Вот самому смешно, - с удивлением продолжаю прислушиваться к самому себе. – Но печалит как регулярность, так и возможный худший вариант: это если оно в мозгах каким-то образом депонируется, а потом вдруг как прорвёт? В неподходящий момент, да ещё и на близких?

- Слушай, Мелкий, а ведь психозы так и начинаются, - пронзительный и оценивающий взгляд Лены заставляет меня сосредоточиться и по новой прогнать собственные ощущения.

- П-хаа, расслабься, - Лена громко хмыкает, опустив взгляд в стол (впрочем, рядом всё равно никого нет). – Видел бы ты своё лицо… Пошутила я! Неудачно. А если серьёзно, то я наоборот ждала – когда же тебя накроет. Удивилась только, что сам почувствовал.

- Крепкая, надёжная, контролирующая себя психика – один из главных инструментов будущего врача, - аккуратно пробую на вкус свои собственные слова. – Но не понятно, что с этим делать. Стыдно признаться, но есть опасения, что само не рассосётся.

- Всё имеет свою ресурсность, всё изнашивается, - философски пожимает плечами Лена. –Ты достаточно немало на себя взвалил. И вывез на себе тоже немало. Не сочти за комплимент, потому что это не он… Это не комплимент, оценка, - поясняет Лена.

- Рекомендации будут? – уточняю на всякий случай, поскольку она не спешит продолжать.

- Будут, куда без них… но только отойдём чуток от стандарта. По идее, полагается с тобой вместе докопаться до причины такого твоего состояния. Потом перебирать терапии, до тех пор, пока одна из них не сработает. – Лене приносят повтор опустевшей тарелки, и она на какое-то время замолкает.

- Но мы этим путём не пойдём? – напоминаю о себе через минуту. Когда и вторая тарелка показывает дно.

- Не-а, - беспечно качает головой Лена. – Не пойдём. Копаться в тебе было бы нужно, если бы либо я с тобой не была знакома близко. И если бы лично мне требовался полноценный анализ причин и следственных связей. В твоей голове.

- А оно тебе не нужно? – снова уточняю на всякий случай.

- А оно мне не нужно, - повторно кивает Лена. – Оно и так было понятно давно. Странно только, что тебя на столько хватило…

- Либо? Был второй вариант.

- Либо – если бы у меня стоял вопрос, а будешь ли ты следовать моим рекомендациям? Как вариант: либо будешь игнорировать мои рекомендации только потому, что у тебя нет мне стопроцентного доверия.

- Не буду, - сразу вношу ясность. – Игнорировать не буду, соблюдать наоборот буду.

- Ну вот. И зачем тратить время на ненужные копания… В общем, рецепты до неприличия простые. Но, как ни странно, не менее действенные. Когда ты последний раз высыпался?

- Шутишь? – только и хмыкаю в ответ. – Давно…

- Вот. Это – раз. Сон не менее восьми часов в сутки. Это важно. – Лена редко бывает такой серьёзной, потому кивком подтверждаю, что услышал и прислушаюсь. – Какие ни есть личные данные, но ты ещё растёшь. И физиологии никто не отменял. Это понятно? Мелкий, не нагнетаю, но физиологические изменения в мозгу - вещь такая... можно и не "поймать". - Лена продолжает серьёзно смотреть на меня.

- Да я не спорю, кто б возражал, - невнятно отмахиваюсь. – Но то это, то иное, думаешь, вот завтра – сто процентов...

- Ага. А потом, как обычно, tomorrow never comes, - кивает Лена. – Знакомая картина… Второе. Как раз исходя из этого. Заводишь три тетрадочки. Каждое утро, после гигиенических процедур, садишься за стол. И вручную ведёшь их, как дневник. Первая: пишешь десять целей либо своих мечтаний, чего бы ты хотел через год. Исчисляемых, измеряемых, реальных. Когда пишешь следующий день, на предыдущий лист не смотришь. Просто переворачиваешь лист. И пишешь по новой.

- Пока понятно, - снова киваю, старательно запоминая детали. – Но не понятно, в чём смысл. Этого всего. Он от меня ускользает.

- Главное, что мне понятно, в чём смысл, - весело откидывается на спинку стула Лена. - И не наморщивайся, повторю потом… когда буду контролировать. Вторая тетрадка. Начинаешь утром, но ведёшь в течение дня. Чего положительного ты добился за последний день, пару дней, неделю. Что тебя в самом себе радует.

- Вот что-то последнее время ничего так часто не радует, - с удивлением бормочу себе под нос. Что явно не укрывается от Лены. – Чтоб ещё и каждый день в самом себе чему-то радоваться. Всё как-то стандартно, рутинно и предсказуемо. Блин. Какое-то ощущение непрекращающегося заплыва в киселе. Если понимаешь, о чём я.

- Понимаю даже лучше, чем ты думаешь, - Лена насмешливо наклоняет голову к плечу. – Вот поэтому во второй тетрадке фиксируешь даже самые мимолётные проблески. В течение всего дня. Если таковых нет – высасываешь из пальца. Но чтоб хотя бы десяток положительных моментов в день набегал.

- Надеюсь, ты знаешь, что говоришь, и зачем это нужно, - делаю слабую попытку потрепыхаться, которая тут же пресекается.

- Знаю, - уверенно кивает Лена. – Третья тетрадка. Благодарность. Её пишешь два раза в день, утром и перед сном, вечером. Так, сейчас заумную вещь скажу, но ты не ржи и услышь… В этом мире наверняка есть моменты, в которых ты мысленно говоришь или хочешь сказать «спасибо». Стечению обстоятельств, конкретному человеку, ситуации, мало ли… Вот эти моменты тоже высасываешь из пальца и заносишь в тетрадь. В течение дня.

- Разрешите забежать вперёд, - чуть хмурюсь, пытаясь быстро прокрутить в голове все эти упражнения заочно. И смоделировать, что я получу на выходе. – А что на выходе? – в итоге, ничего смоделировать не удаётся, потому спрашиваю в лоб.

- А на выходе – неожиданно поражающий приятным результат, уже через несколько дней, и моя искренняя радость. – Открыто улыбается Лена, а моё настроение резко улучшается. – Есть мнение, что психика тоже имеет свои ресурсы. И если их перегружать, то… - Лена не заканчивает фразу, поскольку принимается за чай (который наконец подают).

- Да как-то это всё неконкретно и аморфно, - комментирую, не скрывая сомнения. – Я молодой и здоровый. Жизни и безопасности ничто не угрожает. А тут – такие "деликатные" проблемы. С мироощущением…

- Бывает, - второй раз за несколько минут философски пожимает плечами Лена. – Мелкий, ограниченности и конечности ресурсов тела никто не отменял. Мозг – такой же орган. Как и прочие.

- Ресурс человека безграничен. Особенно мозга, - возражаю, прикидывая кое-что из пришедшего в голову прямо сейчас.

- И это правильно, - кивает Лена. – Так и надо считать. Но одно маленькое уточнение: этот ресурс у тебя безграничен с момента рождения и до смерти? Или же это всё же прокачиваемый ресурс? И тренировке однозначно поддающийся?

- Второе. Хм… Логично. Безграничность ведь не в статике. А в постоянной работе над собой.

- А то!.. А твоя предыдущая позиция – местами вообще гордыня. Неконструктивная, как по мне. Что до работы над собой, то нагрузка, не важно на физуху или на психику, как раз и вскрывает узкие места, которые надо прорабатывать. Ну тренировать дополнительно, - расшифровывает Лена, глядя на табло. – Но ты не волнуйся. У тебя всё нормально, просто спать реально надо больше. И чуток профилактики. Верь мне, Мелкий, со стороны как раз виднее. А то у тебя, с одной стороны, головокружение от успехов. А с другой стороны, постановка нового горизонта задач без наслаждения плюшками от уже достигнутых. Сам себя загоняешь, говоря языком Юры Крематория. Ладно, погнали. Вон уже скоро выходить будут минут через пять.

_________

На самом деле, мои личные ощущения заплыва в киселе имеют вполне обоснованные материальные причины. Ну или материалистичные, не знаю, как правильно.

Я вообще не говорю ни Лене, ни кому-либо ещё, что подковёрные битвы на Хоргосе имеют место быть. И что лично я, изображая отстранённость, некоторые настораживающие меня векторы (развития событий) наблюдаю более чем явственно: начать хотя бы с того, что я чётко вижу когда мне врут.

А структура, не смотря на совсем короткое время, разрослась: у Победы всегда много родителей. Ну, или тех, кто в число этих родителей пытается попасть.

Первый Президент (который и сформулировал, а потом и «продавил» идеологию Хоргоса), имеющий особый статус по Конституции, находится почти что при смерти. В широкой печати ничего не сообщается, но по некоторым признакам это понятно и так. Мне кажется, уже началась делёжка пирога либо подготовка к ней.

Плюс, в условиях перехода к новым моделям управления, каждый служивый явно пытается урвать что-то для себя. От того, что принято считать «пирогом».

А ведь так всё хорошо начиналось.

Увы, лично мне на старте не хватило опыта спрогнозировать, что всё может пойти таким путём. Как оно двинулось впоследствии.