Читаем Дочь звёзд (СИ) онлайн бесплатно

Большой зал для приемов в доме городничего, освещенный сотнями свечей всех мыслимых и немыслимых цветов и размеров, создавал настроение таинственности и мистики. Прием, устроенный в поместье ее дядюшки в честь уважаемого гостя, стал самым значимым событием этой части года, помещение было битком набито разодетыми представителями элиты Ичвинстера. Ароматы дорогих духов, помпезные оборки на окнах и общий антураж Бального зала начинал действовать ей на нервы, и девушка с трудом представляла, как провести остаток вечера и не спятить.

Согласно задумке, все женщины облачились в пышные платья разных цветов и оттенков, и непременно с глубоким, квадратным декольте! При тусклом освещении их накрашенные лица пугали своей неестественностью, а прически… это вообще тяжелый случай.

Пользуясь всеобщим восхищением от выступления оркестра, Элениель незаметно выскользнула за дверь и, оказавшись в просторном коридоре, с наслаждением вдохнула свежий воздух. Отвратительное место, отвратительные люди… Она взглянула на часы и заскулила — еще так долго! Немного постояв, девушка подошла к одному из зеркал, которыми был увешаны стены всего восточного крыла. Она и сама сейчас выглядела, как бездушная марионетка, которой управлял опытный кукловод.

Элениель провела подушечками пальцев по выбеленному лицу, осмотрела высокую конструкцию, похожую на плетеную корзину, в которую пару часов назад превратили ее длинные русые волосы. Ей стало противно от самой себя. Она позволила сделать из себя это…

Заметив в отражении лицо Кирана, Элениель не стала притворяться, что рада ему. Судя по его взгляду, тот тоже не думал любезничать.

— Долго ты еще будешь здесь стоять? Отцу нужно твое присутствие среди гостей, так что кончай прятаться, как загнанный зверь, и иди внутрь!

— Надо же! Неужели этот франт в красном камзоле может говорить гадости? — Элениель развернулась и кивнула на дверь. — Вон там полно девиц, которые простят тебе что угодно, лишь бы постоять рядом — с ними и будешь так разговаривать, дорогой братец.

— Я тебе не брат, Элениель.

— К счастью, иначе я бы давно наложила на себя руки за родство с таким болваном.

Даже полумрак не помешал ей увидеть раздраженное лицо своего "родственника". Он уткнул руки в бока и покачал головой.

— На этот раз я это спущу, но не смей со мной так разговаривать, девчонка. Кем бы ты была, если бы не мой отец? Бродяжкой? Путаной? Или валялась в какой-нибудь канаве в своем королевстве?

— Во-первых, Киран, хватит тыкать меня в мое происхождение всякий раз, как тебе что-то не нравится. Я благодарна Генри за заботу, и, став старше, я сполна эту заботу отработала. Или станешь отрицать, что мне приходилось расхлебывать делишки, которые игнорировал ты, его родной сын и прямой наследник? — Киран сложил руки на груди и отвернулся. Конечно, крыть-то нечем. Элениель медленно выдохнула. — Я не задержусь в этом городе надолго, я просто не смогу выносить этот вечный маскарад!

— И куда ты сунешься? Люди ненавидят эллар, ты везде и всегда будешь чужой.

Слова парня неприятно саданули ей по сердцу. Она знала это, но лишь беспечно махнула рукой, скрыв свою боль.

— Скажем так: не все такие твердолобые, как ты. Я вернусь в зал чуть позже. Вернусь, — с нажимом повторила она, когда глаза парня сощурились. — Там так несет духами, будто каждый вылил на себя целое ведро! Не забывай, что нюх у меня острее твоего будет. Мне просто нужен свежий воздух.

Когда недовольный парень ушел, Элениель подхватила полы платья и вышла на открытую террасу. Ночь только вступала в свои права, поэтому на небе еще алели темно-розовые полосы, напрасно сопротивлявшиеся первым звездам.

— Проклятая штука… ну, погоди у меня, — бормотала девушка, пытаясь хоть немного ослабить корсет. Благо, этот скреплялся спереди невидимыми заклепками, а не шнуровкой, как у других несчастных дам в этом доме. Но это все равно было бесполезно, потому что корсет явно предназначался для девушки стройнее нее. Она не была полной, и ее удивляло: как портной мог сшить такое узкое платье по снятым с нее меркам?!

— Зачем женщины так себя мучают? Этот наряд красив и нравится мужчинам, но разве он стоит таких страданий?

Элениель, которая в этот момент поправляла ненавистное декольте, подняла глаза и посмотрела на сказавшего это мужчину. Он сидел на каменной скамейке позади высокого горшка с пышным цветком внутри. Не удивительно, что она его не заметила. Вместо камзола на нем была рубашка, темная расшитая безрукавка, бриджи и гольфы до колен. Светлые тонкие волосы были собраны в хвостик. Незнакомец держался непринужденно, и с любопытством смотрел на нее.

— Полностью согласна, поэтому и собираюсь провести торжественное сожжение этой тряпки сразу после приема.

Незнакомец усмехнулся и, грациозно встав, подошел к ней. На вид ему было сорок-сорок пять лет, и он даже близко не был красавцем: залысины по бокам, непропорционально большой нос, а глаза, казалось, боятся друг друга и поэтому расположились как можно дальше. Но именно его взгляд словно приковал ее к месту. Не похотливый, как у большинства, а заинтересованный…

Элениель усмехнулась.

— Интересно, сколько еще людей смотались с праздника?

— Я не любитель таких сборищ, — просто ответил незнакомец, покачался с носков на пятки, не прекращая смотреть на нее. — Но мне придется вернуться, все-таки в мою честь гуляют.

Брови девушки взлетели вверх.

— Вот так встреча…что ж…

— Вам вовсе незачем снова идти туда, с Вашим дядей я сам все улажу. — В ответ на ее недоуменный взгляд, мужчина пояснил. — Я случайно стал свидетелем Вашего с братом разговора.

— Даже так…. Потрясающе, — качая головой, и не сводя глаз с мужчины, сказала она. — У Вас талант поспевать везде и сразу, господин…

— Капитан, — мягко поправил он и поцеловал ее руку, — капитан Винсент де Корро. Я могу обращаться к Вам по имени?

— Титула у меня нет, а фамилия больно длинная, так что без проблем.

— Элениель… необычное имя. Вы не местная.

— Ох, как Вы правы, — усмехнулась она, но внутренне напряглась. Что-то в его взгляде настораживало ее.

— Какое королевство?

Они смотрели друг другу в глаза, и девушка ясно видела в них слова "Я знаю, кто ты". Поэтому решила не юлить.

— Лауре-Эйтель.

— "Гладь воды прочнее глади стали" — проговорил он лозунг королевского дома, постучав по подбородку. — Итак, эллар. Далеко ж тебя забросило. Какая, говоришь, у тебя фамилия?

— Я не говорила, — отрезала она, — и Вас это не касается. Приятно было познакомиться.

Мужчина усмехнулся.

— Сомневаюсь.

Элениель закатила глаза и пошла к дверям. Этот человек, кем бы он ни был, будто видел ее насквозь, и это раздражало. Она хранила свое прошлое в тайне, оберегала его от посторонних, как сокровище, потому что это единственное, что ей принадлежало! Несколько смутных воспоминаний маленькой девочки, которая в восемь лет узнала, что значит быть ненужной и неполноценной. Та девочка еще живет внутри, и она иногда предается грезам о доме… Доме, в который она никогда больше не вернется.

— За свой век я повидал много эллар, и узнал бы тебя, даже если бы не слышал слов того молодого человека. — Девушка остановилась и медленно развернулась к нему. Мужчина был серьезен. — Знаешь, как? — Она лишь дернула плечами. — Взгляд. Ты словно светишься на фоне людей, ты необычна, а твоя мятежная душа задыхается здесь.

— Говорите так, словно собираетесь мне что-то предложить.

— Все может быть. Например, я мог бы предложить тебе место в команде. Жизнь с нами непроста, и, если согласишься, однажды можешь влипнуть во что-то серьезное. Но впечатлениями я тебя точно обеспечу.

Перед мысленным взором девушки замелькали картинки воображаемых приключений на двухмачтовом величественном бриге, дальние страны, новые земли… Но внезапная мысль заставила ее спуститься с небес на землю, и это, как всегда, было очень болезненно.

— Простите, капитан де Корро, но Вы ничего не выиграете. — Он выгнул бровь, и Элениель нехотя пояснила. — Я не обладаю… магией моего народа, и особых талантов у меня тоже нет, так что…

— Я не вправе тебя уговаривать, или заставлять, но можно задать вопрос? Ты видела себя в зеркало?

— Чего?..

— Женщины обладают особой магией, и имя ей — соблазнение. — Элениель открыла-было рот, но не нашлась, что на это ответить. Она знала себе цену, но не привыкла, чтобы ей об этом говорил кто-то другой. — Я бы смог обеспечить тебе неприкосновенность среди своей команды.

— Не через Вашу каюту, я надеюсь?

Мужчина ухмыльнулся.

— Вот видишь, тебе и делать ничего не приходится для того, чтобы заинтересовать мужчину. — В его голосе звучало одобрение. — А уж если ты постараешься… Я не буду продавать твое тело, и не буду пользоваться им сам, Элениель. В общем… Если ты передумаешь, — он назвал дату и время своего отбытия, и кивнул ей на прощание, — ты знаешь, где меня искать.

Элениель чувствовала себя так, словно собиралась вплавь пересечь море. Ей представилась возможность круто изменить свою жизнь, и стать, наконец, хозяйкой самой себе… тогда что это за сомнения? Разве не мечтала она о чем-то спонтанном и непредвиденном, о приключениях, о свободе…. Было много непонятных моментов, но Лени чувствовала, что готова рискнуть, и броситься в неизвестность, но было кое-что, что она, все же, хотела прояснить сейчас.

Лени обернулась. Наверное, он вот-вот войдет в Бальный зал, а там разговора не выйдет! Она не успеет спросить об этом сегодня… но ждать до завтра она не согласна! Поэтому решилась сделать кое-что, чему научилась совсем недавно, и что стало для нее слабым, но утешением. Задрав платье до колен, она с размаху ударила в пространство перед собой, надеясь на то, что не облажается.

Испуганное лицо капитана, уставившегося на девушку, выходящую из черного "кармана" в пространстве у самых дверей Бального зала, было весомым доказательством того, что она все сделала правильно.

— Вы не сказали мне, чем занимаетесь, — выдохнула она, приводя в порядок дыхание. Капитан, видимо, начинал потихоньку приходить в себя, и испуг на его лице сменился коктейлем из изумления и предвкушения.

— Присоединяйся. Я не разочарую, — только и сказал он.

Отъезд из Ичвинствера убедил Элениель, что все, что ни делается — к лучшему. Всю свою жизнь она считала себя законченным циником, поэтому то, что она впервые по-настоящему поверила в судьбу, является чудом не меньшим, чем то, что с ней произошло потом.

После разговора с капитаном, Лени убежала в свою комнату — в противоположное от Бального зала крыло, где нетерпеливо сбросила ненавистное платье, обувь, напустила горячей воды в ванну и, прихватив из заначки початую бутылку вишневого ликера — ее маленькая слабость — опустилась в воду, погрузившись в состояние, которое лично она называла "побег из паршивой реальности"

Ей всегда лучше думалось в воде, что, впрочем, было не так уж и удивительно. Спонтанное приглашение капитана вынудило ее пересмотреть свою жизнь, чтобы окончательно поддаться искушению последовать по первому зову незнакомца. Если подумать, это будет не первый побег в ее жизни, ведь она родилась в одном из четырех королевств эллар — Лауре-Эйтель, что в переводе означает "Золотой источник", а последние одиннадцать лет жила так далеко оттуда, как это вообще возможно — в лишенном магии мире людей, в королевстве Эттэнберг.

Из того, что она помнила о своей родине, она могла поклясться, что с названием угадали на все сто! Чудесные реки со сверкающей водой, срывающиеся со скал, образуя большие и маленькие водопады, озера, ручьи… резные деревянные мосты с позолоченными перилами, высокие уличные фонари с витыми основаниями и приглушенным светом, ненавязчивым и достаточно ярким по вечерам… Вообще, ей казалось, что воды там намного больше, чем суши, но она запросто могла и ошибаться хотя бы потому, что жила там ровно до восьми лет, и многого не видела. Да и тот факт, что ее дед не кто-то, а сам король, владыка Тиадэз, определенно ограничивал ее возможность свободного передвижения…

Лени отпила ликера, и невидящим взглядом уставилась в стену напротив. Глупо отрицать, она любила то место, и даже спустя столько лет она до сих пор помнит непередаваемое наслаждение просто от того, что дышишь тамошним воздухом…. Несправедливо, что ей не испытать этого снова. Взгляд скользнул по едва заметной метке на левой руке в тон кожи, с внутренней стороны, почти у подмышки: две змеевидные спирали, пересеченные странным, неровным зигзагом. Он появился в день ее восьмилетия, когда мать забрала ее с церемонии пробуждения Воли Саарсиса — бога Воды и праотца всех эллар ее королевства. Элениель так и не узнала, что должно было случиться. Когда владыка Тиадэз направил на нее свой скипетр, все ждали чего-то… эдакого, чего так и не произошло, зато она запомнила выражение лица короля: он был не просто шокирован. Он был разочарован. После этого началась суета, в которой мать, дочь короля, схватила ее за руку, и они вместе выбежали вон из зала. Практически за дверями пространство словно разорвалось, и эта щель, с клубящейся в ней фиолетово-черной дымкой, становилась все шире. И они бежали прямо к ней… И вот так она и оказалась в Ичвинстере…

Элениель почти не помнила свой последний разговор с матерью. Она до сих пор не знала, как дочь правителя эллар познакомилась с городничим королевства людей, и почему он согласился растить ее дочь. Помнила лишь, как крепко обняла ее мама прежде, чем исчезнуть в этой клубящейся тьме… и слова, сказанные ей на прощание: "Не пытайся вернуться к элларам, доченька, это больше не твой мир, и помни: ты не хуже их. Ты — мое сердце. Ты — Дочь звезд. И что бы ни случилось, звезды всегда будут на твоей стороне" А после того, как мама исчезла, на руке появился этот символ…

Что бы ни значил их скоропалительный побег, Лени приняла это как должное. Она адаптировалась в новом для нее мире, и даже честно попыталась поладить с приемным братом, но, как оказалось, это было выше ее сил…

Очень быстро она поняла, что элларам не место среди людей, и списывала это на отсутствие мозгов у последних. Иногда ее сущность брала верх, и тогда на лице расцветали менехьиры — сияющие завитки небесно-голубого цвета, похожие на кружева, которые тянулись из внешних уголков глаз до нижней челюсти, а вокруг тела появлялось мерцание такого же цвета. Еще живя в Лауре-Эйтель, Лени узнала, что цвет менехьиров определяет происхождение, и чем он ярче — тем выше положение в обществе у носителя. Другими словами, у простых работяг "кружева" коричневатого цвета, тогда как у членов королевской семьи — в общем, такие же, как у нее. Все потому, что у них практически не разбавлена божественная кровь, дарующая им особые умения…

Так вот, даже несмотря на тот факт, что Элениель этими умениями была явно обделена, горожане разве что палки в нее не кидали! А однажды, когда ей было лет тринадцать, все зашло еще дальше, и вполне могло закончится трагично…