Читаем Девочка-мечта онлайн бесплатно

Раскаты грома за окном и громкий женский стон, что будто бы подпевает ему, бьют по моим барабанным перепонкам.

Ритмичные движения и белокурые волосы, намотанные на мой кулак, вводят меня в транс. Прикрываю глаза и погружаюсь в свои фантазии. Запретные. Ненавистные. Набившие оскомину.

Но только здесь и только так я могу отпустить на волю своих демонов.

Тихо рычу, больше раздосадованный, что в который раз проиграл сам себе, а потом отталкиваю от себя стройное женское тело и откидываюсь на простыни, прикрывая ладонью уставшие глаза. Слабак!

Горячая ладонь дотрагивается до низа моего живота и ведет выше. Злюсь. Сильно. Хочется выгнать ее прямо сейчас, но хорошее воспитание берет свое.

– Убери руку, – хрипло прошу я, но девчонка, видимо, желает поиграть с огнем.

– Ну же, Стас, не будь такой букой, – манерно, на московский лад, тянет она слова, чем еще больше приводит меня в состояние тихой ярости.

Рывком поднимаюсь с кровати и подхожу, как есть, голым, к панорамным окнам, что услужливо показывают мне, умытые дождем, улицы столицы. Серо. Уныло. Тухло.

Как и у меня на душе.

Где-то позади, что-то недовольно бурчит моя нечаянная любовница, но я предпочитаю игнорировать ее глупое бормотание. Плевать. Вот вообще фиолетово.

Так и стою какое-то время, облокотившись одной рукой на стекло, бездумно разглядывая кривой, потонувший в смоге, горизонт. Доволен ли я тем, что вижу? Вид на Кремль, собор Василия Блаженного, парк «Зарядье», а вдалеке возвышается Москва-Сити.

М-да…А ведь еще совсем недавно окна транслировали мне вид на мусорку и перманентно трущихся возле нее бомжей. Скрипучий, проеденный молью диван сменила дизайнерская кровать и ортопедический матрас, а жалкие двенадцать квадратных метров снимаемой мной комнаты на окраине Москвы трансформировались в элитные двухуровневые апартаменты.

Я так хотел выбраться из нищеты, а теперь, когда это наконец-то случилось, не чувствую ничего, кроме скуки. Ну, а дальше-то что?

Звук входящего звонка разбивает мои мысли на мелкие осколки, и я оборачиваюсь. Блондинка уже схватила в руку мой гаджет и трясет экраном в мою сторону.

– Тут какой-то Толмацкий на связи. Скинуть?

Как меня задолбали эти тупые бабы, которые после сомнительного по качеству секса резко начинают мнить себя чуть ли не моими девушками. Бесит! Страшным образом.

Делаю знак, чтобы она принесла мне телефон, и та сразу же кидается исполнять приказ. Ну хоть какой-то с нее прок, не так ли?

– Слушаю, – тут же принимаю я вызов.

– Здорово, Стас. Удобно говорить? – слышу я бодрый мужской голос.

– Говорите, – отвечаю я и вновь возвращаюсь к своему нехитрому занятию – всматриваюсь в городской пейзаж и думаю, что он ужасно мне надоел. Почти до тошноты.

– В общем, тут такое дело. Я застрял на заводе в Балашихе и совсем забыл, что мне в Шереметьево надо быть через два часа, – я слушал, но не понимал сути.

– Ну и? – вздохнул я и оглянулся на блондинку, что с обиженно надутыми губами возлежала на подушках в условно соблазнительной позе.

– Человека встретить надо, Стас. Не тупи.

Начинается…

Вздохнул и закатил глаза к потолку.

Я работал без выходных три недели к ряду по пятнадцать часов в сутки и сегодня хотел хоть немного отдохнуть, чтобы после опять с головой уйти в дела, но, увы, отказать Толмацкому не мог. Не имел никакого морального права. Уж слишком я был ему обязан.

– Или у тебя дела? – наконец-то додумался мужчина до того, что у меня тоже может быть какая-никакая личная жизнь.

– Ну были тут, – снова оглянулся я на блондинку и усмехнулся.

– Ну так вызови своим делам такси и отправь восвояси, – по-деловому раскидал проблему Толмацкий.

– Придется, – деланно удручённо вздохнул я.

– Вот и ладушки. Информацию по рейсу я тебе сейчас скину. И да, спасибо! – и уже было хотел отключиться, как я его тут же одернул.

– Эй, Сан Дмитрич, а встречать-то кого надо? – нахмурился я.

– Кого встречать? – переспросил мужчину.

– Ну.

– Арину.

И отключился. Да и я вместе с ним, полностью и без остатка выпадая в нерастворимый осадок.

Арину…

И сердце в груди на секунду замерло, а потом вдруг заколошматило как одержимое так, что даже руки затряслись.

«Осади, Гордеев», – приказал я сам себе и усмехнулся.

Нашел из-за кого мандражировать. Пять лет прошло. Пять! И у меня давно к Ней устойчивая ремиссия. Переболел. Излечился. Теперь пожизненный иммунитет.

Взлохматил волосы, спешно открыл приложение и вызвал такси для дамы. И тут же двинул в гардеробную, на ходу и безапелляционно приказав девчонке:

– Одевайся.

Уже минут через двадцать спускались в лифте. Меня слезно спрашивали, позвоню ли я еще, я же только смотрел в упор в ее глаза, давая понять, что шансов у нее нет и быть не может. Разозлилась и садясь машину с шашечками, обиженно буркнула:

– Мудак!

Ну так, а кто же спорит?

А дальше была дорога в аэропорт и резиновые минуты в ожидании Её выхода из зоны прилета. Сглотнул, по привычке зачем-то неуверенно переступил с ноги на ногу. Снова зло себя одернул.

А потом стиснул зубы. Отвел глаза, глубоко вздохнул и сделал уверенный шаг ближе. Глаза в глаза и ее вопросительный взгляд, когда я перегородил ей дорогу, хлестко ударил меня по лицу.

– Привет, – срывается с языка.

– Привет. А я табличку ищу. Ты водитель, да? Отец обещал прислать, – смотрит она на меня, а в глубине ее голубых глаз я не вижу и тени узнавания.

– Ну, пусть будет водитель. Идем, – и забираю у носильщика тележку с ее чемоданами.

Шагаем молча до самого выхода, а когда уже подходим к моему авто, она вдруг пристально в меня всматривается и наконец-то спрашивает:

– Гордеев, это ты что ли? – усмехается и перекидывает, с одной стороны, на другую гриву своих густых белокурых волос.

– Я, – смотрю в упор и зачем-то жду продолжения.

– Тесла? – кивает на тачку, хмыкает и улыбается, – Х-м, и цвет красивый. Ничего себе отец водителей пересадил. Я одобряю.

В ответ только приподнимаю брови и поджимаю губы, чтобы не улыбнуться. Мир не стоит на месте, годы идут, а Арина Толмацкая как была, так и осталась высокомерной стервой.

На мое счастье, меня это больше не трогает.

Услужливо открываю ей дверцу и жду, когда она усядется, а потом закидываю ее чемоданы в багажник и сам прыгаю за руль. Завожу двигатель и ловлю ее взгляд в зеркале заднего вида.

Жму на газ и невольно погружаюсь в воспоминания. Зачем? Наверное, чтобы еще раз вспомнить и убедиться – это девушка – не мечта.

Эта девушка – проклятье.

POV Стас

– Игорь, ну это уже ни в какие ворота не лезет! Избил Зубкова, нос ему сломал! – как обычно, задирая руки до небес, орал директор школы.

– За дело ваш Зубков получил, – подал я голос.

– Ты у меня тут молчи! – заткнул меня отец, и я пожал плечами.

– Игорь, все! Забирай своего пацана, он мне уже всю плешь проел. Драки, скандалы, стычки, учительницу литературы довел до нервного срыва…сил нет! И успехи по математике и физике уже его не спасут. На олимпиаду в Москву он ехать опять откатался.

– Это ещё что за новости? – грозно посмотрел на меня отец, – Отвечай, когда я тебя спрашиваю!

– Не хочу ехать, – и надул огромный пузырь из жвачки, получая за это тут же увесистый подзатыльник от любимого родителя.

Улыбнулся и снова надул пузырь.

– Видишь? Ну, о чем я тебе и говорю, – тыкнул в меня пальцем Путин.

На самом деле у директора была фамилия Филимонкин, но имя Владимир Владимирович без шансов нарекло его звучным прозвищем.

– Школьный этап прошёл, муниципальный прошёл, региональный тоже, а теперь на заключительный он не хочет ехать, видите ли. Игорь, или он едет, или забирай своего шалопая и переводи в другую школу. Пусть кто-то еще с ним мучается, кроме меня, а я все. Пас!

– Стас, – взревел отец.

– Я уже шестнадцать лет как Стас, – поиграл я бровями.

– Выбирай, или олимпиада, или едешь к бабке в Лахденпохью. На этот раз я не шучу! – и отец тут же показательно достал телефон.

Не то чтобы я боялся его угроз, но уезжать из Питера я вообще не планировал. Я так-то в соседнем с домом супермаркете о подработке на лето уже договорился. Хотел отцу с деньгами помочь, хотя бы раскидать долги за коммуналку.

– Ладно, – кивнул я устало и тут же закатил глаза, потому что директор почти по-щенячьи взвизгнул от радости. Он же меня с седьмого класса пытался уговорить на эту Москву, а я все носом воротил. Ну чего я там не видел в самом-то деле?

Отец и Путин ещё что-то между собой долго тёрли, один просил образумить меня, другой обещал, что все-таки возьмётся за ремень. Я тут же тихо хохотнул, представляя, как он будет пытаться сделать это. Я уже был почти одного с ним роста. Да, пока не такой крепкий, но бегал я однозначно быстрее отца. Не вытерпел, заржал.

Оба на меня странно посмотрели, а я только поднял руки вверх, мол ничего необычного, просто у меня пубертат и я порой делаю странные вещи.

Примеров уйма, да и слишком часто за последние два года я сидел в этом самом кабинете на пару с отцом, который потом сотни раз грозился, что сдаст меня в детдом, если я не перестану пить ему и всем окружающим кровь.

Блефовал и я это прекрасно знал.

Спустя добрые полчаса мы наконец-то покинули негостеприимный кабинет Путина и двинули в сторону дома.

Теперь мы жили в обычной коммунальной квартире. Свою честно заработанную двушку отец продал два года назад, когда заболел раком дед. Я говорил, что это мера, хоть и крайняя, но ничем ему не поможет, но слушать меня, ожидаемо, никто не стал. Нет, я любил деда, но давайте будем реалистами – рак четвёртой степени не лечится, все остальное – это просто поборы денег с населения. Вот и отца обобрали. Продал все, что было, набрал долгов, таких, что до сих пор рассчитаться не может, а итог один. Человека не стало.

Дома молча поели, но, прежде чем закончить трапезу отец мне все же сказал:

– Стас, заканчивай свой кордебалет. Я к твоему Путину хожу чаще, чем на работу.

– Зато мы с тобой хоть видимся, пап, – усмехнулся я.

– В Москве не завали ничего, покажи на что ты способен. Ладно? А то будешь, как и я пахать на двух работах, чтобы свести концы с концами, – и поднял на меня усталые глаза.

– Я и в Питере могу показать на что способен, что мне эта Москва, напичканная тупыми мажорами?

– Перестань.

– Скажешь, нет? Где ты видел кого-то умнее курицы из этой братии? Вон Куликова в десятый перевели только потому, что его папаша регулярно Путину пухлые конверты в зубах таскает. Ага, а меня за разбитый за дело нос погнать решил. Козел продажный.

– Стас!

– И мать такая же, ума хватило только ноги перед тобой раздвинуть….

Кулаком по столу и я в гневе откинул от себя ложку.

– Хватит я сказал!

– Да без проблем. Я в зал, буду поздно.

– Уроки? – заорал он мне в спину.

– Все сделал ещё в школе на переменах. П-ф-ф, там же семечки.

Подхватил сумку и вышел за дверь, злой как сам Сатана. Ненавидел я эти разговоры. Отец как одержимый топил за Москву. В прошлом году даже спонсор был, обещал оплатить обучение в какой-то супер-пупер навороченной закрытой школе с последующим пожизненным рабством в его чудо конторе. Угу, бегу, аж спотыкаюсь.

Батя за мой отказ орал целую неделю, потом ещё неделю со мной не разговаривал. Под конец назвал дебилом и только на том успокоился.

А я выдохнул, но, как оказалось, ненадолго. Благо, есть хоть, где выпустить пар.

В зал меня отец привёл, когда мне было шесть, сказал, чтобы я тут дубасил противника, а не нахлобучивал пацанов в школе. Но, блин, так же было неинтересно. Но, на удивление, втянулся, а ещё я тут за небольшую плату помогал тренеру с чисткой инвентаря, хватало на карманные расходы и то хлеб.

– О, Гордый, здорово! Живой, – заржал мой друг Ванька, – а мы думали Путин тебя из-за Зуба живьём сожрет вместе с носками.

– Он почти преуспел, – вздохнул я и выдал, – на Москву меня уломал.

– Да ладно? – потянул ещё один одноклассник Макс.

– Иначе мне светила Карельская глушь, – скривился я, – да и пофиг, один раз сгоняю, с меня не убудет, да и может уже отвалят.

– Ты там всех сделаешь, – получил я шутливо кулаком в плечо от Ваньки, даже не догадываясь, что все будет совсем-совсем наоборот.

Сделают меня.

POV Стас

Министерство образования работает неплохо, предоставило для участников Олимпиады из Питера бесплатный проезд на «Сапсане». Набилась нас сюда тьма, ведь едут и девятиклашки и выпускники. На дворе апрель, многие из последних рассчитывают таким образом пробиться в ВУЗы мечты.

Смотрю и меня передергивает. В основном, желторотики, что тяжелее ручки в руках ничего не держали. И пацаны все, как на подбор дрищи с усиками. Ну, знаете, первый пух, которым они, очевидно, страшно гордятся, потому и не сбривают.

Зрелище не для слабонервных, я вам так скажу. Вот оно – наглядное пособие того, что будет, если качать только мозги, без упора на мышцу. Срамота!

Девчонки тоже «не алё», подкатить откровенно не к кому. Засада!

А ещё меня бесит наречённый лидер нашей группы. Может с математикой у него и нет проблем, но вот насчёт меня это сказать, если и можно, то с очень большой натяжкой.

– Гордеев, ты сел не туда, – слышу я нудный голос Яшина, но делаю вид, что его не существует, – все десятиклассники сидят в другом вагоне.

Поднимаю на него глаза и смотрю в упор. Молчу, чудо-лидер переминается с ноги на ногу, тушуется, краснеет. Рядом начинает ржать какой-то пацан.

– Гордеев, я сказал…

– Я слышал, что ты сказал, – перебиваю я его, а потом и добиваю, – и положил на это болт.

– Что? – выпадает в осадок и нервно озирается по сторонам, слыша смешки и откровенные перешёптывания.

– Арсений, – качаю я головой, – изобрази мне идеальный газ.

И Арсений Яшин изобразил, топая ножками в противоположную от меня сторону и пыхтя как паровоз, а я в очередной раз отругал себя за уступчивость и то, что я все-таки согласился на эту поездку. Радовало только одно – если выиграю, срублю бабла. Немного, но за неделю вполне себе сумма.

Москва стандартно встретила нас гастерами, пробками и недовольными рожами на каждом шагу. Ненавижу! Сели в автобус и отчалили в отель. А там уж регистрация и размещение по номерам. Мне достался дабл на пару с прыщавым Олегом. Кто такой, откуда? Даже озадачиваться не стал. И да, усики были при нем. Благо – тихий и незаметный. Этого достаточно.

Принял душ, разделся и лёг в постель, закидывая руки за голову. М-да, такой бестолковой субботы у меня давно уже не было. Открыл телефон, немного попереписывался с пацанами и с парой девчонок, с которыми гонял в свободное от дел время. Решил, что и тут какой-то тотальный мрак и забил на это дело. Уснул раздраженный. А утром проснулся злой и недовольный как сам черт.

Дело в том, что позавтракать в отеле нам не дали, а потащили на коллективный завтрак всех участников Олимпиады, со всех, мать их, городов! Нет, ну вы как считаете, это нормально вообще? Молодой организм, да с утра голодом мучить! Изверги.

– Сколько тут всего народу? – услышал я слева от себя вопрос прыщавого Олега, что перепуганными глазами осматривал какой-то офигеть какой большой актовый зал, заставленный столами и стульями.

– Почти пятихатка, – тут же с умным видом ответил ему Яшин, – со всей страны понаехали.