Читаем До тьмы онлайн бесплатно

Дженна

Дарлин Ларсон, мой босс из ада и менеджер по интернет-маркетингу в «Слейд Энтерпрайзис», врывается в офис. Она может ничего не говорить, я и так вижу, что она в дурном настроении.

Складки у ее рта стали казаться глубже, чем были вчера. Кто-то упоминал, что когда-то она была позитивным человеком, задолго до того, как я стала работать в компании. Все изменилось, когда друг детства бросил ее у алтаря. Каждый раз, когда она ведет себя со мной, как сука, я напоминаю себе о том случае. На ее месте я бы тоже огорчилась.

― Дженна, тебя срочно ждут на четырнадцатом этаже.

Звук ее голоса разрезает воздух, как лезвие бритвы.

Интерны резко вскидывают головы, они открывают рты одновременно с тем, как у меня внутри все обрывается.

В течение полутора лет, которые я проработала в «Слейд Энтерпрайзис», Дарлин часто давала понять, что четырнадцатый этаж ― там, где располагался офис генерального директора ― запретная зона для таких, как мы.

Я наполняю легкие воздухом с ароматом лимона и наклоняю голову.

― Но ты сказала...

― Я знаю, что я сказала.

Дарлин выпятила свою большую грудь и впилась в меня взглядом своих глаз медового цвета.

― Я так же удивлена, как и ты, что генеральный директор хочет видеть тебя ― простого помощника менеджера.

Я скрещиваю пальцы под столом и пожимаю плечами.

― Он не сказал, по какому поводу?

― Его секретарь ничего не сказала.

Она наблюдает за мной еще пару ударов сердца, из-за напряжения между нами потрескивает воздух.

― Чего ты ждешь?

― Э-м-м... хорошо.

Я перевожу свой компьютер в спящий режим, а затем отрываю задницу от кресла.

Когда я проталкиваюсь мимо Дарлин, то улавливаю шлейф ее удушающего мускусного парфюма. Мой нос покалывает из-за желания чихнуть, но мне удается сдержаться. Должно быть ее убивает любопытство, почему меня вызвали на четырнадцатый этаж. Ее саму вызывают туда не часто.

Стоя в лифте, я пытаюсь собраться с мыслями. Но у меня подгибаются колени, как только двери лифта открываются, являя виду Ангелию Кокер, личную помощницу генерального директора. Она собрала свои огненные волосы в тугой пучок и сейчас серьезно смотрит на меня серыми глазами из-за очков без оправы. Она просит меня следовать за ней.

― Мистер Слейд ожидает вас в своем офисе.

Она показывает в направлении длинного коридора.

― Последняя дверь слева.

Я киваю и обхожу ее. Она знает, что происходит? Кто-нибудь знает?

Достигнув двойных деревянных дверей, ведущих в офис генерального директора, расправляю свою розовато-золотистую блузку и глубоко вдыхаю, чтобы унять сердцебиение. Задерживаю дыхание, прикладываю обе ладони к дереву и толкаю дверь, чтобы войти в офис, который намного больше моей крошечной квартирки.

Офис выполнен в черно-белой гамме, яркий солнечный свет льется сквозь окна от пола до потолка с видом на Нью-Йорк. Офис, определенно, соответствует генеральному директору компании, входящей в топ-100 по версии «Фортуны». «Слейд Энтерпрайзис» ― межнациональная технологическая организация стоимостью в миллиарды.

Обстановка в комнате такая, что в ней страшно сидеть, по ней ходить и даже прикасаться к чему-то в ней ― дорогие кожаные диваны и оттоманки, дорогостоящие ковры, эксклюзивные декор и предметы искусства. К офису даже прилегает ванная комната, которую я имела тайное удовольствие видеть несколько месяцев назад.

― Закрой двери, ― командует Уинстон Слейд чисто профессиональным тоном.

Одетый в один из своих серых костюмов, он по-хозяйски располагается за массивным стеклянным столом.

Солнечный свет, струящийся из окон позади него, заставляет серебряные волоски, прячущиеся в его густых каштановых волосах сверкать, как блики. Его пленительные глубокие темно-карие глаза, точеные черты лица в сочетании с подбородком с небольшой ямочкой и уверенно расправленные плечи делают невозможным оторвать от него взгляд. Его невероятно привлекательная внешность завораживает любую женщину, включая меня.

Мои коленки трясутся, пока я подхожу к его столу, который находится на довольно приличном расстоянии от двери. Я чувствую, что юбка-карандаш немного жмет, а на моем лбу выступают капельки пота. Я так нервничаю, что моя блузка даже прилипает к спине.

Я не видела его две недели, которые он провел в командировке в Европе. Ничего не изменилось, пока его не было. По крайней мере, с моей стороны. Я вижу его, и в моем животе просыпаются бабочки.

Мои каблуки стучат по деревянному полу, пока я приближаюсь еще ближе.

Не отрывая взгляда темных глаз от моего лица, он складывает руки поверх стопки бумаг.

Он не произносит ни слова, пока я сажусь в одно из кожаных кресел сбоку от его стола. Я наклоняюсь вперед.

― Уинстон, что ты делаешь? Я думала, мы согласились, что...

Он откидывается в кресле.

― Как босс я устанавливаю здесь правила. Также я имею полное право их нарушить.

― Вот как, мистер Слейд?

Уголки моих губ дергаются.

― Скажи мне, собираешься ли ты ввести новые правила взамен тех, что уже нарушил?

Он встает из-за стола, берет в руки пульт и закрывает жалюзи, чтобы никто не видел того, что происходит в офисе. Несмотря на то, что это помогает мне почувствовать себя в большей безопасности, поскольку я знаю, что у нас есть некоторое уединение, я не могу не думать, что подумают люди по другую сторону стены. Босс, закрывающий жалюзи, находясь в кабинете с мелкой служащей, может спровоцировать волну сплетен.

Уинстон огибает стол, подходит ко мне и кладет ладони мне на плечи. Он наклоняется, чтобы поцеловать меня в макушку, и кожу моей головы овевает его теплое мятное дыхание. Я закрываю глаза, чтобы насладиться опьяняющим ощущением электрического тока, распространяющегося по моему телу.

Слишком скоро он отнимает от меня руки и пристраивается на углу стола, смотря на меня, наблюдающую за ним.

― Дженна, я скучал по тебе.

― Я тоже по тебе скучала, ― тихо произношу я. ― Но нам нельзя встречаться и говорить о таких вещах в офисе, помнишь? Нам вообще нельзя разговаривать.

― Я намерен положить этому конец.

Он выпрямляется во весь рост и подходит к одному из окон, обозревая город.

― Я считаю, что эта история порядком затянулась. Настало время перемен.

Я приподнимаю бровь.

― Каких перемен?

Он снова смотрит на меня, и у меня переворачивается сердце. То, как он смотрит на меня с расстояния, аура властности вокруг него почти сводят меня с ума. Даже в сорок три ― он на пятнадцать лет старше меня ― он самый роскошный мужчина, которого я знала и с которым была.

Размашистым шагом он возвращается к столу, поднимает хрустальный кувшин с водой и наливает мне стакан.

― Мне нужно кое-что сказать тебе.

― Хорошее или плохое?

Я делаю глоток прохладной воды и снова задерживаю дыхание.

― И то, и другое.

Прежде чем продолжить, он делает паузу, заставляя меня нервничать еще сильнее.

― Давай, Уинстон, что ты хочешь мне рассказать? Мне нужно возвращаться к работе.

Дарлин, вероятно, уже посматривает на часы.

Уинстон прислоняется к столу.

― Боюсь, что твоя работа в «Слейд Энтерпрайзис» окончена.

― Что ты имеешь в виду?

Я отнимаю стакан от губ и ставлю на колени.

― Я не понимаю.

Что-то тут не так. Я нутром это чувствую.

― Дженна, я вызвал тебя сюда, потому что должен был сказать, что все кончено. ― Он пропускает свои густые волосы через пальцы. ― Этот офисный роман больше меня не интересует. Мне нужны перемены.

Я отшатываюсь, будто он меня ударил, а затем пытаюсь проглотить ком в горле. Не удается.

На самом деле у меня нет права удивляться. Мы оба с самого начала знали, что это лишь интрижка. Просто я никогда не думала, что все закончится так неожиданно и без предупреждения.

Я даже не уверена, можем ли мы назвать это расставанием. Мы не состояли в отношениях. Просто спали друг с другом при первой возможности, и он возил меня в красивые места, но только для секса. Он заставил меня делать и чувствовать то, что я никогда прежде не делала и не испытывала.

Мои родители думают, что я хорошая девочка, строю карьеру в Нью-Йорке. Они понятия не имеют, что я полгода тайно сплю со своим боссом. Я удивлена, что нам так долго удавалось сохранять свою интрижку в тайне. Депрессия моего отца вернется, если он об этом узнает.

Я пыталась покончить с этим раньше, но так и не решалась. Есть что-то в Уинстоне, что притягивало меня к нему и что меня не отпустит. Его прикосновения всегда вызывали во мне перегрузку чувств. Сексуальное притяжение было таким сильным, что я не могла ему противостоять.

Впервые я заговорила с ним, когда мы оба застряли в лифте. Дарлин дала мне проект, из-за которого я работала допоздна, и так случилось, что он тоже засиделся за полночь. Я была шокирована тем, как легко было завязать разговор, полившийся непринужденно. Хотя никогда раньше я не видела его лично, что не удивительно, ведь он редко появлялся в здании.

В конце нашего недолгого времени вместе, он сказал мне, что хочет узнать меня лучше. Несмотря на искры между нами, я ему отказала. Но он не унимался. Последовали тайные электронные письма и телефонные звонки. Он недвусмысленно дал понять, что хочет, чтобы я стала больше, чем просто сотрудником его компании.

Через две недели его преследования, я оказалась лежащей на нем сверху в постели в роскошном отеле, которым он владел. Нам вместе было так хорошо в постели, что я не испытывала вины и не ощущала себя развратницей. Находиться в его руках было великолепно.

Теперь, пока я жду, когда он разобьет мое сердце, едва могу дышать. Между нами все еще так много страсти. Я думала, что сначала погаснет огонь, прежде чем мы решим, что нам пора расстаться. Похоже, я ошибалась.

― Почему ты так поступаешь?

Мой голос похож на сдавленный шепот.

― Потому что все меняется. Люди меняются.

Я взмахиваю руками.

― Все так просто, да? Просто все кончено.

Он поправляет свой черный галстук.

― Сначала я должен кое-что сделать.

― Что?

Я игнорирую жжение в глазах.

― Я должен тебя отпустить.

Он даже не моргает.

― Ты меня увольняешь? ― Все мое тело охватывает жар. ― Это несправедливо, ты так не считаешь? Ты был инициатором нашего романа. А платить за это должна я?

Мне нужна эта работа. Я облажалась, но мне правда нужна эта работа. «Слейд Энтерпрайзис» ― одна из самых желанных компаний в мире. Теперь я упустила свой шанс, и все из-за мужчины. Благодаря моей слабости к нему, я уйду из этого здания, покрытая позором, и вероятно без рекомендательного письма.

― Не грусти. Это к лучшему, поверь мне.

Он наклоняется вперед.

― Просто выслушай меня, хорошо?

Я плотно зажмуриваю глаза и распахиваю их снова.

― Уинстон, я считаю несправедливым, что ты увольняешь меня из-за...

― Того, что ты трахалась со мной?

Он выгибает бровь.

― Не называй это так.

Он все опошляет.

Уинстон подходит ко мне ближе, принося с собой запах своего одеколона ― цитруса с нотками специй.

― Дженна, посмотри на меня.

Мужчина замирает.

― Я увольняю тебя из-за конфликта интересов.

Я растерянно трясу головой.

― И что это значит? Я не понимаю. Почему ты не можешь порвать со мной, но не увольнять? Мы все равно на работе едва пересекаемся.

― Но я имел в виду не это.

Он приподнимает мой подбородок пальцем.

― Я хочу видеть тебя чаще.

Я хмурюсь.

― Переходи к сути, Уинстон. Так я уволена или нет? Мне пойти и упаковать свои вещи?

Он коротко кивает.

― Я определенно хочу, чтобы ты пошла, собрала свои вещи и покинула здание. Но не из-за того, о чем ты думаешь.

Он опускается на корточки у моих ног.

― Я увольняю тебя, потому что хочу тебя повысить. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Дженна. Я считаю, что будет сложновато, если ты продолжишь работать здесь. Не хочу, чтобы ты стала ходячей мишенью.

― Ты делаешь мне предложение?

У меня отвисает челюсть, и я подношу пальцы ко рту. Мое сердце бешено стучит.

― Уинстон, что...

Вместо слов, он тянется в карман и достает оттуда черную бархатную коробочку. Он распахивает ее большим пальцем. С белого шелка на меня смотрит безупречное кольцо с изумрудами и бриллиантами. Он хитро улыбается.

― Когда я увидел его в магазине в Париже, понял, что оно отлично тебе подойдет. Кольцо подходит к твоим глазам.

Я подношу руки к покрасневшим щекам.

― Не могу поверить, что ты это делаешь.

― Зато я могу. Думаю то, что между нами ― это магия. Я хочу, чтобы она как можно дольше не кончалась, не кончалась до конца наших жизней. Я хочу, чтобы она никогда не кончалась.

Я резко втягиваю воздух.

― Но, Уинстон, мы даже не встречались. Наши отношения были чисто физическими. Ты не поторопился?

― Я так не думаю. Когда ты знаешь, что человек тебе подходит, нет смысла ждать и тратить время. Жизнь может оказаться слишком короткой. Зачем жить лишь наполовину? Я хочу отдать тебе это кольцо, потому что хочу, чтобы ты помогла мне прожить жизнь на полную.

Он вынимает кольцо из коробочки и тянется к моей руке. Я не успеваю даже сказать «да», как он надевает его мне на палец. Как только кольцо оказывается на месте, на мои глаза наворачиваются слезы.

― Спроси меня снова, ― говорю я, почувствовав прилив адреналина.

― Я буду спрашивать тебя, сколько захочешь.

Он крепче сжимает мою ладонь своими руками.

― Дженна Макнелли, ты станешь моей женой? Ты сделаешь меня счастливейшим человеком?

Не дав себе времени подумать, взвесить все «за» и «против», придумать причины, по которым нам не стоит жениться, я киваю.

― Да.

Я слезаю с кресла. Как только мои колени касаются пола, обвиваю его шею руками. Наши губы соединяются в отчаянном голодном поцелуе, который приносит мне радость и кружит голову.

Мы долго не разжимаем объятий, а потом Уинстон встает и подходит к двери, чтобы ее запереть. Когда он возвращается, помогает мне подняться и целует меня снова, крепче. А затем поднимает меня на руки и усаживает на свой стеклянный стол. Я касаюсь задницей холодной поверхности, когда он задирает мою юбку и встает между моих ног.

Без колебаний, не беспокоясь, что по другую сторону двери могут быть люди, он входит в меня. Я подавляю крик. Он будто накладывает на меня чары. Ощущение его жесткости внутри меня заставляет меня забыть обо всем. Я забываю свое имя. Забываю все слова. Забываю, где мы.

Он прочно удерживает меня на месте и быстро движется во мне, не разрывая поцелуя. Наконец, он отнимает от меня свои губы, не замедляя темпа.

― Я так хочу тебя, ― шепчет он.

― Я уже твоя, ― отвечаю.

Не могу поверить, что он мой. Я никогда не смела мечтать, что он даст мне большее, чем то, что уже имею.

Уинстон не заканчивает то, что начал. Он выходит из меня за несколько секунд до того, как я кончу.

― Почему ты вышел? ― спрашиваю я, испытывая сексуальное неудовлетворение.

― Это была лишь закуска, детка. Мы закончим, что начали, позже вечером. Я хочу, чтобы ты приехала ко мне на ужин.

― К тебе?

За все время нашей интрижки, он не приглашал меня к себе больше, чем дважды. Мы проводили большую часть времени в номерах отеля или на задних сидениях его автомобиля.

Не единожды я мечтала, чтобы он провел со мной ночь, чтобы он крепко обнимал меня, но я знала, что с ним лишь временно. До этого дня.

― Ну, больше это не мой дом. Он станет и твоим домом и очень скоро.

Я подношу ладонь к губам, мои пальцы касаются влажной кожи.

― Не могу поверить, что ты сделал мне предложение.