Читаем Девочка Дикого онлайн бесплатно

— Прости, — тихо произносит мужчина спустя пару секунд, но, возможно, проходит больше времени — я попросту теряю счет времени.

— Что? — выдавливаю из себя.

Возможность нормально мыслить все никак не хочет возвращаться. Такое чувство, что мозг затягивает плена, через которую ни одна нормальная мысль не может проникнуть.

— Прости меня. Я идиот, — говорит Дикий четче и пелена лопается, реальный мир накрывает с головой.

Эта происходит настолько резко, что я задыхаюсь. Хватаю ртом воздух, но он отказывается проникать в легкие. Горло до такой степени сжимается, что даже толком ничего произнести не могу. Мне удается лишь хлопать глазами и неверяще смотреть на Дикого. Он действительно только, что попросил прощения? Сердце пропускает удар. И еще один, когда понимаю, что не ослышалась.

— За что простить? — хриплю, глаза увлажняются.

Кажется, платину, которую я выстраивала между своими эмоциями и реальностью, прорывает. Как я еще не разрыдалась прямо тут, останется загадкой.

— За то, что оставил тебя, — Дикий ослабляет хватку, но я больше не пытаюсь вырваться. Смиренно сижу и жду продолжения. Хочу услышать все, что Дикий готов мне сказать. — В тот день меня переклинило, — он не заставляет меня мучиться в ожидании, — я увидел тебя, такую чистую, среди всей этой крови, и еединственная мысль, которая тогда вспыхнула меня в голове, что она могла быть твоей, — мужчина поджимает губы, но взгляда от моих глаз н отрывает. — Это же я притащил тебя на открытия клуба Молота. Знал, что готовится заварушка, но все равно рискнул. Конечно, твоей отчим и его подельники, вряд ли бы прошли через моих ребят. Но шанс на провал операции всегда остается, а я подверг тебя опасности, — жестко произносит Дикий и переводит взгляд на затемненное стекло, которое отделяет нас от вакханалии, происходящей вокруг.

Он винит себя в том, что я гипотетически могла пострадать? Поэтому оставил? Чтобы защитить… от себя? Я правильно поняла?

Свожу брови к переносице. Пару секунд неверяще хлопаю глазами, после чего делаю глубокий вдох.

Нет, так не пойдет.

Вместо того чтобы уйти, решаю выяснить все здесь и сейчас. Раз представилась такая возможность, нельзя ее упускать. Ведь чувства к Дикому все еще живы во мне. И похоже, никогда не исчезнут.

Тяжело сглатываю, чтобы смочить зудящее горло.

— Я бы все равно туда пришла, — выпаливаю, снова привлекая внимание Дикого к себе. Он хмурится, но прежде чем успевает что-то сказать, я его опережаю: — Отчим же связался со мной, а я должна была тебе это рассказать. Разговора по телефону у нас не получилось, оставался все один вариант — сообщить тебе обо всем лично. Я изначально знала о готовящейся заварушке и пошла на риск, будучи уверенной, что ты меня защитишь. Поэтому… — пожимаю плечами, — может, не стоит зацикливаться на том, чего не произошло?

Стараюсь выдавить из себя улыбку, но получается плохо. Напряжение сковывает изнутри.

— Я же говорю, что идиот, — невесело хмыкает Дикий, — и понял это, как только ты скрылась в подъезде, сказав, что любишь меня, — он поднимает руку и заправляет прядь, выбившуюся из хвоста, мне за ухо.

Дрожу от нежности его прикосновения. В животе все скручивается в тугой узел.

— Но ты не пошел за мной, — голос скрипит от обиды.

— Нет, — твердо произносит Дикий. — Решил дать тебе время убедиться в своих чувствах. Может, это был просто Стокгольмский синдром, — уголок его губ ползет вверх, но тут же опускается. — Все-таки мы встретились не при совсем обычных обстоятельствах, — в глазах мужчины снова мелькает вина. — Тем более, мне позвонили ребята и сказали, что Лола села на рейс до Нью-Йорка. Ее не успели остановить. А эту тварь нужно было поймать.

— И как? Поймал? — подбираюсь. Вот в чем, а в том, что Лола не должна жить спокойно, я с Диким солидарна.

— Да, — жесткий блеск появляется в глазах мужчины, — передал ее следствию до нашей встречи. Но сейчас не о ней, — впивается пальцами мне в ягодицы. — Так ты успела подумать за время моего отсутствия? Твои чувства — это не Стокгольмский синдром? — приподнимал бровь.

— А что если он? — решаю немного поиздеваться над Диким за неделю страданий, которую пришлось пережить по его вине.

Но, видимо, мужчина это понимает.

— Тогда нужно доказать тебе, что ты ошибаешься, — понижает голос до хриплого шепота, посылая волну мурашек по моей коже.

— И как же ты это сделаешь? — ерзаю у Дикого на коленях, из-за чего он шумно втягивает в себя воздух.

Но вместо того, чтобы опрокинуть меня на диван, как сделал бы раньше, просто вглядывается мне в глаза.