Читаем Дикие Куры онлайн бесплатно

Cornelia Funke

DIE WILDEN HUHNER

Иллюстрация на обложке © Sas Milledge, 2024

День выдался чудесный – теплый и мягкий, как куриные перья. Но, к сожалению, был понедельник.

Когда Шпрота примчалась на школьный двор, огромные часы над дверями школы показывали уже четверть девятого.

– Зараза!

Выругавшись, Шпрота запихнула велосипед в проржавевшую стойку и сдернула с багажника ранец.

Взлетая по лестнице, она едва не врезалась в господина Маусмана, школьного завхоза.

– Оп-ля! – пискнул Маусман и подавился сырным бутербродом.

– Простите! – пробормотала Шпрота и помчалась дальше через опустевший холл. Еще два бесконечно длинных коридора – и она, запыхавшись, остановилась перед дверью своего класса.

За дверью стояла гробовая тишина. Как и всегда на уроках у госпожи Розы.

Шпрота еще разок вдохнула поглубже, постучалась и приоткрыла дверь.

– Извините, пожалуйста, фрау Роза, – сказала она. – Мне еще нужно было кур покормить.

Толстяк Стив посмотрел на нее с нескрываемым удивлением. Красотка Мелани вскинула брови. А Фред… Этот балбес взмахнул руками и прокукарекал. Ну оч-чень смешно.

– О-о… Вот это я понимаю! Оригинальная отговорка. – Госпожа Роза вытянула трубочкой ярко накрашенные губы и поставила в свою книжечку маленький крестик.

Шпрота с мрачным выражением лица прошла к своему месту, показала Фреду язык и села.

Рядом с нею за партой сидела Фрида, ее лучшая подруга.

– У тебя в волосах солома, – прошептала Фрида. – С чего это тебе нужно было кормить кур? Бабушка Слетберг заболела?

Шпрота помотала головой и зевнула.

– Уехала к своей сестре. А мне приходится на час раньше вставать, чтобы кур покормить. На целый час! Можешь себе представить?

– Прекратите там сзади шептаться, – прикрикнула госпожа Роза и стала писать на доске какие-то загадочные числа. Фрида и Шпрота так низко склонились к учебникам, что едва не касались их носами.

– Но зато это навело меня на одну идею! – прошептала Шпрота.

– Ну да? – Фрида озабоченно подняла взгляд от книги.

Идеи Шпроты были похуже ветрянки. Тем не менее она постоянно вынашивала всё новые и новые.

– Отправь сообщение Мелани и Труде, – шепнула она Фриде. – «Тайная встреча на следующей перемене. В туалете».

Труда и красотка Мелани сидели вместе на три парты ближе к доске и как раз теперь очень напряженно ее разглядывали.

– О нет! – простонала Фрида. – Ты что, в самом деле хочешь снова затеять эту чепухню с бандой?

– Пиши! – прошипела Шпрота.

Фрида в совершенстве владела тайнописью банды. Чего нельзя было сказать о Шпроте, хотя это и бы- ло ее собственное изобретение. Впрочем, не удивительно, ведь она даже была не в состоянии запомнить, как пишется «математика» – через «е» или через «и».

– Итак, пожалуйста, кто желает выйти к доске? – спросила госпожа Роза.

Фрида втянула голову в плечи. Шпрота уперлась неподвижным взглядом в учебник.

– Нет добровольцев?

– Какой пароль? – прошептала Фрида, вырывая листок из своего блокнота.

Шпрота нацарапала что-то на парте.

Фрида скривилась.

– И что это такое?

– Ну курица, что же еще? – с досадой прошипела Шпрота. – Отличный пароль! Давай поскорее.

Госпожа Роза опять посмотрела в их сторону.

– Фред желает! – громко сказала Шпрота, стирая большим пальцем неудавшуюся курицу.

– Ха-ха! – Фред поглубже вжался в свой стул.

– Готово, – прошептала Фрида, тщательно сложила записку и пододвинула Шпроте.

– Шарлотта, выйди, пожалуйста, к доске, – сказала госпожа Роза.

– Ой, нет, прошу вас! Это не имеет никакого смысла, – взмолилась Шпрота. – В самом деле, фрау Роза, не надо.

– Шарлотта, к доске! – Госпожа Роза вскинула брови. Она всегда так делала, когда начинала сердиться.

Делать нечего. Шпрота поднялась, зажала в кулаке записку и, проходя мимо красотки Мелани, бросила ей на колени.

Однако за круглыми очками госпожи Розы скрывался зоркий орлиный взгляд.

– Будь так любезна, Мелани, покажи-ка мне, пожалуйста, записку, которую ты только что получила, – пропела она елейным голосом.

И красотка Мелани, покраснев до корней волос, безропотно отнесла ей тайное послание Шпроты.

– «Ачертсв снежв лаутмок санете щюудел емерепйе лорапен ацирукь», – прочитала госпожа Роза. – Это еще что такое?

– Это же идиотская Шпротная шифровка, – провозгласил Фред и расплылся в такой широкой улыбке, что у него чуть уши не отвалились.

Шпрота взяла в руку мел и, поджав губы, уставилась на доску.

– Ну раз это секрет, – сказала госпожа Роза, снова свернула послание Шпроты и сунула его Мелани в руку, – то пусть и остается секретом. Пожалуйста, Шарлотта, начинай решать.

Остаток урока прошел для Шпроты весьма неприятно. Однако и Фред основательно поломал себе голову – над «ачертсв снежв лаутмок» и прочими «ацирукь».

– Дурацкое место для встречи! – брезгливо заметила Мелани.

Девочки втроем теснились в туалетной кабинке. Фриде повезло больше других – она сидела на крышке унитаза.

– Это единственное место, где банда Фреда не может за нами шпионить, – объяснила Шпрота.

– Шпионить! Да что тут шпионить? – язвительно спросила Мелани, теребя свои локоны. – Спорю, у мальчиков есть дела поважнее.

– Ах вот как?

В дверь постучали, и послышался чей-то шепот:

– Ку-курица! Ку-ри-ца!

Шпрота отперла дверь. В кабинку втиснулась Труда.

Вот тут стало по-настоящему тесно.

– Извините, – сказала Труда смущенно. – Но мне еще нужно было в туалет. Я имею в виду, по-настоящему. – Она покраснела. – Так в чем же дело?

– У Шпроты есть новая идея, – ответила Фрида.

Мелани положила в рот жевательную резинку, блеснув белоснежными зубами.

– Ну, если она такая же, как и предыдущая, то всё, туши свет!

– А что ты тут тогда вообще потеряла, раз наша банда тебя так раздражает? – прошипела Шпрота.

Мелани закатила глаза.

– Ладно уж. Выкладывай свою идею. – Она хихикнула и пихнула Труду в бок. – Может, Шпрота опять хочет сварить настоящее колдовское зелье, от которого нас неделю тошнить будет.

Вместо ответа Шпрота окатила ее ледяным взглядом.

– А может, хватит? – Фрида взобралась на крышку унитаза и распахнула окно. – Давайте уже ближе к делу!

– Ну, в общем… – Шпрота потерла нос.

Она всегда так делала, когда сердилась или была смущена.

– Моя бабушка на неделю уехала к своей старенькой сестре, а я стерегу дом, присматриваю за курами и все такое. Н-да… Вот я и подумала, что там можно было бы устроить отличную штаб-квартиру. А если мы на этой неделе еще и почаще будем встречаться… Ну, в общем, – она потупила взгляд, – я подумала, вдруг из нас тогда все-таки получится настоящая банда.

– По-моему, здорово, – сказала Труда и тут же покосилась на Мелани, от благословения которой всегда зависело и ее собственное мнение.

Но, увы, Мелани всем своим видом не выражала восторга.

– Что значит «чаще»? – спросила она.

– Ну, почти каждый день.

Фрида покачала головой.

– Не уверена, смогу ли я так часто. Вы же знаете, у меня братишка…

– Ох уж мне этот твой братишка, – недовольно буркнула Шпрота. – Твой старший братан тоже мог бы за ним разок-другой присмотреть.

– Тебе-то легко говорить, – пробормотала Фрида.

У Шпроты не было ни братьев, ни сестер. Ее мама работала в такси и почти не бывала дома. А отец… Отца у нее тоже не было, да и вообще о нем лучше было не вспоминать.

– И чем это мы будем так часто вместе заниматься? – поинтересовалась Мелани.

В коридоре прозвенел звонок на следующий урок.

– Ну вот ты… Чем таким уж увлекательным ты занимаешься? – сердито спросила Шпрота. – Я вот, если не гну спину у бабушки, просто торчу дома. А у Фриды нет лучшего занятия, чем круглые сутки присматривать за своим маленьким братом. И к Труде великие приключения, похоже, тоже в очередь не строятся, верно я говорю?

Труда смущенно улыбнулась и опустила глаза на грязные плитки у себя под ногами.

– Я хожу на балет! – вызывающе сказала Мелани. – И еще у меня уроки игры на гитаре.

– Ах, как это умопомрачительно звучит! Ну просто суперувлекательно, – съязвила Шпрота. – И без таких вот приключений ты даже недельку прожить не можешь?

– Ясное дело, могу! – Мелани сердито прищурилась. – Ну и что тогда?

– Ну вот тогда и увидим! – воскликнула Шпрота. – Ведь приключения не запланируешь, как какой-нибудь там балет. Приключение поджидает тебя за углом. Вдруг – бац! – и оно уже началось!

Остальные трое переглянулись. Их воображение внезапно наполнилось картинами сокровищ, рыцарей и пиратов. Шпрота добилась своего.

Неуверенно улыбаясь, Труда снова взглянула на Мелани.

– Я бы, пожалуй, еще разок попробовала, – сказала она.

Мелани пожала плечами.

– Так и быть, одну неделю. А там видно будет.

Труда просияла и посмотрела на нее с облегчением.

– Я тоже в деле, – сказала Фрида. – Правда, может получиться, что я как-нибудь приду с братишкой.

– Вот и хорошо, тогда… – Шпрота глубоко вздохнула. – Тогда встретимся сегодня после обеда. Скажем, часа в три. Согласны?

– Как хотите. – Мелани пожала плечами. – Вот только твою дурацкую синюю бандито-футболку, в которой мы раньше всегда по округе носились, я больше не надену. В ней я выгляжу просто невозможно.

– Но у нас должно быть хоть что-то общее! – недовольно сказала Шпрота. – Лично я, хоть убей, не стану надевать платьице с оборочками ради того, чтобы ты хорошо смотрелась.

– Одежда как отличительный признак – это же скучно, – заметила Фрида. – Может, лучше татуировку себе наколем или что-нибудь вроде этого?

Труда посмотрела на нее с неподдельным ужасом.

– Это я только так, к примеру, – успокоила ее Фрида.

– Может, кого-то еще и осенит блестящая идея, – сказала Шпрота. – Значит, в три. И не забудьте пароль.

– Ку-ури-ца! – протянула Мелани, закатывая глаза. – А теперь можете мне объяснить, зачем нужно было обсуждать все это в туалете?

Шпрота и Фрида жили на одной улице. Что может быть удобнее для лучших подруг?

Они знали друг друга с детского сада, сто раз ссорились на веки вечные и столько же раз снова мирились. В общем, все как и водится у лучших подруг. Однажды они даже вместе сбежали из дома – правда, добежали только до ближайшего перекрестка.

Ровно в половине третьего Шпрота зашла за Фридой, и они двинулись в путь – с детской коляской. Фрида должна была присматривать за Люсиком, своим младшим братишкой.

– Младенец на бандитской сходке! – качала головой Шпрота. – Ёшкин кот, так из нас никогда настоящей банды не получится.

Флюп! Из коляски вылетела соска.

– О нет, – пробормотала Фрида и поспешно выудила ее из-под толстой таксы, как раз поднявшей ножку у газетной стойки.

– А что же твой старший брат? – спросила Шпрота. – Этот тупица не мог хоть разок за коротышкой присмотреть?!

– Не-а. – Фрида тщательно вытерла соску о свою футболку. – У него сегодня теннис.

– Ох-ох. В прошлый раз у него было карате.

А соска уже опять вылетела из коляски и на этот раз описала особенно высокую дугу.

– Карате у него по средам. – Фрида оглянулась по сторонам. – Зараза, куда она теперь залетела?

Люсик заревел.

– Да улетела небось на дорогу и раздавлена в лепешку, – нетерпеливо сказала Шпрота. – А еще одной у тебя нет? Он так ревет, что даже машины заглушает!

Фрида торопливо вытащила из кармана брюк запасную соску и сунула ее в жадно разинутый ротик.

Когда Люсик еще только родился, Шпрота называла его сладеньким. Но с тех пор ее восторги по поводу младенцев поутихли. Впрочем, и у Фриды тоже.

Они свернули в переулок. Уже через пару шагов от шума главной улицы остался лишь тревожный гул, и стало слышно, как шуршат по гравию колеса детской коляски.

– А кстати, чем занимаются мальчики у себя в банде? – спросила Фрида.

– Рыбачат, – ответила Шпрота. – И девчонок дразнят. Что же еще они могут придумать, с их-то воробьиными мозгами?

– Ладно. Ну а мы что? – спросила Фрида. – Ты уже что-нибудь придумала? Можно постряпать вместе. Это наверняка и Мелани понравится.

– Сколько можно! – закричала Шпрота. – Все Мелани да Мелани! Пусть проваливает на свой балет, если опять начнет кочевряжиться!

Люсик тут же разревелся.

– Тш-ш, тише! – шикнула Фрида. – Надо же осторожнее!

Она принялась качать коляску. Наконец младенец снова утих.

– Извини, – зашептала Шпрота. – Просто меня бесит от того, как Труда на нее молится. А теперь еще и ты начинаешь. К тому же стряпня – ну что это за занятие для банды?

– Да это я просто так подумала, – сказала Фрида. – Но если Мелани, по-твоему, такая глупая, зачем ты ее тогда вообще принимала в свою суперклассную банду?

– Так ведь получше никого не нашлось, – проворчала Шпрота и стала усиленно тереть нос. – И потом, это же ты ее предложила, разве не так?

– Я Труду предлагала, ведь она и так все время у нас дома, – сказала Фрида.

Матери Труды и Фриды были закадычными подругами.

– А уж Труда без Мелани шагу не сделает, – вздохнула Шпрота.

– Эт точно…

Шпрота не предложила никого. Да и кого, скажите на милость, было предлагать, если Фрида была ее не только лучшей, но и единственной по- другой?

– Ну, это неважно, – сказала Шпрота. – Банда есть банда, да и эта парочка совсем не так уж плоха. Вот увидишь, классная будет неделька. Это я тебе обещаю.

– Ясное дело, – согласилась Фрида. Правда, в ее голосе звучало легкое сомнение. – Загляни-ка в коляску. Как он там?

– Спит! – констатировала Шпрота. – Когда младенцы спят, они и вправду хорошенькие. А в остальном – полный привет.

Бабушка Шпроты жила на узкой улочке. Справа от нее начинались луга, а по левую сторону стояло несколько старых домишек. Ни размерами, ни красотой дома эти не отличались, но зато при каждом был огромный сад.

До сих пор Фрида побывала здесь лишь один-единственный раз. Но и этого ей хватило. Бабушка Слетберг совершенно не терпела, когда Шпрота приводила друзей. «Я не люблю чужих в моем доме», – говорила она. А чужими, за исключением Шпроты и ее матери, были все.

Очень уж странной была бабушка Слетберг: она постоянно о чем-нибудь забывала, а еще беспрерывно всеми командовала. Познакомившись с нею, Фрида стала понимать, отчего Шпрота так часто бывала грустной. И такой вредной по отношению к другим – иногда даже к своей лучшей подруге.

У бабушки Шпрота обедала, когда мама водила свое такси днем. И оставалась ночевать, если мама выезжала в ночную смену.

Много времени на домашние задания или друзей не оставалось: после еды Шпроте часами приходилось то выпалывать сорняки, то чистить от помета курятник. Бабушка Слетберг считала, что дети должны зарабатывать свой хлеб. «В поте лица своего, – повторяла она. – Вот именно, в поте лица своего».

В общем, Шпрота отлично разбиралась и в овощных грядках, и в курицах, и в противных бабушках.

Дом бабушки Слетберг стоял последним в ряду. Это было мрачное строение из клинкерного кирпича с узкими, словно прищуренные глаза, оконцами.

В большом саду не было ни клочка газона, ни террасы и почти не было цветов. Зато здесь росло невероятное множество ягодных кустов и фруктовых деревьев. Рядом с ними шла длинная череда чистеньких, заботливо прополотых овощных грядок.

Дальше стояли старый сарай и курятник, выкрашенный в зеленый цвет. К курятнику примыкал большой выгул. Он был огорожен забором из проволочной сетки с зеленой деревянной калиткой.