Читаем Добрее людей онлайн бесплатно

Мертвую тишину комнаты пронзил оглушительный звон.

— Да! — рявкнула я в трубку хриплым голосом.

— Если ты еще не досмотрела сон, можешь захватить подушку. Жду тебя в морге, — в телефоне послышались гудки.

— Прелестно… — пробурчала я и, сладко потянувшись, свалилась с дивана. Верхняя одежда уже на мне — приходя с работы нет сил даже раздеваться, да и зачем, если практически каждую ночь меня будят вот такими звоночками!

— Знаешь, мне кажется, ты просто ему нравишься, и при каждом удобном случае он ищет предлога встретиться, — сказала бабушка, покачиваясь в кресло-качалке и лукаво улыбаясь. — Ох, мне б твои годы… Да и вообще, если бы я была жива, то точно не упустила бы этот шанс.

— Не сомневаюсь, но если все действительно так и он напрасно дергает меня, то моей симпатии ему не видать, — накинув куртку, я направилась к выходу, прихватив ключи от моего кроваво-красного Honda CB 400 SF.

— Не забудь надеть шлем! — прокричала бабуля мне вдогонку. Она не одобряет мотоциклы с тех самых пор, как десять лет назад один из них сбил ее.

Захлопнув дверь, так ничего и не ответив, еду на свою любимую круглосуточную работу. Конечно же, мне она нравится — патологоанатом это и необычно, и интересно, но самое главное — «весело»!

Однажды я случайно засветилась перед частным детективом Торментом Далсоном, когда вела оживленную беседу с призраком. Он, естественно, посчитал меня сумасшедшей, а я была не против этого. Но, как всегда и бывает, мне вздумалось спасти от пожизненного срока парня, обвиняемого в убийстве подружки. Девушке, которая, к слову, покончила жизнь самоубийством, видно стало жаль бывшего дружка, отчего ее приставучий призрак рассказал мне, что есть несколько предсмертных записок и дневник, где в подробностях описана предстоящая кончина. Парня оправдали, а вот ко мне возникли некоторые вопросы. Многие сделали вид, что поверили в мое женское чутье, но Тормент просто взял меня на карандаш. После нескольких месяцев слежки за мной, он догадался обо всем сам.

Поразительно, но это оказалась чересчур полезная способность в мире запутанных преступлений: видеть призраков и общаться с ними. Поначалу Тормент пытался меня шантажировать, но, в конечном счете, работать я стала с ним чисто из интереса. И совсем чуть-чуть из-за того, что теперь могла хоть кому-то помочь, пусть даже после смерти. Так мы стали неофициальными напарниками.

Войдя в темный коридор морга, я направилась прямо в свою лабораторию, из-под двери которой виднелся яркий свет.

— Доброй ночи, Крэсли, — послышалось дружелюбное приветствие охранника, — Детективчик уже ждет.

Кивнув, я проскользнула внутрь и по привычке принялась забирать волосы в хвост.

— Это не могла подождать до утра? — поморщившись, осведомилась у мужчины, развалившегося за моим рабочим столом.

— У нас серия убийств Крэсли! Так что нет, не могло.

Надев перчатки и халат, я подошла к каталке, где лежал труп молодого парня. На вид ему было чуть больше двадцати, еще совсем молодой. Откинув простыню, я стала осматривать тело. Никаких внешних повреждений, свидетельствующих о причине смерти. Придется провести вскрытие.

— Это уже шестой за две недели, — проинформировал Тормент, отводя взгляд.

— Почему ты сразу не пришел ко мне? Где остальные тела?

— В морге при полицейском участке. Я едва смог организовать, чтобы этого привезли сюда. Мне только сейчас отдали дело.

Я наградила его понимающей улыбкой.

— Никаких улик. Все жертвы — молодые люди в возрасте двадцати четырех лет. Убийства происходят с интервалом в день. Полиция пока не дает огласки, чтобы не вызвать шумиху.

— И дело передали тебе? Вот уж удивительно…

— Не только. Над этим работает полиция, а также еще несколько частных детективов.

Тормент выжидающе прогуливался по лаборатории. Было видно, что ему не терпится услышать от меня хоть какие-то зацепки.

— Странно…

— Что? — он метнулся к каталке, стараясь смотреть по сторонам, а не на меня, разделывавшую труп.

— Внутренние органы повреждены словно от ножевых ранений. Вот, смотри: несколько ударов ножом в области сердца и почек, а мочеточник вообще обрезан, — я на секунду замолчала. — Ха!

— Что еще?

— Половые железы вырезаны.

— То же самое у остальных, — выдохнул напарник.

— Как такое возможно? — выбросив перчатки в мусорную корзину, я схватилась за голову. — Никаких внешних повреждений, никаких швов, ничего!

— Ты видишь его? Призрака?

— Нет, здесь никого нет.

Я была в недоумении. Впервые в моей практике происходило то, что я никак не могла объяснить.

— Что тебе еще известно об этих убийствах?

— Ну… — он посмотрел на неприкрытого мертвеца, и его лицо тут же приобрело зеленоватый оттенок. — Им по двадцать четыре года, как я уже сказал.

— Тебе повезло, что ты старше, — усмехнулась я, забавляясь его реакцией на труп.

— А тебе в том, что ты женщина, а не парень. Пришлось бы еще стать твоим телохранителем, — улыбнувшись, Тормент заиграл бровями. Иссиня-черные волосы мужчины торчали во все стороны, глаза опухли, а рубашка и брюки были мятые — видимо, его так же вытащили прямо из постели.

— Много от тебя толку, — фыркнула я, увозя покойника в морозильную камеру. — Как насчет подозреваемых? Еще зацепки?

— Ничего. Жертв объединяет только пол и возраст.

— Где находили трупы?

— Везде: на улице, дома. Этот прямиком из лифта торгового центра. Я надеялся на тебя, на то, что ты…

— Тут никого нет, кроме нас. И я не вижу сияния вокруг тела, значит призрак ушел.

— Черт бы его побрал, он не мог подождать?

— Может, он не хотел, чтобы мы знали, кто, как и зачем его убил. А может, его тут же забрали в ад за плохое поведение.

— Завтра с утра проедем до городского морга, взглянешь на остальных, — разочарованно пробурчал детектив, потирая усталые глаза.

— Не получится, у меня занятия, — выключив свет, я спровадила его из лаборатории.

— Какие? — опешил он.

— Я же говорила, что записалась на курсы психологии. Завтра первый день, пропускать нельзя.

— Опять? Ты третий год подряд пытаешься их закончить. Ну не судьба, смирись!

— Мне нужно уметь общаться с людьми. Ну, или с призраками… Надо правильно задавать вопросы, пытаться понять их. Да и вообще, у меня завтра выходной, когда все нормальные люди отдыхают. Подождешь до понедельника!

— Ты-то уж точно не из числа нормальных людей, — прокомментировал Тормент.

— У меня занятия. Они оплачены. Заедешь за мной в пять, тогда, может быть, я и съезжу с тобой, — с этими словами я вставила ключ в замок зажигания и умчалась прочь.

Этой ночью мне так и не удалось заснуть. Просидев в интернете в поисках разгадки убийств я ничего не нашла, не было ни единого упоминания о подобных смертях, а значит это либо происходило впервые, либо подобные явления тщательно скрывались.

Третий год подряд я пыталась окончить курсы психологии, но каждый раз бросала их из-за отсутствия времени. Но на этот раз я настроилась серьезно.

Войдя в аудиторию, я села за свободный стол, подальше ото всех и поближе к окну. Открыв ноутбук, лениво начала открывать и закрывать папки, делая вид, что занята особо серьезным делом.

У меня с детства были трудности в общении с людьми: всегда тяжело видеть то, чего не видят остальные. Сначала родители думали, что у меня очень бурная фантазия, когда в десятилетнем возрасте я через несколько дней после смерти бабушки стала с ней разговаривать. Но позже они всерьез забеспокоились, стали водить по различным специалистам. Одно время я даже находилась в психбольнице, это закалило меня. С того момента я перестала доверять всем, даже самым родным людям. И никогда никому не рассказывала о своих способностях, хотя часто возникала потребность с кем-нибудь поделиться. Вот почему я выбрала для себя профессию патологоанатома.

Никогда не имевшая близких друзей, всегда и везде одна, не считая призраков, я чувствовала себя если не одинокой, то как минимум замкнутой. Призраки ведь это совсем другое… Они не могут дать того душевного тепла, которое способен подарить человек. Тормент единственный, кого я подпускала к себе так близко. Не думаю, что для него наши отношения были какими-то особенными, но для меня они были именно такими. Я не воспротивилась работе с ним еще и потому, что мне нужно было говорить, спорить и мечтать с человеком!

— Привет! Почему так далеко ото всех? — прервал мои мысли мужской баритон. Оторвав взгляд от монитора, я столкнулась со светло-серыми улыбающимися глазами. — Не возражаешь, если сяду с тобой? — продолжил молодой человек, уже усаживаясь на соседнем сиденье.

— Я Генри Монинг. Но для тебя просто Генри, — проведя рукой по каштановым волосам, он вопросительно посмотрел на меня.

— Крэсли. Для тебя тоже просто Крэсли.

Парень протянул мне руку, улыбаясь от всей души, и я просто не смогла не ответить на рукопожатие.

— Как думаешь, что сейчас будет? — спросил он, растянувшись на стуле.

— Как обычно. Придет преподаватель и начнет читать лекцию. Ну и еще до этого расскажет про весь курс, и про то, как все будет проходить.

— Уже ходила на нечто подобное? — заинтересованно осведомился он.

— Третий год пытаюсь окончить эти курсы, и на что-то подобное в будущем вряд ли решусь. Слишком мало времени.

Генри хотел сказать что-то еще, но тут в аудиторию зашел мужчина средних лет и, потребовав тишины, начал свою вводную речь.

После занятий по психологии я отправилась на разведку в городской морг.

— Сколько он уже пролежал? — бросила я начальнику морга, который с отвращением отворачивал нос от трупа.

— Всего три дня, мисс. Чтобы мы не делали, тело разлагается. Я разговаривал с полицией, но они не дают разрешения на захоронение, — оправдывался мужчина.

— А холодильные камеры?

— Не помогает. Как ни удивительно, процесс разложения только ускоряется.

Его слова меня действительно напугали. Тело парня, лежавшего передо мной, выглядело, как только что привезенный подснежник. Вглядываясь в лицо мертвеца, я пытаюсь увидеть хоть какое-то свечение, что свидетельствовало бы о нахождении его души на нашей бренной земле. К сожалению, ничего не было, а что означало, что он ушел. Это был четвертый по счету труп. Везде одно и то же — тела слишком быстро разлагались, не поддавались специальным обработкам. Так же везде были удалены половые железы. Как же все это странно…

Тормент до конца выжал педаль газа, что бы успеть пролететь под зеленый свет.

— Что скажешь обо всем этом?

— Меня удивляет, что ни один из призраков не задержался. Все ушли. После таких ужасных смертей, явно насильственных, души обычно остаются до тех пор пока не обретут покой.

— Предположения?

— Может, все они были грешниками и просто не смогли остаться?

— Исключено. Мы опросили родственников и друзей Эммета Бэромсона, он был третьим, все отзываются о нем очень хорошо. Домашний мальчик, прятавшийся за юбку матери. Не говорила на эту тему с бабулей?

— Еще нет. Сегодня она идет на двухсотлетие к другу. Большая вечеринка, а следовательно, все призраки будут в сборе. Наверняка ходят какие-либо слухи, попрошу бабушку что-нибудь ненавязчиво разузнать.

Только это и может сейчас помочь, раз у полиции нет никаких предположений. Кто мог совершить серию таких преступлений и главное для чего? Убийства совершались регулярно, и все парни были похожи между собой. Вот хохма-то будет, если это окажется какая-нибудь ненормальная мужененавистница.

Весь следующий день пролетел в одно мгновение. Утро я провела на занятиях, Генри оказался самым дружелюбным человеком, которого я когда-либо встречала. Волшебная радостная энергетика прямо так и лилась из него, заполняя меня положительными эмоциями. Он постоянно что-то рассказывал, смеялся. В его присутствии я чувствовала себя такой же, как все.

Вернувшись домой, сразу набросилась с расспросами на бабушку. Никто ничего не знает об убийствах. Значит, свидетелей у нас нет даже среди мертвецов… Не успела я залезть в ванну, как раздался пиликающий звук телефона.

— Да?

— У нас еще один труп, — спешно сообщил Тормент.

— Давай завтра, у меня сил нет.

— Сейчас и не получится, труп в городском морге, который ночью не работает. Я не смог договориться отвести его в твою лабораторию.

— И слава богу! Завтра его и посмотрим.

— Из-за этого мы теряем время.

— Прости?

— Будет новое убийство. А что, если призрак еще в теле? Завтра его может не быть, — гневно проорал Тормент.

— Если он тут, то никуда не денется. Спокойной ночи!

Настроение вмиг ухудшилось. Надеюсь, Тормент чувствует сейчас себя так же плохо.

На утренние занятия я пришла выжатая как лимон: глаза слипались, хоть спички вставляй, голова болела, а мозг совсем не работал. Уткнувшись лбом в стол, я закрыла глаза, пытаясь унять стук в висках.

— Веселая ночка? — спросил Генри, почти прошептав свой вопрос.

— Проблемы на работе… — ответила я, находясь все в той же позе страуса.

— У тебя есть еще пятнадцать минут, чтобы прийти в рабочее состояние.

— Думаешь, это… — на этих словах я замолкла. Хватило и сотой доли секунды, чтобы все понять. Он почти прозрачный и светился чуть синеватым светом…

Вскочив с места, я прижала ладонь к губам и едва старалась сдержать слезы:

— Какого черта?

— Тебе плохо? — обеспокоенно спросил парень, приближаясь ко мне.

Прижавшись спиной к стене, я сползла по ней вниз, заметив, что на меня пялятся некоторые одногруппники.

— Да что с тобой, ответь! — не унимался парень.

Схватив сумку, я бросилась к выходу, показав парню жестом следовать за мной.

Выйдя на улицу, мы некоторое время шли молча.

— Ты не заметил сегодня ничего необычного? — спросила я у Генри, прижав к уху сотовый, делая вид, что разговариваю по телефону.

— Что ты творишь?

— Отвечай! — рявкнула я. Парень даже подпрыгнул от неожиданной с моей стороны грубости. — Прости, просто у меня нервы разыгрались.

— Я заметил. Нет ничего необычного. А что случилось?

— Идем ко мне домой, — бросила я ему, заворачивая за угол.

— Так сразу? Не то чтобы я против, просто у нас даже не было цветочно-букетного периода…

— Заткнись и иди за мной.

Войдя в квартиру, я сразу направилась в свою комнату.

— Ой, да ты мне привела дружка! — с порога встретила меня бабуля.

— Это тяжелый случай…

— Здравствуйте, — смущенно пробормотал Генри. — Ты же говорила, что живешь одна, — прошептал он мне.

— Одна, — заверила его бабуля. — Давно умерших родственников она никогда в счет не берет.

— Простите, что?

— Идем, — бросив на бабушку многозначительный взгляд, я удалилась в спальню.

Сев на край кровати и массируя виски, старательно пытаюсь придумать, как же лучше начать беседу.

— Я должна тебе кое-что сказать. Не все понимают это сразу, не все помнят… Как же сказать?

— Говори как есть, — подбодрил парень.

— Если бы это было так легко. Ты болеешь чем-нибудь?

Вопрос был явно неожиданным для него.

— Нет.

— Господи! Понимаешь… У меня есть некая способность с детства… Я вижу… Вижу призраков, и ты один из них, Генри.

— Ммм… Понятно.