Читаем До встречи не в этом мире онлайн бесплатно

До встречи не в этом мире

Юрий Михайлович Батяйкин – поэт, прозаик, член Союза российских писателей, лауреат Пушкинской премии. Автор книг «Праздники одиночеств» (1993), Ingenfors (2012), «Яблоки горят зелёным» (2013).В этой книге перед вами предстает редкая возможность услышать не согласный ни с кем и ни с чем голос Поэта, свободного от всех канонов и рамок, свободного по рождению, по своей упрямой человеческой натуре.

Юрий Михайлович Батяйкин

Поэзия

Юрий Михайлович БатяйкинДо встречи не в этом мире. Стихи разных летЧасть I«Когда-нибудь не станет Петербурга…»Когда-нибудь не станет Петербурга.Тогда же и Поэзии не станет.Поэзию Серебряного векаи Золотого скоро позабудут.Забудут все и Бродского, и Рейна,Охапкина, Кривулина, меня,чьи выступленья сотрясали стекла,гуляния по Крюкову каналу,забудут Дровяной. На Офицерскойдом Блока переделают в отель.И Новую Голландию застроятособняками в стиле Лимпопо.И будут все приезжие взиратьне на ее – ворота в Никуда,а на Нью Нью-Йорк с общественным Кремлем,и пряником Блаженного напротив.Поэзию забудут. Двух СтолицПоэзии на свете не бывает.Везде исчезнут улочки такие,где бы могла поэзия рождаться.Их и одну найти уже непросто.И это будет всё.Конечно, где-нибудь,когда-нибудь опять родится кто-то:романтик, бессребреник, поэт.Но это будет редкое явленье,И, сомневаюсь, – нужное ли здесь.«Есть где-то девушка на свете…»Есть где-то девушка на свете.Она мечтает о поэте.А также есть поэт в природе,о ней мечтающий порой.Жаль, им не встретиться. А надо,чтобы исчезать в аллеях сада,идя из дома и домой.Чтоб отправляться на прогулкуот скуки или просто так:туда-сюда по переулку,а может, если есть там – в парк.А тот, в кого бы ей влюбиться,тот, что почти в нее влюблен,кому опять всю ночь не спится,хотя уже светает. Он,еще теплом ночным согретый,пьет горький кофе с сигаретой,пока ей снится странный сон.«Живешь на свете сотый век…»Живешь на свете сотый век,печальный и больной.Но взгляд из-под усталых векупрямый и стальной.Тебя узнает без трудалюбой, кто сам такой.Тебя встречаю я всегда —и летом, и зимой.Ты бродишь, жизнь свою губя,похожий на Пьеро.Но кто-то влюбится в тебянечаянно, как в метро.Проводит взглядом до дверей,и ты навек уйдешь.Но если будешь посмелей,то встретишь и найдешь.Но тот, кто любит, – не любим,и это знаешь ты,и бродишь с кем-нибудь другимопять до темноты.А те, кого любил всегдаи звал под снежный хруст,придут в твой старый дом тогда,когда он будет пуст…«Кружится снег устало…»Кружится снег усталонад зданием вокзала,и я не собираюсьсегодня уезжать.Но я иду ко входу,чтобы свою свободухотя бы на минуткупочувствовать опять.И вот я у порога.В душе моей тревога,И, в уголочке сердцамечты свои храня,я снова на перронестою и беспокоюсьо том, что этот поездуходит без меня.Куда-то все шагают,о чем-то все мечтают,и каждому на светедано, как королю.И пусть кому-то мало,и пусть кому-то много,а мне дана дорога —и я ее люблю.Иду по светлым заламвечернего вокзалаи слышу в желтых сводах,как вздрагивает путь.Мне хочется с тоскоюмахнуть на все рукою,все бросить и уехатьеще куда-нибудь.«Моя мечта идет в подъезд с блатным…»Моя мечта идет в подъезд с блатныммурлом. Как тоненькие ножкипохожи на пружинки. Братья Гримми я глядим в немытые окошкии медленно проходим. Негативготов для интродукции и строчкина тему, что дворовый коллективжизнеспособней волка-одиночки.Да, к сожалению, Москва – не лес,А псарня, где под бдительным надзоромскоты жиреют и еб… принцесс,забросивших в помойки сказки, хором.Но их тупой не различает взгляд,как ждет своей минуты непокорнопоэзия, что капает, как яд,пока не время перерезать горло.«А за окнами – снег. Не поймешь – хорошо или плохо…»А за окнами – снег. Не поймешь – хорошо или плохо.Лишь отрадно смотреть, как заботится бережно Бог опочерневшей земле. Проникаясь светлеющей дрожью,как-то легче простить небесам своюжизнь скоморошью.К завершению дня, когда сердце обычно болеет,хорошо представлять, что тебя еще кто-то жалеет,что за окнами нет ни толпы, ни Кремля, ни Дзержинки,только сумерки сыплются. Только кружатся снежинки.Созерцание снега, наверное, связано с детскимвосприятьем зимы, словно чуда. Да больше и не с кемпроводить вечера. И глядишь, как из детского сада,из клетушки на сумрачный, сказочныйвихрь снегопада.Если долго смотреть, можно в сумеркахвстретиться взглядомс ирреальным пейзажем, что вечно присутствует рядом,открываясь во мгле идиоткам, шутам и поэтам,наполняя Россию снежинками, небом и светом.Ибо, ежели что на земле и является Русью, —это вечное небо, глаза, что измучены грустью,да рождественский снег, что летитнад ночным озареньеми ложится на землю сверкающим стихотвореньем.«Кто выбрал поэту…»Кто выбрал поэтутерновый веноки нашу планету,где он одинок,где вечно он болени в трансе от бед,и всем недоволен,и плохо одет,где ветром продутаего голова,и где почему-тоон ищет слова,печалясь и маясь,на вид, как чума,в стихи погружаясь,как сходят с ума,где в праздник и в будни,помимо всего,бездельником людисчитают его,где жизнь уплывает,и где, наконец,его ожидаетпечальный конец.«Я отправлю стихи в журнальчик…»Я отправлю стихи в журнальчик,Получу дорогой ответ:«Уважаемый Мальчик с пальчик,с сожалением пишем: нет…В ваших строчках одни химеры:то бессонница, то печаль…Да к тому же не те размерыи, неведомо чья, мораль».И заплачу не от обиды,что читал их дурак и хам,чьи глаза, точно злые гниды,проползли по моим стихам,не от дуры смешной – природы,изнасилованной скопцом,а от глухонемой Свободыс изуродованным лицом.«Кто Музу балует любовью…»Кто Музу балует любовьюв часы полночной тишины,кому на свете до здоровья,как на верблюде до луны,и у кого ни средств, ни платья —лишь до зари мигает свет,кому Поэзия – проклятье,тот, может, истинный Поэт.И чаще умники читают,не доверяясь сволочам,не тех, кого не выдворяют,а тех, кто пишет по ночам,не отдаваясь в каждом слове,не ухмыляясь на бегу,а оставляя капли кровина подкрахмаленном снегу.«Снова праздничными флагами…»Снова праздничными флагамиизукрашена столица,И снуют антропофагамиэлектрические лица.По Тверской от Маяковскогомерно движется эпоха.В Институте Склифосовскогонынче будет суматоха.Такова у нас традиция —пусть побу йствует природа!И сторонится милицияот Великого Народа.А в Кремле звенят подносами,стелют мягкие перины,И с распущенными косамив залах бродят балерины…«Друзья, наши встречи…»Друзья, наши встречине помнит трава.Но в пасмурный вечеря ваши словав коробочке чернойловлю через страх,хотя и ученыйна ваших слезах.За липовой дверьюдвойная возня,но все же я верю,что к вам от менясквозь смрадную крышудоходит ответ,хотя я вас слышу,а вы меня – нет.«Не доверяйте секретов снам…»Не доверяйте секретов снам:что для науки сон…И, плавая по коротким волнам,не поднимайте звон.Не открывайте друзьям своейтайны, что Вы – поэт.И даже в дни, когда все о-кей,на ночь гасите свет.Не забывайте шагов в траведля посторонних глаз,и прячьте записи в головев неторопливый час.Не забывайте, куда ведетзлая дорожка рифм,чтобы, когда «светлый день» придет,встретить его живым.«Где, как дворец на тракте, страждущим и усталым…»