«Через три недели в Чуну приехали мои друзья. Мы обнимались, целовались, пили около вокзала шампанское, и море нам было по колено. Я сменил свою тюремную телогрейку на привезенный полушубок»
![]()
Усть-Нера, март 1980
«Что с того, что это полюс холода, думал я. В Антарктиде еще холоднее, но живут же люди и там. Но и здесь живут, и мы проживем. Назло врагам! Чем сильнее на нас давят, чем круче нас морозят, тем тверже мы становимся. Так что, здравствуй, край вечной мерзлоты!»
![]()
Справка ссыльного. Март, 1979
«Мне дали новую справку вместо старой, обязали отмечаться в милиции раз в месяц, выдали 40 рублей “подъемных” и отпустили восвояси»
![]()
Вячеслав Чорновил с женой в ссылке. Поселок Нюрба, Якутия, 1980
«Мы были почти соседями, и переписывались, а иногда и перезванивались, вызывая друг друга с почты на телефонные переговоры»
![]()
Мустафа и Сафинар Джемилевы. Поселок Зырянка, Якутия, 1981
«Мустафа Джемилев, легендарный лидер крымских татар, который в те годы был в ссылке в Якутии, состоял со мной в переписке и теперь проходил свидетелем по моему делу»
![]()
Александр, Алла и Марк Подрабинеки. 1980
«Сфотографировавшись во дворе нашего дома, я поцеловал Алку и маленького Марка, попрощался и ушел с толпой следователей, оперативников, милиционеров и сотрудников КГБ»
![]()
Ответ из ЯД 40/5
«Лагерное начальство между тем не оставляло надежд воздействовать на меня через семью. Это были довольно наивные попытки»
![]()
Второй справа – Александр Подрабинек.
Лето, 1983
![]()
Крайние справа – Николай Ильич Волков, Александр Подрабинек. Лето, 1983
«Летом мы сфотографировались с Ильичом на волейбольной площадке во время спортивного праздника. Разумеется, это было категорически запрещено, но лагерный фотограф-зэк, который делал снимки для стенда о жизни колонии, согласился сделать несколько фотографий за две плиты чая»
![]()
Справка об освобождении. 26 декабря 1983
«Я выжил. Я вырвался. Я лечу домой»
