Читаем Добрый ротото (СИ) онлайн бесплатно

Смотри, труба плюётся сатаны,

Дым чёрный - порожденье тьмы.

Ник был точен в своих описаниях - как только автобус въехал в долину, вдоль дороги потянулось болотце с редкими мёртвыми деревцами. Лишённая коры, выбеленная солнцем древесина торчала из бурой жижи как кости из разложившейся плоти. Надвигающийся вечер добавлял ландшафту драматизма. Неплохая натура для фильма ужасов. Хрупкая девушка в вязаной шапочке с пушистым балабончиком дохнула на стекло и нарисовала пальцем улыбающуюся рожицу Доры-исследовательницы. "Ты нам нужен. Рюкзак давай. Ты готов? Поезжай, поезжай! Покажи нам путь. Эй, Эй!". Под мультяшную песенку дорога сразу стала веселей.

Вскоре лес потеснил унылую хлябь, замелькали привычные клёны и Валери увидела впереди столб с вывеской. Рядом маячила мужская фигура в красной куртке. Самое время нажать кнопку остановки. На выходе она поинтересовалась, когда пройдёт последняя машина маршрута и была приятно удивлена тем, что автобусы циркулируют круглосуточно. "Казино никогда не спит" - сказал водитель.

В казино на конечной остановке Валери наведывалась частенько, но на многочисленные ответвления главной дороги не обращала особого внимания. Как правило, они ведут к уединённым резиденциям, саунам, пансионам, в которых течёт сонная жизнь отдыхающих. Горы дают приют всем, кто ищет уединения. Есть, конечно, такие экзотические исключения как бункер банды байкеров или кемпинг нудистов, съезды к которым она хорошо помнила в силу событий, которыми ей приходилось заниматься.

Под лаконичным названием "Община "Семья"", указанном на вывеске, могло скрываться всё что угодно. В жёлтых страницах интернета был указан только адрес электронной почты. Поразительная лаконичность в эпоху лайков гугла.

Парень, топтавшийся рядом со столбом, не красил "Семью": одутловатое, землистого цвета лицо дополняла давняя небритость. Сутулость делала узкие плечи ещё более непривлекательными. Крупные кисти длинных рук торчали из рукавов замызганной куртки как лопаты. От стоптанных сапог несло навозом.

- Вы, так понимаю, Ник. Я - Валери из газеты "Солнце гор" - она протянула ему руку.

- Да, это я. Как дела? - ответил парень. Его рукопожатие "лопатой" было на удивление мягким.

- Неплохо. Прошу прощение за то, что вас потревожила. Вы выглядите уставшим.

- Да, ничего ничего, я нормуль, - Ник устало потёр глаза. - Это всё ночная работа. Давай без церемоний, на "ты". Ты маякнула, что хотела бы написать об общине. Что конкретно тебя интересует?

- Я веду рубрику "Письма читателей". В редакцию пришло письмо от вашего соседа. Он пишет, что иногда по ночам со стороны общины доносятся страшные звуки, похожие на завывания. В полицию читатель обращаться не хочет, уважая личную жизнь. Он был бы рад, если бы газета развеяла его страхи.

- Ах, это, - улыбнулся Ник. - А чёрный дым его не беспокоит?

- Ты шутишь? Читал мою последнюю статью?

- И в мыслях не было. Я не читаю газет.

- В ней я написала о чёрном флаге. Его один мусульманин поднял над своим домом. Соседи всполошились, подумали, что он из Аль-Каиды. Мне удалось их успокоить.

- Во как, религия. Здесь тоже типа того. Во время службы я открываю крышу часовни. Если ветер сильный, то он жутковатенько свистит в дыре. Поначалу меня самого пробирало, потом пообвыкся.

- Что это за религия с раздвигающимися крышами?

- Понятия не имею, я наёмный работник, мне платят за то чтобы крыша фурычила, а то, что под ней - не моего ума дела. С тенями религия связана, точняк. Старухи в общине всё время про тени напевают.

- Хорошо. У кого-нибудь можно узнать, что под крышей происходит?

- У отца Маркаса. Мне он, понятное дело, не отец. Босс, главный здесь. Я когда получил твой емейл, сразу к нему пошёл. Он тебя ждёт.

- Тогда веди меня.

Они пошли по узкой грунтовой дороге. Кроны деревьев, в начале жидкие, затем всё более густые, сомкнули над ними разлапистые ветви. Свет вечернего солнца едва сочился меж них, постепенно уступая место сумраку. Где-то невдалеке утробно заревели лягушки-быки. "Земную жизнь, пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу..." Гоня прочь мрачность Данте, Валери попросила рассказать Ника о его работе. Он оказался на все руки мастер, сам всё делал по хозяйству - красил, убирал, ремонтировал. Община состояла из пожилых женщин c отцом Маркасом во главе. Они проживали в отдельных маленьких коттеджах с запущенной электропроводкой и сантехникой. А так как женщины вели ночной образ жизни, обслуживание коттеджей происходило по ночам. Чтобы обеспечить им полный покой машины практически не заезжали на территорию, все грузы складировались у дороги и их приходилось транспортировать лошадьми, которыми тоже занимался Ник. К тому же женщины не пользовались компьютерами и мобильными средствами связи, так что маляр, уборщик, ремонтник, конюх, со своим ноутбуком ещё был и специалистом по общению общины с внешним миром.

Вскоре к дороге начали выходить решётчатые настилы с перильцами, за стволами деревьев показались зелёные силуэты низких домиков с тусклым светом в окнах. Ник сообщил, что общинницы ничем по дому не занимаются, на улицу не выходят, почти всё время сидят на полу в одиночестве и распевают, глядя перед собой, какие-то печальные песни. В его рутинные обязанности входят: доставка еды, сбор белья для прачечной, вынос мусора. Днём женщины спят, но если возникают проблемы со здоровьем, Нику приходится просыпаться и делать уколы, мерять давление, ставить клизмы. Валери с уважением посмотрела на огромные ладони, к которым она с таким пренебрежением отнеслась при знакомстве и вспомнила мягкое рукопожатие. А ведь эти руки квазимодо, пожалуй, способны на ласку.

Внезапно лес закончился просторной поляной. Сложенный из дикого камня дом занимал её почти целиком. Узкие окна были закрыты тяжёлыми, почерневшими от времени ставнями. Новенькая железная крыша немного портила архаичный экстерьер. Из широкой трубы курился лёгкий дымок. Сзади, на уступе скалы возвышалась часовня с небольшой колокольней. Заходящее солнце багровыми красками раскрасило серый бочонок её непомерно большой абсиды.

- Может быть, ты ещё и звонарь, Ник? - спросила Валери.

- Нет, колокола давно нет, - ответил он, проследив её взгляд. - В колокольню выведены трубы от горелки. Если присмотреться, то можно увидеть потёки сажи. Как говорит отец Маркас: "Дымоход плачет тьмой".

- Поэтично. Он, случайно, не поэт?

- Не скажу, не знаю.

- Да, действительно, грязноватая колокольня. Что сжигаете?

- Сырую нефть. Топливозаправщик раз в полгода приходит. "Кровь земли - дорогое удовольствие" - говорит отец Маркас, когда я приношу ему накладные.

- Пожарные, муниципальные службы не беспокоят? Сейчас экология в мейнстриме.

- Чего?

- Защита природы. Слышал?

- Вреда ж никому нет, - Ник озадаченно почесал затылок. - Дым идёт редко, только по ночам. Сразу ветром раздувается над горами. Пожарные в курсе. Муниципалитет пожертвования солидные от общины получает. Всем хорошо.