Читаем Девушка с гитарой (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчики: Анна Адаменко (главы 1–5), Дарья Труфанова (главы 6-12), Анна Рорк (главы 13–39)

Редакторы: Лина Зянгирова, Наталья Кузнецова

Вычитка: Катерина Матвиенко

Обложкой занималась Изабелла Мацевич.

Пролог

— Привет, папочка, — обычно ясный голос Кайли был тусклым и хриплым от эмоций.

Даже в свои восемнадцать лет рядом с ним она до сих пор чувствовала себя маленькой девочкой.

— Дарла в конце концов вышвырнула меня из дома… Один из её друзей стал уделять мне слишком много внимания.

Кайли закатила глаза, и крупные слёзы потекли по её щекам. Ругая себя за слабость, она вытерла лицо тыльной стороной ладони.

— Не понимаю, зачем она тратит на них своё время. Ведь никто и никогда не сравнится с тобой, — игнорируя тупую боль в груди, фыркнула девушка. — Может, мне стоит написать об этом песню?

У неё были важные новости, поэтому Кайли заговорила быстрее:

— Кстати, о песнях. Я собираюсь в Нэшвилл, как мы и договаривались. — И хотя поблизости не было ни души, она понизила голос до шёпота: — Обещаю, ты будешь мной гордиться.

Сделав несколько глубоких вдохов и дождавшись, когда высохнут слёзы, она наклонилась ниже, чтобы провести рукой по буквам своей фамилии, написанным на временной табличке.

— Скоро у тебя будет настоящее надгробие, клянусь. Чего бы мне это ни стоило. Мы поставим такое же красивое — мраморное — как у мамы. Может, выгравировать на нём гитару? Как тебе идея?

Её плечи сотрясали рыдания, вызванные знакомым чувством пустоты и боли, которые запульсировали внутри, когда в ответ она вновь услышала лишь тишину.

Ей так много хотелось ему рассказать. Столько всего она не успела произнести вслух, прежде чем стало слишком поздно. Но слова застревали в горле болезненным комом точно так же, как и в её ночных кошмарах — тех самых, где она выходила на сцену и не могла вспомнить ни строчки из своих песен.

Вдалеке просигналили. Её ждало такси. Пора уходить. Поэтому она произнесла то, что не смогла сказать ему в их последнюю встречу:

— Прощай, папочка.

Глава 1

Оклахома казалась намного красивее, когда остались видны лишь её очертания. Даже если виной тому были застилающие глаза слёзы. Автобус, покачиваясь, увозил Кайли и её вещи всё дальше. Дорога была ухабистой, а в воздухе пахло бензином, но в этот момент она чувствовала себя лучше, чем за все последние месяцы. Ей следовало проститься со своей лучшей подругой Лулу, но та принялась бы отговаривать её от этой затеи.

Кайли лишь навестила могилу отца, чтобы попрощаться, молясь, что он поймёт.

Обойдя вокруг дома и убедившись, что Дарлы нет, она в последний раз воспользовалась своим ключом. Кайли нашла свой старый розовый чемодан — тот самый, с которым ездила к бабушке перед её смертью. Забив его до отказа, Кайли прихватила банан и банку колы, а затем вызвала такси, на котором собиралась добраться до автовокзала.

А ещё она обзавелась лишней сотней долларов, так как миссис Пэм, её бывший работодатель, чувствовала себя виноватой за её увольнение и посему расщедрилась. Кайли подозревала, что деньги, вероятнее всего, пожилая женщина достала из собственного кармана. Да и большая их часть ушла на оплату такси до Оклахомы.

Она сжала гитару в руке и принялась рассматривать своё едва заметное отражение в автобусном окне. В голове витали тексты песен о том, как удержать то, что имеешь, и как отпустить навсегда потерянное, но у неё не хватало сил записать их. Ей предстояла тринадцатичасовая поездка на автобусе, которая обошлась в сто пятьдесят баксов, хотя и стоила того.

Спустя три грязных туалета на автозаправочных станциях Кайли оказалась в центре Нэшвилла. Он был гораздо лучше, нежели ей представлялось, но поездка на автобусе обессилила её и почти лишила надежды.

Она достала мобильник и запустила приложение, позволяющее найти ближайший отель. Неподалёку обнаружился «Экстендед Стэй Нэшвилл» по цене шестьдесят долларов за ночь, находившийся возле Принтерс-Элли[2]. Что ж, она потянет. Правда, недолго, но ей нужно было на чём-то сосредоточиться. На чём-то, что отвлекало бы её от мыслей о том, что она, вероятно, совершила самую большую ошибку в жизни.

Заселившись и приняв душ, Кайли не выдержала и позвонила лучшей подруге. Когда она сообщила, где находится, реакция Лулу была предсказуемой:

— Ты что, спятила?

«Да».

— Лулу, я знаю, это звучит бредово, но…

— Бредово? Нет, это сумасшествие! Кайли, ты совершенно одна в городе, в котором никогда не была и никого там не знаешь. Что если с тобой что-то случится? О чём ты думала?

— Пожалуйста, дай сказать.

— Валяй, — вздохнула Лулу на том конце провода.

Так, словно подруга была рядом, а не за тысячу километров.

Кайли сделала глубокий вдох и постаралась объяснить своё внезапное помутнение:

— Я потеряла отца. Дарла выставила меня после того, как ей показалось, что её очередной омерзительный бойфренд подкатывал ко мне. Затем я пришла на работу и узнала, что меня уволили. Не пойми превратно, Лу, но когда этим летом ты отказалась от поездки в Нэшвилл, я почувствовала, что ещё чуть-чуть, и моя мечта улетучится. Ни в Прайде, ни в Оклахоме меня ничего не держит. И, пожалуйста, не вини меня. Клянусь, пока я смогу оплачивать мобильные счета, мы будем разговаривать каждый день.

— Ты же знаешь, я не смогла поехать в Нэшвилл, потому что мне нужно было встретиться с отцом в Калифорнии. Это не значит, что я не хотела поехать с тобой. Но у него изменились планы, и мы так давно не…

— Я понимаю. Поверь. Если бы у меня была возможность провести день с папой, я бы ни на что её не променяла. Это просто… такой момент, что… Мне сложно объяснить, но я должна быть здесь.

Кайли прервала подругу, так как прекрасно её понимала: она сама без колебаний выбрала бы встречу с отцом вместо того, чтобы сопровождать подругу на вечер открытого микрофона[3].

Лулу преувеличенно вздохнула, что можно было расценивать как одобрение. Когда она вновь заговорила, её голос звучал мягче:

— Ну, игрушка мачехиного хахаля, рассказывай. Что же там такого случилось?

Кайли рассмеялась:

— Ты только об этом и думаешь. Прости, но ничего такого. Всё было совершенно невинно. Глупо до безобразия, но невинно. Я разлила кока-колу на свою рабочую рубашку, а он решил одолжить мне свою. Дарла вошла в самый неподходящий момент и остервенела. Уверена, она просто искала повод, чтобы от меня избавиться.

После того как отец Кайли погиб в результате нелепого несчастного случая на заводе, где он работал, его вдова — тридцатипятилетняя экс-королева красоты — довольно прозрачно намекнула, что она не заинтересована в том, чтобы Кайли продолжала жить в доме, в котором выросла.

— И что ты собираешься там делать? — Голос Лулу звучал скорее заинтересованно, нежели осуждающе.

Кайли так и видела, как подруга морщит лоб и наматывает прядь волос на палец, какого бы цвета они сегодня ни были.

— Ну, я только что въехала в отель, который смогу оплачивать, по меньшей мере, неделю. Завтра собираюсь встать пораньше и пройтись по Мьюзик Роу[4] и Принтерс-Элли. Возможно, в местные бары и рестораны ищут работников.

— Ладно, а дальше?

— Дам объявление в газету: «Девушка с гитарой нуждается в деньгах на демо-запись. Готова на всё». — Услышав брюзжание подруги, Кайли рассмеялась: — Лу, шучу же. Я планирую подать заявки на участие в каждом любительском вечере из списка и постараюсь наскрести деньги на демо-запись. А после разошлю её куда только можно и буду молиться, чтобы всё сложилось как можно лучше.

Кайли уже запланировала выступить на вечере открытого микрофона в «Рам Руме». Она давно наткнулась на их афишу в интернете и сразу же там зарегистрировалась. Именно для этого они с подругой собирались приехать сюда… но не получилось.

— Я тоже буду молиться, — прошептала Лулу.

Судя по всхлипам, она уже плакала.

— Как близнецы?

Шестилетние братья Лу всегда были отличным поводом перевести разговор в более непринуждённое русло. С тех пор как их мать устроилась на вторую работу, Лулу практически воспитывала их сама, одновременно посещая занятия в школе косметологии в Овоссо[5]. Когда они учились говорить, то оба называли сестру «Лулу», а не Оливией, и теперь Кайли не могла представить, что её можно звать как-то иначе.

— В порядке. Шкодят, как и всегда. Не дай бог, я увижу ещё хоть одну ящерицу или скользкую лягушку, которую они привезут в своём грузовичке.

Кайли хихикнула, хоть и не смогла побороть укол зависти из-за того, что у подруги есть семья. Люди, с которыми можно вместе сидеть за столом, болтать, смеяться и спорить — всё то, что она потеряла, когда погиб отец.

— Люблю тебя, Лу. У меня всё будет в порядке, обещаю, — сказала Кайли, ощущая себя слишком уставшей для дальнейшего общения.

Девушка надеялась, что не соврала подруге. По крайней мере, она очень хотела, чтобы это оказалось правдой.

Глава 2

Когда в кармане у Кайли осталось меньше ста долларов, она подумывала отказаться от своей сумасшедшей мечты, которую преследовала в Нэшвилле. Её денежные запасы опустошались с невероятной скоростью — а всему виной почти две недели в отеле плюс питание и отсутствие работы.

В субботу ей отказали в четвёртый раз, и Кайли отправилась бесцельно бродить по городу, но куда бы она ни заходила, на должность официантки была очередь длиной в километр. И многие из кандидатов оказывались начинающими композиторами или исполнителями. Их было так много, что вряд ли хоть кто-то из них представит что-то новое и оригинальное на музыкальном поприще. Почти год Кайли копила деньги, чтобы купить отцу надгробие, и спустила их за две недели. Только в двух местах менеджеры приняли её резюме. В ресторане под названием «Бэк Элли Диннер» и в баре и по совместительству ночном клубе «Виски Джекс». Но ей так и не перезвонили. На самом деле, вообще никто не перезвонил.

Когда она прошла под вывеской какого-то заведения, то красные огни неоновой гитары вернули Кайли в действительность. Каким-то образом она добрела до «Рам Рума». Именно там пройдёт вечер открытого микрофона, на который она записалась ещё две недели назад, и, судя по тому, как у неё шли дела, к тому времени она могла стать бездомной. Старый пикап отца, «шевроле» восемьдесят восьмого года, после его смерти достался Дарле, поэтому, когда закончатся деньги, Кайли даже негде будет переночевать. Она уже оставляла в «Рам Руме» резюме на должность официантки, но всё равно вошла внутрь, полагая, что в субботний вечер хотя бы сможет послушать неплохую музыку.

Группа на сцене играла музыку, которую Кайли назвала бы чем-то средним между блюзом и джазом. Девушка заплатила за вход шесть долларов, прекрасно понимая, что останется без ужина. Но чем дольше она слушала выступление группы, тем сильнее убеждалась, что оно того стоило.

Кайли опустилась в кресло рядом с баром и погрузилась в музыку. Через минуту её ботинок отстукивал в такт басам, а тело покачивалось под звуки успокаивающего голоса солиста. Да, это определённо лучше еды.

— Что тебе принести, дорогая? — спросила официантка — брюнетка с невероятно высоким начёсом.

Она напомнила Кайли молодую миссис Пэм, её бывшего работодателя в Оклахоме, только с большим количеством теней для век и более красивым телом.

— Э-э, я пришла послушать группу, — ответила Кайли, зная, что у неё нет возможности потратить лишние три бакса на колу.

— Поняла. Наслаждайся.

Официантка подмигнула и повернулась к другому столику.

Кайли знала этот взгляд. Женщина решила, что она фанатка группы. Кайли осмотрела толпу, состоящую в основном из молодых особей женского пола. Ах. Обычно она находила таких девушек поверхностными и раздражающими, но солист этой группы действительно выглядел сексуально. Тем не менее, не все в баре наблюдали за ним. Большинство клиентов эсэмэсились или общались друг с другом, а не следили за выступлением.

— Где же он, чёрт возьми?

Двое мужчин стояли между креслом Кайли и баром, при этом выглядели так, словно вынуждены терпеть общество друг друга.

— Он будет, Клайв. Застрял в пробке, — привлекательный седой мужчина с аккуратной бородкой убеждал второго, довольно крупного и носившего кольца почти на каждом пальце.

— Это уже в третий раз, Поли. Мне плевать, кто он такой, если сначала он договаривается о встрече, а потом подводит людей. В частности, меня.

— Э-э, Клайв?

Официантка, которая обслуживала Кайли, была явно не в восторге, что приходится вмешиваться в разговор.

— Что? — ответил мужчина, которого, по всей видимости, звали Клайвом, свирепо уставившись на женщину, словно она была виновна во всех смертных грехах.

Кайли знала, что подсматривать невежливо, но она беспокоилась за официантку, которая была так мила с ней.

— Кимми не придёт. Её пригласили сыграть на какой-то элитарной вечеринке, так что она пропустит смену.

— Ты, должно быть, шутишь? — Клайв провёл толстой рукой по лицу. — Скажи ей, что она уволена.

— Хм, серьёзно? Клайв, нас и так мало. Кто сможет управляться одновременно с залом, грин-румом и комнатой отдыха?

Официантка переложила поднос на другую руку.

— Я надеюсь, ты не хочешь получить расчёт в один день с Кимми?

Мужчина пристально смотрел на брюнетку, пока та не кивнула и не отошла. Когда она удалилась, Клайв продолжил свой спор с Поли. А Кайли быстро помолилась и затаила дыхание.

— Эй… хм… мэм? — Она помахала официантке рукой.

— Да, золотце, ты передумала? — Женщина поставила поднос на столик Кайли и достала блокнот для заказов.

— Э-э, нет.

Женщина устало опустила блокнот.

— Тогда что я могу для тебя сделать?

Кайли показалось, что та начала выходить из себя.

— Я официантка. То есть у меня есть опыт работы и хорошие рекомендации.

— Ты сможешь начать прямо сейчас?

Сердце Кайли подпрыгнуло к горлу.

— Ага! То есть да, мэм.

— Сколько тебе лет? — Женщина оглядела её с ног до головы.

— Восемнадцать. — Кайли хотелось сказать, что через два месяца ей исполнится девятнадцать, но так говорят лишь малолетки.