Читаем Дочь греха онлайн бесплатно

Кай Уорин прижал руки к груди. Тепло. Липко. Подняв пальцы, он увидел, что они заляпаны кровью.

Боль пронзила мужчину, затрудняя дыхание и способность мыслить. Затем всё прошло, и на него накатило ощущение неприятного оцепенения, словно в действительности он находится не здесь.

И где это собственно «здесь»?

На первый взгляд место напомнило ему песчаник, но вокруг стояла неестественная тишина.

«Думаю, я больше не в Канзасе».

Определённо он не на пляже Пфайффер. Ни неба, ни песка, ни волн не было.

Кая сковал страх. Не за себя. За Эмбер. Он представил светло-каштановые волосы, развевающиеся на ветру, и горящий взгляд. А потом она пропала. Исчезла, как утренний туман под ослепительным полуденным солнцем.

Была ли она в безопасности? Боже, она не должна пострадать!

Эта мысль накатила волнами гнева, и сбитый с толку, он на несколько мгновений просто замер на месте.

Потом Кай вспомнил записку на зеркале, написанную красной помадой. Эмбер думала, что такие послания – игра, ей нравилось делать ему сюрпризы. Девушка написала два слова. Пляж Пфайффер. Их укромный уголок. Она называла его самым красивым пляжем в мире. Где Кай впервые поцеловал её. А спустя несколько недель, принёс туда одеяла и под звёздным небом занялся с ней любовью.

Только в этот раз на их месте его ждала не Эмбер. Это был…

Несколько долгих секунд мужчина смотрел на окровавленную руку. И ничего не мог вспомнить.

Кай резко поднял голову вверх.

Перед ним был ряд тяжёлых деревянных дверей, которые при его приближении распахнулись. Он настороженно осмотрелся, пытаясь заметить любую опасность или намёк на движение. Сжав кулаки, мужчина ощутил скользкое тепло собственной крови.

Однако вдруг… ощущение исчезло. Кай бросил быстрый взгляд на руку. Крови не было. Он хлопнул ладонью по груди и удивлённо уставился вниз. И тут никакой крови.

– Входи, – велел ему низкий, властный голос.

Кай остался стоять в дверях. Комната была скрыта тенью. Он видел лишь силуэт человека, сидящего на выступающем возвышении, в воздухе витал аромат цветов.

– Цветы лотоса,– объяснил голос унылым, скучающим тоном.

– Чего вы хотите? – переходя к сути разговора, спросил Кай.

Он внимательно осмотрел закоулки и углы, отметив двойные ряды колонн, которые тянулись по всему периметру просторного помещения. Через раскрытые в дальнем конце комнаты двери виднелись пальмы.

Боль в его груди вновь скрутилась тугим узлом. Он не мог дышать. Думать. Едва держался на ногах. В своём сознании Кай видел вспышки выстрелов, по крайней мере, из трёх орудий. «В него стреляли». На него нахлынули воспоминания, мужчина вспомнил, как под шелест волн и ветра упал на песок, глядя на усеянное звёздами небо. Затем видения стали ослабевать, ускользая из сознания.

– Теперь ты понял?

– Да, – Кай осознал. Он мёртв, и это не грёбаный рай. – Эмбер, – выдохнул он, куда больше переживая за неё, чем за себя.

«Расскажи о своей семье. У тебя есть братья? Сёстры?» – спросил он у неё как-то.

Кай вспомнил, как на её глаза набежала тень.

«Никого», – ответила девушка. – «Мама и я…» – Затем покачала головой, и у него появилось чувство, что они отдалились друг от друга. И она чувствует себя одинокой.

«У тебя есть я», – сказал Кай с дерзкой улыбкой. – «Навсегда».

Эффект был обратным, от этих слов тень стала выразительнее.

«Теперь же он мёртв и оставил её одну».

– Эмбер Хейл осталась в Верхнем мире.

Каю потребовалось несколько секунд, чтобы понять услышанное.

– Верхний мир. Вы имеете в виду, что она всё ещё жива?

– Да.

– И это ... Потусторонний мир?

– Да. – Пауза. – Ты понимаешь, что это она послала тебя сюда. Осознаёшь, что она сделала?

Губная помада на зеркале. Эмбер отправила его на пляж Пфайффер, но не ждала там! Кай покачал головой, но промолчал, не желая признавать это косвенное обвинение.

– Входи, – повторил голос.

– А разве у меня есть выбор? – Спросил Кай, удивляясь, почему ему больше не страшно.

– Выбор есть всегда. У тебя – между вечной жизнью и полным уничтожением. – Очередная пауза. – Сделай мудрый выбор.

Они охотились за ней. Трое. Может больше.

Здесь не безопасно, но там, снаружи, опаснее вдвойне.

Зашкаливающий адреналин гнал Эмбер Хейл, она с разбега перепрыгнула через кровать. Приподнявшись и присев на другой стороне, девушка устремила взгляд на открытую дверь спальни.

Никого. По крайней мере, сейчас.

Сердце бешено колотилось в груди. Стащив матрац с кровати, она наклонила его набок, создав преграду между собой и дверью. Затем засунула в него руку и достала пистолет. Таурус Миллениум Про[2]. Небольшой и лёгкий, пистолет идеально ложился в её ладонь.

Вибрация от басов и барабанов прокатилась по полу, прошла через ступни и поднялась по ногам, стуча в такт с её убыстряющимся пульсом. Музыка была преимуществом и проклятием квартиры, которая находилась над баром. Бесплатные концерты. Хорошо и плохо одновременно. Случались вечера, когда Эмбер была благодарна изобретателю беруш.

Сегодня вечером она точно была рада шуму, потому что никто не сможет услышать выстрелов.

Девушка не очень любила пистолеты, но уже давно усвоила, что когда нет другого выхода, приходится делать вещи, которые обычно делать не стала бы. Поэтому она регулярно тренировалась. Ей не составляло труда попасть в любую мишень, и если её целью был человек, она целилась в голову или сердце.

Эмбер вздрогнула. Потому что не была уверена, люди ли за дверью.

«Стреляй только тогда, когда действительно убеждена, что это жизненно необходимо, и когда нет другого выхода».

Воспоминания мчались за ней, ударяя, как камни, бьющие в лобовое стекло. Она помнила голос и выражение глаз Кая, когда он это говорил. Такой серьёзный. Всегда настаивал на том, чтобы она научилась защищать себя, и этот факт окончательно убедил её, что его слова о любви не были ложью.

«Нет, он не любил её. Он предал ...»

Если она надеется спастись, прямо сейчас думать об этом нельзя.

С тех пор как Эмбер вернулась в Сан-Франциско, мысли о Кае посещали её слишком часто, и это ужасно расстраивало.

Торопливо пробежав по деревянному полу, девушка забилась в угол. Матрац служил хоть каким-то подобием защиты, но закрывал обзор. Конечно, она знала, что так будет, поэтому на всякий случай повторяла несколько раз упражнение с зеркалом. Эмбер поставила большое зеркало – в полный рост – под таким углом, чтобы спокойно могла видеть полгостиной и входную дверь.

Сжимая рукоятку пистолета обеими руками, она выглянула из укрытия, продолжая держаться своего места.

«Лучики надежды есть всегда, моя малышка. Смотри внимательно и ты обязательно найдёшь один».

Эти слова прошли за ней сквозь время. В ночь, когда умер Кай, не было ни одного лучика надежды. Только разбитое сердце, ужас и отчаяние. А после – осознание того, что он продал её, а она никогда не узнает, почему.

Секунды тянулись медленно, слишком медленно, чтобы успокоиться. Кожу покалывало. Во рту пересохло. Часть её просто хотела сбежать отсюда.

Мама называла преследователей охотниками. Снаружи их было по крайне мере трое, и они играли с ней в кошки-мышки.

И Эмбер оказалась чертовски бестолковой мышью, которая направилась прямиком в ловушку, проигнорировав свою интуицию. Она остановилась на долю секунды на Маркет-стрит перед офисом корпорации «Flat Iron», который был освещён уличными фонарями так ярко, что казался почти белым на фоне чёрного неба и полной луны. Потрясающее зрелище.

Только Эмбер остановилась совсем по другой причине, её насторожили трое парней на противоположной стороне улицы. Пройдя мимо, они направились вдоль Саттер. Она же проследила за ними вдоль квартала. Пока снова не увидела троицу в очереди перед входом в бар, который располагался под её квартирой.

В лексиконе Эмбер отсутствовало понятие "случайность".

Да, у неё была возможность развернуться и убежать, но тогда они последовали бы за ней. Схватили. Будучи в своей квартире и с пистолетом в руках её шансы удваивались. Вероятно, они не знали, что замечены, и не ожидали, что она будет вооружена.

Охотники не смотрели в её сторону, пока она открывала дверь и поднималась наверх, но инстинктивно знала – они придут, и поэтому показала себя лёгкой добычей.

Эмбер ошибалась не в первый раз, просто это было впервые за последнее время. После случая с Каем она стала очень осторожной.

Поддерживая пистолет на прежнем уровне, Эмбер опустила одну руку под кровать и сомкнула пальцы на ремешках маленького чёрного рюкзака, который всегда держала собранным и готовым. Сменное бельё. Наличные. Удостоверение личности. Аптечка.

В маленькой квартире не оставалось ничего такого, что ей было бы жаль покинуть. Время идти вперёд, двигаться дальше. Она и так пробыла здесь слишком долго.

На самом деле, Эмбер никогда не должна была возвращаться в Сан-Франциско. Однажды она оставила здесь сердце, и оказалась слишком сентиментальной идиоткой, чтобы вернуться. В мире было так много городов. Пришло время направиться туда, где она никогда не бывала.

Продолжая пристально следить за дверью, Эмбер поочерёдно надела на плечи лямки рюкзака. Это не ловушка! Окно слева, было дополнительным выходом. Но опять же, всё сводилось к свидетелям. Там внизу могла находиться охрана. Она не собиралась стрелять в кого-то, если посетители бара или прохожие могли её увидеть.

Поэтому Эмбер с бешено колотящимся пульсом и зажатым в руке пистолетом ждала, что надежды на правильно принятое решение оправдаются.

Преследователей долго не было, и она уже почти позволила себе надеяться, что охотники вообще не придут. Затем, в зеркале девушка увидела, как дверь квартиры задрожала и подалась вперёд. В её животе скрутился узел страха. При повторном ударе старое дерево вокруг замка раскололось, отрывая винты двойной цепи, которую она установила, и дверь распахнулась. Последовавший грохот заглушило действительно паршивое исполнение песни “Devil Inside”, звучавшей внизу.

Эмбер едва могла дышать. Было такое чувство, словно грудь сковал металлический обруч, который сжимался всё туже. Однако рука с пистолетом не дрогнула.

С этой стороны матрац создавал подобие защитной стены из пружин и пены. Девушка не осмеливалась выглянуть из-за него, чтобы разобраться в происходящем, потому что охотники могли её заметить. Вместо этого, с бешено колотящимся сердцем, Эмбер смотрела в зеркало на дверь и увидела, как вошёл первый парень. Он был не особо мускулист и обладал холодным, твёрдым взглядом человека, который охотится часто и профессионально. Длинные волосы зачесаны назад, с шеи свисают как минимум три золотых тяжёлых цепи.

Эмбер не двигалась, едва отваживаясь дышать. Просто смотрела на него и ждала. Охотник не торопился, задержавшись в дверях, чтобы оглядеться. Его сопровождали двое. Выше. Стройнее. Моложе. Одного из них она раньше внизу не видела. И это означало, что их больше трёх.

Были ли они на самом деле людьми? Или они такие же ... как она?

Эмбер никогда ещё не находилась так близко к тем, кто за ней охотился. За исключением той ночи, когда Кай заманил её в Койт-тауэр[3] с помощью роз и записки. Ей прежде не доводилось быть в шаге от того, чтобы её поймали. Предупреждения матери постоянно держали начеку, она всегда была готова сбежать.

Самые ранние воспоминания девушки были о матери, которая прижимала её к себе и рассказывала ужасные истории о людях, преследующих их.

«Мамочка, а как я узнаю, что это плохие люди?»

«Ты почувствуешь это здесь, сердцем и душой. Когда увидишь их – беги. Не думай ни о чём и ни о ком. Просто беги. Спрячься. Будь в безопасности».

Почему она не ощутила их и не сбежала, когда впервые увидела?

Потому что все ошибаются, ей только остаётся надеться, что эта ошибка не станет роковой.

Музыка снизу зазвучала на порядок громче. Эмбер ясно чувствовала ритм, пробиравший её до костей.

Парень с гладко зачесанными назад волосами бросил быстрый взгляд на остальных, махнув рукой в сторону кухни, один направился туда. Это означало, что он выходил из поля зрения. Ей такое положение вещей не нравилось.

Рискуя засветиться, Эмбер осторожно двинулась вперёд, расширив в зеркале обзор.

Указывая двумя пальцами на открытую дверь спальни, лидер направил третьего парня в её сторону. В его руке блеснул нож. Эмбер не знала, почему это её удивило. Они были монстрами, охотниками, которые сделают всё что угодно, чтобы поймать жертву. И хотя девушка помнила сети, дубинки и лассо во все предыдущие разы, однако не могла вспомнить, чтобы когда-либо видела их с ножами или пистолетами. Даже той ночью в Койт-тауэре.

Лидер повернулся. В зеркале он встретился глазами с Эмбер, затем переместил взгляд на руку с пистолетом. На долю секунды всё замерло. Затем он открыл рот, девушка знала, что из-за громкой музыки слова стали неразборчивыми.

Страх терзал и мучил её, словно зверь на короткой цепи. Эмбер не боялась смерти. Она боялась неволи.

«Делай всё, чтобы спастись от них. Всё что угодно».

Предупреждения матери, повторяемые тысячи раз из года в год, слились в ледяной шар внутри неё.

Ринувшись к двери спальни, предводитель достал пистолет из кобуры под рукой. Оружие означало, что они собирались убить её.

Соответственно могли забрать из неё то, что хотели. Либо они знали, что она не умрёт.

В любом случае, Эмбер не собиралась становиться лёгкой добычей.

Она вскочила на ноги и выстрелила. В голову. Первая пуля прошла прямо над переносицей более юного парня. Вторая попала в правую щеку.

Время остановилось. В горле появилась горечь. Девушка тренировалась на протяжении многих лет, но раньше никогда не стреляла в человека.

Охотник стоял и смотрел в упор. Затем упал на пол, словно все кости его скелета разом превратились в жидкость.

Задыхаясь, Эмбер поняла, что он служил единственной преградой между нею и пистолетом главного. Теперь уже ничего не мешало.

Не то чтобы она боялась смерти. Ей трижды приходилось проходить через это, опыт имелся. В первый раз её переехал фургон, когда девочке было пять. Очнувшись на деревянном столе в луже крови, она открыла глаза и села, а женщины, стоявшие вокруг, кричали и крестились. Неожиданно появилась мать, забрала её, и они сбежали, бросив всё кроме вещей которые были на них.