Читаем Днк Ирландия онлайн бесплатно

Я проснулась среди ночи от противного звука скрежета металла. Сонно потерев глаза, растерянно оглянулась, заметив, как ручка двери двигается, и с ужасом осознала, что с обратной стороны кто-то находился, пытаясь взломать замок, чтобы пробраться внутрь.

Этого просто не может быть!

Зачем ко мне вламываться?

У меня возникла мысль, что это парни из охраны решили так подшутить, поскольку молодых красивых девушек здесь мало! А я новенькая, появилась в этой лаборатории две недели назад! Здесь практически одни только мужчины и нет цивилизации.

Но потом я отбросила эту мысль, не увидев в их поступке логики! За подобную выходку можно получить выговор и штраф. Хотя… еще с первых дней своего пребывания здесь я заметила, что все происходящее в лаборатории не совсем так, как было указано в документах. Не было обещанных удобств, плохо относились и не выплачивали аванса, прописанного в договоре. А у меня бабушка, ипотека в банке и полно долгов… Именно поэтому я и согласилась на работу в самом отдаленном участке Сибири, поскольку обещали неплохую зарплату за эти условия и отшельничество.

В принципе все было бы ничего… Так жить и работать можно, и выбора у меня особенного не было, но дело в том, что все здесь как-то странно. За свои две недели пребывания я так и не узнала ничего об этой лаборатории и над чем здесь работают. А еще меня пугал частый ночной звериный рев, который доносился откуда-то из подвала, а также землетрясение, которое тоже обычно было ночью вместе с этим звериным ревом.

Я психолог… Не совсем удачливый и несостоявшийся в жизни, но, как и все, пыталась добиться большего. Мне тридцать лет, я не замужем, и отношений нет... Кроме того, живу с бабушкой-инвалидом в квартире, которую взяла в кредит. Безумно сильно мечтаю о крепкой семье и о собственном ребенке. Только вот проблема в том, что, как только мои отношения с парнем выходят «якобы» на финишную прямую, мой партнер поджимает хвост и убегает прочь со словами: «Я не готов к серьезным отношениям!»

Да, я давно уже разочаровалась в мужчинах и о светлой любви уже не мечтаю. Иногда задумывалась об усыновлении ребенка, но для этого нужно хоть какое-то устойчивое положение в жизни и приличный заработок.

Вот мой первый шаг к мечте и успеху. Когда трудности в жизни, большая сумма в контракте затмевает разум. Я не была глупой, но иногда просто нет сил, и хочется простого решения вместо столь необходимой мужской поддержки и сильного плеча.

Знала о том, что легких денег не бывает, но кто иногда, хоть раз в жизни, не велся на подобный развод? Сделав этот отчаянный шаг, я изменила свою жизнь навсегда всего одной подписью в контракте. Но, к сожалению, поняла это слишком поздно…

Дверь заскрипела под чьим-то грузным весом, кто-то наваливался на нее, пытаясь выдавить силой. Вскочив с кровати, я взяла в руки ноутбук, чтобы хоть чем-то защититься. Конечно, оружие так себе, но в моей крохоткой комнатушке не было ничего тяжелее.

– Кто там? – спросила я осипшим голосом.

Но мне никто не ответил, продолжая таранить дверь. Через несколько секунд преграда была сломлена и в мою комнату ворвалось четверо охранников, которых я еще не встречала в лаборатории. Они были одеты в черную форму и высокие сапоги. Лица были скрыты под маской горнолыжника.

Я даже замахнуться не успеваю, как меня хватают под руки с обеих сторон и выводят из комнаты, не беспокоясь о моем внешнем виде. На мне была шелковая комбинация перламутрового цвета, составленная из коротеньких шортиков и майки.

Все мои попытки вырваться или узнать, что происходит, были проигнорированы. К сожалению, я имела плохую физическую подготовку, поэтому отбиться или навредить своим похитителям никак не могла. А когда начала кричать, мне просто засунули в рот какую-то грязную тряпку.

Меня провели через длинный коридор третьего этажа здания. Здесь находился весь немногочисленный женский персонал. Затем спустили вниз по лестничному пролету и вывели на улицу, где была метель и снега по колено, а мороз бил все рекорды в этой местности.

От холода у меня перехватило дыхание. Руки и ноги сразу заледенели, но об этом никто не беспокоился. Меня просто оторвали от земли и перенесли в здание напротив. Здесь была лаборатория, в которой мне еще ни разу не приходилось бывать.

Дальше я увидела большой зал со столами и пробирками, всякими приспособлениями и техникой, а затем меня подвели к складу, в котором, оказывается, был скрытый вход в подземелье.

Все делалось тихо, тайно и без каких-либо объяснений. Мое сердце в груди забилось, словно бешеное, когда меня спустили вниз и я оказалась в длинном коридоре с многочисленными дверьми. За ними слышалась некая странная возня, стук и… звериное рычание.

– Давай малышку-психолога в камеру восемь! – приказывает мужчина в белом халате, который находился уже здесь. Меня толкнули в руки другого охранника. – На запах ее одежды он отреагировал очень положительно. Посмотрим, что будет…

– Этот подопытный самый большой и агрессивный из всех… Разорвет ведь… – напомнил кто-то в стороне, заставляя у меня внутри все похолодеть. Мое сердце пропустило удар от страха...

– Это хоть какая-то реакция… Разорвет эту – найдем другую, – бросает небрежно, как будто я какой-то расходный материал. – Запускай!

Меня несут к двери, и я приступаю отчаянно отбиваться. Силы не равны и все зря, но я так боялась. Мне хотелось спросить, что происходит, закричать от отчаяния, боли и страха, но тряпка во рту не позволяла мне этого сделать.

– Прости, детка, – шепнул на ухо один из охранников, который держал меня, пока доктор открывал многочисленные засовы на дверях палаты номер восемь. – Жалко такую красоту, но если хочешь жить… просто забеременей от этого ублюдка, – советует, и я замираю.

Что происходит?

Меланхолически оглянувшись, замечаю табличку возле двери с надписью «Образец №19. Ирландия» и много каких-то папок в ячейке рядом. До меня вдруг доходит, что, возможно, именно это и есть главная составляющая работы лаборатории, но у меня не было времени как следует подумать насчет своих догадок. Они были мгновенно подтверждены, как только дверь отворилась и меня толкнули внутрь…

Я оказалась в небольшой камере с металлической койкой, размером примерно четыре на четыре метра, с высокими потолками. И первое, что бросается в глаза, – это прикованный к стене громадный мужчина. Его руки и ноги были растянуты в разные стороны и скованы массивными кандалами. Он стоял неподвижно, слегка свесив голову. Длинные темно-рыжие волосы скрывали его лицо. Из одежды на нем были только свободные штаны на резинке. Его тело имело огромные мышцы, которых у обычного мужчины просто не бывало. Таких размеров и габаритов туловища вообще не могло существовать! И это уже пугало. Его смуглая кожа блестела от пота, а грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Массивные руки-молоты были сжаты в крепкие кулаки. Он был неподвижен, но его поза и состояние говорили о том, что мужчина в полном сознании. Скорее всего, затих и выжидает, как и я.Позади, за спиной, послышался гулкий удар в дверь.

– Эй, начинайте уже там! – крикнул один из охранников, противно рассмеявшись.

Я вздрогнула от этого неожиданного звука, а вместе со мной вздрогнул и заключенный мужчина. Его голова дернулась вверх, и он посмотрел на меня неоновым взглядом из-под насунувшейся копны волос. Я увидела, как его ноздри затрепетали, он жадно втянул воздух в легкие, издавая долгий протяжный рык. Под его верхней губой выступили два клыка… острых и больших. Мне вдруг резко стало дурно, в глазах потемнело, а ноги подкосились.

Мужчина зашевелился, подергал руками и ногами, после чего кандалы ненадежно заскрипели, натягивая болты, которые крепили их. Я испуганно отступила назад, упираясь спиной в дверь. Охрана явно знала, что эти кандалы не помеха для такого зверя, поэтому то, сколько они будут его удерживать, – вопрос очень короткого времени.

Мне нужно было выжить… Мне нужно спастись… Но выйти отсюда не получится. Выхода нет, только… дать то, что им нужно… Но разве можно остаться живой после такого великана? Мужчина явно не совсем человек, агрессивный и дикий… Как только он освободится от кандалов, мне конец…«Переговоры!»

Изъяв изо рта тряпку, я решила попробовать с ним поговорить.

– Послушай… – начала несмело, заставляя мужчину на мгновение замереть. Он прислушивался к моим словам. В его глазах была некая пелена и нетрезвость. Это позволило мне понять, что его накачали каким-то наркотиком или транквилизаторами. – Не убивай меня, – прошу дрожащим голосом. Умеет ли он говорить? Понимает ли меня?

Мужчина напряг одну руку, потянул ее вниз, и один из кандалов с треском разломался, отлетев в сторону. Я задрожала от страха, сильнее вжимаясь в стену. Через секунду та же самая участь постигла и второе крепление на его руке. Теперь его удерживали только два массивных обруча на ногах, которые соединялись между собой толстой цепью и крепились к металлическому кольцу, вмонтированному в стену. Он мог шевелить ногами, сделать шаг вперед, но не больше одного метра.Мужчина потянулся ко мне. Совсем немного – и его пальцы ухватились бы за мою майку. Я вскрикнула и, закрыв глаза, прижалась к двери сильнее. Из его горла вырвался недовольный рык. Он дернул кандалы на ногах, зарычал и вновь потянулся ко мне, рывком, растягивая цепь, словно некую побрякушку.

Его пальцы зацепились за край моей майки. Он дернул меня на себя, разрывая ткань. Я воспротивилась, крикнула и упала на пол. Мужчина сразу поймал меня за лодыжку и, подтянув к себе, накрыл своим телом.

Сжавшись в комок, я замерла, задерживая дыхание. Его нос прошелся по моей скуле, ощутила его горячее дыхание, влажный шершавый язык на щеке и восставшую плоть, которая упиралась мне в ягодицы.

– Моя пара, – вдруг прохрипел здоровяк, и я вздрагиваю. Он умеет говорить, а, значит, понимает меня! На моих глазах выступили слезы счастья.

– Не трогай меня, – взмолилась.

– Не могу… Они убьют тебя, если ты не понесешь от меня, – прохрипел он возле моего уха, вызывая дрожь во всем теле. – Они всех убивают, кто бесполезен или кого мы не трогаем! Я не могу позволить, чтобы они убили тебя… – вдруг говорит он. – Другого выхода нет… Ты должна помочь мне.Я понимаю, о чем мужчина, и меня пугает это. Но лучше так, чем смерть…

– Я боюсь, – признаюсь ему.

– Я постараюсь быть осторожнее, но ты должна помочь мне… Я не знаю, что делать…

Черт! Это какое-то сумасшествие. Кто этот парень? Зачем это все? Куда я попала?Мне хотелось рыдать, кричать от отчаяния и безысходности, но вместо этого я беру себя в руки и тихо выдавливаю:

– Хорошо.

Мужчина замирает и бросает на меня жадный потемневший взгляд. Он настолько огромный, что мы просто не можем быть совместимы, а, судя по его реакции на меня, неизвестный был сильно возбужден. Вспомнила слова охранника, когда он говорил, что меня разорвут… Теперь я осознавала, о чем была речь, и это жутко пугало. Успокаивало то, что этот необычный человек понимал меня и мог говорить, а, значит, не все столь ужасно, как казалось.

Мне не хотелось умирать, а словам великана о том, что меня убьют, если не забеременею от него, можно было и не верить! Только вот за две недели моего пребывания здесь мне приходилось несколько раз слышать о внезапном исчезновении молоденьких лаборанток или девочек из охраны. Тогда я не обращала на это внимания, поскольку не каждый выдержит жизнь в подобных условиях, но сейчас до меня начало доходить, что все было совсем не так, как казалось.

Здесь творилось черт знает что! Явно проводились какие-то испытания над людьми, отчего мужчины делались такими сверхъестественными на вид и становились дикими. А подобных мне – молодых и способных забеременеть – заманивали сюда, чтобы использовать для оплодотворения. Ведь как еще объяснить это незаконное соитие меня и этого… не совсем человека?

Поразмышлять над этим как следует, к сожалению, у меня больше не было времени. Рука мужчины сместилась вниз и накрыла мою грудь. Дрожь и жар смешались воедино. Это было на грани страха, но одновременно как-то возбуждающе. Я не должна была вообще хоть как-то реагировать на этого незнакомого мне человека, но мое тело словно имело другое, собственное мнение на этот счет.

Все сводила к тому, что у меня давно не было сексуальных отношений… Вот уже год, как ко мне не прикасался ни один мужчина, а свой вибратор, который иногда помогал мне скрасить одинокие вечера, я просто забыла дома, когда в спешке собиралась на самолет.

Последнее время мне как-то было трудно знакомиться с мужчинами. Возможно, это потому что я разочаровалась в них, или просто не было времени. А сейчас на меня вдруг нахлынуло осознание, как давно у меня не было секса. Настолько давно, что я остро реагировала на прикосновения мужчины, которого видела впервые!

– Подожди, не спеши! – останавливаю его, когда мужчина начинает разрывать на мне шорты. Он был настроен решительно и явно не знал, что такое предварительные ласки. Он вообще мало что знал и понимал… Было такое чувство, будто бы действует на инстинктах… Животных инстинктах! Об этом говорили его странные движения, разорванная одежда, жадное обнюхивание и легкое покусывание кожи плеча и шеи.

Я упираюсь ладошками мужчине в грудь, останавливая его. Он отстраняется и окидывает меня своим неоновым взглядом. Из его горла вырывается нетерпеливое, недовольное рычание. Ему не нравится мое сопротивление и то, что тяну время, но он сдерживает себя, явно думая обо мне.

– Я так не могу… – робко. – Меня зовут Нея. А как зовут тебя? – спрашиваю еле слышно.

– Девятнадцатый, – отвечает он хрипло.

– Что?.. – теряю дар речи.

– Я Девятнадцатый, – повторяет он твердо, склоняясь к моему лицу.

Его глаза… Это нечто! Одно дыхание рот в рот – и мое тело прошибло сладким разрядом, который прошелся по крови, собираясь внизу живота одним большим клубком свинцовой тяжести.

Так не должно быть…

Что происходит?

Мужчина срывает с меня остатки одежды. Его дыхание тяжелое, жадное. Он нюхает меня, словно одержимый, зубами прикусывает кожу плеча и одновременно широко разводит мои ноги. Я теряюсь от охвативших меня чувств и ощущений… От его напора, желания, потребности! Все до невозможности нереально и странно, только вот мне уже никуда не деться. Нет дороги назад и другого выбора…Я просто закрываю глаза и принимаю эту неизбежность, уже не думая, с кем, как, где и насколько мы несовместимы… Все это уже не имеет значения.

Я лежала под мужчиной с широко разведенными ногами, приплюснутая к полу и без возможности пошевелиться. Он не наваливался на меня всем весом – сомневаюсь, что выдержала бы сто сорок килограммов мышечной массы – но все равно удерживал собой, размеренно прижимаясь телом.

Горячая головка его члена упиралась во внутреннюю сторону моего бедра. Он был готов в любой момент ворваться в меня, но медлил, словно ждал моего согласия, знака, ответа. Я видела, что это дается ему с трудом, что он не совсем контролирует себя, хотя борется. Боялся причинить мне вред или боль.